Николай Второй. Технологический рывок. Книга вторая

Дмитрий Александрович Найденов
Николай Второй. Технологический рывок. Книга вторая

Глава 7. Консилиум врачей

Будущее принадлежит медицине предохранительной.

Эта наука, идя рука об руку с лечебной,

принесёт несомненную пользу человечеству. Николай Иванович Пирогов

Дорога к Ижорскому заводу заняла больше часа, всё это время я занимался составлением нормативных актов, регулирующих быт и условия труда рабочих, особое внимание уделяя различным мелочам, выясненными мною в процессе общения с рабочими.

Подъезжая к заводу, я отвлёкся и, отодвинув занавеску, стал рассматривать прилегающие к заводу дома, в основном они ютились вдоль дороги из Санкт-Петербурга. На подъезде к заводу было несколько пропускных пунктов, что сразу выделяло его среди других заводов. Наружные стены были свежеокрашены, а прилегающая территория тщательно вычищена и было видно, что сделано это было не перед моим приездом, а такая чистота поддерживается постоянно. Сам завод выделялся множеством труб, из которых шёл густой дым. Завод работал на полную мощность, и это всё уже радовало, так как после посещения Охтинских верфей у меня было не самое лучшее впечатление о промышленности этого времени.

На въезде у нас тщательно проверили документы, после чего выделили сопровождающего, чтобы дальше нас не задерживали и не проверяли.

Директор завода нас встретил на проходной и сразу поинтересовался:

– Ваше Высочество, вы вначале хотите осмотреть завод или выступить перед рабочими?

– Давайте в начале осмотрим завод. Я хочу пообщаться с рабочими и посмотреть, как у вас здесь всё обустроено.

Мы начали осмотр с медных и якорных мастерских, проходя по цехам, в которых работали люди, я подходил ко многим и интересовался бытом, производственным процессом и уровнем оплаты, постепенно, перемещаясь из залы в зал, у меня складывалась общая картина, и она существенно отличалась от предыдущего завода. Здесь было видно, что директор завода заботится о рабочих и следит за их бытом. От рабочих я узнал, что все вопросы в посёлке рядом с заводом, в которым они проживают, решает директор завода. Столовая также произвела на меня должное впечатление, и хотя уже время было послеобеденное, я снял пробу с еды, которой кормили рабочих, и она оказалась вполне сносной для этого времени.

На заводе прокатывали броню, на стапелях стояли два недостроенных миноносца, вокруг которых суетились рабочие. Работа на заводе кипела. При этом был виден порядок и чистота, насколько это слово вообще применимо к таким производствам. После осмотра прямо в столовой я коротко поинтересовался нуждами завода и рабочих, которые озвучил мне директор. Я даже решил поддержать инициативу начальника и выделил триста рублей на библиотеку, которую он планировал открыть, когда найдёт спонсора или нужную сумму денег. После выделения денег он пообещал до конца года организовать библиотеку. В разговоре он также поддержал инициативу обязательного образования населения страны и рассказал, как им приходится бороться с общей безграмотностью. Оказывается, на заводе есть вечерняя школа для желающих за символическую плату.

После нашей беседы я выступил перед рабочими, поблагодарил их за вклад в обороноспособность страны, после чего озвучил те же тезисы, что и на предыдущем заводе, и также под аплодисменты отправился в Гатчину.

В дороге я готовился к встрече с представителями современной медицины, которых должен собрать для меня отец. Сформировать полноценное вступление у меня никак не получалось. Я не знал, кого пригласят на встречу со мной, и потому не предполагал, как повести разговор. Это могут быть простые врачи или профессора, как они воспримут мои попытки навязать им те методы лечения, которые я захочу им предложить. Поэтому я решил довериться случаю и сориентироваться по обстоятельствам.

К Гатчинскому дворцу мы приехали под вечер, как раз к ужину, на который меня с князем сразу же позвали.

Ужин теперь проходил в полном составе, если не считать моего брата Георгия, находящегося на лечении на Кавказе. Ужин проходил в каком-то тягостном молчании, и тут я вспомнил, что мне доставили посылку, в которой лежит подарок для младшей сестры, который я просил прислать. Поэтому попросив одного из слуг принести посылку, я вручил её Ольге и сказал:

– К сожалению, меня не было на твою круглую дату, и я решил поздравить тебя сейчас. Иди разверни подарок.

Ольга, посмотрев на мать, и дождавшись её кивка, прошла к столику, на котором лежал массивный пакет и начала с большим трудом разворачивать свёрток. Под несколькими слоями бумаги находились несколько видов красок, альбомы для рисования, карандаши, кисти и самое главное, книга с брошюрами, как правильно научиться рисовать.

Ольга застыла в изумлении и, с трудом сдерживая слёзы, бросилась мне на шею, произнеся:

– Спасибо, Никки. Это самый лучший подарок в моей жизни. Как ты смог узнать, что у меня появилась мечта научиться рисовать? Ты – самый лучший брат на свете, – после чего вернулась к разглядыванию книги по азам рисования.

Мария Фёдоровна с интересом посмотрела на меня и спросила:

– Ты ведь неспроста подарил ей этот набор?

Я решил добавить мистики для окружающих и тихо, но, чтобы услышали все, сказал:

– Подсмотрел в философском камне. Она будет отличной художницей.

Все опять с удивлением посмотрели на меня, а я молча поднёс палец к губам и, приложив, также тихо добавил:

– Это страшный секрет. Никто не должен об этом узнать.

После этого меня не стали мучить вопросами мои братья и сёстры, но продолжали с интересом посматривать на меня.

Когда ужин закончился, отец пригласил меня через полчаса пройти в один из залов замка, где будет происходить встреча с медицинскими специалистами и Менделеевым, которого пригласили по моей просьбе.

Когда я зашёл в небольшой зал с круглым столом, то меня там уже дожидались все присутствующие, включая императора. Он и познакомил коротко меня со всеми.

Помимо Менделеева, на совещании присутствовали Нечаев, Маллесон, Захарьин, Склифосовский и Павлов. Это, действительно, были все светила Российской медицины.

Со мной пришёл и поручик Родионов, который принёс с собой приготовленные по моей просьбе бумаги, в которых уже были вписаны имена и фамилии присутствующих здесь людей. В бумаге было написано об ответственности за раскрытие любых данных сегодняшнего разговора.

С большим недовольством некоторые из присутствующих, прочитав бумаги, подписали их. После всех процедур я, посмотрев на отца и дождавшись его кивка, начал разговор.

– Всё, что вы сейчас узнаете, является строжайшей, государственной тайной, за разглашение которой накажут не только вас, но и членов вашей семьи, поэтому прошу отнестись к этому серьёзно. Итак. Во время моего путешествия по миру мною был обнаружен философский камень, от которого я получил определённые знания в медицине и науке. На основании этих знаний принято решение создать исследовательский институт, который сможет преобразовать эти общие знания в более конкретные, и уже на основании этих разработать новые медицинские препараты, приборы, лекарства и методы лечения больных, – говорил я, постоянно подсматривая в свой блокнот, где были сделаны мои записи, больше для вида, чтобы выглядело, что я читаю с блокнота. Прервавшись и внимательно посмотрев на всех сидящих за столом, я заметил ухмылку на лице Менделеева, не верящего в озвученную мной версию, но я всё равно продолжил, придерживаясь своей версии разговора.

– Все вы знаете о болезни моего брата Георга туберкулёзом. Это заболевание передаётся с возбудителем этого заболевания от человека к человеку воздушно-капельным путём и через оставленные заражённым человеком выделения в виде частичек слюны на полу и предметах. Рассадниками этой болезни в нашей стране являются тюрьмы, казармы, кубрики кораблей, где в плохо проветриваемых помещениях возбудитель этой болезни может жить длительное время. Также возникновению болезни способствует неправильное питание и ослабление организма. К примеру, два человека находящихся в одном помещении будут подвергаться опасности заражения в разной степени в зависимости от особенностей организма. В данный момент в мире не существует лекарства для борьбы с этим заболеванием, но я знаю, как его создать. В общих чертах, но с точностью на сто процентов, я могу указать путь исследования, по которому нужно двигаться. Это будет приоритетной задачей наших исследований. Второй по значимости является изобретение лекарства от различных бактерий, проявляющих себя при ранениях и открытых переломах. Путь как разработать и создать это лекарство я также подскажу.

Помимо этого, есть общие знания по устройству крови и методу, как определить, от кого к кому можно переливать кровь, а от кого нельзя. Кровь подразделяется на четыре основные группы и при этом имеет ещё и два резус-фактора. Частично кровь можно переливать не только между схожими группами, но и между некоторыми другими. Этим должна будет заняться отдельная исследовательская группа, – сказал я и ещё раз осмотрел всех присутствующих. Теперь на их лицах уже была видна заинтересованность, а с лица Дмитрия Ивановича Менделеева исчезла улыбка, и он начал прислушиваться к тому, что я говорил. Поэтому я обратился к нему с вопросом.

– Дмитрий Иванович, вам известно такое вещество как пероксид водорода? Сможете ли вы получить его для опытов?

Задумавшись на некоторое время, он утвердительно кивнул, и я продолжил:

– Дело в том, что пероксид или перекись водорода с трёхпроцентным содержанием способна останавливать кровотечение, сворачивая кровь. Она также обеззараживает раны, и у неё есть ещё много полезных свойств для использования в медицине. Этим также должна заняться группа учёных, а Дмитрий Иванович разработает промышленный способ производства для нужд медицины.

Ещё одним из необходимых приборов, которые могут облегчить проведение диагностики заболеваний и необходимый при проведении операций, является прибор замера давления крови в сосудах человека, у меня есть наброски этого достаточно простого прибора, поэтому нужно выделить людей для проведения исследований, как правильно им пользоваться и какие значения являются нормальными для человека, а какие завышенными и как это может помочь с определением диагноза болезни человека. Прибор не требует подключения к сосудам человека и применяется снаружи прикладыванием к руке.

 

– Дмитрий Иванович, вы что-нибудь знаете о катодных лучах? Они возникают при высоком напряжении в безвоздушном пространстве? – спросил я у Менделеева.

– Да, но этот процесс ещё мало изучен, – ответил он заинтересованно.

– Так вот в процессе этого происходит торможение частиц, и возникает особый вид излучения, способный проникать через ткани человека и если в этот момент подложить фоточувствительную бумагу, то можно чётко увидеть строение костей человека. Этот эффект опасен для изучения и необходимо соблюдать определённые меры, чтобы эти лучи не нанесли вред человеку. Но в небольших количествах они практически безопасны. С помощью этих лучей, можно узнать, в каком состоянии находятся сломанные кости у человека, где застряла пуля и даже какой орган воспалился. Всё это можно будет делать без внешнего вмешательства, что позволит правильно сращивать кости, делать небольшие надрезы для извлечения пули и осколков костей, не проводя операции выяснить, какой орган воспалился. Этот способ позволит определить больных туберкулёзом на начальной стадии болезни и обезопасить окружающих от передачи этой болезни им.

У меня есть описание, как изготовить активированный уголь, а вам, Дмитрий Иванович, будет необходимо наладить его промышленный выпуск. Ещё описано лекарство на основе коры ивы и лабазника, которые снижают жар и оказывают лечебный эффект, в получении этого лекарства промышленным способом нам также потребуется помощь Дмитрия Ивановича.

– Вот здесь, – сказал я, выкладывая небольшую папку на стол, описано всё, что я вам сейчас озвучил более подробно. Ваша задача – разбиться на группы и взять на себя часть из этих новшеств для проведения необходимых исследований. Для этих целей в Кронштадте будет создан отдельный институт, который и займётся разработкой всего перечисленного мной, а господин Менделеев возглавит работы по наладке промышленного производства препаратов и оборудования.

На всё это будет выделяться необходимое финансирование, и вы сможете привлечь к этим исследованиям любое количество специалистов. Самым главным условием этих исследований будет полная секретность. В будущем мы предоставим доступ к разработанным лекарствам и приборам всех желающих, но лидерство в этой сфере и секрет производства должны остаться у нашей страны. Вам запрещено будет вести научные публикации на этот счёт, но ваши фамилии будут фигурировать в качестве создателей и разработчиков, а все права на использование останутся у императорской семьи. И прошу вас не затягивать исследования, первые результаты по началу разработок я хочу получить уже через три месяца. Я буду лично посещать вас и по возможности вносить правки в ваши исследования. Вопросы про философский камень задавать запрещается, как и упоминать о нём, – сказал я. После чего добавил, – а теперь можете начать задавать вопросы, а я попробую вам ответить на них.

Глава 8. Дирижабль Россия

Когда кажется, что весь мир настроен против тебя

– помни, что самолёт взлетает против ветра.

Генри Форд

Мне пришлось ждать почти полчаса, прежде чем собравшиеся светила медицины прочтут мои записи и смогут осмыслить всё, написанное в них, после чего первым слово взял Склифосовский:

– Ваше Высочество, вы так уверенно пишите о разделении крови на восемь параметров, что у меня возникает подозрение, что кто-то уже добился результата в этом направлении. Может, просто нужно обратиться к ним?

– К сожалению, я не могу открыть всех подробностей, как добыта эта информация, но то, что вы сможете добиться результата в этом направлении – я не сомневаюсь. Скажем так. Знания, о которых написано в моём блокноте, появятся в будущем и мы с Императором хотим, чтобы именно вы стали теми людьми, которые сделают подобные открытия, и мы готовы сделать для этого очень многое, – сказал я расплывчато, уходя от прямого вопроса.

– Вы описываете метод применения перекиси водорода в медицине, а это как минимум означает, что подобное исследование уже кто-то проводил. Так в чём же причина, что об этом до сих пор не знает мировая общественность? – спросил у меня Менделеев, поддержав своего коллегу в этом вопросе.

– Рассказать вам правду я в любом случае не смогу. Поэтому, пусть для всех будет версия, что эти знания получены с помощью философского камня, это будет выглядеть не менее правдоподобно, чем любая другая версия, озвученная вами. Нам необходимо, чтобы вы в самые кратчайшие сроки, занялись теми исследованиями, которые описаны в этом блокноте. Это сможет спасти миллионы жизней и в первую очередь наших граждан. Особое значение будет иметь на фоне проводимой реформы в медицине. Российская Империя должна стать лидером в медицинских открытиях. После того как вы добьётесь первых положительных результатов, я передам вам следующий блокнот, с подобными записями.

– А можно хотя бы одним глазом глянуть на то, что там написано? – спросил Павлов, вмешавшись в наш разговор.

– Если говорить о исследованиях, которые проводите вы, Иван Петрович, то там много говориться о рефлексах как животных, так и людей. Для Склифосовского Николая Владимировича там много написано про хирургию. Особенности проведения операций, сращивания костей, пересадки органов. Для каждого из вас я подготовил перечень исследований, который поможет вам шагнуть сразу на несколько ступеней в вашей исследовательской работе. Поэтому в ваших интересах начать сотрудничать с нами. Ведь чем раньше вы приступите к своим исследованиям, тем больше людей вы сможете спасти. А так как все описанные мною лекарственные препараты и методы лечения требуют полноценных исследований и разработок, то вы заслуженно получите все лавры первооткрывателей, – ответил я.

Император всё это время сидел рядом и с интересом слушал наш диалог, не вмешиваясь в разговор.

Тут в разговор вмешался Менделеев:

– Но почему вы хотите скрыть все эти работы, ведь это спасёт многие жизни и прославит нашу страну?

– Дмитрий Иванович, вам ещё не сообщили, но ваша инициатива по публикации в печати ваших достижений в производстве бездымного пороха заинтересовала зарубежные разведки, нам удалось с огромным трудом перехватить шпиона, который пытался вывести из страны научный журнал, где описывался метод изготовления пироксилина. Учитывая промышленный потенциал крупных мировых держав, в разы превосходящий потенциал нашей страны, вы своими действиями поставили нашу страну в невыгодное положение. У нашего вероятного противника появилась возможность наладить производство быстрее нас, и как итог он получит неоспоримое преимущество в случае войны между нашими странами.

Сейчас на мировой арене идёт не объявленная холодная война. Война, в которой не стреляют пушки, не убивают тысячами солдат с обеих сторон. Война ведётся на экономическом, политическом уровне, война за территории и сферы влияния.

Зарубежными странами выделяются огромные финансовые средства для подрыва экономики и политической власти в нашей стране. Под мнимыми лозунгами свободы и равенства происходит попытка развалить нашу страну. Я вижу по вашим лицам, что многие из вас поддерживают эти идеи, но давайте поговорим на чистоту. К чему призывают лидеры и лозунги этих вольнодумческих организаций? К смене власти, ко всеобщему равенству, вся власть народу и трудящимся. С виду это справедливые и выполнимые лозунги, но давайте рассмотрим их подробнее. Вот вы, Александр Афанасьевич, готовы передать управление своей Обуховской больницей простому человеку без образования? Или нанять докторов, без должного образования и опыта, которые будут лечить больных? – спросил я, обращаясь к Нечаеву.

– Нет, конечно. У нас очень строгий отбор и жёсткие требования к докторам, и мои коллеги, я уверен, полностью согласны в этом вопросе со мной, – ответил он.

– Ну, а почему тогда вы все думаете, что управление государством не требует особого подхода, знаний и опыта? Чтобы управлять государством, меня обучали с самого младенчества и даже сейчас мне приходится учиться, чтобы в будущем совершить как можно меньше ошибок, а ведь за ошибки главы государства расплачиваться придётся всему народу. Почему все думают, что любой человек, у которого подвешен язык, может стать руководителем и продуктивно управлять страной, не имея при этом ни знаний, ни опыта? А ведь большинство запрещённых, политических партий призывают именно к этому.

Почему другие страны, финансируя протесты в нашей стране, с особым рвением пресекают подобные попытки в своих странах? Да потому, что они преследуют совершенно другие цели. Их задача – ослабить власть в нашей стране. Это, в свою очередь, приведёт к отсоединению части царств и королевств, стремящихся к независимости, которые сразу же будут поглощены соседями. Как совокупный результат этих действий произойдёт ослабление военного потенциала, и наши соседи предъявят свои претензии на наши земли, что приведёт к войне и поражению в ней, и как итог – потеря большей части территорий. Что впоследствии может привести к отставанию нашей страны и как второй этап – её развал, поглощение более сильным противником. Примерно то же самое произошло и с Византийской империей. Там теперь на месте церквей стоят мечети, а вместо крестов сияют полумесяцы. Я рассказываю всё это вам, чтобы вы поняли, что война уже началась, а в условиях войны передавать научные знания и технические новинки своему противнику равносильно предательству и должно караться смертью. Поэтому я прошу вас серьёзно отнестись к моим требованиям о сохранении государственной тайны. Мир обязательно узнает об этих открытиях, но только тогда, когда это будет выгодно нам, и когда это сможет принести наибольшую пользу нашей стране. А сейчас вам необходимо распределить исследования и согласовать список необходимого оборудования на первое время, а также распределить между собой тех специалистов, которые вам могут понадобиться для решения этих задач. Вас, Дмитрий Иванович, это тоже касается. Уже завтра эти списки должны быть у моего секретаря, чтобы с понедельника, вы могли уже посетить подготавливаемые в Кронштадте помещения для ваших лабораторий. Да, вы не ошиблись. Все свои исследования вы будете проводить в Кронштадте, а сам остров будет объявлен закрытым, и его посещение будет возможно только по специальным пропускам, – выдал я пояснение к поставленной задаче, а сейчас, если у вас более нет срочных вопросов, я вынужден покинуть вас, у меня ещё одна встреча, с конструктором дирижабля Россия.

Дождавшись разрешения Императора, сидящего в задумчивости, я покинул совещание.

У меня в гостиной уже сидел с грудой чертежей, Костович Огнеслав Степанович, человек, который создал неплохой прототип бензинового двигателя с электрическим зажиганием.

– Добрый вечер, Ваше Высочество, я, как вы и просили, прибыл к вам, чтобы обсудить с вами условия покупки проекта дирижабля, – ответил он, вставая при моём присутствии.

– Вы немного неправильно выразились. Проект дирижабля и так принадлежит государству, а точнее, военному ведомству, так как оно вложило в этот проект уже более четырёх сотен рублей. Я уже успел коротко ознакомиться с вашим проектом, – сказал я, после чего радостное выражение с лица изобретателя исчезло, и на нём появилась растерянность.

– Я предлагаю вам выделить финансирование на достройку уже созданного экземпляра, провести его испытания и по итогу этих испытаний провести серьёзную доработку. Официально вы будете являться конструктором и изобретателем последующих изобретений, но все права на них будут принадлежать государству. С моей стороны, вам будет предоставлен перечень изменений, которые необходимо внести в ваши разработки, чтобы улучшить их. Финансирование будет проходить напрямую без лишней волокиты, но отчитываться обо всех тратах вам придётся не меньше. У меня вот в этой папке уже есть несколько решений, как облегчить ваш мотор, сделать его более компактным, в разы увеличить срок его службы, и существенно повысить его КПД. Помимо двигателя здесь замечания к конструкции вашего дирижабля, которые увеличат грузоподъёмность и существенно его облегчат. Что вы скажете на моё предложение? – спросил я.

– Мне ничего не остаётся, как согласиться с вашим предложением, иначе я не смогу достроить дирижабль. Да и вы смогли меня заинтересовать. Что потребуется с моей стороны? – спросил он.

Я сделал знак поручику Родионову, и тот положил перед изобретателем грозную бумагу о сохранении государственной тайны, где была написана его фамилия, и требовалось от него поставить подпись. Костович тщательно почитал текст несколько раз, а потом кивнув чему-то сам себе, поставил свою подпись.

 

– Я надеюсь, напоминать об ответственности за соблюдение государственной тайны вам не нужно. Поэтому мы сразу перейдём к делу. Вот наброски тех изменений, которые необходимо произвести с вашим дирижаблем и двигателем. К этому вот вам чек на десять тысяч рублей за покупку всех прав на ваш двигатель для его дальнейшей модернизации. А пока ознакомьтесь с необходимыми доработками и задайте те вопросы, которые у вас возникнут.

Почти тридцать минут довольный денежной компенсацией за патент Костович изучал мои записки по модернизации его двигателя. После чего, откинувшись на стуле, произнёс.

– Откуда столько совершенно невероятных изобретений? Расположение двигателя, система смазки, охлаждения, и всё так компактно продумано, что наводит на мысль о гениальности того человека, который всё это придумал. Мне обязательно нужно с ним пообщаться.

– К сожалению, это невозможно, но вы сможете задать свои уточняющие вопросы мне, а я как человек, видевший все эти новшества воочию, попробую вам помочь и поясню моменты непонятные вам, – сказал я.

– Вот у меня вопрос, для чего на валу столько отверстий и такая сложная система смазки, почему не использовать стандартную? – тут же спросил он.

– По этим каналам подаётся масло под давлением, а в результате того, что оно поступает в центре трущейся поверхности, то, выходя под давлением, масло равномерно распределяется по всей трущейся части и создаёт своеобразную масляную прослойку, что сводит трение к минимуму, если вы внимательно посмотрите на восьмую страницу, там описана конструкция простейшего масляного насоса и привод для него от основного вала. Это позволит увеличить срок службы двигателя в несколько раз. Сейчас вы в первую очередь должны заняться достройкой своего дирижабля, чтобы представить его общественности, при успехе возможна его демонстрация в Европе. Все нововведения демонстрироваться не будут, это будет государственная тайна. Как только вы закончите достраивать дирижабль Россия, то всё производство будет перенесено в Кронштадт, там будет намного легче обеспечить секретность всех новинок. Если у вас получится с двигателем, то я поддержу ваше новое стремление в разработке и строительстве воздухоплавательных аппаратов на другом принципе действия, отличном от дирижаблей и шаров, – сказал я, после чего добавил. – Данную папку вам придётся сдать после прочтения, вне стен Кронштадта данные разработки, чертежи и записи перемещать запрещается. Там для вас уже подготовлен кабинет и небольшое техническое и конструкторское бюро. С планом мероприятий по сохранению секретности вас ознакомит поручик, поэтому на сегодня пока всё. В ближайшие дни мы ещё обязательно увидимся, поэтому подготовьте свои вопросы заранее, – сказал я, после чего отправился к императору.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17 
Рейтинг@Mail.ru