The One. Единственный

Джон Маррс
The One. Единственный

Глава 23
Джейд

Стоявший в открытой двери фермы мужчина определенно не был Кевином, но сходство было поразительным. На вид ему было лет двадцать пять, то есть чуть больше, чем Кевину. Он тоже был чертовски симпатичным блондином, но его волосы были темнее и прямее. Голубые глаза сверкали той же искоркой, что и глаза Кевина на фото, но у этого человека были крупнее нос и более тонкие губы. Он с тревогой смотрел на нее, как будто ждал ее нападения.

Но, несмотря на ярость и растерянность, Джейд сумела сохранить благоразумие. Осторожность не помешает. Она не рискнула подойти ближе, предпочитая держаться от незнакомца на безопасном расстоянии. Дверь ее машины была не заперта, и она на всякий случай зажала ключи в руке. Вдруг она будет вынуждена срочно уехать или же пустить их в ход, как холодное оружие?

– Кто вы? Уж точно не тот, с кем я переписывалась последние семь месяцев! – сердито бросила она.

Незнакомец смотрел на нее со смесью любопытства, восторга и страха. Джейд несколько раз открыла было рот, пытаясь что-то сказать, но снова закрыла его. По тому, как часто он дышал, словно только что пробежал марафон, Джейд поняла: его что-то беспокоит и она одержала верх. Он не представлял для нее угрозы, решила она. Ее единственным врагом здесь, похоже, было солнце. Джейд подумала о своих бедных белых плечах.

– Может, пригласите меня войти? – сказала она, на мгновение забыв, что просится войти в дом совершенно незнакомого человека.

Мужчина кивнул и отошел в сторону, и Джейд, поднявшись на крыльцо, шагнула в прохладный холл с кондиционером. Ее потную шею тотчас обдал приятный холодок. Для Джейд это было сродни райскому блаженству.

Входная дверь закрылась, и Джейд заметила над пианино стену, сплошь увешанную семейными фотографиями в рамочках, какие можно увидеть практически во всех семьях. Это слегка ее успокоило. Не похоже, что она напросилась в гости к техасскому маньяку с бензопилой. С одного фото на нее смотрели мужчина средних лет, женщина и двое мальчишек-подростков, один из которых – правда, уже старше возрастом – сейчас стоял перед ней. Вторым подростком на снимке явно был Кевин.

– Вы брат Кевина? – спросила Джейд.

Мужчина кивнул.

– Марк, – пробормотал он.

Ярость Джейд остыла на пару градусов.

– И где же он прячется?

– Он уехал в город, – тихо ответил Марк. – Не знаю, когда вернется.

Переминаясь с ноги на ногу, он изо всех сил пытался смотреть ей в глаза, хотя взгляд его то и дело скользил куда-то ей за спину в открытый дверной проем.

– Сомневаюсь, что вы говорите правду, Марк. Не считайте меня дурочкой. Вы знаете, кто я?

Он кивнул.

– В таком случае вам известно, что я приехала за тридевять земель, чтобы встретиться с вашим братом. И если он рассказывал вам обо мне, то вам наверняка известно, что я не тупая нахалка и мне не нравится, когда меня водят на нос. Так что я не уеду отсюда, пока он не найдет в себе смелость поговорить со мной, встретиться лицом к лицу. Мне все равно, есть у него жена или подруга, но я хочу услышать от него правду. И не выйду из этого дома, пока не услышу ее.

Ее гневная речь явно озадачила Марка. Он снова невнятно пробормотал что-то.

– Всё в порядке, Марк, – раздался из дверного проема голос Кевина.

Джейд резко обернулась к своей ДНК-паре, и от неожиданности у нее отвисла челюсть.

– Привет, Джейд! Не совсем то, что ты ожидала увидеть? – спросил он.

Глава 24
Ник

В полдень улица встала в дорожной пробке. Когда Ник и Салли подъехали к Колмор-серкус, злые как черти, водители возмущенно гудели клаксонами.

Дорожная авария в туннелях Куинс-уэй привела к тому, что четыре полосы движения сузились до одной. Вокруг слышался непрерывный вой дрелей и грохот отбойных молотков – это строители возводили новый многоэтажный дом на месте недавно снесенного офисного здания.

Подняв голову, чтобы взглянуть на их место назначения, Ник заметил на двух окнах третьего этажа сделанную красно-черными буквами надпись – «Массаж для вас». С его опытом в рекламе и маркетинге, он мысленно разнес в пух и прах устаревший выбор шрифта и графики.

– Почему я это делаю? – снова спросил он Салли.

– Потому что мы оба должны знать, есть ли хоть какая-нибудь частичка общего между тобой и этим человеком.

– Да это курам на смех, – заявил Ник, что он часто теперь говорил после того, как узнал, что его ДНК-пара – мужчина. – Я гетеросексуальный чувак, меня физически не тянет к мужчинам. Во-первых, ничего общего нет и не будет, а во-вторых, даже если, предположим, и будет, как можно измерить и определить, что это и есть то самое общее?

– По твоим словам, в ту ночь, когда мы познакомились в баре, ты якобы мгновенно понял, что мы поженимся, – ответила Салли. – Ты сказал, что твое сердце тотчас затрепетало. Теперь же, для моего собственного душевного спокойствия, я хочу, чтобы ты встретился с этим парнем, чтобы выяснить, затрепещет твое сердце при виде его или нет. Чтобы потом весь остаток жизни не мучиться этим вопросом.

– Нет, детка, остаток жизни мучиться этим вопросом будешь ты. А меня замучает другой: с какой стати, черт возьми, меня спарили с чуваком, когда я по уши влюблен в женщину.

– Пойми, Ник, это не гадание на кофейной гуще. Это наука, а она основана на фактах, веришь ты в это или нет. Ты должен это сделать.

Ник, глубоко вздохнув, взял лицо Салли в свои ладони и крепко поцеловал в губы. Хотя внешне могло показаться, что предстоящая встреча с его ДНК-парой его никак не волнует, внутри Ника нарастало любопытство: что представляет с собой тот, с кем он якобы связан самой прочной связью?

– Ладно, давай покончим с этим делом, – сказал он, вздохнув.

– Когда вы закончите, я буду ждать тебя в кофейне через дорогу.

Ник изобразил улыбку, нажал кнопку автоматического замка и, как только дверь открылась, поднялся на третий этаж к ресепшен.

– Привет! – Он нервно улыбнулся девушке-портье с татуировкой в виде розы на руке. – У меня на два тридцать назначена встреча с Александром.

– Дэвид Смит? – спросила она, взглянув на экран компьютера. Ник кивнул. Он правильно поступил, сменив имя. Если Александр также запрашивал контактные данные своей ДНК-пары, Ник не хотел бы, чтобы он заранее знал, что они скоро встретятся лицом к лицу. – Вам нужны процедуры для шеи и плеча, верно? – продолжила девушка.

– Да.

– Хорошо, просто заполните эту форму, и Алекс будет с вами через несколько минут.

Сев в кресло, Ник принялся заполнять краткую анкету о своем вымышленном заболевании. Наряду с именем, он также придумал причину: ушиб, полученный во время недавней, такой же вымышленной, автомобильной аварии.

– Дэвид? – раздался за его спиной низкий, но дружелюбный голос с легким акцентом, который Ник не смог определить. Он обернулся. В дверях, улыбаясь ему, стоял Александр.

– Д-д-да, – заикаясь, выдавил из себя Ник.

– Я – Алекс, – начал врач, протягивая для рукопожатия руку. – Заходите, и давайте посмотрим на вас.

Ник последовал за ним в кабинет и уселся на физиотерапевтическую кушетку. Алекс сел на раскладной стул напротив.

– Итак, расскажите мне про боли и их причину, – попросил Алекс.

Начиная свой рассказ, Ник надеялся, что врач не заставит его вдаваться в подробности, ограничившись лишь той информацией, которую Ник отрепетировал. Однако Алекс задал ему несколько общих вопросов о его здоровье и привычках. Отвечая, Ник старался не таращиться на него. Даже он был вынужден признать, что фото не солгало: Алекс был невероятно хорош собой.

– Хорошо. Если вы не против снять футболку и лечь лицом вверх… – сказал Алекс и брызнул себе на руки немного дезинфицирующего средства. По сравнению с его широкой грудью, видневшейся из выреза футболки, Ник внезапно ощутил себя тощим задохликом.

– Я лишь немного пощупаю вам шею и плечи, – объяснил Алекс и встал позади него.

О черт, подумал про себя Ник, готовясь к прикосновению пальцев Алекса. Он очень надеялся, что тело не предаст его: соски не встанут по стойке «смирно», член не задергается. Напомнил себе, что, когда бывал пьян, часто обнимал своих друзей, и это никогда не вызывало сексуальной реакции. Закрыл глаза и, как только руки Алекса коснулись его плеч, вознес молитву. И… ничего не случилось. Ник чувствовал только пальцы Алекса, как они мнут и вертят его шею, прося наклонить ее то в одну, то в другую сторону. Ник с облегчением вздохнул.

Затем по просьбе Алекса он перевернулся и лег на кушетку лицом вниз, к специальному отверстию. Руки Алекса пробежали по его позвоночнику, со слышимым треском то там, то здесь выравнивая их положение. Хотя порой это было больновато, Ник был не прочь немного поболтать.

– Так вы австралиец?

– Нет. Я из Новой Зеландии.

– Вот как… давно вы здесь?

– Года полтора или около того. Но моя виза истекает. Мой старик не очень хорошо себя чувствует, так что придется вернуться домой.

– Жаль. И что, навсегда?

– Думаю, да. Мы только что получили для моей подруги разрешение на трудоустройство в Новой Зеландии. Она британка.

У него есть девушка, он не гей, подумал Ник. Слава богу, они в одной лодке. В одной и той же старой как мир гетеросексуальной лодке.

Пока Алекс продолжал заниматься плечами и шеей Ника, они немного поговорили о работе и о том, где любят проводить свободное время. Ник узнал, что время от времени они посещали одни и те же бары, но в остальном у них было мало общего. Алекс был спортсмен, бо́льшую часть выходных играл в регби – он с гордостью продемонстрировал фото своей команды на стене кабинета – или проводил время с подружкой в туристических походах или занимаясь скалолазанием. В отличие от Алекса, единственным физическим упражнением Ника была пробежка до автобусной остановки, когда ему случалось проспать.

– Ну вот, приятель, на сегодня, пожалуй, хватит, – сказал Алекс. – Были кое-какие проблемы, но в целом все не так уж плохо. Подождите недельку и, если симптомы сохранятся, еще разок запишитесь ко мне на прием.

 

– Отлично, спасибо, – ответил Ник, надевая футболку и пиджак. Поднявшись с легким головокружением на ноги, он увидел в окно тремя этажами ниже сидевшую в кафе Салли. Улыбнулся, довольный, что встреча с Алексом не порушила их планы. Та, с кем ему суждено провести остаток жизни, сидела на противоположной стороне улицы, а не стояла с ним в одной комнате.

Обменявшись с Алексом рукопожатием, Ник направился к стойке регистрации. Поднеся телефон к сканеру, чтобы расплатиться за прием, подумал, как же глупо с его стороны было опасаться, что он, возможно, латентный гей. Вот вам доказательство, сказал он себе, что все эти тесты на совместимость ДНК – мошенничество чистой воды.

На прощание Ник обернулся на процедурную комнату – как раз в тот момент, когда Алекс тоже повернул голову. Их взгляды встретились. Внезапно Нику будто дали под дых. Сердце бешено заколотилось в груди, зрачки – он это чувствовал – мгновенно расширились, желудок словно приготовился сделать сальто. Судя по тому, как лицо Алекса внезапно приняло недоуменное выражение, тот ощутил то же самое.

– Ваша квитанция, – с улыбкой сказала администратор, и колдовские чары мигом рассеялись. Ник встрепенулся и в панике бросился вниз по лестнице и вон из здания.

Чувствуя, что задыхается, он постоял на тротуаре, прислонившись к стене, надеясь, что легкий летний ветерок охладит его разгоряченное лицо. «Что это было?» – спросил он себя.

Наконец дыхание успокоилось, пульс пришел в норму, и он направился к Салли.

– Ну как? – с тревогой спросила та, когда он сел на табурет рядом с ней.

– Нормально, но он не в моем вкусе. – Ник улыбнулся и даже выдавил усмешку.

– Значит, мне нет причин опасаться, что некий мужчина отобьет у меня моего жениха?

По ее тону могло показаться, что она шутит, но Ник видел: вопрос был задан совершенно серьезно.

– Ты на самом деле думала, что такое может быть?

– Нет. Хотя кто знает… Немного. Да.

– Конечно нет, – поспешил заверить ее Ник и для пущей убедительности поцеловал в лоб. Она протянула руки и крепко его обняла. И в этот миг взгляд Ника скользнул через дорогу и поднялся на три этажа – в клинику, где, он уже знал, осталось его сердце.

Глава 25
Элли

С ним явно что-то не так, подумала Элли, читая очередное сообщение от Тима. Не проходило и часа, чтобы один из них не отправил другому что-нибудь. Почувствовав в кармане вибрацию телефона, она пожелала, чтобы деловые встречи проходили быстрее: поскорее прочесть, что нового он хотел сказать ей. Она уже отказалась от второго телефонного номера и дала ему личные контактные данные. И хотя во время той первой встречи в пабе несколько дней назад у нее не возникло к Тиму физического влечения, было в нем нечто такое, что притягивало.

Тим без восторга отзывался о своей карьере системного аналитика – тоска, мол, зеленая. Элли же была еще более неоднозначно настроена в отношении своей карьеры. Она сообщила Тиму, что работает в крупной компании в Сити. Когда же он попытался уточнить, чем собственно занимается ее фирма, ушла от прямого ответа, сказав лишь, что это связано с экономикой, и больше ничего не добавила. Ибо знала: если их дружбе суждено перерасти в нечто большее, она не сможет вечно ему лгать. А пока ей нравилось притворяться обычным человеком. Оставалось лишь надеяться, что он не угробит их отношения поиском информации о ней в интернете.

После долгой полосы разочарований Элли впервые проявила интерес к мужчине. Ее последние кавалеры в первую очередь видели в ней двигатель для расширения своего бизнеса или источник привлечения инвестиций. Другие, будь то на первом, втором, третьем или четвертом свидании, неизбежно находили способ поднять тему ее денег. Это тотчас отбивало в Элли всякое желание продолжать встречи. Было видно, что их неуверенность в собственных силах вселяла в них страх: на ее фоне они боялись показаться «недомужиками». Увы, слишком многие мужчины видели в независимой, богатой и привлекательной женщине вроде нее угрозу для себя, думая, что ее следует держать в узде.

В двадцать с небольшим лет Элли считала, что можно по уши влюбиться в любого, а не только в свою ДНК-пару. В конце концов, так было в течение тысяч лет, прежде чем была обнаружена генная совместимость. Но с течением времени, перешагнув порог тридцатилетия, она утратила веру в то, что когда-либо сможет найти общий язык с человеком, кто не является ее ДНК-парой. Иногда у нее вспыхивали искорки влечения, но тотчас гасли, стоило ей узнать их истинные намерения. Интересно, что движет Тимом? Элли поймала себя на том, что пытается найти некий скрытый мотив, и ее жутко злило, что ей не к чему в нем придраться.

«Во вторник я работаю в Лондоне. Не хочешь составить мне компанию за ужином до того, как я последним поездом уеду домой?» – написал Тим.

«Это было бы чудесно», – ответила она, чувствуя внутри прилив тепла.

Хотя Элли так и не испытала любовь с первого взгляда, которую якобы чувствовали девяносто два процента ДНК-пар в течение первых сорока восьми часов, она все равно находила Тима особенным. Нет двух одинаковых пар. Иногда всепоглощающая любовь может прийти со временем, поэтому Элли не волновалась. Чем больше будет проводить времени в его обществе, тем быстрее сбросит с себя защитный панцирь.

Но достаточно ли он особенный, чтобы раскрыть ему свой секрет? Этого она еще не решила.

Глава 26
Мэнди

Стоило Мэнди ступить на подъездную дорожку, как входная дверь в скромный дом, который Ричард когда-то называл своим, открылась. На крыльце, сияя улыбкой, выросла Хлоя. В эти мгновения в ней не было ничего от той подозрительной особы, с которой Мэнди пересеклась на поминальной службе.

– Входи, – пригласила она, и гостья нервно последовала за ней по коридору в просторную кухню.

На табурете у барной стойки сидела женщина, которую Мэнди уже видела в церкви. Между братом и сестрой, или матерью и сыном, не было большого внешнего сходства, но в том, как они смотрели друг на друга, было нечто такое, что подсказало Мэнди: эта женщина – часть семьи. Она тотчас ощутила некую тягу, какая обычно бывает к ДНК-паре.

Из-за очков смотрели глаза скорбящей матери, которая все еще не смирилась с потерей сына. Мэнди протянула для рукопожатия руку, но женщина схватила ее за плечи и крепко обняла.

– Большое спасибо, что согласились прийти, – шепнула она ей на ухо.

– Хорошо, мама, можешь ее отпустить. Мэнди, это наша мама, Патриция, – сказала Хлоя.

– Приятно познакомиться, – ответила Мэнди.

– Можешь звать меня Пэт, – сказала Патриция, окинув взглядом ДНК-пару сына с головы до ног. – Ричард тебя обожал бы!

Мэнди почувствовала, что краснеет.

– Посмотри на нее, Хлоя. Она ведь красавица, не так ли?

Та кивнула из-за другой стороны барной стойки, где готовила им чай.

Мэнди оглядела кухню и столовую. Ее взгляд задержался на семейных фотографиях в рамках, которыми был уставлен сервант. К пробковой доске, рядом с медалью за участие в лондонском марафоне, был пришпилен листок с порядком поминальной службы по Ричарду. Мэнди чувствовала на себе пристальный взгляд Пэт, но не ощущала неловкости.

– Ричарду было интересно знать, какая ты, – в конце концов произнесла Пэт. – Когда он проходил тест, то задавался вопросом, кто его пара и где она живет. Не знаю, говорила ли тебе Хлоя, но Ричард обожал путешествовать. Я уверена, он отправился бы даже на край света, чтобы быть с той, кто выпал ему в пару.

– Я живу всего в двух часах езды отсюда, рядом с Эссексом. – Мэнди улыбнулась. – Ему не нужно было бы далеко путешествовать. А вы знаете, почему он прошел тест?

– Думаю, по той же причине, что и все остальные. Да, в свои двадцать пять Ричард был молод, но он всегда мечтал остепениться и создать собственную семью. Когда мы с его отцом познакомились, не было никаких тестов, но мы прожили вместе двадцать лет, до самой его смерти, и я не помню, чтобы мы хотя бы раз повздорили. Ричард мечтал о таких же отношениях; он не хотел оставлять столь важную вещь, как брак, на волю случая.

– Что ты подумала, когда узнала, что случилось? Про аварию? – спросила Хлоя, передавая Мэнди чашку чая.

– Наверное, это звучит глупо, ведь мы ни разу не встретились, но я была совершенно убита горем, – призналась Мэнди. – Это все равно что узнать, что у тебя никогда не будет детей. Как будто отнимают право выбора, и ты оплакиваешь потерю того, чего никогда не было… Со мной было именно так. Звучит смешно, не правда ли? – Мысль о детях пронзила ее болью. Невзирая на то что было с ней в прошлом, Мэнди прошла множество тестов, и те показали, что она способна зачать ребенка. Мэнди всегда считала, что ей повезло, что она не из тех бедных женщин, о которых говорила. Но теперь она потеряла все – Ричарда, шанс когда-либо иметь детей, будущее…

– Глупышка, – сказала Пэт и положила на руку Мэнди ладонь. – Ты потеряла то же самое, что и мы; нам лишь повезло в том, что он был с нами всю свою жизнь. То, что его потеряла ты, так несправедливо…

Слова Пэт немного успокоили Мэнди, помогли побороть слезы, которые грозили взять над ней верх.

– Я не думала, что кто-то меня поймет, – тихо призналась она, сглатывая комок слез.

– Хочешь увидеть его спальню?

– Мама, – прервала ее Хлоя. – Дай ей время, она ведь только что пришла. Зачем ей лишние переживания?

– Ничего страшного, я с удовольствием взгляну. Мэнди кивнула и последовала за Пэт к лестнице.

– Поступив в колледж, Ричард уехал от нас, но по окончании снова вернулся домой, а потом снова уехал, но уже в путешествие, – объяснила Пэт. – Хлоя шутила, что мы должны установить вращающуюся дверь, потому что он вечно то приезжал, то уезжал. Затем, когда его бизнес личного тренера пошел на лад, он накопил денег на квартиру. – Пэт открыла дверь, перед которой они стояли. – Заходи и посмотри, если хочешь. Я не буду тебе мешать.

Спальня Ричарда была опрятной и просторной. Мэнди направилась к стене, увешанной сотнями снимков из его путешествий по всему миру: по Австралии, Азии, Южной Америке, Восточной Европе и даже Аляске. Рядом с кроватью стоял платяной шкаф, в котором висели рубашки и брюки, все аккуратно отутюженные. Мэнди провела пальцами по толстому джемперу и притянула его к лицу, чтобы вдохнуть его запах, но уловила лишь аромат кондиционера для ткани.

Затем она подошла к креслу в углу комнаты – через его спинку был перекинут шарф. Взяв его и поднеся к лицу, Мэнди глубоко вдохнула, отчаянно желая ощутить незримую связь с Ричардом. Ноздри ей тотчас защекотал запах его лосьона после бритья. Ноги мгновенно сделались ватными, грозя подкоситься. Она не могла толком описать, что почувствовала в тот момент, но позднее сравнивала это ощущение с погружением в теплую мыльную пену или в чьи-то сильные и надежные объятия.

Затем внезапно, к ее собственному удивлению, Мэнди расплакалась. Видеть фотографии Ричарда, познакомиться с его матерью и сестрой – это одно, вдыхать же его запах – нечто совершенно иное. Тотчас закружилась голова; перед глазами заплясали черные точки. Чтобы не упасть, Мэнди, прежде чем выйти из комнаты, была вынуждена опереться о комод. Закрыв за собой дверь, она первым делом вытерла с покрасневших глаз слезы.

Вдруг до нее дошло: она влюблена в мертвого человека. И влюблена сильнее, чем могла себе представить.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25 
Рейтинг@Mail.ru