Миссия Марка

Джоко Виллинк
Миссия Марка

MARC’S MISSION: WAY OF THE WARRIOR KID

Иллюстрации: Джон Бозак

Перевод с английского: Маргарита Петрова

Дизайн обложки: Юлия Межова

Печатается с разрешения издательства Feiwel & Friends,

an imprint of Macmillan Publishing Group, LLC

и литературного агентства Nova Littera SIA.

MARC’S MISSION: WAY OF THE WARRIOR KID Copyright © 2018 by Jocko Willink

© Петрова Маргарита, перевод, 2020

© ООО «Издательство АСТ», 2021

* * *

Посвящается ребятам из боевого ударного подразделения третьего отряда «Морских Котиков», в особенности Марку Ли, Майку Монсуру и Райану Джобу, которые жили, сражались и погибли как настоящие воины.

Крису Кайлу, чья легендарная слава оказалась длиннее его жизни, но не больше его сердца.

И Сету Стоуну, который никогда меня не подводил.

Никогда…



Кодекс мальчика-воина:

1. Мальчик-воин рано встаёт.

2. Мальчик-воин всегда занят учёбой и поиском новых знаний, а также задаёт вопросы, если чего-то не понимает.

3. Мальчик-воин тренируется и правильно питается, чтобы оставаться здоровым, сильным и ловким.

4. Мальчик-воин учится драться, чтобы дать отпор хулиганам и защитить слабых.

5. Мальчик-воин уважает других людей и всегда старается им помочь, когда это возможно.

6. Мальчик-воин содержит вещи в порядке и всегда готов действовать.

7. Мальчик-воин сохраняет скромность.

8. Мальчик-воин усердно трудится и старается изо всех сил.

9. Я – мальчик-воин.

Глава 1: Тыква и директор

Этот учебный год был по-настоящему отличным. Пока не наступил последний день в школе. Я провёл его там, куда НИКОГДА НЕ ДОЛЖЕН БЫЛ ПОПАСТЬ, – В КАБИНЕТЕ ДИРЕКТОРА! Да, именно так. Я, мальчик-воин, живущий по своему кодексу правил, оказался в кабинете директора! Представляете себе?

Причину можно объяснить одним словом: НАТАН. Всё верно. Меня отправили к директору из-за Натана Джеймса – парня с двумя именами!



Вот что вы должны знать о Натане: он дико раздражает. Он всё время находится в движении. Стучит. Щёлкает. Суетится. Прыгает на одной ноге. Вскакивает. Садится. Никогда не останавливается. Это ОЧЕНЬ БЕСИТ.

Ещё он постоянно всё комментирует и отпускает реплики. И не самые приятные. Он придумывает нам прозвища. Обидные прозвища. Кенни Уильямсона называет болваном. Патрисию Джонсон – остроносой. А меня он зовёт Тарелкиным. Не знаю, почему. Мне не кажется, что у меня плоское лицо.

Да, может быть, оно довольно круглое, но это не значит, что меня можно дразнить Тарелкиным.



Он говорит всё это как бы в шутку, но в то же время серьёзно. Поэтому если на него пожаловаться, то будешь выглядеть ябедой.

Сегодня мы помогали делать уборку в классе. Одни снимали со стены картинки, другие отмывали столы, третьи пересчитывали и укладывали книги. Я попал в одну группу с Натаном, мы отвечали за уборку уголка искусств.

Он тут же начал меня задирать:

– Давай-ка наведём здесь порядок, Тарелкин.



– Не называй меня так.

– Не называть как, Тарелкин?

– «Тарелкин».

– Но ты же Тарелкин.

– Не называй меня так! – Мне пришлось повысить голос.

Я почувствовал, что краснею от гнева.

– И как же ты хочешь, чтобы я тебя называл?

– У меня есть имя, – я посмотрел на Натана и увидел, что он немного струхнул.

– Ладно-ладно.

Думаю, он понял, что зашёл слишком далеко, и испугался последствий. А потом прошептал «Тарелкин» и усмехнулся.

У меня сжались кулаки. Я сильно прикусил губу, сжал челюсть и начал тяжело дышать. Чем больше я думал о случившемся, тем сильнее злился. Когда Натан это понял, его ухмылка стала ещё шире. Моё лицо становилось всё более красным. Его это развеселило. Он смеялся над моей яростью! Я был так зол, что мне хотелось взорваться, или закричать, или швырнуть в него чем-нибудь.



Тогда-то мой взгляд упал на ярко-оранжевую тыкву из папье-маше. Её сделал на уроке искусства мальчик, который сидит передо мной. Она была размером с волейбольный мяч и выглядела как раз подходяще. Не раздумывая ни секунды, я схватил тыкву и со всей силы бросил её Натану в голову. Он этого совсем не ожидал, поэтому тыква угодила ему прямо в лицо. Удар оказался таким сильным, что он споткнулся о фигурку гусеницы и упал на пол, опрокинув мольберт. Всё это сопровождалось УЖАСНЫМ шумом, поэтому все посмотрели на нас.



Вот тут-то всё пошло совсем плохо. Тыква срикошетила от головы Натана и попала прямо в нашу учительницу, мисс Карпентер, как только та повернулась посмотреть, что там за шум. БАХ! ПРЯМО В ЛИЦО! К счастью, тыква была из бумаги, поэтому особого вреда не причинила. Но она отбросила учительницу обратно за стол, в результате чего пролился кофе.

Я раньше никогда не видел мисс Карпентер в гневе. И надеюсь, больше не увижу. Она стала пунцовой и выглядела так, словно готова УБИТЬ МЕНЯ!



Вместо этого её голос стал очень-очень тихим, как утробное рычание дикого зверя, и она процедила:

– ИДИ. В КАБИНЕТ. ДИРЕКТОРА. ЖИВО.

По дороге в кабинет директора Форреста слёзы брызнули у меня из глаз. Я не мог поверить! Сегодня последний учебный день, а я угодил в кабинет директора!

Когда я добрался до него, секретарь велела мне сесть и ждать снаружи. Похоже, я уже наплакался вволю, потому что начал успокаиваться. Мисс Карпентер пришла примерно минуту спустя и прошла сразу в кабинет, даже не взглянув на меня.

Через несколько минут она вышла и встала передо мной. Вид у неё уже был не такой сердитый.

Она чуть помолчала и произнесла:

– Я разочарована, Марк. Очень разочарована.

Я попытался всё объяснить:

– Но… Я… Это совсем не…

Однако она уже ушла.

Затем директор Форрест позвал:

– Зайди ко мне, Марк.

Я зашёл в кабинет, низко повесив голову.

– Ну? – спросил он.

– Мне жаль. Я просто… Это всё… Это всё Натан. Он обзывает меня Тарелкиным. И он дразнил меня так весь год. А сегодня он повторял это снова, и снова, и снова, даже после того, как я попросил его этого не делать.

– И ты считаешь, это даёт тебе право кидаться в него? И в мисс Карпентер?

– Нет, но…

– Именно, Марк. БЕЗО ВСЯКИХ «НО». Я отправляю тебя домой. Сейчас вызову родителей, чтобы они тебя забрали.



У меня сердце упало. Я не мог в это поверить. Мама с папой накажут меня до конца моих дней! А потом я понял, что всё не так уж и плохо. Мой отец две недели назад уехал в командировку за границу на строительство завода. Его не будет всё лето. А у мамы теперь новая работа… Ну, не совсем новая. Новая должность на старом месте работы. Она получила повышение, теперь у неё куча дел и очень много обязанностей. Чаще всего она возвращается домой уже после ужина. Иногда и вовсе после того, как я ложусь спать. Так что сейчас её дома точно нет, и это здорово – ведь она не ответит на звонок, а к тому времени, когде она придёт, школа уже закроется. Я спасён!

Секретарь принесла листочек с номером моего домашнего телефона. Директор набрал номер. Я знал, что никто не возьмёт трубку, и терпеливо ждал. Затем директор Форрест неожиданно заговорил:

– Здравствуйте, могу я поговорить с мамой или папой Марка?

Наступила пауза, как если бы он слушал ответ.

– Хорошо. А его мама или папа дома?

«С кем это он разговаривает?» – спросил я сам себя.

– А, ну хорошо. Вот в чём дело: у Марка сегодня была вспышка агрессии. Закончилось всё тем, что он бросил предмет и попал в ученика и учительницу. Я отправляю его домой, чтобы он мог подумать над своим поведением. Вы можете забрать его?

Я всё ещё не имел ни малейшего понятия, с кем он разговаривает.

– Прекрасно. Тогда увидимся через несколько минут. Спасибо. – Директор повесил трубку и посмотрел на меня: – Твой дядя сейчас заедет и заберёт тебя.



И тут я мгновенно вспомнил: дядя Джейк приехал к нам сегодня днём, пока я был в школе! Мама пригласила его погостить у нас летом и последить за мной, пока папа в отъезде, а она занята на работе. Она оставила ключ под ковриком, дядя Джейк вошёл, ответил на звонок и теперь приедет, чтобы забрать меня! И ему ВСЁ станет известно!

Я заплакал. Не из-за обиды на Натана или того, что меня послали в кабинет директора и отправили домой. И даже не из-за того, что дядя Джейк узнал о моих проделках. Были и другие причины, по которым лето обещало быть просто ужасным. Это только начало.

Глава 2: Извинения

Сидя на скамейке перед кабинетом директора, я плакал как младенец. Мне не верилось, что это происходит на самом деле, и я всё шептал себе под нос: «Какой же я глупый! Какой глупый».



Первый день своих каникул дядя начинает с того, что забирает меня из КАБИНЕТА ДИРЕКТОРА! Он так много сделал для меня прошлым летом! Научил плавать и запоминать новую информацию, отвёл в класс джиу-джитсу и показал специальную программу тренировок, благодаря которой я научился подтягиваться. Он превратил меня из нытика в мальчика-воина, и вот как я ему отплатил за это?! Натворил дел и оказался в кабинете директора?!

 

Чем больше я думал об этом, тем больше понимал, как сильно подвёл его, – и тем хуже себя чувствовал. И важнее всего – какое наказание меня ждёт? Домашний арест на всё лето? Или дольше? До Рождества? Разрешат ли мне вообще праздновать Рождество? А дядя Джейк – будет ли он когда-нибудь разговаривать со мной после того, что произошло?

Я сидел там, уронив голову на руки, и плакал. А потом услышал знакомый голос:

– Как поживаешь, Марк?

Я поднял глаза. Это был дядя Джейк. Он не выглядел сердитым. Или расстроенным. Вид у него был вполне нормальный. Но я-то себя нормально не чувствовал.



– Не слишком хорошо, дядя Джейк. Не слишком. – Слёзы текли у меня из глаз.

– О’кей. Давай-ка уйдём отсюда, и ты мне расскажешь, что произошло.

Он зашёл в кабинет директора и закрыл дверь. Мне было не разобрать, о чём они говорят, но я слышал голос дяди Джейка. Спустя пару минут он вышел:

– Пойдём, Марк, покажешь мне, где можно найти мисс Карпентер.

– Но мне велели отправляться домой.

– Не раньше, чем ты извинишься перед мисс Карпентер и Натаном.



– Но меня выставили…

– Директор позвонил в классную комнату, они будут ждать тебя перед дверью.

– Но всё это произошло по вине Натана! – упорствовал я.

– Нет, это не так. Ты не можешь винить других людей за свои поступки. Причина всему – ты сам. Ты потерял терпение. Утратил контроль. Из-за этого принял неверное решение. Теперь ты извинишься. Причём от чистого сердца. А потом я отвезу тебя домой. Понятно?

– Да, понятно.

Как только мы завернули за угол, я увидел мисс Карпентер и Натана, стоящих около двери в класс. От стыда я низко повесил голову. Подойдя ближе к ним, мы остановились.

– Валяй, – сказал дядя Джейк.

Я посмотрел на мисс Карпентер. Чувствовал я себя просто ужасно. Мне действительно было жаль, что я попал в неё тыквой:

– Простите меня, мисс Карпентер.



– Хорошо, Марк. Я сильно расстроена, но принимаю твои извинения. Надеюсь, что подобного больше не случится.

– Не случится. Я обещаю.

Затем я взглянул на Натана. На его лице мелькнула ухмылка. Я не хотел просить прощения у него: это он во всём виноват!

– Ну? – произнёс дядя Джейк.

Я застыл. Это было УЖАСНО! Я должен был либо извиниться перед моим злейшим врагом за то, на что он САМ спровоцировал меня, либо не подчиниться дяде Джейку – лучшему дяде на всём белом свете.

Он проговорил уже более суровым тоном:

– Марк, ты должен извиниться.

Это был тот самый случай, когда дядя Джейк вынуждал меня сделать что-то независимо от того, НРАВИТСЯ МНЕ ЭТО ИЛИ НЕТ!

Так что я с усилием сглотнул, уставился в пол и пробормотал:

– Извини.



– Что? – переспросил дядя Джейк. – Громче.

Тут уж ничего не поделаешь. Я понял, что и без того уже натворил бед. Поэтому я глубоко вздохнул, посмотрел Натану прямо в глаза и сказал:

– Мне жаль, что так случилось, Натан.

Ухмылка Натана растянулась до размеров улыбки, и он ответил:

– Ещё бы, ведь…

Его резко прервала мисс Карпентер:

– Ну-ка прекрати это, Натан Джеймс, и прими его извинения. ЖИВО.

Он понял, что ему тоже может достаться, поэтому перестал издеваться и произнёс:

– Извинения приняты, Марк.

Прозвучало не очень убедительно, но мисс Карпентер этого оказалось достаточно. Она обняла его за плечи, поблагодарила дядю Джейка и отправила Натана обратно в класс.

Когда он ушёл, она наклонилась ко мне и проговорила:

– Ты же выше этого, Марк. Во всяком случае, должен быть выше.

Она бросила на меня взгляд, полный разочарования, и я понял, что подвёл её. Потом она развернулась, зашла в класс и закрыла дверь.

– Пойдём, Марк, – бросил дядя Джейк, направляясь к выходу. – Давай я заберу тебя отсюда.

Мы миновали коридор, вышли во двор и дошли до стоянки, не проронив ни единого слова. Мне казалось, что дядя Джейк уже никогда не будет со мной разговаривать. Лето становилось хуже с каждой минутой!

Глава 3: Зеркало

Я медленно подошёл к машине и сел в неё. Дядя Джейк завёл двигатель и взялся за руль. А потом спокойно спросил:

– Так что же случилось, Марк?

Его тон меня немного успокоил. Я думал, он будет злиться на меня. Но, похоже, он просто хотел разобраться, в чём дело.

– Я бросил тыкву из папье-маше в Натана Джеймса. Она попала ему в лицо, а потом – в мисс Карпентер.

Дядя Джейк слегка улыбнулся – это меня удивило, – а потом сказал:

– Эта часть мне известна, Марк. Её мне поведал директор. Я спрашиваю, почему это случилось? Зачем ты это сделал?



– Потому что Натан меня бесит! Очень бесит!

– Значит, ты кидаешься тыквами из папье-маше в каждого, кто тебя раздражает?

– Нет, не в каждого.

– Почему же ты так сделал в этот раз?

– Потому что он дразнил меня Тарелкиным.

– Тарелкиным?

– Да! Тарелкиным.

Дядя Джейк рассмеялся. ОН ХОХОТАЛ!

– Это не смешно! – воскликнул я.

– Вообще-то, смешно.

– Я НЕ ПОХОЖ НА ТАРЕЛКУ!

– У тебя довольно круглое лицо.

– ВОТ И НЕТ! – Надо признать, что я… вроде как прокричал это.

Я был зол. ОЧЕНЬ ЗОЛ.

– Более круглое, чем у остальных людей, я хотел сказать. Ты же видел себя? В зеркале?

Дядя Джейк всё ещё немного посмеивался. Я не мог в это поверить! Он соглашался с Натаном и тоже считал, что у меня лицо ПОХОЖЕ НА ТАРЕЛКУ!



Слёзы вновь потекли у меня по лицу. Я почувствовал, как закипает кровь.

– ДА, Я ВИДЕЛ СЕБЯ В ЗЕРКАЛЕ. И ЛИЦО У МЕНЯ НЕ ПОХОЖЕ НА ТАРЕЛКУ!

Я не мог остановиться и продолжал кричать. Словно против меня ополчился весь мир и даже мой герой – дядя Джейк.

Внезапно он свернул с дороги, припарковал машину и сказал:

– Посмотри сейчас на своё лицо и скажи мне, что ты видишь.

Он опустил козырёк машины и показал мне отражение в зеркале.

Я посмотрел в зеркало.

– Тарелку я там не вижу! – воскликнул я.

– Хорошо, а что ты видишь?

Я внимательно посмотрел на своё отражение. Моё лицо не походило на тарелку, но оно было ярко-красным. Щёки – мокрыми от слёз. У меня даже из носа текло.

– Что ты видишь? Посмотри на себя и скажи мне, – повторил дядя Джейк.

Я ещё раз посмотрел. Слёзы. Мокрый нос. Красное лицо. Я точно знал, на кого похож. Поэтому сказал:

– Младенца. Я похож на здоровенного младенца.

Дядя Джейк улыбнулся и кивнул:

– А почему, по-твоему, ты на него похож?

Я отлично понимал, к чему он клонит. Ответ был очевиден:

– Потому что веду себя как младенец?

Дядя Джейк кивнул:

– Совершенно верно. А как ведут себя младенцы?



– Они всё время злятся, кричат, плачут и швыряют вещи.

– Да… Злятся, кричат, плачут и швыряют вещи. Звучит знакомо, правда? – спросил дядя Джейк с многозначительным выражением лица. – А знаешь, почему они так себя ведут?

– Потому что они злы и расстроены?

– Но все бывают злы и расстроены. Это нормальные эмоции. Гнев. Печаль. Разочарование. А есть и хорошие эмоции, такие как счастье и радость. Но дело вот в чём: младенцы не могут контролировать свои эмоции. Они не умеют. Поэтому они кричат и плачут. Вот и ты поступил так же. Повёл себя как маленький ребёнок. Воин должен уметь контролировать эмоции. Особенно если речь идёт о таком пустяке, как обидное прозвище.



– Ну…

Я понял, что мне ещё многое нужно рассказать дяде Джейку. Дело в том, что я злился не только из-за Натана Джеймса. Для этого были и другие причины. И только сейчас я начал это осознавать. Но не знал, как сказать об этом дяде Джейку.

– Что «ну»?

– Я просто… – Я не знал, как объяснить это так, чтобы он понял.

– Ты просто что?

– Есть и другие вещи, которые меня беспокоят.

– Например? Расскажи мне.

Я сомневался, стоит ли это делать, но подумал, раз уж он помог мне прошлым летом, может быть, поможет и сейчас.

– Ладно. Всё дело в летних каникулах. Я надеялся прекрасно провести время с друзьями и потренироваться с тобой. Но кое-что случилось, и теперь, похоже, лето испорчено. Во-первых, мне придётся посещать дурацкий лагерь. Только это не совсем лагерь, и даже не кемпинг. Просто центр отдыха, где мы будем заниматься физкультурой, а ещё изучать математику, орфографию и кучу других предметов. Так что фактически это всё равно что ходить летом в школу! И как будто этого мало, там будет Натан Джеймс! Тот самый, которого я терпеть не могу! Мне было бы легче, если бы у меня был велосипед, чтобы ездить туда. Но мама не купит мне его. Я даже отвёл её в магазин, чтобы показать самый лучший велосипед на свете – «Бентли». Думал, может, если она увидит его во всей красе, то купит. НЕТ! Она бессердечная.



– И это всё? Лагерь и велосипед? И поэтому ты решил, что твоё лето будет ужасным? Из-за того, что тебе придётся ходить в лагерь и твоя мама не купила тебе велосипед?

Было ещё кое-что, о чём я боялся рассказывать дяде Джейку. Но, если я не расскажу ему об этом, он не сможет мне помочь. Поэтому я признался:

– Джиу-джитсу.

– Джиу-джитсу? Я думал, тебе нравится заниматься.

– Нравится. Это здорово и интересно.

– Так в чём же дело?

– Тренер хочет, чтобы я принял участие в турнире.

– И в чём проблема?

– В том, что я не хочу участвовать в нём.

– Почему?

– Потому.

– Потому?

– Да, дядя Джейк, потому. Просто потому. Не хочу, и всё.

Дядя Джейк помолчал некоторое время. А потом сказал:

– Ты должен посещать лагерь. Тебе не нравится Натан. Ты хочешь новый велосипед. И тебе предстоит турнир по джиу-джитсу. Ты считаешь, что по этим причинам лето будет испорчено?

– Я не считаю, что это испортит мне лето, – МОЁ ЛЕТО УЖЕ ИСПОРЧЕНО! ПОСМОТРИ НА МЕНЯ! – Я показал на своё отражение в зеркале. Слёзы уже высохли, но было видно, что я расстроен.

Дядя Джейк кивнул и помолчал ещё немного.

– Хорошо. А помнишь проблемы, которые беспокоили тебя прошлым летом?

– Конечно, помню.

– Подобные проблемы есть у многих людей. И с этими ты тоже сможешь справиться. Но это будет непросто. В процессе решения ты должен помнить обо всём, чему научился в качестве мальчика-воина, и на этот раз будет ещё сложнее. Работа предстоит тяжёлая. Придётся потрудиться совсем иначе, чем когда ты учился подтягиваться, плавать и заниматься. Проверке подвергнется твой ум, твои эмоции и твоя дисциплина. Но, если ты пройдёшь её, проблема будет решена и это лето станет лучшим в твоей жизни. Ты готов к испытанию, Марк?

Я тут же вспомнил ранние подъёмы, усиленную зубрёжку и тяжёлые тренировки, которые выпали на мою долю, когда дядя Джейк в последний раз помогал мне справиться с неприятностями. Но также я вспомнил и то, что благодаря этому стал быстрее, сильнее и умнее, чем раньше. И это было ЗДОРОВО!

– Да, дядя Джейк. Я хочу этого. И я готов.

– Хорошо, Марк. Тогда поехали домой. Там и начнём.



На лице у дяди Джейка заиграла та странная улыбка, которой я не видел ни у кого с тех пор, как он уехал. Похоже, он планировал получить удовольствие от предстоящего процесса. А вот насчёт себя я совсем не был уверен!

Рейтинг@Mail.ru