След порока

Блейк Пирс
След порока

Глава вторая

Когда они остановились у дома Калдуэллов, у Кэри заныло в животе. Всякий раз идя на встречу с семьей предположительно похищенного ребенка, она уносилась в воспоминаниях в тот момент, когда ее собственную восьмилетнюю малышку схватил зловещий незнакомец в надвинутой на глаза бейсбольной кепке и понес прочь по ярко-зеленой траве парка.

Кэри ощутила, как паника знакомо сжимает ей горло – так же, как во время ее погони за тем человеком. Она будто снова бежала за им по гравийной парковке и видела, как он бросает Эви в фургон, как тряпичную куклу. Ей пришлось заново пережить ужас, охвативший ее, когда на ее глазах незнакомец зарезал на смерть подростка, рискнувшего встать у него на пути.

Она поморщилась, вспомнив боль в своих босых ступнях, изрезанных острыми осколками камней, на которые она не обращала внимания, пытаясь догнать фургон, уже выезжавший на дорогу. Ее снова накрыло то чувство беспомощности, как когда она поняла, что на фургоне не было номеров, и ей было почти нечего рассказать полиции.

Рэй знал, через что она проходила в такие минуты, и молча сидел на водительском сидении, пока она пропускала сквозь себя поток эмоций и собиралась с силами для работы.

"Порядок?" – просил он, когда заметил, что ее тело наконец-то немного расслабилось.

"Почти", – ответила она, потянув на себя зеркало заднего вида и бросила взгляд на свое отражение.

Женщина, которую она увидела, выглядела намного здоровее, чем пару месяцев назад. Темные круги, вечно лежавшие под ее карими глазами, исчезли, и в самих глазах стало гораздо меньше красноты. Цвет лица выровнялся, а темно-русые волосы, хоть и по-прежнему собранные в практичный хвостик, были вымыты.

До тридцать шестого дня рождения Кэри осталось совсем немного, но сейчас она выглядела лучше, чем когда-либо за пять лет, прошедших с похищения Эви. Она не могла точно сказать, что стало причиной перемен; то ли надежда, гревшая ее с тех пор, как Коллекционер вышел на связь, то ли шанс наконец-то завязать роман с Рэем. Возможно, на нее также повлиял недавний переезд с прогнившей лодки, служившей ей домом последние несколько лет, в настоящую квартиру. Да и то, что она урезала свои ежедневные дозы односолодового виски, тоже сказывалось.

Что бы там ни было, она стала замечать, что все больше мужчин на улицах оборачиваются ей вслед. Она не возражала – в кои-то веки ей казалось, что она взяла под контроль свою часто беспорядочную жизнь.

Вернув зеркало на место, она повернулась к Рэю.

"Я готова".

По пути ко входной двери Кэри осматривалась, оценивая окрестности. Они оказались в самой северной части Уэстчестера, прилегавшей к 40пятому шоссе, сразу к югу от Центра Говарда Хьюза – огромного торгового и офисного комплекса, самой высокой точки района.

В Уэстчестере жили преимущественно рабочие, и большинство домов были скромными одноэтажными постройками. Однако, даже здесь цены подскочили за последние полдюжины лет. В результате, к старожилам присоединились семьи молодых профессионалов, которым хотелось жить не в однотипных новых кварталах, а в месте с историей. Кэри предположила, что Калдуэллы относятся к последним.

Дверь открылась раньше, чем они успели взойти на крыльцо, и на порог вышла взволнованная пара. Кэри удивил их возраст. Женщина – миниатюрная латиноамериканка с дерзкой короткой стрижкой – выглядела на пятьдесят с небольшим. На ней был добротный, но изрядно поношенный деловой костюм и старые, но безупречно ухоженные черные туфли.

Мужчина был на полголовы выше нее. Его светлые волосы почти совсем поседели, на голове наметились залысины, а на шее висели очки с толстыми стеклами. На вид ему можно было дать столько же лет, сколько и его супруге, а то и все шестьдесят. Одет он был менее официально; в просторные брюки и застегнутую на все пуговицы льняную рубашку. На одном из его стоптанных лоферов болтался шнурок.

"Вы детективы?" – спросила женщина и протянула руку, не дожидаясь подтверждения.

"Да, мэм", – ответила Кэри, беря инициативу. "Я детектив Кэри Локк из отдела пропавших без вести подразделения Пасифик полиции Лос-Анджелеса. Это мой напарник, детектив Рэймонд Сэндз".

"Рад знакомству", – сказал Рэй.

Женщина жестом пригласила их внутрь.

"Спасибо, что пришли. Меня зовут Мариэла Калдуэлл. Это мой муж, Эдвард".

Эдвард кивнул, но не заговорил. Кэри почувствовала, что они не знают, с чего начать, и решила помочь.

"Давайте присядем на кухне и вы расскажете, что вас так встревожило".

"Конечно", – согласилась Мариэла и провела их по узкому коридору, украшенному фотографиями темноволосой девочки с теплой улыбкой. На стенах было не меньше двадцати снимков, на которых можно было проследить всю ее жизнь с рождения и до сегодня. Вскоре они оказались в маленьком, но хорошо обставленном кухонном уголке. "Могу я вам что-нибудь предложить – кофе или перекусить?"

"Нет, спасибо, мэм", – ответил Рэй, вжимаясь в стену, чтобы пробраться к стулу. "Давайте просто все сядем и как можно быстрее проясним обстоятельства. Для начала объясните, что заставило вас так нервничать? Если я правильно понимаю, Сара не выходит на связь всего несколько часов".

"Уже почти пять часов", – уточнил Эдвард, садясь напротив Рэя и впервые вступая в разговор. "Она звонила матери в полдень и сказала, что идет на встречу с подругой, которую давно не видела. Сейчас почти пять. Она знает, что должна выходить на связь каждые пару часов, когда идет гулять, даже если это будет короткое сообщение с указанием места, где она находится".

"И она никогда об этом не забывает?" – спросил Рэй, сохраняя нейтральный тон, и только Кэри уловила его скепсис. В комнате на секунду повисла тишина, и Кэри решила, что Рэй обидел хозяев. В конце концов Мариэла ответила:

"Детектив Сэндз, я понимаю, что в это может быть трудно поверить. Но нет, она никогда не забывает. Сара поздно появилась в нашей с Эдом жизни. После множества неудачных попыток, она пришла к нам, как благословение. Она – наш единственный ребенок, и я признаю, что мы оба, как это говорится… чересчур ее опекаем".

"Родители-вертолетчики", – добавил Эд с вымученной улыбкой.

Кэри тоже улыбнулась. Она не могла их винить.

"Так или иначе, – продолжила Мариэла, – Сара знает, что она – наше самое ценное сокровище во всем мире, и, на удивление, не отталкивает нас и не чувствует себя несвободной. Мы вместе печем по выходным. Она до сих пор обожает ходить с отцом на работу, когда там устраивают дни "приведи с собой ребенка". Она даже ездила со мной на концерт "Motley Crew" пару месяцев назад. Она в нас души не чает. Именно потому, что она знает, как нам дорога, она старательно делает все, чтобы держать нас в курсе своей жизни. Мы установили правило "напиши, где ты", но она сама выбрала интервал в два часа".

Пока они оба говорили, Кэри внимательно наблюдала. Рука Мариэлы лежала в руке Эда, и он нежно гладил ее большим пальцем по тыльной стороне ладони. Когда жена закончила, он взял слово:

"Даже если бы она и забыла в первый раз за все время, она бы не игнорировала так долго все наши звонки и сообщения. Между нами говоря, мы писали ей дюжину раз, а звонили – полдюжины. В последнем сообщении я сказал, что вызываю полицию. Если бы она его получила, то обязательно бы вышла на связь. И, как я уже говорил вашему лейтенанту, GPS на ее телефоне выключена. Такого никогда раньше не случалось".

Эта тревожная деталь зависла в воздухе, грозя перевесить все остальные доводы. Кэри попыталась задавить в зачатке любые проявления паники и быстро задала следующий вопрос.

"Мистер и миссис Калдуэлл, могу я поинтересоваться, почему Сара сегодня не пошла в школу? Сегодня же пятница".

Они одновременно адресовали ей удивленные взгляды. Даже Рэй, казалось, недоумевал.

"Вчера был День благодарения", – сказала Мариэла. "Сегодня в школе выходной".

Сердце Кэри рухнуло вниз и забилось где-то в низу живота. Только родители могли знать такую деталь, а она больше к ним не принадлежала – по крайней мере, в повседневном смысле.

Эви сейчас было бы тринадцать. В обычных обстоятельствах Кэри пришлось бы искать, кто бы за ней сегодня присмотрел, пока она будет на работе. Но обычных обстоятельств у нее не было уже слишком давно. Ритуалы, связанные со школьными каникулами и семейными праздниками за последние годы настолько стерлись из ее памяти, что она перестала замечать вещи, которые раньше были очевидными.

Она хотела было ответить, но вместо слов получился неразборчивый кашель. Слезы выступили у нее на глазах, и она наклонила голову, чтобы никто не увидел. Рэй пришел ей на помощь.

"Значит, у Сары был выходной, а у вас – нет?" – спросил он.

"Верно", – подтвердил Эд. "У меня свой магазин красок в "Уэстчестерском Треугольнике". Не могу сказать, что купаюсь в деньгах, так что брать много выходных не получается: День благодарения, Рождество, Новый год – вот, пожалуй, и все".

"А я – ассистент юриста в крупной адвокатской фирме в Эль Сегундо. Обычно я в этот день не работаю, но сейчас мы готовим к слушанию громкое дело, и каждая пара рук на счету".

Кэри откашлялась, взяла себя в руки и снова включилась в беседу.

"Что это за подруга, с которой встречалась Сара?" – спросила она.

"Ее зовут Лейни Джозеф", – сказала Мариэла. "Они с Сарой дружили в начальной школе, но когда мы переехали, они перестали общаться. Если откровенно, то я бы предпочла, чтобы это так и оставалось".

"Что вы имеете в виду?" – спросила Кэри.

Мариэла заколебалась, так что Эд взялся объяснить.

"Раньше мы жили в южном Кальвер-Сити. Это недалеко отсюда, но район там совсем неблагополучный. Улицы там жестокие, дети тоже. С Лейни нам всегда было немного некомфортно, даже когда она была маленькой. Потом стало хуже. Не хочу никого судить, но мне кажется, что она пошла по скользкой дорожке".

"Мы затянули пояса и скопили денег", – вмешалась Мариэла, которой было явно неприятно злословить при посторонних. "В год, когда Сара перешла в среднюю школу, мы переехали сюда. Мы успели купить этот дом незадолго до того, как цены взлетели до небес. Он маленький, но теперь мы бы не смогли себе его позволить. Даже тогда пришлось туго. Но ей нужно было начать новую жизнь с другими детьми".

 

"Выходит, они перестали поддерживать отношения?" – Рэй легонько подтолкнул их в нужное русло. "И почему они решили вернуть старую дружбу?"

 "Они виделись пару раз в год, не больше", – ответил Эд. "Но Сара сказала нам, что Лейни написала ей вчера и очень хочет встретиться – якобы, ей нужен совет. Она не уточнила, какой".

"Естественно, – добавила Мариэла, – такая добрая и заботливая девочка, как наша, сразу согласилась. Помню, как она сказала мне вчера вечером: "Мам, какая же из меня будет подруга, если я откажу в помощи человеку, который больше всех в ней нуждается?"

Мариэла умолкла, переполненная чувствами. Кэри заметила, как Эд слегка сжал ее ладонь в знак поддержки. Она завидовала этим двоим. Даже на пороге паники они стояли единым фронтом, заканчивали друг за друга предложения и разделяли все эмоции. Их преданность и любовь каким-то чудом не давали им сорваться. Кэри вспомнила времена, когда у нее было также.

"Сара сказала, где они собирались встретиться?" – спросила она.

"Нет, они не решили. Но, скорее всего, где-то поблизости – может, в Центре Говарда Хьюза или в "Фокс Хиллз Молле". Сара еще не водит машину, поэтому это должно быть место, куда легко добраться на автобусе".

"У вас есть ее свежие фото?" – спросила Кэри, и Мариэла тут же встала, чтобы принести их.

"Сара пользуется социальными сетями?" – спросил Рэй.

"Она есть на Фейсбуке. В Инстаграме, в Твитере. Не знаю, где еще. А что?" – сказал Эд.

"Иногда на своих страничках дети делятся информацией, важной для расследования. Вы знаете ее пароли?"

"Нет", – ответила Мариэла, вытаскивая несколько фото из рамок. "У нас не было причин требовать их у нее. Она все время показывает нам свои посты, никогда ничего не скрывает. Мы даже друзья на Фейсбуке. Я просто никогда не ощущала необходимости знать ее пароли. Вы разве никак не можете их взломать?"

"Можем", – заверила ее Кэри. "Но это занимает время. Нам нужен ордер, а сейчас у нас нет оснований его просить".

"Как на счет выключенной GPS?" – спросил Эд.

"Это поможет при открытии дела", – ответила Кэри. "Но пока все, что мы имеем, – предположения и домыслы. Вы очень убедительно объясняете, почему эта ситуация экстренная, но судья, который будет читать этот на бумаге, может не проникнуться. Но прошу вас, не расстраивайтесь из-за этого. Мы только начали. Наша работа – расследовать. В первую очередь, я бы хотела поехать к Лейни домой и поговорить с ее родителями. У вас есть адрес?"

"Есть", – сказала Мариэла, протянула Кэри несколько снимков Сары, а затем вытащила телефон и начала листать список контактов. "Не знаю, правда, насколько это поможет. Отец Лейни с ними не живет, а мать… ей не занимается. Но если вы считаете, что так нужно, вот адрес".

Кэри записала его в блокнот м все направились к выходу. На прощание они официально пожали друг другу руки, и это показалось Кэри неуместным после настолько задушевного разговора.

Они с Рэем были на полпути к машине, когда Эдвард Калдуэлл окликнул их, чтобы задать последний вопрос.

"Извините, что спрашиваю, но вы сказали, что только начали. Это звучит так, будто процесс будет долгим. Но, насколько я знаю, для пропавшего человека важнее всего первые двадцать четыре часа. Я неправ?"

Кэри и Рэй переглянулись. Они не знали, как ответить Калдуэллам. Наконец-то Рэй сказал:

"Вы правы, сэр. Но пока ничто не указывает на то, что совершено преступление. В любом случае с вами скоро свяжутся. Я знаю, это сложно, но постарайтесь не волноваться. Обещаю, мы будем постоянно поддерживать с вами контакт".

Они развернулись и пошли к машине. Когда Кэри была уверена, что их уже не слышат, она тихо пробормотала: "Хорошая ложь".

"Я не лгал. Все до единого слова – правда. Она может явиться домой в любую минуту, и все кончится".

"Наверное", – согласилась Кэри. "Но мое чутье подсказывает, что это дело будет не настолько простым".

Глава третья

На пути в Кальвер-Сити Кэри сидела в пассажирском кресле и молча предавалась самоистязанию. Она пыталась напомнить себе, что не сделала ничего ужасного, но чувство вины за то, что она забыла о такой простой вещи, как школьный выходной, буквально раздавило ее. Даже Рэй не смог скрыть своего удивления ее глупому вопросу.

Она теряла связь с частью своей личности, которая отвечала за родительство, и это ее пугало. Сколько должно пройти времени, прежде чем она начнет забывать другие, более личные детали? Пару недель назад она получила анонимные подсказки, которые привели ее к фотографии девочки-подростка, но, к своему стыду, Кэри не смогла понять, была ли это Эви или кто-то другой.

Справедливости ради, стоило сказать, что прошло целых пять лет, а фото было размытым и снятым издалека. Однако, тот факт, что она не смогла сразу узнать свою дочь, потряс ее. Даже после того, как их технический гуру, детектив Кевин Эдгертон, сравнил этот снимок с фотографиями восьмилетней Эви при помощи компьютерной программы и не смог дать окончательного заключения, Кэри все равно не смогла избавиться от чувства стыда.

Я должна была просто понять. Хорошая мать моментально поняла бы.

 "Мы на месте", – тихо сказал Рэй, возвращая ее к реальности.

Кэри подняла взгляд и сообразила, что они припарковались в начале улицы, где стоял дом Лейни Джозеф. Калдуэллы были правы – этот район всего в десяти километрах от их дома выглядел значительно менее приветливым.

Часы показывали половину шестого, но солнце уже почти село, и начало холодать. Молодые парни бандитского вида собирались небольшими группками на подъездных аллеях и верандах, пили пиво и курили что-то не похожее на сигареты. Газоны по большей части были скорее бурыми, чем зелеными, а сквозь многочисленные трещины в тротуарах пробивались сорняки. Из жилья преобладали дома ленточной застройки или на два хозяина, с решетками на всех окнах и сплошными металлическими дверями.

"Как думаешь, может, позвонить в участок Кальвер-Сити и попросить подкрепление?" – спросил Рэй. "Технически мы уже вне зоны нашей юрисдикции".

"Вот еще! Это будет слишком долго. И я бы предпочла вести себя незаметно – одна нога здесь, другая там. Чем больше формальностей мы будем соблюдать, тем медленнее будем продвигаться. Если с Сарой все-таки что-то случилось, нам нельзя терять время".

"Ладно, тогда за работу", – ответил он.

Они вышли из машины и быстро пошли по адресу, полученному от Мариэлы Калдуэлл. Лейни жила в передней части двухквартирного дома по улице Коринф к югу от бульвара Кальвер. 405-е шоссе было так близко, что Кэри могла различить цвет волос водителей проезжающих машин.

Рэй постучал в металлическую дверь, а Кэри бросила взгляд на тротуар через два дома от них, где пятеро мужчин сидели на кирпичах вокруг мотора от "Корветта". Они искоса поглядывали на чужаков, но ничего не говорили.

За дверью послышались детские голоса и визг, и минуту спустя им открыл маленький светловолосый мальчик лет пяти. На нем были драные джинсы и белая футболка, самодельно украшенная буквой "S", как у Супермена. Он запрокинул голову и уставился на Рэя, затем перевел взгляд на Кэри и, видимо, решив, что она менее опасна, обратился к ней:

"Чего надо, леди?"

Кэри почувствовала, что этому малышу достается немного любви и заботы, поэтому она присела на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне, и заговорила самым ласковым голосом, на какой была способна.

"Мы – офицеры полиции. Мы хотим минутку поговорить с твоей мамой".

Мальчик с невозмутимым выражением лица обернулся и крикнул в дом:

"Мам, копы пришли. Хотят с тобой поговорить". Похоже, стражи порядка приходили к ним не в первый раз.

Кэри заметила, как Рэй оглянулся на парней с "Корветтом", и тихо спросила: "У нас проблемы?"

"Пока нет", – ответил он едва слышно. "Но скоро могут возникнуть. Нужно поторапливаться".

"Какие вы копы?" – спросил мальчик. "Вы не в форме. Маскируетесь? Вы детективы?"

"Детективы", – сказал ему Рэй, и решив, что сюсюкать с ним нет смысла, задал свой вопрос: "Когда ты в последний раз видел Лейни?"

"О, Лейни снова вляпалась", – сказал он и расплылся в злорадной ухмылке. "Как обычно. Она ушла в обед встречаться со своей умной подружкой. Думает, она рядом с ней тоже поумнеет. Я бы на это не поставил".

В этот момент в конце коридора появилась женщина в спортивных штанах и плотной серой толстовке с надписью "Не сдавайся!" Пока она ковыляла к ним, Кэри изучала ее. Они были примерно одного роста, но женщина весила больше ста килограммов. Ее бледная кожа сливалась с серой тканью толстовки, так что линии перехода не было видно, а светлые с проседью волосы были собраны в неряшливую гульку, готовую в любой момент окончательно развалиться.

Кэри предположила, что женщине еще не было и сорока, но ее усталое измученное лицо смотрелось на все пятьдесят. Под глазами у нее висели мешки, а на отекших щеках красовались красные пятна – скорее всего, от алкоголя. Можно было догадаться, что когда-то она была довольно привлекательной, но тяжелая жизнь высосала ее изнутри, а в пустой оболочке остался только намек на красоту.

"Что она опять натворила?" – спросила женщина, удивившаяся визиту полиции еще меньше, чем ее сын.

"Вы – миссис Джозеф?" – спросила Кэри.

"Я перестала быть миссис Джозеф семь лет назад, когда мистер Джозеф бросил меня ради массажистки по имени Кайли. Теперь я миссис Харт, хотя мистер Харт свалил не попрощавшись года полтора назад. Снова менять фамилию – слишком большая морока, поэтому я ее пока оставила".

"Вы – мать Лейни Джозеф", – уточнил Рэй, возвращая ее в нужное русло. "И вас зовут..?"

"Джоани Харт. Я мать пятерых исчадий ада, включая ту, о которой вы спрашиваете. Во что она влезла на этот раз?"

"Мы пока ни в чем ее не обвиняем, миссис Харт", – заверила ее Кэри, не желая начинать ненужную перебранку с женщиной, которая, казалось, только этого и ждала. "Но родители ее подруги, Сары Калдуэлл, не могут дозвониться дочери и волнуются. Вы говорили с Лейни сегодня днем?"

Джоани Харт посмотрела на нее так, будто она была с другой планеты.

"Я что, записываю в табличку каждый ее шаг?" – сказала она. "Я сегодня работала весь день. Знаете ли, супермаркет не закрывается только потому, что вчера был День благодарения. Я пришла домой полчаса назад и не понятия не имею, где она. Обычное дело. Ее все время где-то носит, и она не мне не отчитывается, куда идет. У нее полно секретов. Думаю, нашла себе мужика и не хочет, чтобы я узнала".

"Она когда-нибудь упоминала имя своего… парня?"

"Я же сказала, что не знаю, существует ли он вообще. Я просто говорю, что это в ее духе. Она любит делать все мне на зло. Но я слишком устала или занята, чтобы ругать ее, и это ее бесит. Знаете, как бывает?" – спросила она, глядя на Кэри, которая и представить не могла, каково это.

Кэри почувствовала прилив гнева, направленного на эту женщину, которая не знала и не хотела знать, где ее дочь. Джоани ни разу не спросила, все ли с ней в порядке – ей, очевидно, было наплевать. Рэй будто прочел мысли Кэри и заговорил раньше, чем она успела открыть рот.

"Вы могли бы дать нам номер телефона Лейни и ее свежее фото?" – попросил он.

Видно было, что его просьба поставила Джоани в тупик, но она в этом не призналась.

"Секундочку", – сказала она и ушла в дом.

Кэри взглянула на Рэя, и он с отвращением покачал головой.

"Не возражаешь, если я подожду в машине?" – спросила Кэри. "Боюсь, я могу начать вести себя… непродуктивно".

"Иди, я справлюсь. Можешь позвонить Эдгертону и спросить, есть ли пути обойти правила и взломать ее аккаунты в соцсетях".

"Рэймонд Сэндз, что я слышу?" – сказала она, снова обретя чувство юмора. "Похоже, ты перенял мои самые сомнительные методы борьбы с преступностью. И мне это нравится".

Она развернулась на каблуках и ушла, прежде чем он успел ответить. Боковым зрением она увидела, что все мужчины, сидевшие на тротуаре, смотрят на нее. Внезапно ощутив холод, она застегнула куртку – ноябрь в Лос-Анджелесе был мягким, но на закате температура падала до десяти градусов, а пристальные взгляды добавляли мурашек на коже.

Подойдя к машине, она развернулась, прислонилась спиной к крылу, так, чтобы хорошо видеть и дом Лейни, и ее соседей, и набрала номер Эдгертона.

"Эдгертон слушает", – раздался в трубке бодрый голос самого молодого детектива в участке. Кевину Эдгертону было всего двадцать восемь, но этот долговязый парнишка слыл компьютерным гением и раскрыл немало дел. К тому же, он помог Кэри установить контакт с Коллекционером, не выдав собственную личность.

 

Кэри представила, как прямо сейчас он убирает длинную каштановую челку, спадающую на глаза. Его нелепая подростковая прическа была за гранью ее понимания, равно как и его технические таланты.

"Привет, Кевин, это Кэри. Мне нужна услуга. Я хочу, чтобы ты попробовал получить доступ к паре страниц в соцсетях. Одни из них принадлежат шестнадцатилетней Саре Калдуэлл из Уэстчестера, другие – Лейни Джозеф и Кальвер-Сити, ей тоже шестнадцать. И, пожалуйста, не читай мне лекцию об ордере и основаниях для открытия дела. У нас тут экстренные обстоятельства и…"

"Есть", – перебил ее Эдгертон.

"Как? Уже?" – потрясенно спросила Кэри.

"Ну, не Калдуэлл. Все ее аккаунты защищены паролями, и для просмотра нужно ее разрешение. Я могу их взломать, если понадобится, но, надеюсь, мы сможем не нарушать закон и обойтись данными Джозеф. Она – открытая книга. Все могут просматривать ее страницы, чем я сейчас и занимаюсь".

"Там есть что-нибудь за сегодня?" – спросила Кэри, заметив, что в ее направлении движутся трое мужчин.

Двое других сосредоточились на Рэе, который по-прежнему стоял у двери Хартманов, дожидаясь, пока Джоани найдет недавнее фото дочери. Кэри слегка изменила положение, так чтобы с виду казалось, что она все еще опирается на машину, но ее вес был бы распределен равномерно на случай, если бы ей пришлось сделать резкое движение.

"Она не постила на Фейсбуке со вчерашнего вечера, но в Инстаграме есть фото, где она с другой девочкой – полагаю, с Калдуэлл. Они сделаны в "Фокс Хиллз Моле". Одна – в магазине одежды, одна – в уголке визажиста. На последнем фото она сидит за столом – похоже, на фуд-корте, – и ест крендель. Подпись: "ням-ням". Время: 14:06".

Трое мужчин пересекали газон Хартманов, и Кэри от них отделяло меньше десяти метров.

"Спасибо, Кевин. И последнее: я пришлю тебе номера телефонов обеих девочек. Бьюсь об заклад, GPS выключен на обоих, но мне нужно, чтобы ты отследил последнее место до того, как это случилось", – сказала она, когда мужчины остановились напротив нее. "Мне пора. Я перезвоню, если будет нужно что-то еще".

Не дожидаясь ответа, Кэри бросила трубку и сунула телефон в карман. Тем же движением она украдкой расстегнула кобуру с пистолетом.

Не сводя глаз с мужчин и не говоря ни слова, она приподняла правую ногу и уперлась стопой в колесо. Так у нее появилось больше сил для толчка в перед.

"Добрый вечер, джентльмены", – сказала она наконец дружелюбным тоном. "Прохладный выдался вечер, не находите?"

Один из них – очевидно, альфа-самец – осклабился и обернулся к своим друзьям: "То-то у сучки соски от холода торчат, да?" Это был латиноамериканец небольшого роста с пухлыми щеками, но просторная хлопковая рубашка скрывала его фигуру, и Кэри до конца не знала, с чем именно ей придется иметь дело. Двое его спутников были высокими и тощими, и их одежда висела на них, как на манекенах. Один парень был белым, другой – латиносом. Кэри оценила национальное разнообразие этой уличной банды и решила его использовать.

"С каких пор вы берете к себе белых?" – спросила она, кивая на третьего лишнего. "Что, темнокожие, готовые выполнять твои приказы, закончились?"

Кэри не нравилось разыгрывать эту карту, но ей нужно было посеять между ними раздор, и она хорошо знала требования к членам подобных банд.

"Твой язык не доведет тебя до добра, дамочка", – прошипел альфа.

"Не доведет до добра", – эхом повторил высокий белый парень. Высокий латинос промолчал.

"Ты всегда повторяешь то, что говорит твой босс", – спросила Кэри белого парня. "Может, ты и мусор за ним подбираешь?"

Мужчины переглянулись. Кэри поняла, что нащупала больное место. За их спинами она увидела, что Рэй получил фото Лейни и идет обратно. Двое парней, оставшихся у "Корветта", двинулись было в его сторону, но он смерил их таким яростным взглядом, что они застыли, как вкопанные.

"Эта сучка нам грубит", – сказал белый парень, видимо, не придумав ничего умнее.

"Придется нам научить тебя хорошим манерам", – сказал альфа.

Кэри обратила внимание, что высокий молчаливый латинос напрягся, и внезапно поняла, какие в этой троице отношения. Альфа был задирой, белый – его подпевалой, а тихий – миротворцем. Он пришел с ними не для того, чтобы влезть в неприятности, а для того, чтобы их предотвратить. Но у него до сих пор не было такой возможности, частично по вине Кэри. Она решила бросить ему спасательный круг и посмотреть, как он им воспользуется.

"Вы двое – близнецы?" – спросила она его, кивая на белого.

Он смотрел на нее пару секунд, явно не понимая, что делать с этой репликой. Она подмигнула ему, и напряжение в его теле ослабилось. Он почти улыбнулся.

"Однояйцевые", – сказал он, пользуясь моментом.

"Йо, Карлос, мы не близнецы, чувак", – запротестовал белый, не зная, злиться или удивляться.

"Не, чувак, – встрял альфа, временно забыв о злости, – сучка права. Вас не отличишь. Надо на вас таблички повесить или типа того".

Они с Карлосом рассмеялись, и белый к ним присоединился, хотя вид у него был растерянный.

"Как у нас дела?" – спросил Рэй, застав врасплох всех троих. Пока они снова не завелись, Кэри поспешила ответить.

"Думаю, у нас все в порядке", – сказала она. "Детектив Рэй Сэндз, позвольте представить вам Карлоса, его брата-близнеца, и их дорого друга… как вас зовут?"

"Сесил", – охотно ответил он.

"Это Сесил. Они любят "Корветты" и болтать с дамами постарше. Но, увы, мы вынуждены покинуть вас, джентльмены, и больше не отвлекать от починки автомобиля. Мы бы рады остаться, но знаете, как оно в полиции Лос-Анджелеса – работа день и ночь. Если, конечно, вы не хотите, чтобы мы задержались и продолжили обсуждение хороших манер. Вы как, Сесиль?"

Сесиль окинул взглядом сто двадцать килограммов мышц Рэя, затем взглянул на Кэри, которую, казалось, не задевали его оскорбления, и решил, что с него достаточно.

"Езжайте, я не обижусь. Делайте свои полицейские дела. А мы заняты – нам машину надо починить, как вы сказали".

"Что ж, ребята, хорошего вам вечера", – сказала Кэри, и только Карлос заметил, что ее веселость граничила с насмешкой. Они кивнули и направились к "Корветту", а Кэри и Рэй сели в свою машину.

"Могло быть и хуже", – заметил Рэй.

"Да, ты до сих пор не на сто процентов оправился от прошлого ранения. Я подумала, что не стоит тебе ввязываться в схватку с бандой из пятерых, если я могу этому помешать".

"Спасибо, что заботишься о напарнике-инвалиде", – сказал Рэй, выруливая на дорогу.

"Не за что", – ответила Кэри, не обращая внимания на сарказм.

"Эдгертон накопал что-нибудь в соцсетях?"

"Накопал. Едем в "Фокс Хиллз Мол"".

"И что там?"

"Надеюсь, что эти девчонки, – сказала Кэри, – но у меня предчувствие, что настолько нам не повезет".

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14 
Рейтинг@Mail.ru