Темна египетская ночь

Дия Гарина
Темна египетская ночь

Глава 2

– Не понимаю! – бесился я, глядя на скользящие мимо зеленые берега великой реки, сплошь покрытые финиковыми пальмами и зарослями папируса. – Не по-ни-ма-ю!

– Чего, мой недогадливый ученик? – уточнил экстрасенс Андрюша, внимательно наблюдавший за Пиковой Дамой, которая самозабвенно плюхалась в бассейне, расположенном на верхней палубе нашего круизного судна.

– Не понимаю, почему мы спокойно плывем в Асуан вместо того, чтобы взять за жабры владельца антикварной лавки и вытрясти из него каким образом к нему в руки попал амулет твоей дочери?!

– Потому, что амулет попал к нему, скорее всего, через третьи или даже десятые руки. А на отслеживание всей цепочки у нас нет ни времени, ни средств. А главное, нет необходимости…

– То есть?

– То есть мне не нужно прикладывать раскаленное железо к пяткам местных торговцев и перекупщиков, чтобы узнать местонахождение Риты. Теперь у меня есть вещь, над которой я бился почти два месяца, выкладываясь, как спортсмен на Олимпийских Играх. Благодаря этому обстоятельству и тому, что Рита несколько лет носила кристалл, не снимая, между ними установилась устойчивая связь. Нам осталось всего лишь еще раз наведаться в астрал, и с его помощью отыскать дорогу к моей дочери.

– Что-то больно просто!

– Не просто, но выполнимо. Только мне нужно немного… подготовиться.

И Андрей, покосился в сторону бара, где среди бутылок всех калибров и мастей скучал в отсутствии клиентов молодой смазливый египтянин. Я только рукой махнул. То, что после нашей ночной оргии «великого и ужасного» донимало похмелье было не удивительно. Удивляло то, что он не наведался сюда сразу же после завтрака, а стоически переносил последствия пивной передозировки почти до полудня.

– Вот, что, Игорек, – Андрей еще раз завороженно взглянул на Пиковую Даму, закончившую водные процедуры и растянувшуюся на лежаке. – Ты как-нибудь потактичней намекни ей, чтобы не беспокоила нас в ближайший час. Нет, лучше два. На всякий случай. Потом иди в каюту и жди меня там, а я пока здоровье поправлю.

Вздохнув, экстрасенс поднялся, и, поминая недобрым словом тройную ресторанную наценку, двинулся к стойке, где немедленно приступил к поправке пошатнувшегося здоровья. А я пошел выполнять поручение своего гуру, которое по сложности оказалось сравнимо с покорением Эвереста. Мадам Женя ни в какую не желала оставаться в стороне от важных событий (сказывалась журналистская закалка) и начала бомбардировать меня наводящими вопросами, от которых я едва успевал уклоняться. В общем, минут через двадцать заручившись моим клятвенным обещанием: дать ей подробный отчет о предпринятых нами действиях, Евгения Иосифовна сменила гнев на милость и, перевернувшись на уже слегка обуглившийся живот, подставила немилосердно палящему светилу еще нетронутую загаром спину. Догадавшись, что аудиенция окончена, я поспешно ретировался и, спустившись в каюту, застал там почти здорового экстрасенса.

– Ну, что? – подмигнул он мне, устраиваясь на кровати и прижимая Ритин амулет к груди. – Поехали?

– Поехали! – бодро ответил я, на секунду представив себя Гагариным.

И мы «поехали».

Дальше все пошло так же, как в нашем прошлом «выходе». Для затравки «великий и ужасный» опять устроил небольшой разнос своему нерадивому ученику, за невыполнение домашних заданий по скоростному вхождению в транс, а потом придирчиво ощупал свои неизвестно откуда берущиеся украшения.

– Представляешь, Игорек, я ведь их каждую секунду ощущаю! Даже когда сплю. Мешаются жутко. Знать бы еще, какой от них толк… А, ладно! Не до того сейчас. Вот, смотри, – захлестнув шнурком запястье, Андрей, поднял кристалл на уровень глаз. – Сейчас я настроюсь на образ Риты… Видишь?!

Я видел. Видел, как внутри амулета вспыхнула чуть заметная искра, и по мере того, как Андрей все напряженнее вглядывался в кварц, она все увеличивалась, увеличивалась… Пока кристалл не заполнило ровное зеленоватое сияние.

– А теперь пошли.

– Куда?

– Сейчас узнаем, – пробормотал Андрей и медленно двинулся сквозь туман. – Видишь? Гаснет. Значит, не туда…

Попробовав несколько направлений, экстрасенс, наконец, удовлетворенно хмыкнул, продемонстрировав мне, как все сильнее и сильнее разгорается в амулете холодное зеленое пламя.

– Ну, вот. Полдела сделано. Теперь нам остается только не слишком уклоняться от курса.

И мы не уклонились. Потому что через полчаса амулет в руке Андрея ослепительно вспыхнул, заставив туман на миг расступиться.

– Мы на месте, – Андрей облизал пересохшие губы. – Теперь я проведу тебя в реальный мир. Запомни, никакой самодеятельности. Ты в тонком теле все больше по другим мирам шатался, а в наш попадаешь впервые. Тут есть свои нюансы. Во-первых… Черт! Нет времени тебе лекции читать. Делай как я, и все будет оки-доки.

Подбодрив меня таки напутствием, экстрасенс сжал мою руку, и через секунду мы уже стояли в хорошо освещенной просторной комнате. Я сразу же завертел головой, стараясь запомнить как можно больше деталей, – вдруг пригодится? Когда суешь голову в петлю, не стоит забывать, что любая мелочь может впоследствии сыграть роль спасительных ножниц. Или куска мыла.

Двигаясь вслед за Андреем через комнату, я с удивлением отметил, что обставлена она вполне по-европейски. Только узорчатые ковры, разбросанные по полу, придавали ей слабый восточный колорит. Зато почти всю ближайшую стену комнаты занимал огромный телевизионный экран, из которого неслись переливы арабских мелодий, а на небольшом, встроенном в нишу столе мне сразу бросился в глаза новейший ноутбук в купе с полагающейся к нему оргтехникой. Я хмыкнул и обернулся, собираясь поинтересоваться у «великого и ужасного», не ошибся ли он адресом, но сразу же осекся. Андрей, не мигая, уставился на притаившуюся в другом углу кровать, над которой величественно развернул свои крылья парчовый балдахин, скрывая от любопытных взоров арену любовных игр. Что-то происходило за тяжелыми занавесями, и не нужно было быть экстрасенсом, чтобы догадаться что именно. Кровать разве что ходуном не ходила.

Я стоял, чуть позади экстрасенса и не видел его лица, но неожиданно вспыхнувшая вокруг него алое свечение ненависти, заставило меня попятиться. Черт! Он же почти невменяем! А вдруг сейчас натворит такое, что нам потом придется расхлебывать до конца своих дней? В голове моей уже почти сложился план операции «Перехват», когда я спиной ощутил странное покалывание, через мгновенье переросшее в жгучую боль, которая быстро расползлась по всему телу. В газах зарябило, а горло стиснул такой спазм, что я даже пикнуть не мог. Так и стоял молча, пока судороги, выворачивали мне конечности под невозможными углами. Пожалуй, еще немного и я узлом бы завязался, но тут Андрей повернулся в мою сторону, очевидно намереваясь дать своему ученику необходимые инструкции, ахнул и, подскочив, одним движением отбросил меня на середину комнаты с силой, которую в нем трудно было заподозрить.

– Уф, – пробормотал он, придавая вертикальное положение моему еще не вполне работоспособному астральному телу. – Как же я забыл тебя предупредить! Совсем голову потерял, от увиденного…

– Что это было? – прохрипел я.

– Как что! Экран. Не забывай, что сейчас ты просто сгусток электромагнитных волн и, попадая в сильное электромагнитное поле, подвергаешься его деструктивным воздействиям. А здесь, гляди, телек какой громадный, да к тому же плазменный. Вот тебя и скрючило, как интеграл. В следующий раз будь осторожней.

– Значит, любой тостер из меня может душу вынуть?! – возмутился я, – Хорошенькое дело!

– Ну, вынуть не вынет. Чего ее вынимать? Ты же сейчас и есть – голая ничем не прикрытая душа, на просвет всю изнанку видать. А вот воздействие любой электроприбор на тебя оказать может. Впрочем, как и ты на него. После соответствующей тренировки, естественно…

В качестве иллюстрации своих слов Андрей напрягся так, что пот проступил над губой и, прищурившись, напряженно глянул на мельтешащий клипом экран, после чего тот протестующе вспыхнул и погас.

– Блин, опять спутник потеряли! – донеслось из-за полога восклицание, заставившее нас вздрогнуть. В ту же секунду занавески над кроватью раздались в стороны, пропуская возмущенную до глубины души Риту в черных атласных лосинах, спортивном купальнике и скрученной в жгут повязкой на лбу.

– Только в ритм войдешь и на тебе! – продолжала возмущаться девушка, щелкая пультом, – Ну, вот, давно бы так.

И под воскресшую музыку Рита начала делать махи ногами, слегка придерживаясь за кроватный столбик.

– Аэробика, – растерянно пробормотал экстрасенс Андрюша, и, медленно закипая, продолжил. – Это она, значит, аэробикой на кровати занимается, а отец в это время с ума сходит. Ну, погоди, Ритка! Вернешься домой, пропишу тебе курс «кожаных таблеток» по мягкому месту. Нет, ты только посмотри, Игорек, какая растяжка! В этом году краевой чемпионат по бальным танцам выиграла. Видел бы ты, что в зале творилось, когда она со своим Костиком самбу отплясывала…

Андрей, вероятно, мог еще долго расписывать достоинства продолжательницы рода Дементьевых, но в этот момент массивная дверь бесшумно открылась, и на пороге возник высокий эффектный араб. Был он в обычном европейском костюме, но даже изделие Версаче не в состоянии было скрыть природной грации его движений. Кобра. Сытая и до времени почти безопасная кобра. А что пиджак чуть оттопыривается подмышкой – это всего лишь еще одно доказательство того, что к Рите пожаловал охранник. И не из простых.

– Добрый день, мисс Рита, – произнес он звучным приятным голосом.

– И тебе того же, Карим, – холодным тоном произнесла Рита, как ни в чем не бывало, усаживаясь на поперечный шпагат. – Рановато ты сегодня. Что-нибудь случилось?

– О чем они говорят?! – затряс меня экстрасенс Андрюша, и я запоздало сообразил, что разговор ведется по-английски.

Удовлетворив его законное любопытство, я начал внимательно прислушиваться к неродному языку, и с чувством глубокого удовлетворения констатировал, что понимаю абсолютно все.

 

Даже во временах не путаюсь. Выучил-таки!

– Я пришел сообщить, что в ближайшие несколько дней вы, наконец, встретитесь с нашим гостеприимным хозяином – господином Ашрафом Салехом. К его большому огорчению все эти долгие недели он не мог засвидетельствовать вам свое почтение лично. И в качестве извинений просит принять от него эту маленькую безделушку.

Достав из кармана пиджака бархатную коробочку, Карим проницательно посмотрел на Риту и, немного поколебавшись, поставил подарок на туалетный столик.

– Я не принимаю подарков от человека, который лишил меня самой большой драгоценности в мире! – высокопарно произнесла Рита. – Моей свободы!

Эту обличительную речь дочь экстрасенса произнесла все так же сидя на шпагате, но, не смотря на не соответствующую моменту позу, спич прозвучал весьма вызывающе.

– Видал! – хлопнул меня по плечу экстрасенс Андрюша, внимательно выслушав мой перевод. – Королева Марго! Вся в отца.

Я хотел заметить, что упаси Риту бог пойти в отца, но сосредоточился на ответе секьюрити.

– Мисс Рита, примите дружеский совет: не произносите то, что вы сказали мне, в присутствии господина Ашрафа. Мой двоюродный дядя крайне отрицательно относится к любого рода неповиновению. Обед вам принесут как всегда. И, пожалуйста, не швыряйте больше в официанта кофейником, он всего лишь выполняет свою работу. Счастливо оставаться, мисс Рита.

И двоюродный племянник Ашрафа Салеха, повернувшись на каблуках, чуть раскачивающейся походкой проследовал к двери. Лишь на секунду задержавшись, чтобы еще раз взглянуть на выполняющую наклоны Риту. Гордый по самое нехочу Андрей умиленно взирал на дочь, и потому не заметил в этом взгляде полыхнувшую верховым пожаром злобу. Па-ба-ба-бам!

– И что теперь? – мой вопрос вернул экстрасенса к грубой прозе жизни.

Слегка вздрогнув, Андрей обернулся, и я опустил глаза, чтобы не видеть выражения горькой нежности на его осунувшемся лице.

– Теперь – на разведку. Надо же установить, где эта халупа находится… – вздохнул он и, присев на корточки напротив качающей пресс дочери, погрозил невидимой ей рукой, – Смотри, Риток, глупостей без меня не наделай. А главное, язычок свой за зубами держи. Папочка скоро придет за тобой и никому здесь мало не покажется…

С этими словами Андрей погладил дочь по затылку, и я с удивлением увидел, как Рита прервала спортивные издевательства и удивленно оглянулась.

– Какая чувствительность! – восхитился экстрасенс Андрюша. – Вся в меня! Хотя экстрасенсорные таланты чаще всего передаются через поколение, но тут случай особый. И совсем не обязательно поглядывать на бесполезные здесь часы, Игорек. Не беспокойся, свиданка уже окончена.

Нехотя поднявшись, Андрей, обогнул меня, словно неодушевленный предмет, и подошел к двери.

– Ну, и как ты собираешься ее открывать? – полюбопытствовал я, заглядывая ему через плечо.

– Открывать?! Неужели ты не видел фильма «Приведение»? Побойся бога, Игорь! Такими глупыми вопросами ты запросто можешь довести своего гуру до инфаркта.

Окончание этой фразы экстрасенс произнес, проходя сквозь дверь, оставив в комнате для общения только голову и часть плеча.

– Чего столбом застыл, рыцарь джедай? Двигай за мной!

И я двинул.

Ощущения были странными. Очень. Я, несомненно, преодолевал какую-то преграду, но сопротивление было настолько слабым, что, казалось, будто мне приходится раздвигать не слишком плотный воздушный поток. В глазах на мгновение потемнело и вот я уже стою в коридоре по ту сторону дубовой двери. Н-да-а-а, круто, ничего не скажешь. И все-таки я сказал «Ой!», потому что вместо экстрасенса Андрюши нос к носу столкнулся со стоящим возле двери охранником.

– Не боись, Игорек. Он ведь даже не подозревает о твоем присутствии, – подбодрил меня согнувшийся в три погибели экстрасенс Андрюша, внимательно разглядывая висящий на плече охранника автомат. – Ишь, какой компактный! Я таких ни разу не видел. Как думаешь, это «УЗИ»?

– А какая тебе разница?

– То есть как «какая»?! Вот прикидываю, из чего в меня палить будут, ежели что…

– Погоди-ка, погоди, – у меня аж дыхание перехватило. – Ты что же собираешься самостоятельно Риту вытаскивать?

– Ну, да! С твоей помощью, разумеется…

– Черта с два! Я сам не пойду и тебе не позволю! Узнаем, где ее держат, и сразу же в консульство. Или что там у нас в Каире? Посольство? Короче, ролевая игра в Джеймсов Бондов отменяется… У меня уже был печальный опыт подобной авантюры и ты прекрасно знаешь, чем он закончился. Так, что я теперь ученый на всю оставшуюся жизнь. Никакой самодеятельности! Ты, понял, Андрей?

– В том то и дело, что в отличие от тебя я кое-что понял. И если тебе ничего не говорит имя похитителя, то мне оно говорит о многом. Между прочим, Ашраф Салех – один из самых богатых людей в Египте. Нефтяной король. Может не такой богатый, как нефтяные воротилы Саудовской Аравии, но несколько сотен миллионов в личном пользовании у него всяко имеется. А теперь подумай: есть ли шанс прижать такого финансового монстра официальными дипломатическими путями? А? Чего молчишь?

– Думаю…

– Ну, думай-думай. Только глаза разуй и ногами шевели. Нам нужно хорошенько изучить здешние лабиринты. Сколько охранников, где стоят, и вообще, где эта чертова резиденция находится…

Андрей отвесил охраннику астральную оплеуху, на которую тот, разумеется, не обратил никакого внимания, и быстро двинулся вдоль коридора, периодически просовывая голову в стены на предмет изучения оперативной обстановки. Пришлось последовать его заразительному примеру, и вскоре мы имели вполне точное представление о расположении и назначении комнат третьего этажа. Самым важным был признан тот факт, что охранялась только Ритина комната. Все остальные помещения, как две капли воды похожие на виденные нами апартаменты были пусты.

– Ничего не понимаю, – бормотал Андрей, спускаясь по укрытой коврами лестнице, – Не дом, а гостиница какая-то. Причем гостиница с минуту на минуту ожидающая массового заезда гостей.

– С чего ты взял? – вытащил я голову из очередной проверяемой комнаты.

– Цветы. В каждой комнате в вазах стоят свежесрезанные цветы.

– Действительно странно. Как думаешь, на втором этаже будет то же са…

Не успел я закончить фразу, как едва не шарахнулся от поднимающейся по лестнице престранной фигуры. А чтобы вы сделали, увидев перед собой человека в средневековом камзоле, ботфортах, шляпе с перьями и шпагой на боку? Вот и я немного занервничал. Особенно, когда сообразил, что он нас ВИДИТ.

– Оба-на! – выдохнул экстрасенс Андрюша, замирая на месте.

Странный мушкетер тоже остановился и, поедая нас глазами, нерешительно приподнял шляпу, будто приветствовал. И тут меня пробрала дрожь. Потому что под шляпой находились только две трети головы. Одна треть необъяснимо отсутствовала, в результате чего на всеобщее обозрение были выставлены серо-розовые извивы биологического компьютера, в просторечии мозга.

– Уф, – облегченно перевел дух экстрасенс, которого эта демонстрация почему-то успокоила. – А я-то думал, что у меня уже крыша поехала…

И он начал совершать рукой жест, который я однажды уже видел в его исполнении. Это когда на первой экскурсии в астральный мир меня чуть досуха не выжала одна симпатичная вампирша. Но, столкнувшись с молящим взглядом «мушкетера», Андрей остановил руку на полпути и, досадливо махнув ею, сделал мне знак следовать за ним. Миновав вжавшегося в угол шевалье, мы спустились на второй этаж, и я, ухватив за руку своего гуру, пристал к нему как банный лист:

– А теперь что это было?!

– Привидение, Игорь. Самое обыкновенное привидение. Неприкаянная душа, по какой-то причине не отправившаяся в пункт назначения. Я настолько не ожидал ничего подобного, что даже испугался, и чуть было не отправил парня в места не столь отдаленные и куда менее приятные, чем это. А потом пожалел. В конце концов, он мирный, никого не трогает… Может ему повезет, и та причина, по которой он задержался в этом мире, исчезнет, позволяя ему обрести покой. Во всяком случае, сам он на это очень надеется. Так мне показалось…

– А почему он нас видел? – спросил я.

– Потому что в данный момент мы с ним на равных. В каком-то смысле нас тоже можно считать приведениями, только пока еще живыми, тьфу-тьфу-тьфу. И если призрак за редким исключением не имеет возможности воздействовать на материальный мир, то в твоем нынешнем состоянии он запросто пожмет тебе руку. Или проткнет шпагой насквозь.

Выслушав такое пояснение из уст «великого и ужасного», мне оставалось только покачать головой, медленно шедшей кругом от происходящего, и взяться за обследование второго этажа. Правда, ничего нового мы здесь не увидели. За одинаковыми дверями нас поджидали все те же безлюдные комнаты. Обманутый кажущейся пустотой я на время расслабился, и оказался абсолютно не готов к очередному сюрпризу. Когда из коридорной стены на нас прыгнул огромный викинг, размахивающий боевым топором, Андрей как раз изучал последнюю комнату, так что голова его находилась по ту сторону запертой двери, а все остальное по эту. Времени на раздумья у меня не было, и я, помянув недобрым словом чересчур агрессивную эктоплазму, вклинился между экстрасенсом и бешено вращающим глазами призраком, чтобы перехватить его занесенную для удара руку. Когда мои пальцы обхватили могучее волосатое запястье, и мне уже почти удалось провести несложный прием по разоружению своего противника, викинг удивленно замер, часто заморгал и сделал попытку отшатнуться. Не знаю почему, но я ему это позволил. Он немного постоял, разглядывая меня так, будто хотел запомнить на всю оставшуюся вечность, и, медленно попятившись, скрылся в стене.

Отерев со лба холодный пот, я вынул экстрасенса из двери, коротко ввел его в курс происшедшего и потребовал объяснений. Но не успел Андрей рта раскрыть, как к нам опять пожаловали гости. На этот раз это был полуголый египтянин с головой лысой как коленка, вооруженный коротким бронзовым копьем и какой-то кирасир времен Отечественной войны 1812 года. Правда эта парочка даже приблизиться к нам не пожелала и, так же как викинг, быстренько свернула в ближайшую стену. В ответ на мой испытывающий взгляд «великий и ужасный» только руками развел, увлекая меня на первый этаж.

Смятение закономерно воцарившееся в наших умах мало по малу уступало место любопытству, которое в свою очередь сменилось апатичным созерцанием. Так что, когда позади нас на цыпочках прокрался пещерный человек с каменным топором, мы даже головы поленились повернуть.

– Ты заметил, что все они умерли не своей смертью? – вопросил экстрасенс Андрюша, зависший под потолком в поисках сигнализации и камер наблюдения.

– Еще бы не заметить! – отвлекся я от изучения широкого холла и фонтанчиками, водопадиками и удобными диванами, в конце которого явственно наблюдался выход. – У египтянина колотая рана в грудь. Кирасир вообще разрублен от плеча до пояса. А что? В этом есть что-то необычное?

– Да, нет. Все в рамках базовой теории… В основном приведения именно так и получаются. Когда человек умирает внезапно. Ему даже некоторое время кажется, что он жив, и очень удивляется тому, что на него никто не обращает внимания. Короче, то, что все они умерли насильственной смертью, меня не удивляет. Удивляет, почему призраки людей, живших в разных странах и эпохах, собрались именно здесь. Неужели, временной колодец?! Нет, я бы почувствовал…

– Ты бы лучше почувствовал, что на рожон лезешь, – буркнул я, прикидывая, каким способом мне нужно будет воздействовать на Андрея, чтобы на время вывести его из игры, по крайней мере, до Каира. Правда, ничего более действенного, чем принесение в жертву своих двух бутылок со «Столичной» и пачки димедрола, в голову не приходило.

Досконально изучив начинку этого странного здания, мы со скрипом просочились сквозь бронированную входную дверь (оказывается, для преодоления металлической преграды требуется прилагать немалые усилия), и оказались в небольшом парке, назло окружающей пустыне утопавшем в зелени и огороженном бетонным забором. Никакой колючей проволоки под высоковольтным током, никаких вышек и прочих непременных атрибутов, возникающих в нашем воображении при упоминании словосочетания «строго охраняемая частная территория», вокруг не наблюдалось. Правда, у ворот находился еще один пост секьюрити, но это скорее для очистки совести и пускания пыли в глаза всевозможным гостям.

– Ну? – победно вопросил экстрасенс Андрюша, разглядывая скалы, огораживающие этот оазис с востока. (Солнце стояло в зените и мне не составило труда провести ориентирование на местности).

– Что «ну»?

– Это же будет проще простого. Видишь ту площадку, прямо над резиденцией? – его палец ткнул в относительно ровный участок, приблизительно метр на два, на десятиметровой высоте, – Приходим ночью, забираемся туда, я мал-мало колдую, спускаемся… Видишь, какой удобный спуск, даже в темноте не промахнемся. Забираем Риту и делаем ноги.

 

– Угу. Вот так просто забираем…

– Конечно, просто. Мы вообще весь гарем этого Ашрафа могли бы увести, если бы знали, где он тут находится.

– А охрана в это время будет спать крепким сном людей с чистой совестью?

– Именно, дорогой мой джедай! Будет спать крепким сном.

– Постой, – догадался я, – ты их усыпишь? На расстоянии? Врешь!

– Какое недоверие! Если хочешь знать, ничего суперсложного в этом нет, было бы время на подготовку. Ну, и, конечно, нужно чтобы объект не знал о готовящемся воздействии и не сопротивлялся. Активизировать процессы торможения в коре головного мозга при ожесточенном сопротивлении, задачка не моего уровня. Честно говоря, не знаю, есть ли вообще такие умельцы… А так на двух-трех, ладно, пятерых охранников у меня уйдет час. За меньшее не уложусь, но времени у нас будет навалом, так что главным вопросом считаю вопрос транспорта.

Тут как по заказу из-за главного здания вывернул открытый джип, военного образца с камуфляжной раскраской под пустыню.

– Карета подана! – радостно потер ладони экстрасенс Андрюша. – Теперь не придется мотаться в поисках нужного направления. Садись!

И Андрей, подавая пример, спланировал на пустое заднее сидение притормозившей у ворот машины. Мне ничего другого не оставалось, кроме как сигануть следом.

Не успели мы выехать за ближайший поворот, как в глаза мне бросилась женская фигура, вызывающе белеющая возле самой обочины. И прежде чем разум, доказал невозможность такой встречи, женщина уже растворилась в обжигающем воздухе пустыни, чтобы через мгновение материализоваться аккурат между мной и экстрасенсом Андрюшей. Пребывая в полностью деморализованном состоянии, я взглянул на Андрея в надежде получить необходимые ЦУ. Но тут женщина, которую он упорно считал своей матерью, заговорила на своем странном языке и, напрягшийся было, экстрасенс заметно расслабился. Н-да, кажется, назревал серьезный семейный разговор.

Сосредоточившись на петляющей среди скал дороге, я все же изредка бросал короткие взгляды на сидевшую рядом женщину, и каждый раз поражался ее обыкновенности. Как будто мы действительно подобрали простую попутчицу. Ни потусторонней жути, как в момент первой нашей зазеркальной встречи, ни тягостного чувства, посетившего меня в Даун-Тауне, не было и в помине. Возможно, потому что мы теперь, по словам Андрея, были «на равных».

Я насчитал уже больше десятка крутых поворотов, когда египтянка, оборвав свою речь на полуслове, быстрым движением прижала Андрюшину голову к своей груди, а потом исчезла также неожиданно, как и появилась. С этой минуты экстрасенс впал в глубокую задумчивость и рассеяно созерцал проносящийся мимо горный пейзаж. Я тактично молчал, не рискуя отрывать его от раздумий, и только когда мы выехали на асфальт, решился спросить:

– Слушай, а на каком языке она с тобой говорила?

– А? – очнулся экстрасенс Андрюша и, немного помолчав, ответил. – Думаю, на древнеегипетском…

– И ты ее понимал?

– Угу. То есть я не понимал ни одного слова, но смысл улавливал сразу.

– О чем же она говорила?

– О том, что я очень сильно изменился, но Сетхем все равно любит меня.

– Сетхем?

– Так ее звали. Мою мать, – Андрей потер руками лицо, словно пытаясь избавиться от остатков ночного кошмара. – А мне она дала имя Гор, в честь древнеегипетского бога-сокола, сына Исиды.

– Угу, – поддакнул я, опасливо отстраняясь от впавшего в депрессию экстрасенса. – Никогда не думал, что буду делить заднее сидение американского военного джипа божественным тезкой. Может мне лучше сойти?

– Да иди ты знаешь куда! – не принял шутки Андрей. – Как я понял, после смерти Клеопатры Египет потерял самостоятельность и превратился в одну из римских провинций. Но не все смирились с такой ситуацией. В том числе и мой отец – правитель одного из отдаленных номов. По-нашему – губернатор. Он поднял восстание и довольно долго сопротивлялся регулярным римским войскам. Только через два года восстание было подавлено, а столица нома стерта с лица земли. Отец погиб в бою, защищая свой город, свою жену и сына. Мать устроила ему шикарное погребение и решила с помощью яда последовать за ним в царство Осириса – на тот свет, то есть – прихватив с собой трехлетнего сына. Меня. То есть не меня-сейчас, а меня-тогда… Тьфу, ты черт, запутался. Короче, меня-который–Гор. Но что-то помешало ей довести дело до конца, в результате чего я был захвачен в плен и продан в рабство. Ну, а дальше ты знаешь… Рассказывал уже.

– А эту историю почему не рассказал?

– Потому что забыл. Много ли может упомнить трехлетка? Сам впервые эту семейную сагу услышал из уст матери, б-р-р-р, – Андрея передернуло.

– Слушай, Андрей, – не выдержал я. – Какая теперь разница, что произошло с твоей семьей две тысячи лет назад? А? Тебе о другом надо сейчас думать! О Ритке, например…

– Ты, думаешь, я забыл? – зыркнул на меня хмурый экстрасенс. – Я между прочим даже указатель на развилке заметил «Асуан – 44, Эдфу – 76». Уж на это моего английского хватило. А ты даже развилку прозевал.

– Прозеваешь, когда с тобой рядом приведение сидит и твоему другу мозги пудрит! Кстати, а больше она ничего не говорила?

– Говорила… То же, между прочим, что и ты. Чтобы я бросил это гиблое дело и обратился за помощью в консульство. Интересно, а в древнем Египте было понятие «консульство»? Только я все равно не отступлюсь, Игорь. С тобой или без тебя, но этой ночью мне просто необходимо попытаться… Потом будет поздно, нутром чую…

– А я нутром чую, что ничего хорошего из этого не выйдет, – не сдавался я. – Кажущаяся простота твоего плана мне очень не нравиться. А еще больше мне не нравятся толпы привидений, слоняющихся по коридорам этой чертовой резиденции.

– Да они-то здесь причем?! – возмутился экстрасенс Андрюша.

– Не знаю. Но что-то в них не так. Какая-то несообразность…

– Это ты – несообразность, – Андрей больно ткнул в меня пальцем. – Учу его, учу… А проку никакого. Все, давай возвращаться. Вон уже указатель – «Асуан». Теперь я знаю маршрут. Помнишь, Тони говорил, что мы прибудем в Асуан в двенадцать ночи. Значит, нужно сразу будет транспорт искать. Ты ведь выучился водить машину?

– Выучился, – скривился я, припомнив, чем аукнулось мне отсутствие навыков вождения. – Только где мы машину возьмем?

– А это уже мои проблемы, – хитро усмехнулся мой гуру. – Ну, что возвращаемся?

И мы вернулись. Лежа на кровати и буравя взглядом потолок нашей каюты, я услышал, беспокойную возню Андрея, и его тихий вопрос:

– Скажи честно, Игорь, ты поможешь мне вытащить Риту?

– Да, Андрей. Помогу, – честно ответил я, благоразумно не уточняя, какой именно смысл вкладываю в понятие «помощь».

Стоило нам подняться на палубу, как мы сразу же были атакованы нашей Пиковой журналисткой, и стоило немалых трудов убедить ее в том, что никаких результатов наша астральная прогулка не принесла. Еще не хватало, чтобы она путалась под ногами в самый ответственный момент! Но в отличие от экстрасенса, самым ответственным моментом я считал банальное спаивание своего упрямого гуру. Впрочем, тут-то Пиковая Дама и может пригодиться. Не думаю, что у Андрея ощущается острая нехватка чутья, и потому мой широкий жест в виде выставленных ни с того ни с сего сорокоградусных бутылок, вполне может его насторожить. Значит нужно, чтобы попойка была организована третьим лицом, и имела «железный» повод, под который ни один экстрасенс не подкопается. А что может быть логичнее, чем благодарность женщины спасенной от ужасной опасности (в большей степени воображаемой), которая в полном соответствии с традицией выльется в распитие спиртных напитков за мир во всем мире и дружбу между народами?

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18 
Рейтинг@Mail.ru