Абсолютная вера в любовь

Джессика Гилмор
Абсолютная вера в любовь

© 2015 by Jessica Gilmore

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016

* * *

Для Карлы. Эту книгу о сестрах я посвящаю моей дорогой сестре.

Любящая Джессика

Пролог

Ой, только не это!

Автомобиль Дейзи Хантингдон-Кросс сильно занесло на площадке, покрытой тоненькой корочкой льда, что привело ее в сильное замешательство. «Попала», – думала она, задумчиво разглядывая снежный барьер, образовавшийся у шин. Полная катастрофа!

Снег, без остановки падавший всю вторую половину дня и вечер, сослужил добрую службу, создав живописный фон для свадебных фотографий, которые Дейзи без остановки отщелкивала на протяжении двенадцати часов. Но сейчас он превысил все мыслимые нормы, плотно заблокировав колеса ее маленького городского автомобильчика. Любимый, яркий и маневренный, хорошо приспособленный для пробежек по улицам Лондона, он совершенно не годился для здешних мест – не для него такие снегопады и гололед. И она, к сожалению, слишком поздно это поняла.

Дейзи старалась оценить обстановку. Ее машина оказалась единственной на стоянке, а она – единственной в замке. Мурашки побежали по спине, Хоуксли-Касл казался таким романтическим при свете дня и вечером. Однако у подножия башни, мрачной скалистой глыбой нависшей над головой, можно было разглядеть только то, что попадало в освещенный круг расплывчатого света фонаря, и совсем не хотелось вспоминать о романтике. Скорее, окружение здорово напоминало фильмы ужасов, которые она в свое время успела посмотреть.

– Ну, не в лес же мне бежать, в конце концов! – Дейзи бросила нервный взгляд через плечо. Все и так плохо, не хватало еще сверхъестественных сил.

Вдобавок сегодня День святого Валентина. Самое время для материализации духов любовников прошлого.

Дейзи снова зябко передернула плечами, остро чувствуя, как стынут ноги в ботинках, и энергично, со всей яростью от дурацкой ситуации затопала.

Зачем ей понадобилось оставаться фотографировать, как разъезжаются гости? Они прекрасно разместились в минибасах и отправились к жаркому пламени камина и бокалу горячего пунша. Нужно было уезжать еще три часа назад, сразу же после первого танца, не дожидаясь, пока первые пушистые хлопья превратятся в ледяные сугробы.

Но нет! Ей всегда приходится делать дополнительный шаг, нечто большее, чем конкуренты, включая материалы для блога, дополненные фотографиями. Вот их-то она пообещала к полуночи подготовить для просмотра. А до полуночи уже не так далеко.

Что ж, ладно!

Собственный голос показался глухим в этой темноте, хотя и как-то помогал вернуться в нормальное состояние.

– Первое: я могу отправиться в деревню в паре миль отсюда. – Да, конечно, ходьба помогла бы разогреть окоченевшие ступни. – Второе: можно попытаться расчистить снег.

Дейзи с сомнением оглядела парковку. Снегопад успел засыпать ее собственные следы.

– Три: я попытаюсь где-нибудь раздобыть цепи для шин.

Она не смогла подавить невольный вскрик, когда мужской низкий голос вмешался в ее монолог. Дейзи резко обернулась, едва не поскользнувшись от неожиданности, и сразу же уткнулась в чью-то грудь в шерстяной куртке. Теплая, широкая и твердая – нет, не привидение. И не оборотень. И не вампир. Эти персонажи не одеваются в шерстяное, насколько ей известно.

– Вы откуда взялись? Перепугали меня до смерти! Она немного отступила, бросив сердитый взгляд на предполагаемого спасителя.

– Я собирался закрыть парковку. Мне казалось, гости разъехались сразу после свадьбы. – Внимательный взгляд скользнул по ее фигурке. – Не сказал бы, что вы одеты по погоде.

– Я одета для церемонии венчания. Но я не из числа гостей. Я фотограф.

– Точно. – Жесткое выражение лица несколько смягчилось. Так гораздо привлекательнее. Он оказался выше Дейзи, которая при ее шести футах обычно возвышалась над мужчинами. – Ладно, будь вы фотографом или гостем, вам вряд ли захочется проторчать здесь всю ночь. Я постараюсь найти цепи, и вместе попробуем вывести эту консервную банку на дорогу. А вообще, не помешает завести зимнюю резину.

– Это вовсе не «консервная банка», а зимние шины вряд ли пригодятся в Лондоне.

– Здесь не Лондон.

– Спасибо!

– Чего там! Просто не хочу, чтобы вы замерзли тут до смерти. Потом придется заполнять кучу разных бумаг. Стоит только об этом подумать, сразу передергивает. Давайте зайдем в помещение, там вы сможете отогреться. Я одолжу вам теплые носки и куртку.

Дейзи хотела возразить, но он не выглядел как убийца с топором за пазухой, да и ноги с каждой секундой промерзали все сильнее.

– Который час?

– Около одиннадцати, а что?

Ей ни за что не успеть домой вовремя, чтобы выложить фотографии в блоге.

– Нельзя ли мне воспользоваться вашим вай-фаем? У меня очень срочное дело.

– В такое позднее время?

– Да, это часть моей работы. Мне понадобится совсем немного времени.

Дейзи подняла взгляд на незнакомца, их глаза встретились, и у нее на секунду прервалось дыхание. Улыбка все еще пряталась в уголках его рта; если он продолжит в том же духе, свитер и теплые носки наверняка не понадобятся, ее кровь растопит лед и разморозит организм без посторонней помощи.

– Себ. Я присматриваю за этим местом. – Он протянул руку.

Дейзи пожала ее. Сердце отчаянно подпрыгнуло в груди, когда их пальцы соприкоснулись.

– А я Дейзи. Приятно познакомиться, Себ.

Он молча подхватил ее сумку. «Иди по моим следам, моя дорогая», – напевала Дейзи. Такой высокий, темноволосый, красивый, он пришел ее спасти в День святого Валентина.

Нет, все слишком хорошо, чтобы оказаться правдой.

Глава 1

Спустя шесть недель

Дрожь узнавания пробежала по спине Дейзи, стоило свернуть на тропинку. Дежавю! Все казалось настолько знакомым, хотя и каким-то другим. Последний раз, когда она была в Хоуксли, окрестности были покрыты снегом. Просто фантастическая чудесная страна из исторического фильма. Сейчас газон внутреннего двора казался светлым от цветущих крокусов и примул. Старый нормандец розовел слева. Его толстые серые каменные опоры выглядели так, словно простояли здесь уже не меньше тысячи лет, составляя резкий контраст со старинным очаровательным домом в три этажа, выстроенным в стиле тюдор. Перед ней возвышался еще один дом, по всей видимости в георгианском стиле.

Казалось, каждая клеточка организма кричала: «Поворачивай и беги!» Можно было переждать еще несколько недель или просто послать письмо. Ведь еще только первые дни…

Сразу – нет. Дейзи расправила плечи. Все это для трусов, а она о себе лучшего мнения. Проблемы нужно решать, так учил ее отец. Кроме того, она испытывала жгучую необходимость с кем-то поговорить, но оказалась не готова к разговору с собственной семьей. Никто из друзей тоже не понял бы. Единственный человек, которого ее известие могло хоть как-то задеть, он. Или нет. Но рискнуть стоило.

Решение принято, улыбка приготовлена, пора идти. Если удастся найти его, это будет…

В лицо пахнуло застоявшимся воздухом замка. Маленькая касса при входе была заперта, табличка гласила, что территория и залы закрыты в связи с праздником Троицы. Дейзи развернулась, пытаясь обнаружить какие-нибудь признаки жизни. Никого.

В конце флигеля виднелась маленькая дверца, которую она хорошо запомнила со времени своего первого посещения. В любом случае оттуда стоит начать.

Дейзи обошла дом, затягивая время и отчаянно вдыхая свежий весенний воздух. Солнце, пригревающее спину, словно передавало энергию, подпитывая отвагу, с которой она толкнула дверь.

– Вот это здорово!

Дверь заперта, никаких признаков колокольчика.

– Можно предположить, что им не нужны посетители.

Дейзи изо всех сил забарабанила в дверь кулаками, отступила на шаг и подождала. Все внутри свело от предчувствия. Дверь неохотно отворилась.

Медленно. Дейзи затаила дыхание. Помнит ли он ее? Поверит ли ей? На пороге возникла фигура. Дейзи испытала нечто среднее между разочарованием и облегчением. Это был не Себ!

Она одарила сурового вида женщину, заслонившую дверной проем, одной из своих «доверительных» трогательных улыбок.

– Простите, где я могу найти Себа?

Трогательная улыбка не подействовала. Вопрос был встречен взглядом горгоны Медузы.

– Себа? – В голосе женщины сквозило нескрываемое недоверие.

Ясно, улыбками эту стену не пробить. Но если она еще не окаменела под этим взглядом, значит, не все потеряно.

– Да.

Внезапно накатила паника. Она ведь правильно поняла его имя, верно?

– Он здесь работает. – Уж этот факт она помнила точно.

– У нас целый штат работников. – Горгона фыркнула. – Только нет Себа. Возможно, вы обратились не по адресу?

Все напоминало школу, словно Дейзи снова очутилась под пронизывающим взглядом классной дамы. Вдруг захотелось потянуть вниз шорты, как-то прикрыть колени и застегнуть на все пуговицы винтажный жилет. Она не раз прокручивала в уме предполагаемые события сегодняшнего утра. В любом случае не допускала варианта, что не увидит Себа. Или узнает, что его не существует. Или он правда привидение? Ну конечно нет! Привидения не обладают твердой плотью и мускулами.

– Это Хоуксли-Касл, не так ли?

Так. Больше нигде не встретишь уникального сочетания нормандского донжона, тюдорианского особняка и георгианского загородного дома, что позволяет ему лидировать в списке самых красивых поместий.

Дейзи хотелось получить доступ в георгианское крыло, отмеченное как «частное».

– Да, это Хоуксли-Касл, но мы не работаем до самой Троицы. Так что, мисс, вам лучше вернуться и купить билет как-нибудь в другой раз.

– Послушайте, я здесь не для того, чтобы осматривать достопримечательности. Шесть недель назад я была в замке на бракосочетании Постер-Холстед и застряла из-за сильного снегопада. Тогда Себ помог мне, а сейчас я хотела бы с ним увидеться и поблагодарить.

 

Горгоне не надо знать истинную причину ее приезда.

– Шесть недель назад?

– Я, знаете ли, здесь не для того, чтобы меня учили хорошим манерам, и думала, что он работает в поместье. Он и выглядел как человек, хорошо знающий здешние места. У него есть офис. Он высокий, темноволосый, у него была лопата и цепи для шин, потому я решила, что он один из работников, возможно, управляющий.

Если только не один из гостей на свадьбе, мастерски разыгравший ее. Неужели она ошиблась? Нет, он вовсе не был одет как гость. И с такой легкостью находил дорогу в запутанном лабиринте георгианского крыла.

Дейзи приготовилась идти до конца.

– Послушайте!

Что-то влажное и холодное ткнулось в ее ладонь, и она встретила взгляд печальных карих глаз, глядящих прямо ей в лицо.

– Монти!

А вот и доказательство! Она не сошла с ума, Себ где-то здесь.

Дейзи почесала висячие уши спаниеля, ласково заворковав:

– Ну, как ты, мой красавчик? Приятно видеть тебя снова. Только ты можешь убедить эту леди, что мне необходимо увидеться с твоим хозяином. Было бы здорово!

Дейзи не смогла удержаться от победного взгляда в адрес противницы. Во дворе раздался уверенный голос, ее сердце бешено забилось, кровь горячим потоком побежала в жилах, все вокруг закружилось каруселью. Она медленно выпрямилась, оставив руку на голове спаниеля, больше для того, чтобы ощущать его тепло и силу, обернулась с улыбкой.

– Привет, Себ.

Выдалось на редкость длинное утро. Себ был благодарен за деньги, и немалые, потраченные на его обучение, ценил свои дипломы и докторскую степень. Но временами задумывался, какая польза от того, что он может декламировать стихи на латыни или поддержать дискуссию об использовании кавалерии в битве при Фермопилах?

Бизнес-курс, основы бухгалтерии и знания о том, как починить, обогреть и сохранить эту старинную зияющую денежную прореху, не сдавая внаем, намного полезнее. Бизнес-план – вот в чем потребность на сегодняшний день. Разбираться с тем, что осталось от капитала поместья, слишком долго, сложно и может увести в ложном направлении. Тем не менее важно, чтобы замок себя окупал. Теперь еще и собака не слушается, строит глазки какой-то блондинке в невозможном наряде. Шорты! В марте. Однако взгляд Себа оценивающе скользнул по стройным длинным ногам. Определенно у собаки хороший вкус.

– Монти! Ко мне! Извините, пожалуйста. – Дыхание со свистом вырвалось из груди, стоило соединить в единый образ длинные светлые волосы, синие глаза, вздернутый носик и рот, который мерещился ему на протяжении последних шести недель. – Дейзи?

– Здравствуйте, Себ. Вы мне не звоните, не пишете.

Едва сдерживаемый смех, словно мелодия, прорывался в ее голосе. Он сжал губы, готовые расплыться в ответной улыбке. Ради всего святого, что могло снова привести эту девушку-фотографа сюда? Еще несколько дней назад он гадал, даст ли она о себе знать и что он ей скажет, если судьба подарит такой шанс. На исходе шестой недели он принял решение самому найти способ связаться с ней.

– Да и вы тоже.

– Да.

Ресницы опустились, она казалась удивительно беззащитной и уязвимой, несмотря на нелепую, залихватски сдвинутую под невозможным углом шляпу и кричаще-яркую губную помаду.

– Себ, мы могли бы поговорить? – Она произнесла это так серьезно, что он напрягся, нервно сжав руки.

– Конечно, входите. Спасибо, миссис Саффолк.

– Думаю, я ей не слишком понравилась, – шепнула Дейзи.

– Ей все не слишком нравятся. Все особы женского пола моложе тридцати.

Себ вел Дейзи по узкой прихожей. Преданный Монти следовал за ним по пятам. Дверь со двора вела в служебные помещения.

Себ жил в георгианском крыле – громадном, старинном, набитом антиквариатом, кишащим привидениями, слоняющимися по углам, покрытым паутиной. Но это его дом! А та, что сейчас идет рядом с ним, оказалась последней из тех, кто делил с ним этот кров.

– С возвращением. – Себ заметил, как, несмотря на кажущуюся беззаботность, она нервно сжимает руки. – Симпатичная шляпка.

– Спасибо. Каждый наряд требует своего головного убора.

– Не припоминаю, чтобы в прошлый раз на вас был какой-нибудь.

– Тогда я была одета для работы.

Слова тяжело повисли в воздухе, Себ тут же перенесся в прошлое. Там медленно скользила молния, шелковое платье плавно стекало вниз, и, определенно, никакой шляпы не было, лишь множество поблескивающих заколок в волосах. Хотелось бы ему снова увидеть ее, лежащую на диване, позолоченную пламенем свечей, с глазами, затуманенными шампанским. Шампанским и возбуждением.

В одной только шляпе. Он сделал глубокий и долгий вдох, пытаясь унять сильное биение сердца, вызванное непрошеным воспоминанием, приостановился, чтобы обдумать, куда двинуться дальше. Новое явление Дейзи превращало офис в место с собственными привидениями, поселившимися здесь шесть недель назад, с шелковистой кожей, низкими стонами и криками. Вести ее туда было бы ошибкой. Себ открыл двери, ведущие в переднюю часть дома.

– Давайте пройдем в библиотеку. – В таком решении не было ничего от трусости. Всего лишь здравый смысл. – Вам, возможно, говорили, этот дом не знает, что нынешняя весна выдалась самой теплой за последние десять лет, и потребуется несколько месяцев, чтобы окончательно прогнать холод. Библиотека – самое теплое место во всем здании, до нее так и не дошла модернизация. Бархатные шторы, конечно, запылились и сдерживают свет, зато не дают холоду проникнуть внутрь.

– Прекрасно.

– Это сюрприз.

– Надеюсь, приятный.

Ей не удалось перехватить его взгляд. Он спокойно наблюдал за ней. С ней что-то происходило, помимо простого желания находиться в его обществе.

Дейзи вошла в комнату, обшитую дубовыми панелями, остановилась, с любопытством оглядываясь вокруг. Себ стоял, прислонившись к дверной притолоке, и пытался взглянуть на комнату ее глазами. Не покажется ли ей все это несколько потрепанным? Пугающим? Нужно сказать, здесь хватало и того и другого. Книжные полки поднимались от пола до самого потолка, закрывая собой две стены. Потемневшие дубовые панели были увешаны мрачноватыми фамильными портретами и картинами со сценами охоты. Даже камин был настолько громадным, что с легкостью мог вместить половину жареного быка, ему под стать впечатляющая каминная решетка, встроенная в массивные мраморные плиты. Для полноты впечатления не хватало только вспыльчивого старого джентльмена, восседающего в кресле с высокой спинкой, и маленького лорда Фаунтлероя. Дейзи прошлась вдоль полки и, сняв с полки книгу, сдула пыль.

– Приятно видеть, что хозяин завзятый читатель.

– Большая часть книг на английском прочитана. А это отдел литературы на латыни.

– Латинские или нет, но книги не мешает очистить от пыли.

– Я отдам распоряжение лакеям. Присаживайтесь. Не хотите чего-нибудь выпить?

– А лакей принесет?

– Нет. В углу стоит чайник. Отсюда до кухни слишком далеко.

– Очень практично. Чаю, пожалуйста. Есть у вас «Эрл Грей»?

– С лимоном или молоком?

Осторожно присев на стул, она приподняла тонко очерченную бровь.

– С лимоном? Как цивилизованно. В таком случае можно просто горячей воды с лимоном?

– Разумеется.

Для этого потребовалась минута, что дало ему необходимую передышку. Было что-то будоражащее в том, что она в этой отдаленной комнате, ее легкий цветочный аромат, длинные ноги, алая помада, притягивающая взгляд к сочным губам. Уйти с головой в работу на двадцать четыре часа каждый день – самый верный способ заставить болезненно воспринимать любое человеческое вторжение. Тем более особей женского пола.

– Очень подходящие друг к другу чашечка и блюдце. Вас неплохо воспитали. – Дейзи принялась рассматривать изящно расписанную фарфоровую чашечку. – Веджвуд?

– Вероятно.

Себ устроился напротив, словно для интервью. Откинулся назад, стараясь создать впечатление непринужденности – видимость того, что столь неожиданное появление не вывело его из равновесия.

– Как продвигается торговля нелепыми мечтами и несбыточными фантазиями?

– С бизнесом порядок, спасибо. Работы хватает.

– Не удивляюсь. Договорные съемки, работа по пятнадцать часов в день, блоги. Когда вырабатываете свой почасовой тариф, это позволяет вам более или менее прилично заработать. – Совсем не то, что хотелось бы сказать.

– Это совершенно естественно. – В ее голосе появились оборонительные нотки. – Сегодня любой может купить камеру. Свадебный фотограф должен уметь и видеть больше, чем любитель, заглянуть в душу пары. Дать уверенность в том, что ни единая секунда их особого дня не останется без внимания.

– Свадьбы! Куда исчезли простота и сердечность? Нет, ничего не имею против свадеб. Мы забронированы на два года вперед. Но это какое-то помешательство. Отдавать такие большие деньги всего за один день.

– Это самый счастливый день в их жизни!

– Я искренне надеюсь, что нет. Всего лишь первый день, а не вся жизнь. Похоже, именно такие романтические фантазии наносят самый большой ущерб браку. Люди вливают всю энергию и деньги в один-единственный день, а должны бы подумать о том, как и на что будут жить вместе дальше. Планировать.

– У вас все становится похожим на сделку.

– Брак и есть сделка, ничем не отличается от всего остального. Его успешность возможна только в том случае, если обе стороны разделяют единые цели. Точно знают, под чем подписываются. Попомните мои слова: те пары, что не устраивают пышных церемоний, а выстраивают жизненный план, имеют больше шансов, чем глупцы, готовые влезть в долги ради одного знаменательного дня в своей жизни.

– Вы не правы.

Дейзи подалась вперед, ее глаза горели.

– Двое нашли друг друга, дают клятву верности перед друзьями и родственниками – разве может быть что-то более торжественное и романтичное?

Себ с трудом сдерживал улыбку, но искушение оказалось слишком большим.

– Вы что, давали клятву верности и об этом пишете в своем блоге?

– Пары, с которыми я работаю, говорят, что мой блог – самый романтический отклик на их торжество. Именно поэтому я работаю платным фотографом, мне нравится знакомиться с парами ближе, узнавать их особенности, что ими движет. И даже если бы мне заплатили больше, я бы не смогла сделать свою работу лучше. Никто никогда не жаловался. Одна пара только что попросила меня сотрудничать, чтобы запечатлеть беременность, а затем сделать первые снимки малыша.

– Ну, конечно. А как иначе. Единственное событие, которое может отнять больше денег, чем венчание, рождение ребенка.

Ее и без того бледная кожа побелела, губы почти посинели.

– Ну, в таком случае вам не слишком приятно будет узнать о том, что вы станете отцом. Я беременна, Себ, и приехала сказать вам об этом.

Дейзи тут же пожалела о своих словах. Вовсе не так она представляла себе объяснение. Тщательно подготовленные слова скомкались и исчезли под натиском момента. Но, по крайней мере, ей удалось вывести его из состояния прохладного благодушия. Он вскочил, взгляд стал жестким.

– Вы уверены?

О да! Она уверена. Два теста в день на протяжении последней недели.

– У меня результаты теста. Могу сделать его и сейчас, если хотите.

– Нет, думаю, не стоит. Но мы были осторожны.

Это почти смешно, да, почти. Они провели ночь, пробуя, изучая, касаясь друг друга. Поддразнивая и лаская, чувствуя себя совершенно свободными. При этом совсем не были знакомы. Ему даже, оказалось, трудно выговорить при ней слово «презерватив».

– И все же мы это сделали. – Дейзи призвала на помощь остатки самообладания, посмотрела на него со всей решительностью и прямотой, на которые была способна в такую минуту, стараясь привести в порядок бешено стучащий пульс, успокоить непроизвольную дрожь в пальцах. – Все могло случиться в первый и второй раз. Не думаю, что мы тогда отдавали себе отчет в том, что происходит.

Они вообще не могли о чем-то думать. Это очевидно. Да, легко обвинить во всем снегопад, сближающую пустынность сказочного пейзажа и шампанское. И то, что он пришел, чтобы ее спасти. Все было необычайно, напряженно и не похоже на повседневную жизнь. Однако это ничего не меняет.

Его взгляд по-прежнему оставался суровым и непроницаемым.

– Откуда вы знаете, что он мой?

Она была готова к этому. Очень естественный вопрос. Однако холодок разочарования пробежал в душе.

– Он просто не может быть чьим-либо еще. Никого больше нет. Давно. Обычно я иду только на длительные отношения, а со своим приятелем рассталась девять месяцев назад.

Важно, чтобы он понял.

 

– Та ночь – неординарное событие, совсем не похоже на мое обычное поведение.

– Ладно.

– Вы можете проверить, сделать тест. Но только не до его рождения. Так безопаснее.

Их взгляды встретились.

– Вы хотите его сохранить?

Еще один вполне естественный вопрос, который она не догадалась задать себе.

– Да. Видите ли, Себ, вы не должны решать ничего сейчас. Я здесь не для того, чтобы о чем-то просить или, не дай бог, требовать. Просто мне казалось, что вы должны знать.

– Оставайтесь здесь. Мне необходимо подумать. Никуда не уходите, пообещайте мне. Я ненадолго, мне только немного подышать. Монти, ко мне.

– Подождите!

Но было поздно, Себ скрылся за дверью вместе со спаниелем. Дейзи оставалось погрузиться в кресло.

– Все прошло лучше, чем ожидалось.

Да, он не пал на колени, не клялся в любви, ну и ладно! Зато она здесь, ее никто не прогнал. А разве его реакция не кажется вполне естественной? Эти недоверчивые расспросы? Может, и ей стоило бы засомневаться? Дейзи скользнула ладонью под диафрагмой, удивляясь, что все так плоско, нет видимых доказательств тому, что все изменилось. Она не была ни шокирована, ни расстроена, не раздумывала ни о чем. Даже не возникало вопроса, стоит ли сохранить ребенка. Она сразу увидела в событии нечто иное – чудо!

Час спустя еще одна чашка горячего напитка с лимоном выпита, три страницы из превосходного старинного издания «Гордость и предубеждение» в жестком переплете перечитаны несколько раз. Дейзи, наконец, начала понимать, что терпит поражение. «Жди». Как долго? Она ему ничего не обещала. Он исчез прежде, чем она успела что-то сказать.

Однако просто так, не убедившись в том, что Себ обязательно свяжется с ней, уйти нельзя. Она совершенно не подумала об этом заранее. А ведь можно было как-нибудь незамысловато сунуть свою карточку ему в руку или в карман, сопроводив милой улыбкой и приглашением. Разве в душе не теплилась надежда, что Себ ее найдет? Организует поиски по всем правилам современной науки в погоне за ее любовью. Ах, этот безнадежный романтизм! Безнадежный до такой степени, что ошибки уже ничему не научат. Все гораздо сложнее.

Пошарив в сумочке, Дейзи достала карточку. Стильная, с виньеткой, украшенной сплетенными ромашками, та гласила: «Фото от Дейзи. Бракосочетания, портреты и стилистика». Номер телефона, сайт и «Твиттер» вписаны внизу от руки. Секунду помедлив, она положила карточку на чайный поднос. Руки слегка дрожали. Достаточно с него.

Дейзи на секунду прикрыла глаза. А ведь готовилась к тому, что он разозлится или станет отрицать. Какая наивность! Казалось, известие его хоть немного взволнует, но она никак не ожидала, что он просто уйдет.

Машина была там, где Дейзи ее оставила. Если бы она усмирила гордость и взяла «ренджровер» отца, как тот предлагал, не застряла бы в снегу несколько недель назад.

Она пыталась прогнать непрошеные слезы, готовые вот-вот пролиться. Все казалось сценой из любимой романтической комедии. Когда стало ясно, что Дейзи основательно застряла, Себу пришлось разграбить остатки свадебного буфета, чтобы обеспечить ее маленькими канапе, оставшимися от пикника, и шампанским. А она устроилась на потертом диване, свернувшись калачиком. Они разговаривали и пили шампанское. И как-то само собой вышло, что она поверила ему, доверилась. Ответила на поцелуй.

Дейзи поднесла руку к губам, вспоминая мягкую нежность поцелуя. По крайней мере, первого. Ладно. Стоять здесь и думать о былых поцелуях – самое неблагодарное занятие. Вряд ли это хоть что-то изменит. Она открыла машину, кинув последний долгий взгляд на старый замок, мрачноватые стены с зубцами, контуры которых таяли в янтарном свете весеннего солнца.

– Дейзи!

Она на мгновение замерла, сделала глубокий и долгий вдох, обернулась, облокотившись о дверцу машины, пытаясь выглядеть беззаботно и даже равнодушно. Сердце застучало. Боже, до чего громко!

Он же не в ее вкусе. Она предпочитает гладко выбритых парней, в чьих глазах не мерцают огоньки сарказма, и брови насмешливо не приподнимаются в постоянной готовности то ли смеяться, то ли критиковать. Чтобы соответствовать ее вкусу, не стоит носить прическу на дюйм длиннее общепринятого, к тому же лишенную всяких намеков на следование моде. Ее парни не расхаживают в старых, забрызганных грязью джинсах. Правда, его джинсы стильно потерты во всех нужных местах. И да, она никогда не позволяет себе ничего большего, чем чашечка кофе с мужчинами, которые носят толстовки с логотипом. Может быть, такая одежда в самый раз для казематов Хоуксли-Касл, но от этого она не перестает быть толстовкой. Но от чего же сжимается и так сильно бьется сердце?

В этот момент Дейзи с благодарностью подумала о своей машине: весьма кстати, хоть какая-то опора.

– Возвращайтесь, мы еще не закончили разговор.

Не слишком вежливое приглашение. Жар сразу схлынул, уступив место растущему возмущению.

– Мы и не начинали. Я дала вам всего час.

– Да, знаю.

Хотелось услышать хоть единую нотку раскаяния, но не прозвучало ничего, кроме сухого прагматизма.

– Мне лучше думается на воздухе.

– Ну, и…

Стоило Дейзи открыть рот, как она уже пожалела об этом. Не хотелось создавать впечатление, будто час прошел в ожидании, когда же он, наконец, явится, чтобы объявить о ее участи. Хотя доля правды в этом была. Дейзи слегка поежилась.

– Мне кажется, стоит вернуться в библиотеку.

– Вам же лучше думается на воздухе.

Он невольно улыбнулся, лицо просветлело. Это полностью изменило его, взгляд потеплел, суровое выражение смягчилось.

– Мне – да. А вам?

– Мне?

– У меня предложение. Чтобы его оценить, надо ясно мыслить. Вы в состоянии?

Нет, она не уверена. И в ту ночь она не была уверена, что вообще способна о чем-то думать. С первого бокала шампанского, которое так жарко разлилось по телу, заставив бурлить жизненные силы. А ее спаситель все расспрашивал и поддразнивал, и вот оказалось, что она уже смеется, нелепо восхищаясь тем, как суровое выражение его лица постепенно исчезает, уступая место чему-то иному. Однако признаться в этом оказалась не готова. Не ему – себе самой.

– Я мыслю абсолютно ясно.

– В таком случае, Дейзи, я хочу сказать, что вам следовало бы выйти за меня замуж.

1  2  3  4  5  6  7  8  9 
Рейтинг@Mail.ru