Кактус второй свежести

Дарья Донцова
Кактус второй свежести

© Донцова Д. А., 2022

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

* * *

Глава первая

Если звезда школы не пригласила тебя в детстве на свой день рождения, потому что у тебя старое немодное платье, то не стоит начинать дружить с бывшей одноклассницей, когда, став взрослой, ты покупаешь себе десятое бриллиантовое колье!

Соня повернулась ко мне:

– Твое мнение по данному вопросу?

– Люди меняются, – пробормотала я.

Волкова заявила:

– Согласна, но, как правило, в худшую сторону. Речь идет о Василисе Герасимовой, меня она презирала и демонстративно игнорировала. Тебя, кстати, тоже. Или ты забыла, как она морщилась, когда ты рядом оказывалась?

– Не помню этого, – удивилась я.

– Секрет хорошего отношения к людям кроется в твоей плохой памяти, – пробурчала Софья, – а я, если меня обидели, промолчу, но ничего не забываю. Несмотря на все былые оскорбления, Герасимова на юбилей нашей школы приглашена. Я ей даже позвонила!

– У нее было много приятелей, – улыбнулась я, – кто-нибудь ей непременно сообщил бы о мероприятии. Нельзя же прогнать женщину, которая пришла спустя много лет на встречу с одноклассниками без приглашения.

Софья подняла бровь.

– Почему? Элементарно. Организатором и спонсором торжественной части, концерта и банкета являюсь я. Приглашенные получают билеты, если у кого-то его нет, охрана выпроводит непрошеного гостя вон. – Волкова положила на стол конверт. – Вот твой. Не потеряй, там купон на беспроигрышную лотерею.

Я изобразила восторг:

– Беспроигрышная лотерея!

Соня усмехнулась:

– Ты так любишь подарки?

И тут у нее зазвонил мобильный. Софья схватила трубку.

– Говори! Сколько? Да никогда! Уже в машину сажусь! Эй, кто-нибудь, сюда!

– Что-то случилось? – осведомилась я. – Поезжай скорей, я заплачу за кофе.

Соня открыла сумку и вынула пудреницу.

– Ты считаешь меня нищей?

Я оторопела.

– Нет.

Волкова уставилась в зеркальце.

– Тогда почему решила за меня заплатить?

– Ну, – забормотала я, – ну… тебе что-то неприятное по телефону сообщили, ты спешишь. Официант не сразу придет, пока он счет принесет…

– Добрый день, госпожа Волкова, – произнес явно сотрудник ресторана, подбегая к нам. – Надеюсь, все в порядке?

– Нормально, – сухо ответила Соня.

– Ждем вас всегда с нетерпением и вашу подругу тоже, – сказал парень, потом он повернулся ко мне: – Разрешите вручить вам нашу скидочную карту?

– Михаил, остановитесь, – приказала Волкова, – у Дарьи денег куры не клюют. Она даже хотела заплатить за меня, решив, что мой кошелек пуст.

Мужик попятился назад. А Софья продолжала:

– Дарья, я всегда взвешиваю отношение человека ко мне. Поэтому вспомнила, что мы, нищие дети, в школьные годы держались вместе. Ты всегда хвалила мои дешевые заношенные вещи. Я помню и ценю это. Понимаю, ты лгала, что тебе нравятся мои обноски, хотела приободрить маленькую оборванку.

– У тебя была замечательная школьная форма, ее определенно сшили на заказ, – не выдержала я, – красивые обувь, ранец, очаровательная шубка!

– Боже, какая память, – закатила глаза Софья. – Признайся, тебя терзала зависть!

– Да нет, – возразила я, – свои вещи в шкафу висели.

– Свои вещи, только тебе купленные, – подчеркнула Волкова, – а меня одевали в подачки родителей Василисы Герасимовой, что их доченьке не нравилось, то мне отдавали! В этом ресторане мы с Антоном частые посетители. Раз в месяц нам на почту сбрасывают счет, наш управляющий его оплачивает. Ну, я пошла. Тебя подвезти? Такси вызвать?

– Спасибо, я сама за рулем, – ответила я.

– Ага! – обрадовалась Волкова. – Обиделась? Ты поняла теперь, как неприятно, когда тебя нищей считают? Да? Но я с тобой не раздружусь! Ты всегда меня в детстве хвалила! Ценю это и помню! А насчет того, что случилось… Я владею большим бизнесом, у меня каждый день то понос, то золотуха! Чао!

Софья помахала рукой и ушла. Я молча смотрела ей вслед. Я воспитывалась бабушкой Афанасией Константиновной, но называла ее Фасей. Денег у нас немного было, но во времена моего детства все школьники необъятной страны под названием СССР носили одинаковую форму. Кое-кому родители шили ее на заказ, но по стандарту. Коричневое платье с черным или белым фартуком должно было иметь юбку длиной до колена и небольшой воротничок, на который нашивали полоску белого кружева. Дети в массе своей выглядели одинаково. Ну да, у нас была разная обувь, пальто, шапки, варежки и куртки. И конечно, ребята обращали внимание на что-то необычное. Ну, например, на пенал, у которого в крышку вделана картинка с зайцем. Повернешь его, и косой подмигивает. Нас восхищали канцтовары из ГДР[1], несмотря на то что за ними приходилось отстоять длинную очередь в «Детском мире». Но ведь было за что мучиться несколько часов! Продавщица вручала покупателю ластики, которые пахли лучше конфет, ручку с окошком, в котором плавали разноцветные рыбки, ярко-красную линейку. Иногда попадались обертки для тетрадей, не бумажные, а из какого-то прозрачного материала, с картинками в уголках: цветы, котята, щенки. Канцтовары очень ценились, ими обменивались, их дарили на Новый год, на дни рождения. На одежду ни я, ни мои подруги внимания не обращали. У меня в качестве сменной обуви были голубые туфли, а у Насти розовые. Ну и что? Правда, порой мы приходили в восторг от чьей-то обновки. Оле Ворониной отец откуда-то привез шапочку с торчащими вверх небольшими ушками, чуть пониже были глаза, нос, рот. Все детали сделаны из пластмассы. Таким головным убором нынче никого не удивишь, а мы все бросились рассматривать замечательную шапку, расхвалили ее. Через неделю Виктория Фадеева заявилась точь-в-точь в такой же. Правда, глаза и нос имитировали пуговицы, но это оказалось даже лучше. У Вики мама была рукодельницей. Но таких родительниц тогда было большинство, и к Новому году все девочки превратились в мишек, зайчиков, собачек. А мальчишкам тогда вообще было все равно в чем ходить, их интересовали – перочинный ножик со множеством лезвий и приспособлений или настоящий футбольный мяч. Нас не баловали изобилием подарков, в классе не интересовались, кем и где работают родители учеников. Но у нас были свои герои. Когда девятиклассница Олеся стала мастером спорта по художественной гимнастике, в актовом зале устроили торжественное вручение ей нагрудного значка. Победы ребят на разных олимпиадах, соревнованиях, викторинах – все это являлось поводом для чествования. Учителя внимательно следили, чтобы в течение учебного года каждый ученик был отмечен. Я не отличалась талантами, но в начале ноября у нас традиционно стартовало чтение стихов об Октябрьской революции. И на протяжении четырех лет я всегда занимала третье место и получала грамоту. Сейчас мне понятно, что награды за стихи давались тем, кого больше не за что было хвалить. Вторым всегда был Миша Скокин, завзятый троечник, пятерка у него стояла только по труду. Мишаня быстрее и лучше всех делал табуретки. Кстати, сейчас он владеет сетью мебельных фабрик. А первой в конкурсе стихов объявляли Волкову. Мы с Мишаней радовались грамотам, а в еще больший восторг приходили от прилагаемого к ним мешочка с конфетами. А вот Софья не выказывала ни малейшего восторга. Мне было жаль Волкову. В школе не поощрялась травля кого-либо, над Сонечкой не издевались, с ней пытались дружить. Но трудно завязать дружбу с девочкой, которая постоянно и на все обижается, бежит жаловаться классной руководительнице:

– Герасимова меня презирает! Она мимо меня прошла и не поздоровалась.

Волкову не игнорировали, с ней общались, давали списывать, подсказывали во время контрольных, но ее не любили. А потом вдруг Софья совершила подвиг, и на нее хлынул ливень восхищения. Что произошло?

Глава вторая

Мы тогда учились в восьмом классе, нам было по четырнадцать лет. Как-то раз Соня пришла в школу с забинтованной рукой. На вопрос, что случилось, она ответила:

– Обожглась.

Во время последнего урока в классе появились директор и мужчина в милицейской форме. Мы все притихли. Таисия Максимовна сказала:

– Дети, среди вас есть герой. Сейчас Василий Михайлович расскажет, о ком идет речь.

Милиционер кашлянул.

– Вчера в квартире номер сто девять, которая находится в доме пять, корпус два, на третьем этаже случился пожар. Это жилье принадлежит семье Матвеевых, глава ее… э… э…

Василий Михайлович посмотрел на директрису.

– Вел неправильный образ жизни, – подсказала Таисия Максимовна.

– Верно, – обрадовался подсказке докладчик, – пил по-черному, курил, матерился, дрался, двоих детей сделал, но не работал, и в конце концов от водки помер.

Таисия Максимовна громко кашлянула, гость опомнился:

– Короче. В квартире были два ребенка. Подросток Владимир, вы все его знаете. Да?

– Да, – хором подтвердили все.

Потом кто-то добавил:

– Мы же в одном классе учимся.

Милиционер засопел.

– Ну… вы уже взрослые вроде.

– Давайте без подробностей, – велела Таисия Максимовна, – перед вами дети.

– Аркадий Гайдар в семнадцать лет командовал полком, – отрезал Василий Михайлович. – Дело обстояло так. Мать на работу ушла. Дома оставались старший мальчик и младенец, они соплями болели. Владимир закурил и заснул, сигарета у него из руки выпала, и произошло возгорание. Парень-идиот дрыхнул, а маленький ребенок мог погибнуть. Дым проник в соседнюю квартиру, там проживают Волковы. Мать находилась на работе, дочь Софья делала уроки, она поняла, что у Матвеевых пожар. Девочка перелезла со своего балкона на ихний, разбила окно, не побоялась войти в горящее помещение, вытащила крошку, потом побежала спасать Владимира, а его нет! Куда он подевался? Ответ один: проснулся, понял, что натворил, и удрал. Волкова открыла все окна, вызвала «Скорую», пожарных, сама руку обожгла. Благодаря Софье живы и ребенок, и подросток-мерзавец, который улепетнул, пока одноклассница домой к телефону бегала. Квартира сильно пострадала, но остальное жилье цело. Сейчас рассматривается вопрос о награждении Волковой Сони медалью «За отвагу на пожаре».

 

Мы обомлели, потом ринулись к однокласснице, которая мигом стала героиней школы. К Соне через пару дней приехал корреспондент «Пионерской правды», потом прикатывали еще какие-то журналисты, у нее взяли интервью для радио. А в новогоднюю ночь все увидели ее по телевизору. Сонечка сидела за одним столом с мужчиной, спасшим людей из затонувшего автобуса, и с юношей чуть старше ее. Паренек вытащил из воды троих ребят, которые решили перебежать заледеневшую реку, но провалились в полынью. К Софье пришла всероссийская слава. Директриса задалась целью во что бы то ни стало сделать Волкову отличницей, поэтому учителя оставались после занятий и объясняли Соне пройденный материал. Школу она окончила на одни пятерки, получила медаль и поступила в институт. Больше я о ней ничего не знала, пока в моем мобильном не появилось сообщение о юбилее нашей школы. Под ним стояла подпись Сони. Я ответила, Волкова предложила встретиться в ресторане и, когда меня увидела, сразу сообщила:

– Мой муж очень богат, а я руковожу серьезным бизнесом, я очень хорошо зарабатываю, я очень известна, я очень, очень… очень…

Оставалось лишь удивляться тому, как меняются люди. В детстве Софья была тихой, скромной девочкой, которая не любила отвечать у доски. Мы с Волковой после выпускного вечера ни разу не встречались. Неизвестна мне и судьба детей Матвеевых, которых спасла Соня. Владимир в наш класс после пожара не вернулся. Где он, что с ним, никто не знал. Василиса Герасимова некоторое время тосковала за партой одна, потом к ней подсадили Анюту Прыгину.

Перелистывая воспоминания, я приблизилась к машине, и тут зазвонил телефон, меня разыскивала Марина.

– Дашенция, – закричала жена полковника, – я нашла отца!

– Кого? – не поняла я.

– Отца, – повторила Марина, – папу.

– Вроде твои родители давно умерли, – осторожно напомнила я, садясь за руль.

– Верно, – согласилась собеседница.

Я нажала на педаль газа и включила громкую связь.

– Тогда о ком ты говоришь?

– О моем отце, – повторила Марина, – не перебивай!

Я выехала на шоссе и стала внимательно слушать жену Дегтярева, а та тараторила, почти не делая пауз между словами.

Те, кто знаком со мной, знают, что браку полковника и Мариши много лет, но он был фиктивным. Марина появилась в нашем доме не так давно[2]. Сразу сообщу, что она блогер-миллионник, владелица кафе, школы, где обучает всех желающих вкусно готовить, успешная, хорошо зарабатывающая женщина. Но в ее жизни возникла проблема, решить которую мог только Александр Михайлович.

Мы подружились, Мариша оказалась замечательной, стала членом нашей семьи. Спустя некоторое время фиктивный брак пары превратился в настоящий, и все обрадовались. Но Марина потребовала помолвки, подачи заявления в загс, свадьбы со всеми атрибутами: платьем, фатой, кольцом, гулянкой в ресторане, подарками. Не надо забывать, что блогер зарабатывает на рекламе, а бракосочетание всегда привлекает подписчиков. Но как подать заявление в загс, если ваш союз давно зарегистрирован? Я бы спасовала перед такой проблемой. Но у Мариши есть девиз: «Вижу цель – не вижу препятствий», она его включает и едет танком, сметая все, что мешает выполнению ее желания. В загсе разыграли спектакль. И теперь у нас идет подготовка к новому театральному представлению: свадьбе!

Нынче модно устраивать тематические мероприятия. Поэтому во время помолвки мы все изображали французскую знать за праздничным ужином. В Ложкино приехали разные специалисты, действо засняли, видео давно состоящая в браке невеста выложила в соцсети, собрала миллионы просмотров и получила тьму рекламных заказов. Потирая руки, Марина заявила членам семьи:

– Свадьба должна переплюнуть помолвку. Для нее нужен новый сценарий.

Мы попытались узнать, что нам придется делать. Но Марина быстро подавила наше любопытство, правда, пообещала:

– Как только я все решу, вы первыми узнаете сценарий, роли учить будете.

– Обычно на свадьбе люди просто вкусно едят, танцуют и поют, – высказался Феликс, – весело проводят праздник.

– Ага, – согласилась невеста, – еще напиваются, дерутся и попадают в полицию. И почему ты решил, что у нас праздник?

Мой профессор растерялся.

– Разве нет?

– Это работа, – вздохнула Марина, – если все получится, как я задумала, то реклама упадет на меня, как… ну… э…

– Три тонны кирпича с десятого этажа, – с невинным видом подсказал Гарик.

– Так они раздавят Маришу! – ахнула Нина.

У нашей домработницы буйное воображение.

– Никогда не встречал человека, который бы не радовался тоннам денег, – протянул Гарик.

– У меня есть план, – затараторила Марина, – мы слаженно трудимся, а потом все вместе летим отдыхать. Как вам моя идея? Саша?

– Как скажешь, дорогая, – ответил Дегтярев.

Я уставилась на полковника. Александр Михайлович согласился с Мариной? Не стал спорить? Он что, заболел?

– Саша в полном порядке, – шепнул мне на ухо муж, – думаю, он усвоил первое правило жизни мужчины в счастливом браке.

– Какое? – так же тихо осведомилась я.

– Раньше на стройках висели плакаты «Не стой под стрелой», – шепотом продолжал Феликс, – имелась в виду стрела подъемного крана, которая перемещает груз. Нечто тяжелое могло отцепиться и свалиться на того, кто находился в зоне опасности. А первое правило жизни мужчины в счастливом браке: «Никогда не спорь с женой, но молча поступи по-своему». С башенного крана тебе на башку может плюхнуться кусок бетона, а супруга, услышав возражения, опустит на голову супружника скандал. Крановщик вызовет «Скорую», бросится на помощь пострадавшему. А супруга скажет мужу: «Ты сам виноват. Вечно мне возражаешь, довел меня до греха. Я на тебя очень обиделась!» На мой взгляд, лучше стоять под стрелой, чем вступать в спор с женщиной.

– Я никогда не выясняю отношений, – возмутилась я.

– Ты уникум, алмаз, существуешь в единственном экземпляре, – начал лить на меня елей Феликс.

– А вот и второе правило мужского счастья в браке, – захихикала я, – почаще хвали жену.

– Я говорю только правду, ты – бриллиант, – не сдался мой профессор…

Из телефона прозвучал громкий голос Марины:

– Дашуля, ты заснула?

– Нет-нет, – быстро ответила я, – внимательно тебя слушаю.

Она затараторила, а я почувствовала головокружение.

Сейчас апрель, речь о грандиозном торжестве идет с осени прошлого года. Свадьбу намечали на декабрь, потом Марина решила, что зимой красивого видео не получится, лучше лето! И вот сегодня она определила месяц. Август! Почему надо так долго ждать? Ну, можно арендовать площадку на природе! И необходимо все наилучшим образом подготовить, сшить три платья.

Услышав про количество нарядов, я изумилась:

– Зачем столько?

– Первое белое, в нем я поеду якобы расписываться, – зачастила Марина, – и за стол сяду. Второе, короткое розовое, для танцев. Последнее… ну… для красоты. Ты же понимаешь! Я хочу заработать на мероприятии. Один модельер шьет мне платья, в договоре с ним сказано: «три смены одежды»!

– Роскошными шмотками сегодня никого не удивишь, – вздохнула я, – вот если новобрачная нарядится поросенком, а жених крокодилом, тогда есть шанс поразить окружающих.

– Да? – пробормотала Марина.

– Шутка, – быстро уточнила я, – глупая! Зачем тебе отец? И где ты его нашла?

– Невесту к алтарю всегда ведет отец, – отрезала подруга. – Что, мне одной идти? Убого как-то!

– Учитывая факт совместного проживания с мужем, лучше вам идти вместе под руку, – предложила я.

– Никогда! – отрезала Мариша. – Такое видео активирует всех хейтеров.

– Вы собрались венчаться? – с запозданием удивилась я. – Ты сказала про алтарь.

– В церкви можно сделать красивые фото, – мечтательно протянула Марина, – но Дегтярев не согласится. Поставим на лужайке арку, увитую цветами, и актрису, она изобразит сотрудницу загса. Не сбивай меня с толку. Проблемы нужно решать не скопом, а по очереди. Сначала отец невесты, потом я соображу, что делать с венчанием. Но спасибо за подсказку. Пойти в храм сейчас модно. А ты где? Когда приедешь? И вообще куда ты ездила?

– Беседовала с бывшей одноклассницей, – объяснила я.

– Ужас! – засмеялась Марина. – Один раз я приперлась на встречу с бывшими одноклассниками. Жуть! Мрак. Стадо страшных, толстых, злых людей пело про отсутствие денег и свои бесконечные болезни. Когда меня спросили про жизнь, я ответила: «Да все у меня хорошо, я здорова, ни в чем не нуждаюсь». Они обрадовались, расхвалили меня. На следующий день я полезла в их аккаунты. Все выставили фотки с праздника, отфотошопили себя, прямо в младенцев превратили. А меня, наоборот, состарили, бока мне прибавили, лицо как у Бабы-яги сделали. Ты с той, с кем сегодня болтала, снималась?

– Нет, – ответила я.

– И правильно, молодец, – похвалила Марина.

Глава третья

Следующая неделя прошла тихо, а в понедельник события полились водопадом. Утром Мафи с такой скоростью понеслась во двор на прогулку, что толкнула Черри. Пуделиха испугалась, напрудила на ковре лужу, потом решила, что маловато будет. И украсила «море» башней, сами догадайтесь из какого материала. Дегтярев не заметил конструкцию, наступил на нее, а потом прошелся по всему первому этажу. Нина, Марина и я бросились убирать безобразие, попытались отмыть ковер, потом решили отдать его в химчистку. Полы протерли, выдохнули, и тут раздался грохот, визг мопса Хуча и громкий возглас ворона Гектора:

– Все пропало!

Наша троица дружно ринулась в зону кухни и увидела на полу шкафчик с посудой, которую мы используем каждый день. Нина схватилась ладонями за щеки.

– Ужас! Крепления у него оторвались! Все внутри разбилось.

Я решила успокоить домработницу, а заодно и няню маленькой Дунечки:

– Тарелки и чашки очень старые. Я купила их для временного использования много лет назад, когда только приехала в Ложкино.

– Посуда пожелтела, кое-где треснула, – вставила свое замечание Марина, – часть предметов куда-то делась.

– Давно пора новую купить, да руки не доходили, – продолжила я, – и полка древняя. И вот уж удача, дверцы не открылись, содержимое не высыпалось, убирать нечего. Возьмем шкафчик, унесем его на помойку, и все!

– Это сделаем мы с Сашей, – сказал Феликс.

Я посмотрела на Марину, та сразу поняла, какие мысли бродят в моей голове, поэтому заявила:

– Негоже мужчинам заниматься хозяйством.

И тут появился Дегтярев, он вскинул брови.

– Ну и ну! Свалился!

– Саша, бери антиквариат слева, а я справа, – скомандовал Феликс, – раз, два, понесли!

Полковник и мой муж двинулись в сторону коридора, который вел к входной двери.

– Ой-ой, что сейчас будет, – прошептала Нина.

– Может, обойдется? – оптимистично предположила Марина.

Раздался грохот, звон, лай Афины, вой Черри и крик Гектора:

– Уронили!

Мы схватили веники, совки, тряпки, помчались в холл и увидели открытую входную дверь, Феликса, стоявшего с виноватым видом, полковника, идущего к гаражу, и разбросанные повсюду осколки.

– Милый, ты куда? – закричала Марина.

– Работы по горло, – ответил полковник, ускоряя шаг.

– Вам помочь? – осведомился Маневин.

– Да, унеси пустой шкафчик на помойку, – попросила я.

Муж взял останки кухонной мебели и двинулся во двор, где стоит большой бак на колесах. Мафи и Афина побежали за ним, мы стали заметать обломки. И тут Хуч заплакал, наша компания бросила веники и сгрудилась вокруг мопса.

– Милый, что случилось? – спросила я.

Хучик сел и поднял правую лапку.

– Ой-ой! Там рана! Он порезался! – запричитала Нина. – Кровь бежит.

 

Я схватила телефон, но позвонить в ветеринарную клинику Манюни не успела.

Со двора в холл ворвалась Афина, она залаяла, уцепила меня за край кофты и потянула на улицу.

Держа Хуча на руках, я пошла к гаражу и остолбенела. У бака лежали Маневин и Мафи, а на земле валялись разнокалиберные деревяшки.

– Что-что-что, – занервничала Нина, – как-как-как?

– Просто я упал, – закряхтел Маневин. – Мафи помогите, я уронил ей на хвост шкаф!

– Спокойно, – скомандовала Марина, – Феликс, вставай.

– Не получается, – ответил мой супруг, – ноге что-то мешает.

– Ой, – зашептала Нина, – у него из щиколотки торчит что-то жуткое. К врачу надо!

– Спокойно, – повторила Марина, – Даша берет мужа и едет в медцентр. Я везу собак в клинику Маши, а Нина занимается уборкой.

Я посадила Хуча на дорожку и попыталась поднять супруга, но потерпела неудачу.

– Сейчас я тебе помогу, – пообещала Марина.

– И я, и я, – засуетилась Нина.

– Спокойно! – опять воззвала к нам Марина. – Феликс, я потяну тебя за правую руку, Даша за левую, Нина пихнет в спину. Твоя задача встать на здоровую ногу.

– Да я сам поднимусь, – возразил Маневин, – просто дайте мне обо что-то опереться, и все.

– Без нас ты не справишься, – отрезала блогерша, – не спорь.

Феликс вытянул руки.

– Все поняли задачу? – осведомилась Марина. – На раз-два-три мы с Дашенцией поднимаем Фелю, Нина толкает его сзади. Ясно?

– Да, – ответили мы с домработницей.

– Раз, два, – закричала жена Дегтярева, – три!

Я вцепилась в руку мужа и дернула его на себя. Маневин поднялся, пошатнулся и с воплем:

– Спасайтесь! – упал на нас с Маришей.

Мы все свалились в недавно зазеленевшую траву. Стало тихо. Потом я услышала вой Хуча.

– Милый, что с тобой? – испугалась я за собаку.

– Сначала я встал нормально, – ответил вместо мопса Маневин, – потом кто-то как пнет меня сзади. Я не удержался на одной ноге, понял: сейчас плюхнусь на вас, и предупредил, чтобы вы убегали. Но все так быстро произошло. Я в полном порядке, только на спине почему-то мешок лежит, поэтому встать не могу.

– Сейчас слезу, – прокряхтела Нина, – Марина велела вас пихнуть сзади, я так и сделала. Вы упали, а я на вас.

– А-а-а, – пробормотал Маневин и… спокойно поднялся.

– Ты стоишь! – восхитилась я, тоже принимая вертикальное положение.

– Когда я рухнул, в ноге что-то щелкнуло, и она больше не болит, – обрадовался профессор.

– У Хуча маленькая царапинка, – доложила Марина, рассматривая лапку собаки, – а Мафи куда-то удрала.

– Все живы, – подвел итог Маневин, потом посмотрел на останки мебели, – кроме шкафчика. Сейчас подберу деревяшки и брошу в…

– Нет, – хором закричали мы, – нет!

– А что у Феликса из ноги торчало? – дрожащим голосом осведомилась Нина. – Это ужасно выглядело!

Я наклонилась и вытащила из ботинка мужа ручку от шкафа.

– У страха глаза велики, – хмыкнула Марина.

– Где Дарья? – закричал Дегтярев, появляясь на дорожке, ведущей к маленькому дому.

– Она здесь, – ответила Нина.

– Пусть прекратит бездельничать и быстро рулит в офис, – приказал полковник, – к нам едет клиент.

Марина засмеялась.

– Учитывая, как развивалось утро, ты увидишь сумасшедшего мужика, который прискачет на швабре… Ой!

– Что? – попятилась Нина.

– Дизайнер, – подпрыгнула наша невеста, – я должна через пятнадцать минут сидеть у него!

– Дизайнер? – повторил Маневин, глядя вслед убегающей Марине.

– Марина заказала ему рекламу для свадьбы, – объяснила я.

– Дарья где? – заголосил Дегтярев.

1ГДР – Германская Демократическая Республика, существовала с 1949 по 1990 год. В 1990 году Германия объединилась. ФРГ и ГДР вновь стали одним государством.
2О том, как Марина и Дегтярев решили сыграть свадьбу, рассказано в книге Дарьи Донцовой «Коза и семеро волчат».
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13 
Рейтинг@Mail.ru