По соседству

Блейк Пирс
По соседству

Глава тринадцатая

Единственным преимуществом угрюмости и малообщительности её сестры была гарантия того, что её почти всегда можно было застать дома в нерабочее время. В тот вечер, исходя из данного предположения, Хлои подошла к дому Даниэль около шести. Она постучала, и несколько секунд из-за двери не доносилось ни звука. Но лишь только она собралась постучать снова, послышался какой-то еле уловимый шорох.

– Кто там?  – спросила Даниэль.

– Это Хлои.

Замок щелкнул, и дверь резко распахнулась. Даниэль пригласила сестру войти и стремительно захлопнула за ней дверь. Хлои хотела прокомментировать её поведение, но решила, что пока не стоит вносить напряжение – лучше оставить за собой возможность подмечать такие детали, чтобы сестра не смогла потом отмолчаться.

– Что ты здесь делаешь? – спросила Даниэль.

– Мы со Стивеном в ссоре после квартальной вечеринки. Мы решили, что будет лучше, если мы поживём отдельно какое-то время, так, денёк-другой.

– Но вы же не расходитесь? – спросила Даниэль. – Впрочем, невелика потеря. Уверена, ты найдёшь себе кого-то получше.

– Нет, конечно, здесь не то место. Но, Господи, Даниэль… Я же выхожу за него замуж. Ты разве не знаешь?

Даниэль пожала плечами, так как эта беседа уже успела ей наскучить:

– Как бы там ни было, мне бы не хотелось, чтобы вы разбежались из-за того, что учудил мой бестолковый парень.

– А у вас-то как дела? – поинтересовалась Хлои.

– Да так же, как и у вас со Стивеном. Мы не разговариваем. Пожалуй, я его брошу. Чем больше я его узнаю, тем больше убеждаюсь в том, какой он кретин.

– Похоже, это качество объединяет всех мужчин.

Они присели на диван, и Хлои тут же почувствовала стеснение от окутавшей их тишины.

– Ты уже поела? – спросила она.

– Ага. Китайская кухня. Цыплёнок в апельсиновом соусе. Там кое-что осталось, угощайся, если хочешь.

Хлои к тому времени уже перекусила, но решила не отказываться от бесплатного ужина. Любезно предложить гостям остатки еды было целым подвигом для Даниэль. Но это не могло не печалить Хлою, так как она знала, что за каждым миллиметровым шажком в сторону адекватности обязательно последуют два гигантских шага в обратном направлении. То она стремительно закроет дверь за уходящими, то сделает ещё что-нибудь такое, чтобы вернуться в своё естественное состояние.

Чего только стоила её зловещая улыбка на той вечеринке.

– Да, если можно. Спасибо, – сказала Хлои.

Даниэль прошла на кухню, достала остатки цыплёнка из холодильника и засунула его в микроволновку. Хлои смотрела на сестру и уже почти жалела, что пришла. Ей, вне всяких сомнений, хотелось проведать Даниэль, но она опасалась, что снова увидит ту улыбку на её лице, или что она опять станет безучастно бродить, словно приведение, как тогда в офисе Скиннера.

– Даниэль… у тебя всё хорошо?

– Ну да. Почему ты спрашиваешь? – отозвалась она из кухни.

– Мне показалось, что ты какая-то нервная. Когда я вошла, ты слишком быстро закрыла дверь. Это из-за Мартина? Ты боишься, что он может прийти и устроить скандал?

– Нет. Он, конечно, сволочь, но он не настолько тупой.

– Может быть, дело в лекарстве? Оно как-то влияет на твой эмоциональный фон?

– Понятия не имею, – ответила Даниэль. – Я не принимала его с тех пор, как ты последний раз ко мне приходила.

– Боже, Даниэль. Тебе же оно абсолютно необходимо. Если его тебе назначили против перепадов настроения, то ты обязана его принимать. Вот почему ты была такая…

– Какая, Хлои?

Зазвенела микроволновка, Даниэль вынула цыплёнка под апельсиновым соусом и принесла блюдо в гостиную. Она буквально швырнула его на журнальный столик прямо перед сестрой.

Хлои тут же вспомнилась та её зловещая улыбка и то, как весела и разговорчива была Даниэль, но потом в одно мгновение погрузилась в какие-то отдалённые печальные глубины своего сознания.

– Такая подавленная, – Хлои подобрала наиболее безопасное слово.

Даниэль опять пожала плечами. Она присела на противоположный край дивана и посмотрела на дверь. Это был мимолётный взгляд, но Хлои его поймала. К тому же, Даниэль ёрзала на месте и, не в состоянии сидеть спокойно, нервно теребила край своей рубашки.

– Даниэль, если бы что-то вдруг произошло, ты бы мне сказала, правда?

– Скорее всего, нет.

– Я серьёзно.

Даниэль вздохнула и закатила глаза:

– Я бы очень хотела тебе это объяснить. Правда. Я просто… на меня иногда накатывает какая-то паранойя. И возможно, как раз из-за того, что я перестала принимать лекарство. Не могу описать это. Меня постоянно мучает чувство, будто вот-вот произойдёт что-то ужасное, ты меня понимаешь? И это уже длится целую вечность.

И даже пока Даниэль произносила это, она смотрела в сторону двери. Возможно, она ожидала, что постучит кто-то, кого бы она не хотела видеть, боялась незваных гостей. Было так тяжело разгадать её мысли, когда она была в этом состоянии.

Хлои кивнула. Она-то знала наверняка. Она тоже от этого страдала до тех пор, пока приблизительно в пятнадцатилетнем возрасте не начала всерьёз посвящать лечению время и усилия. Она помнила, что сестра всегда занималась этим только потому, что не имела другого выбора. Но как только Даниэль смогла сама принимать решения, она прекратила совместные походы к врачу.

Тем не менее, сейчас ей что-то действительно не давало покоя. Казалось, у нее вот-вот случится паническая атака, и Хлои очень за неё переживала.

– Может быть, тебе нужно вернуться к терапии, – предложила Хлои, – Кажется, у тебя остался целый ворох неразрешённых вопросов, касающихся мамы и папы.

– К терапии? Ну уж нет, спасибо.

– Тогда, по крайней мере, принимай лекарство, – молила Хлои. – Не будь такой упрямой.

Даниэль кивнула:

– Хорошо. Думаю, что придётся. Я не могу так жить дальше.

– Как ты считаешь, может быть, ты просто очень расстроена из-за того, что произошло на вечеринке? – спросила Хлои.

– Частично. Но проблема гораздо шире, чем ситуация с Мартином. Не знаю…  Думаю, я просто надеялась, что жизнь будет лучше, чем оказалось на самом деле. Тут уж будешь стервой, страдающей от паранойи, хоть принимай лекарства, хоть не принимай.

Хлои было больно слышать такие слова из уст сестры. Неловко улыбаясь, она пододвинулась и протянула руку.

– Что ты делаешь? – спросила Даниэль.

– Это люди обычно называют объятиями.

– Ну уж нет.

Но Даниэль склонилась к её рукам, и они прижались друг к другу так, словно им снова было по восемь лет – в то время их мать ещё не была убита, а сами они ещё не хлебнули горя с лихвой в этой жизни. Именно сейчас Хлои осознала, что, не смотря на то, что в своё время судьба отдалила их друг от друга, пропасть между ними постепенно начинала исчезать. И она решила, что всегда будет рядом, если у Даниэль действительно какие-то проблемы – психические или эмоциональные – что бы ни случилось.

***

Хлои не уходила до тех пор, пока Даниэль не приняла первую таблетку на её глазах. Затем они в полном молчании посмотрели первую часть «Красотки» – не потому что этот фильм им особенно нравился, но потому что они выросли на нём, и, как бы это ни было странно, они обе взгрустнули.

Спустя час, когда Хлои ехала на встречу с Кэтлин и прочими дамами из Лавендер Хилл, она почувствовала, что простой просмотр фильма в тот вечер помог ей кое-что осознать.

Им с Даниэль было по двадцать семь. Даниэль жила в квартире, пусть и не совсем убитой, но роскошью в которой и не пахло. Она ездила на той же машине, что и десять лет назад, когда начинала жить отдельно. У неё было около двухсот видеодисков, бесконечное множество музыкальных, а вдобавок – куча футболок с лого всевозможных музыкальных групп. Дело не в том, что она по-прежнему спускала деньги на всю эту ерунду – нет, для неё была важна сама форма, материальность этих дисков. В то время как всё вокруг было давно оцифровано, Даниэль оставалась в прошлом, предпочитая, как и раньше, покупать физические носители. Хлои не понимала, почему осознание этого факта расстроило её до такой степени. Может быть, потому что всё это было чёткой характеристикой человека, не желающего идти вперёд и жить дальше. И если это как раз и был случай Даниэль, то корнем неспособности смотреть в будущее было отнюдь не пристрастие к старомодным развлечениям.

Возможно, всё это тянулось ещё со времён смерти матери, с того момента, когда их отца увезли в полицейском автомобиле.

Это не мог быть наш папочка. Он этого не делал.

Призраки прошлого разговаривали с ней голосом её сестры, пока она ехала на встречу с теми, кто вполне мог стать её лучшими подругами. Но после того вечера Хлои не могла себе даже представить такого поворота событий, правда, и допытываться о причине их поведения она пока тоже не собиралась.

Они никогда не станут мне подругами, – думала Хлои, приближаясь к месту встречи.

Выражения их лиц на той вечеринке ещё даже до скандала… Эти люди уже составили обо мне своё мнение. Наверняка они хотят провести со мной время только для того, чтобы выведать какие-нибудь скабрезные детали моего прошлого.

Она думала о Рутанне Картвиль и о Тэмми Уайлер. Хлои вспомнила, что они излишне оживлялись при встрече с ней. В глазах Рутанны читалось какое-то особое нетерпение.

Возможно, сегодня я выведу её на чистую воду, – думала Хлои.

И в то же время, она чувствовала себя не у дел. Хоть ей и было неприятно это признавать, она хотела подружиться с этими женщинами. И она боялась, что они уже были предубеждены насчёт неё, и это задевало сильнее, чем она ожидала.

Они встретились в одном небольшом дешёвеньком баре, о котором Хлои слышала, ещё учась в старших классах, но в котором ей так и не довелось побывать до сегодняшнего дня. Войдя внутрь, она весьма удивилась. Здесь всё, скорее, напоминало коктейль-лаундж, нежели бар в небольшом городке. Она застала Кэтлин и двух других женщин сидящими за угловым столиком в конце зала. Хлои показалось, что одну из незнакомок она уже где-то видела.

 

– Рада, что ты смогла выбраться, – сказала Кэтлин, подвигаясь за столиком.

Хлои села около неё и поняла, что и вторую даму, казавшуюся ей незнакомой, она уже где-то встречала:

– Кортни Брэкстон? – спросила она, улыбаясь.

– Единственная и неповторимая, – ответила Кортни также с улыбкой на лице.

Кортни была на пару лет старше Хлои и во времена учёбы слыла одной из самых популярных девчонок в школе. Она была из достаточно обеспеченной семьи, но, насколько помнила Хлои, настоящую популярность ей принесла её постоянная готовность заниматься с мальчиками всякими разными делами в укромных местечках около бейсбольного поля во время уроков физкультуры.

– А вот ещё кое-кто, – сказала Кэтлин, повернувшись ко второй даме, – как ты знаешь, это Дженни Фостер. Она вернулась в Пайнкрест вот уже как десять лет назад. Работает учительницей пятых классов в начальной школе.

Дружелюбные приветствия сменяли одно другое, пока официантка наполняла опустевшие бокалы и принимала заказ у Хлои. Она выбрала мохито и изо всех сил старалась влиться в общий дружественный ритм беседы. Вскоре ей стало известно, что Кортни была замужем четыре года, а на протяжении последних нескольких месяцев они с мужем пытались зачать ребёнка. Сверх этого, ей было сообщено множество сплетен о жизни соседей, что не показалось ей особо увлекательным.

– Разреши поинтересоваться, – сказала Кортни, – что это была за драка тогда? С кем дрался твой муж? Это был парень Даниэль?

– Да, – ответила Хлои. – Но все мы, вообще-то, стараемся об этом не вспоминать.

– Конечно, я понимаю. Она в порядке? Твоя сестра?

– Да. Она обычно не позволяет таким ситуациям выбить себя из колеи.

Кэтлин, хихикая, закивала головой:

– Это у неё ещё со школы. Ей всегда было плевать, кто и что о ней думал.

– Я не очень хорошо её помню, – вмешалась Кортни. – Помню, что вы были похожи, как две капли воды, только она перекрашивала волосы каждый месяц. Она постоянно ходила во всём чёрном, да?

– Ну да, это она, – произнесла Хлои, стараясь как можно лучше показать интонацией, что обсуждать сестру ей вовсе не представлялось интересным.

– Во всяком случае, я надеюсь, что она бросит того парня, – сказала Кэтлин. – Я слышала, что он то ли напился, то ли был под кайфом.

– Не думаю, – ответила Хлои. – Они со Стивеном просто не слишком друг другу нравятся. Чуть что – начинают бодаться.

– Стивен кажется приятным, – вставила Дженни, – я успела немного поболтать с ним незадолго до потасовки.

– Ага, ты отхватила отличного парня, – сказала Кэтлин.

– Ну а Даниэль? Чем она сейчас занимается? – не переставала допытываться Кортни.

– Работает барменом. Живёт размеренной жизнью, особо нигде не показывается. Впрочем, ей это нравится.

Тут она откровенно приврала. Она понятия не имела, насколько Даниэль устраивало то, как она живёт. Она просто хотела не слишком грубо соскочить с темы.

– Может быть, кто-то из ваших родителей имел такой же характер? – расспрашивала Дженни. Это был совершенно невинный вопрос, но Хлою он здорово задел.

– Да, не до такой степени, но было немного, – ответила она. Хотя, на самом деле, их отец был чрезвычайно замкнутым. Он, насколько помнила Хлои, был весёлым, дружелюбным человеком, но компанейским его никак нельзя было называть.

– Вот почему, наверное, Даниэль такая, – решила Кортни.

Официантка принесла мохито для Хлои, и та сразу же принялась его пить, чтобы не позволить едким словам слететь со своих уст. Тем не менее, её мысли вполне отчётливо читались у на её лице.

– Прости, пожалуйста, что я это говорю, – сказала Кэтлин, – но я никогда не понимала её. Она всегда была такая симпатичная, вы обе, но она никогда ни с кем не встречалась в старших классах. Она вообще выходила когда-нибудь гулять с друзьями?

– Нет, – выпалила Хлои, уже не беспокоясь о том, каким тоном она отвечает.

– Она по-прежнему слушает эту свою мрачную злобную музыку? – спросила Кортни с ухмылкой на лице.

– Не знаю. А ты по-прежнему ласкаешь член каждому парню, у которого для тебя найдётся свободная минутка?

Внезапно все трое изменились в лице, и стало ясно, что их задели за живое. Очевидно, они никак не ожидали ответного удара. Да и Хлои никак от себя такого не ожидала. Но, чёрт, как же это было приятно.

– Прости, – сказала Хлои, на самом деле ничуть не сожалея. – Но скажите мне, девочки, вы собрались здесь, чтобы поговорить о жизни, или вам интересней поливать грязью мою сестру?

– Ох, Хлои, но мы же не поливали её грязью, – начала было Кэтлин.

В кармане у Хлои зажужжал телефон. Она, не обращая внимания на то, что говорила Кэтлин, достала его и посмотрела на экран. Она чуть не взвизгнула, увидев, что пришло сообщение от Салли, её будущей тёщи. Тем не менее, появился повод не продолжать разговор с Кэтлин.

– Извините, мне нужно ответить, – сказала Хлои. Сделав большой глоток мохито, она вышла в небольшую комнатку у входа в передней части бара.

Сообщение было следующего содержания: «Как быть с приглашениями на свадьбу? Вы договорились о дате? Часики тикают, и нужно что-то решать. Хотелось бы, чтобы гости были приглашены заранее и имели возможность планировать своё время».

Почему эта женщина писала ей, а не своему сыну, было выше понимания Хлои. Наверное, она просто не хотела докучать своему драгоценному сыночку. Она тут же написала ответ, чтобы Салли не доставала её своими бесконечными сообщениями: «Хорошо. Окончательно всё решим через пару дней».

Затем она засунула телефон в карман, достала из кошелька десятидолларовую купюру и стремительным шагом направилась обратно. Подойдя к столику, Хлои опустошила свой стакан под пристальным взглядом троицы. Она поставила стакан на место, швырнула деньги на стол и легонько помахала рукой на прощание.

– Извините, – сказала она. – Это всё свадебные хлопоты. С вами было… нет, не весело. Но было занятно.

Не позволив никому из этого трио сказать и слова, она вышла из бара. Было однозначно приятно обойтись дерзко с людьми, которые не могли придумать себе никакого лучшего занятия, чем совать нос в чужие дела. Как оказалось, многое действительно не изменилось со школьных времён.

Она ещё раз вспомнила причину, по которой была так рада уехать из этого городка после выпускного. И всё же разговор о прошлом её задел… если не разговор о родителях как таковой, то интонация, с которой о них говорили.

Прошлое снова влекло её назад, словно неумолимые волны грозного отлива. Вопрос был только в том, как долго она сможет сопротивляться этим волнам, прежде чем в них утонет.

Глава четырнадцатая

Следующим утром в штаб-квартире она встретила агента Грина. Он шёл по вестибюлю с телефоном в руках, когда она вышла ему навстречу. Он поднял глаза, улыбнулся и сразу же убрал телефон в карман.

– Я как раз писал тебе сообщение, – сказал он. – Есть ещё одно дело, с которым нам придётся разобраться. Ты не против частично взять его на себя?

– Не против, – ответила Хлои, подавая ему кофе. – В прошлый раз это была просто случайность, даю слово.

– Ты последовала моему совету наведаться к Скиннеру?

– Последовала. Мне это очень помогло.

– Отлично. Сядешь за руль?

Это был небольшой жест, но он многое значил для Хлои. Он был показателем доверия – таким образом Грин хотел дать понять, что не боится взять её под своё крыло на какое-то время.

Они приехали в небольшой пригородный район в десяти минутах от Балтимора. Местом преступления был трейлерный парк, где дома на колёсах стояли, тесно прижавшись друг к другу. Она припарковалась позади нескольких полицейских машин и увидела толпу местных жителей у проезда, ведущего в парк.

По пути сюда Грин сообщил ей только общие сведения, желая дать Хлои возможность взглянуть на всё своими глазами. К тому моменту, когда она вышла из машины, ей было известно только, что наркосделка по какой-то причине сорвалась. ФБР также занималось этим делом, потому что одним из участников сделки был преступник, разыскиваемый по всему филадельфийскому округу за многократные продажи наркотиков.

Когда они с Грином поднялись по шатким ступенькам порога из доисторической древесины, полицейским явно полегчало. Хлои и Грин показали свои удостоверения и прошли внутрь.

Хлои тут же почувствовала этот запах. Кровь. Мусор. Вязкий сладкий запах марихуаны. И вся эта красота в восемь часов утра.

Детали преступления были вполне ясны. Хлои сделала шаг в сторону, пропуская Грина. Они прошлись вокруг, тщательно всё осматривая, хотя всё самое важное находилось прямо перед их глазами.

Диван стоял у дальней стены комнаты, служившей гостиной. На нём было два трупа, один из которых почти полностью скатился на пол. У этого тела отсутствовала левая верхняя часть головы. Все стены были забрызганы кровью, и даже сейчас она всё ещё сочилась на ковёр из этой ужасающей раны.

Второе тело было продырявлено внизу грудной клетки и в верхней части живота. Зрелище было страшным, но Хлои успела мысленно подготовиться к подобному. Хотя вид и был по-настоящему кошмарным, всё оказалось менее пугающим, чем то, что она успела себе навоображать.

Тем не менее, повсюду было очень много крови. И она была свежей.

Выстрел, – думала Хлои. – Выстрел в упор. О, Господи…

У человека, умершего от ранения в грудную клетку, был Глок. Он бесполезно лежал у его ног, отброшенный в сторону. Этот Глок, по всей видимости, использовался для того, чтобы не дать приблизиться человеку, чьё тело сейчас было распростёрто по центру гостиной. Тело лежало животом вниз, голова была повёрнута в сторону. Насколько Хлои успела заметить, этот мужчина получил выстрелы в грудь, в район челюсти, и ещё один выстрел прошёл прямо под правым глазом. Каждая пуля продырявила тело насквозь.

– Будь я проклят, – сказал Грин. Опустившись на пол, он склонился над телом. Поморщившись от этого зрелища, агент передёрнул плечами. – Это парень из нашего списка. Оскар Эстевес. Федералы его уже три месяца ищут.

Из-за двери позади них показалась голова копа:

– Возможно, вам было бы интересно заглянуть в спальню, что в задней части фургона. Мы там всё запротоколировали, – сказал полицейский, – но вам, ребятам из управления, всё же было бы небезынтересно там побывать.

Грин кивнул и жестом пригласил Хлою следовать за ним. Вниз по узкому коридору они стремительно направились в заднюю часть этого дома на колёсах. Здесь повсюду царил запах плесени и испражнений. В задней части трейлера он становился настолько сильным, что Хлои была вынуждена начать дышать через рот.

И вот они дошли до спальни. Стены были завешены порнографическими плакатами. На ветхом столике красовался древний телевизор. Но самым примечательным было то, что матрас на кровати с торчащими из него пружинами был перевёрнут. В некоторых местах ткань матраса была разорвана, и под ней виднелись пакеты кокаина. Они были перемотаны и прикреплены к матрасу чёрной изолентой. На первый взгляд их было около двадцати.

– Итак, что ты можешь сказать об увиденном? – спросил Грин.

– Очевидно преступники в большей или меньшей степени сделали нашу работу за нас. Похоже, что во время наркосделки что-то пошло не так. Или же явился недовольный клиент, и это плохо кончилось.

– Да. На данный момент мы можем только догадываться. Это ужасное преступление кажется уже делом закрытым, но всё же мы обязаны провести расследование. Плохая новость заключается в том, что на нас лежит вся бумажная работа и отчёты. Так что пошли хорошенько обследуем место преступления да порасспрашиваем зевак, бродящих снаружи, а ещё…

Зазвенел телефон Грина, не дав ему закончить предложение. Он посмотрел на экран:

– Одну секунду, – сказал он.

Грин принял звонок и вышел в коридор.

Пока Хлои осматривала комнату, она могла слышать обрывки разговора. Она проверила ящики комода и нашла там скомканную одежду, папиросную бумагу и несколько видеодисков с порно. Не нашлось ни оружия, ни какого-либо другого доказательства, способного опровергнуть выдвинутую ими версию.

Грин вернулся, держа телефон в руке.

– Нам нужно быстро со всем здесь разобраться, – сказал он. – Нас ждёт ещё одно дело. Поедем как раз в твою глухомань, я так понимаю. В Пайнкрест, правильно?

– Да. А что там такое?

– Пропал человек, – ответил он. – Какой-то парень по имени Мартин Шилдс. Ничего серьёзного. Пожалуй, просто передадим дело местной полиции.

– Мартин Шилдс, вы сказали? – переспросила она, очень надеясь, что она просто неверно расслышала имя.

 

– Да, а что?

Она тут же подумала о Даниэль. Она уже знает об этом? Или, может быть, это она и позвонила в полицию?

– Чёрт. Я его знаю. То есть… Моя сестра с ним встречается.

– Правда? – спросил Грин в изумлении.

– Да. Я не думаю, что у них серьёзные отношения, но всё же…

– Мир тесен.

– Вот именно.

– Если это важно для тебя, то мы можем плотно заняться этим делом, – сказал Грин. – И даже если местные ребята им заинтересуются, я постараюсь держать тебя в курсе всех событий, если ты хочешь.

– Да, я была бы очень признательна, – сказала Хлои, но в голове у неё не переставали крутиться мысли о Даниэль и о том, как она всё это переживает. Было жутко, особенно учитывая тот факт, что Мартина она видела совсем недавно, на той вечеринке.

– По правде говоря, тебе бы следовало позвонить сестре прямо сейчас, раз это её парень, – сказал Грин. – Так мы сможем сразу начать вникать в суть дела, пока будем возиться здесь с этой неразберихой.

Хлои кивнула и вышла в коридор. Ей удалось пройти на улицу, не обронив ни взгляда на ужасающее зрелище в гостиной. Она набрала номер Даниэль.

Сестра ответила на третий звонок сонным голосом:

– Алло.

– Привет, это Хлои.

Даниэль театрально вздохнула:

– Да, я приняла сегодня лекарство. А теперь, если ты не против, я снова пойду спать.

– Даниэль, когда ты в последний раз видела Мартина?

– Гм… на следующий день после вечеринки. Он подвёз меня домой, мы были злы друг на друга и с тех пор мы не разговаривали. А что?

– Понимаешь, я на работе… и нам только что поступил звонок. Кто-то сообщил о его исчезновении. А исчезновением совершеннолетнего начинают всерьёз заниматься только по прошествии суток после звонка о пропаже.

– Ты что, издеваешься? Какое ещё исчезновение? – сказала Даниэль.

– Это информация, которую мы только что получили. Мы собираемся этим заняться. Я подумала, что ты можешь что-то знать.

– Во-первых, кто-то же должен был сделать этот звонок.

– Ты знаешь, кто это мог быть?

– Ну, он, по всей видимости, трахался ещё с кем-то, пока встречался со мной.

– С кем, ты знаешь?

– Я не знаю её имени, но я видела её голой. У него в телефоне были её фотографии. Постой… так что, он пропал? Правда, пропал?

– Я постараюсь всё разузнать как можно скорее.

– Что ж, держи меня в курсе, – сказала Даниэль и повесила трубку.

В то время как Хлои была очень взволнована, в голосе Даниэль не были слышно ни капли беспокойства.

Рейтинг@Mail.ru