Сертификат

Дарья Вячеславовна Морозова
Сертификат

Глава 5

Мы сидели в Максом в кафе. Я подпёр кулаком подбородок и смотрел за тем, как вьюжится снег за окном. По календарю весна уже началась, однако у погоды было своё мнение на этот счёт. Внезапно на другой стороне улицы я увидел женщину с детьми. Невозможно было разглядеть её лицо, но почему-то… Почему-то я решил, что это Татьяна. В волнении я вскочил из-за стола.

Женщина в обеих руках держала ручки двух детей, а третий – статный подросток держал за руку самую младшую из их трио.

Макс испытующе наблюдал за мной, ему было больно.

Женщина с детьми прошли мимо, я плюхнулся обратно на стул.

– Думаешь это была она? – спросил Макс, не глядя мне в глаза.

– Кто?

– Ты знаешь кто. Та женщина.

Я пожал плечами. Макс очень чувствителен в отличие от меня. Я не хочу раскрываться, не хочу расчехлять свою душу, ведь для моей работы это очень вредно. Чувства, свои собственные очень мешают, когда тебе нужно что-то сыграть. Они меня отвлекают.

– Ты знаешь, когда она увидела меня, то мне показалось, что она сейчас закричит от ужаса и убежит. Она не хотела заходить в комнату, я сказал ей, если она не сделает это, то у тебя будут проблемы. Только тогда она согласилась. Однако увидев тебя, она рукой упёрлась в проём двери, мне пришлось подтолкнуть её.

– Идиот, – покачал головой я, чувствуя гнев и раздражение. С трудом я погасил эти чувства в себе. Так мне показалось. Однако Макс как-то виновато сжался под моим взглядом. Значит, глаза меня выдали.

– Когда мы вошли, она тут же попросила меня уйти. И позвать менеджера.

Я бы дорого отдал, чтобы увидеть, как кто-то называет Машу в лицо «менеджером».

– Я попытался обнять её, как-то успокоить, но она так сильно стала отбиваться, что я потерял самообладание.

– Что ты сделал? – упавшим голосом спросил я, слыша звон в ушах.

– Ничего. Ничего такого. Она… Она ударила меня в пах, а потом в живот. Я выругался и ушёл.

– Ты выругался на неё матом?

Я сам не ожидал с каким холодом и какой злостью смогу это спросить.

Макс побледнел. Он схватил меня за руку, но я сбросил его ладонь и потянулся за курткой.

– Не ходи за мной, – зло процедил я сквозь зубы и ушёл.

Обернувшись, я увидел, что Макс схватился за голову, его плечи дрожали.

Надо было бы вернуться, разобраться в ситуации спокойно, по-взрослому. Однако я не хотел.

– Не хочу, – жгло меня изнутри, и я повиновался этому новому для себя чувству, отдаваясь полностью и без сожаления.

Говорят, что город – это большая деревня. Здесь можно встретить кого угодно. Но это не так. Я бродил по городу весь день, вернулся домой лишь поздно вечером, но так и не встретил её. Завтра понедельник, она пойдёт на работу. Наверно, её здорово напугало поведение Макса, да ещё и оскорбило. Но почему же Татьяна просто не ушла, потребовав свои деньги обратно? Я уверен, что Маша пошла бы на это. Но… Я думаю… Я хочу верить, что… Она ждала меня. Что в тот раз она хотела мне рассказать?

Когда я вошёл, Макс тут же появился передо мной, было видно, как плохо он себя чувствует. По-прежнему не было желания видеть его.

Я повесил куртку и хотел пройти мимо него, чтобы вымыть руки. Но Макс остановил меня, робко схватив за локоть, заставив повернуться к нему.

Избегая смотреть мне в глаза, он протягивал мне листок бумаги.

– Что это? – резко спросил я.

– Вот. Это… Это её телефон, домашний и рабочий адрес. Если хочешь, можешь теперь с ней связаться.

– Как ты это сделал?

– Неважно. Сделал пару звонков, попросил об одолжении. Возьми. Я… Я съеду сегодня же.

– Спасибо! – меня охватил трепет, когда я брал листок бумаги из рук Макса. – Тебе не за чем уходить. У нас всё по-прежнему.

Макс обнял меня за плечи подрагивающими руками, прижался лбом к плечу. К его сожалению, ответной реакции не последовало.

– Но ты ведь любишь её, так? Зачем тогда я тебе? – глухо спросил он, комкая мой пуловер под своими пальцами.

– Ты ошибаешься. Я не люблю её. Это другое, – нехотя я высвободился из его объятий и ушёл. Мне нужно побыть одному.

Я нашёл на карте города, где находится её дом, где офис, в котором она работает.

Рядом с домом Татьяны был парк, и я задумался о том, как она гуляет там, о чём думает, собирает ли опавшую листву осенью, а летом – цветы? Кормит ли птиц? Наверно зимой помогает детям лепить снеговика. Как там её муж? Жив ли ещё? Надеюсь, что…

Офис был в центре, настоящий муравейник, вид которого напомнил мне, почему я не хочу работать с 9 до 18.

Вместе с тем оставаться в нынешнем бизнесе не имело смысла. И желания.

Документы Макса были почти готовы, он может уехать уже через месяц. Он подсуетился и мне тоже сделали приглашение. Мы оба могли улететь. Навсегда? Не знаю, я не хотел загадывать. Пусть идёт, как идёт.

Увидеться ли мне с ней?

Прошла зима, но она так и не появилась.

Весна никак не проявляла себя. Словно ждала чего-то.

Теперь у меня был шанс увидеться с Татьяной. Но стоило ли? Она ведь тоже могла дождаться меня у выхода, если хотела объясниться.

Но с чего я решил, что она влюблена? Ведь если бы искала встречи, то это бы точно значило что-то. Но она не приходила, не ждала, не передавала подарки. Почему? Что было между нами? Почему я так часто думаю о ней? Кем мы стали друг другу?

Она как-то сказала, что хочет рассказать мне всё, как попутчику, может мы и правда стали для друг друга попутчиками, которым можно раскрыться?

Теперь у меня был её телефон. Я мог позвонить, услышать этот мягкий голос. Но будет ли ей удобно говорить на работе? Вдруг она будет на совещании? А дома… Дома на заднем фоне будут слышны мультики, детские голоса, она не сможет сосредоточиться.

Но я хотел её увидеть.

– Макс, – позвал я, зная, что тот топчется у двери. Он тут же распахнул дверь и вошёл. – Подмени меня на завтра, хорошо?

Он подошёл ко мне со спины, положил руку на плечо, я прижался щекой к тыльной стороне его ладони.

– Конечно, всё, что скажешь.

На следующий день я подъехал к её офису во время обеденного перерыва. Я не знал, сколько мне придётся ждать, и выйдет ли вообще. Может она взяла еду с собой, или заболела? Но нет. Сегодня с утра сквозь тучи проглянуло солнце, и я счёл это за добрый знак. Я увижу её сегодня.

Глава 6

Из проходной стали стайками выходить люди, разбредаться группками и поодиночке в разные стороны. Вот вышли молоденькие девушки, хохоча, свернули направо. За ними вышла Татьяна. Одна. Она посмотрела им вслед, улыбнувшись уголками губ: её коллеги. Женщина подняла голову к небу. Выглянувшее солнце ласково окатило её своей благодатью, и Татьяна улыбнулась от удовольствия. Я собрался переходить дорогу, но её окликнули. Вслед за ней выбежал интересный подтянутый мужчина в расстёгнутом пальто, стал что-то говорить, улыбаясь. Она одними губами улыбалась в ответ, отрицательно качая головой. Поняв, что отказ окончательный, он увязался за парочкой коллег, которые вышли следом. Татьяна махнула ему рукой и пошла в другую сторону. Ей было невдомёк, а я видел: этот мужчина несколько раз оборачивался, надеялся.

Я перешёл дорогу и легко нагнал её, схватил за локоть.

Она повернулась, испуганно распахнув глаза.

– Ты?! – охнула она и широко улыбнулась.

Счастье оттого, что я вижу её, охватило меня всего целиком. Я улыбался. Улыбался и радовался, что не разучился ещё делать это так искренне.

Мы зашли в небольшую кофейню, понимая, что раз тут нет бизнес-ланча, то вряд ли кто-то помешает нам.

Я помог ей раздеться, не лишив себя удовольствия дотронуться до её шеи и плеч.

– Ты… Тогда сильно перепугалась? – спросил я, когда перед нами поставили зелёный чай и кофе.

Она кивнула.

– Я столько гадала, почему ты не пришёл. Ты тогда выбежал в коридор, такой испуганный, но не приблизился. И тот Макс… – она поджала губы. – Так что случилось?

Мне захотелось взять её руки в свои, и я сделал это. Татьяна поджала губы, пытаясь сдержать улыбку от моих прикосновений

– Форс-мажор. Приехала очень влиятельная постоянная клиентка, ей нельзя было отказать. Точнее, я тогда не смог отказать.

Она кивнула, расцепила наши руки и хлебнула чай.

– Я как-то так и подумала.

– Макс просит у тебя прощения. Он не хотел, просто ошибся, решив, что ты как все.

– А разве это не так? – скромно спросила она. Солнечный луч ворвался в кафе через огромное окно, у которого мы, не сговариваясь, выбрали столик, и осветлил радужки её глаз.

– Будь ты как все, я бы не пришёл.

– А зачем ты пришёл?

Этот вопрос прозвучал не злобно, не агрессивно, не равнодушно, но и без пугающей надежды. Она была просто рада меня видеть. Всё её внимание было сосредоточено на мне, и я упивался этим.

– У тебя всё в порядке? Как дела? – вместо ответа на вопрос спросил я.

– А? Да, в целом нормально.

Татьяна очень коротко рассказала: дети болели сильно гриппом, болела и она, но на работу ходила. Младшая выиграла конкурс рисунков, старший пробовал курить. Средний замкнулся, ему нужно много внимания. Муж без изменений. Мама есть мама, говорит иногда невпопад. Свекровь тоже.

– Как ты? – спросила она, вытянув руки вдоль чашки. Я знал, чего она хочет.

Я накрыл кончики её пальцев своими. Она расслабленно улыбнулась.

– Я скоро уезжаю. В Америку.

– Надолго?

– Не знаю. Как пойдёт.

– Ты пришёл, чтобы сказать мне об этом? Спасибо.

Эту фразу можно было сказать тысячей разных способов интонаций. Она была благодарна. По-настоящему. Это грело мне сердце.

– Я хотел спросить тебя. О личном. Можно?

Кивок головой.

– Ты… Ты любишь меня?

Татьяна удивлённо распахнула глаза.

– Нет, Саш, нет. Прости, если показалось иначе. Было время, когда я думала, что люблю тебя, но это не так. Это что-то другое. Я чувствую, что мне будет больно, когда ты уедешь, однако это меня не убьёт и даже сильнее не сделает. Мне будет грустно. И спокойно.

 

Наши взгляды встретились и легко держали контакт: мой вопрос не испортил ничего.

Перерыв на обед заканчивался, я расплатился, и мы вышли на улицу, залитую торжествующим весенним солнцем. Заметно потеплело. По мостовой побежали первые ручейки.

В город наконец пришла весна.

Я проводил её до проходной, она была не против. Пока мы шли, то не держались за руки и не разговаривали: нам достаточно было улыбаться друг другу и слегка соприкасаться рукавами.

В холле офиса было душно. Стайка её коллег тоже влетела в двери и, щебеча, проходила мимо нас к турникетам. Мне не нужно было даже смотреть на них, чтобы понять: я привлёк их внимание, завладел воображением. Они явно были обескуражены: что такой как я делает рядом с такой, как Татьяна. Для них это было непостижимо. Татьяна робко тронула меня за рукав.

– Мне пора.

– Я позвоню тебе, – сказал я, забавляясь тем, как девушки нарочито задерживались у лифта, чтобы понаблюдать за нами. – Я хочу увидеть тебя ещё раз.

– Раз таково твоё желание, – она кивнула.

– А твоё?

Татьяна кивнула ещё раз.

Я наклонился к ней, опаляя дыханием её кожу. Она вспыхнула и задержала дыхание, не оттолкнула, хоть и знала, что вокруг – коллеги.

Уткнувшись ей в шею, я прошептал.

– Когда тебя спрашивают «как ты?», говори про себя. И отвечай, что всё хорошо.

Она положила руки мне на локти, прижалась щекой к моей щеке, отчего мне стало очень жарко.

Пройдя мимо своих коллег с невозмутимым видом, она стала подниматься по лестнице. Я ею гордился. Умница.

Через день я написал ей сообщение, чтобы вечером в пятницу она была готова и освободила субботу.

Я не знаю, чего ей стоило отпроситься, но Татьяна послушалась. Встретившись у проходной, мы коротко поздоровались и, не касаясь друг друга, пошли дальше вместе. Я вёл её. Она шла за мной. Её каблучки стучали позади меня, приминая редкие комки снега.

Мы свернули на главную улицу, тут было многолюдно. Она отставала, маневрируя между прохожими. Тогда я вернулся и крепко схватил её за руку, сплетя наши пальцы: горячо.

Дойдя до входа в гостиницу, я остановился и посмотрел на неё с невысказанным вопросом. Она зарделась и коротко кивнула, поправляя шарфик у шеи.

Номер был заказан на моё имя.

Мы поднялись, не расцепляя рук.

Я помог ей снять пальто, порадовавшись за неё: очередная обновка.

На столике по моей просьбе при бронировании уже стоял зелёный чай.

– Иди, – мягко приказал я и подвёл её к двери в ванную.

Рейтинг@Mail.ru