Параллельные миры – two. Рождение бога

Рутра Пасхов
Параллельные миры – two. Рождение бога

– Я не шучу, я тебя прибью. Обоих прибью.

– Да что ты говоришь? Не ты ли попросила подругу разыграть такую сцену? Предполагала же, что такое может быть.

– Так это правда?

– Конечно же нет. Мы тоже тебя разыграли. Это монтаж.

– Врешь.

– Нет.

– Врешь.

– Давай уже, ложись. Твои фантазии не каждый может выдержать.

– Не бойся своих желаний, бойся моих, – наконец твердо и уверенно произнесла она любимый слоган.

– Нашла кого пугать. Вперед. Я как раз подготовлюсь к проверке, – Рутра, улыбаясь, прижал ее к себе.

Заметив это, все аж зааплодировали, это взбодрило ЯтСан, она улыбнулась в ответ.

– И долго мы тут будем любоваться голубками? – как всегда шутливо, напомнил о цели прихода в лабораторию ученый.

Все фантастические реалии нового мира осознаваться группой стали как обыденность, но взаимоотношения между Рутрой и ЯтСан воспринимались как очень необычные.

ЯтСан легла в установку, персонал лаборатории приступил к процессу. Рутра присел с девчонками на крайний диван, Андриан, сев отдельно, уже разворачивал «воздушные» фигуры шахмат, а ученый колдовал у монитора. Рутра улыбнулся ИуЛии, однако, скрестив руки, сказал:

– Game over, подруга. Дружба дружбой, но тут уже все по-серьезному. Я тебя уважаю, ты мне нравишься как подруга и как сотрудник, но…

– Но у тебя появились чувства, – скромно сказала Катрин.

– Да, признаюсь, у меня появились чувства.

– Мы их еще проверим, – ИуЛия же была в своем стиле.

– Мы – это в смысле…

– Мы – это в смысле мы.

– Ты думаешь, она будет интересоваться этим?

– А что, ты убедил ее?

– Загрузка памяти назад будет без этого сюжета. Она ничего не будет знать об этом. Так что, дорогая моя, как бы не пришлось и тебе стереть память.

Они переглянулись с Катрин.

– Тут опасно.

– Веди себя хорошо – и тут будет прекрасно. До этого была забавная игра и всем было весело, а раз теперь так – просьба оправдать понятие «дружба». Раз мы друзья – значит, друзья. А если это было притворство, то тогда сугубо рабочие отношения.

– Дружба, – сказала Катрин.

– Дружба, – смело и твердо сказала ИуЛия, но все не так звучало, как от Катрин.

Все же она хотела себе особой роли.

Глава 3. Где мы видим сны?



Тем временем «проснулась» ЯтСан.

– Ну что тебе снилось? – спросил Рутра, помогая ей встать.

– Боже, неужели это правда?

Рутра посмотрел на друга и коллегу, «колдующего» за аппаратурой.

– Что ты ей навнушал? – прямо спросил он.

– Ничего нереального. Она все помнит, – хитро улыбаясь, сказал он.

– Легла в одной установке, встала из другой, поспорила немного и снова назад. Так ведь, ЯтСан?

– Так почти. Мне снился другой мир. Сейчас я поняла, что это сон.

– Какой? – спросила со смесью надежды и испуга ИуЛия, что было не совсем ясно даже для Рутры.

– Мне снилось, как будто ты президент, а я… – сказала она, не завершив речь, смотря н Рутру.

– Что – ты?

– Я как будто твоя жена, – улыбаясь, завершила ЯтСан, и в голосе была радость.

– О-о! – произнес он. – Какая честь.

Присутствующие тоже заулыбались, засмеялись и начали хлопать в ладоши, подбадривая Рутру.

– Рутру в президенты, Рутру в президенты.

– Да подождите вы. Там началась война, – сказала встревоженно ЯтСан.

Рутра переглянулся с ученым.

– Это не я. Это на самом деле.

– Значит, это плохо.

– Что плохо? – поинтересовался Андриан.

Рутра, смотря на него, сказал так, чтобы и всем стало ясно: это не шутки.

– Существует такая версия, что сны и есть отражения деятельности зеркального мира. То есть эти частицы-близнецы так влияют на нас. Сперва на сон, потом мы совершаем действие на основе мысли, которая вполне может появиться из-за изменений мозга во сне. Поэтому мы так или иначе расшифровываем сны. Иначе они вообще ничего не значили бы для реальности. Мы же, посмотрев мультики, не считаем их каким-то образом осуществимыми.

– Подождите, дайте мне отдохнуть. Я уже не могу так.

ЯтСан пошла к выходу.

– Хорошо, отдыхаем час. Чай, кофе и любимые вкусности за счет фирмы.

Час прошел быстро, это говорило о том, что и время может быть другим, стоит лишь его ощущать иначе. Рутра, светило науки и Андриан размышляли о сне, насколько идентично он может отразиться в нашем мире, да и вообще – реально ли это все? Или все же является их предположением? Рутра утверждал, что все реально, ведь объясни незнающему человеку, что зеркало способно отражать, – ему трудно было бы понять, не видя в реальности этого. А клонированные животные, генномодифицированные продукты и вовсе носят печать сатанизма. Что же говорить о клонировании человека и переносе в него сознания. Всякое чудо перестает быть чудом, когда наш мозг устает об этом думать.

Рутра встал, захлопал в ладоши для привлечения внимания.

– Возможно, я удивлю вас, но хотел бы вашего удивления только из-за срочности. А возможно – и срочности нет, только откуда нам знать. Так скажем, сон ЯтСан меня точно подстегнет к форсированию событий, точнее, эксперимента. Я хочу его провести завтра. Как раз ЯтСан готова. Скажу тебе, ты красотка, от всех тебе овации.

Все захлопали.

– Признаюсь, я думал, что все гораздо тяжелее пройдет, а в какой-то мере и вовсе боялся срыва и провала. Ты профессионально сработала. Что скажешь насчет завтра?

ЯтСан, оглядев всех, с ироничной улыбкой, сказала:

– Да я тоже как-то больше боялась. Это так же будет?

– Даже проще. Ты войдешь в сеанс и выйдешь в своем теле.

– Тогда давай.

– Сегодня отдыхаем.

– Отлично. Может, вживую сразимся? – предложил Андриан, имея в виду, конечно же, шахматы.

– Принимаю, – откликнулся Рутра.

Потом, подойдя к ЯтСан, взял ее под локоть и, провожая к выходу, спросил заботливо:

– Так что, готова? Понеслась?

– Понеслась, – твердо сказал она.

– Даю время отдохнуть, – сказал Рутра коллективу. – Завтра придет конец нашим сомнением.

Он устремил взгляд на врача. ИуЛия сказала задумчиво:

– Далекие миры, – и, обернувшись на ЯтСан, лицо ее выразило и жалость, видимо, из-за опасности, и зависть, и своеобразную радость.

Последнее, из-за смешанности с завистью, говорило не о радости за выбор Рутрой подруги на первую роль, а больше из-за отсутствия исполнительницы первой роли рядом с ним. Ведь ЯтСан теперь носила негласный титул первой леди, а тут получалось свято место пустым. Не каждый это мог понять бы, хотя понять это мог бы каждый. Рутра эту тонкую грань уловил.

ЯтСан, читая послания на лицах друзей, встретилась взглядом с ИуЛией. В этот момент они поняли, что глаза говорили друг другу. Рутра же видел их мысли. Особенно эмоционально яркие они были у ИуЛии: «Да, ты, дорогая, удостоена чести полететь в далекие миры, но я остаюсь здесь». Они долго смотрели друг на друга. ЯтСан, сама по себе спокойная и милая, иногда вела себя немножко безрассудно и наивно, но была весьма твердой характером, самоуверенной. Поняв негласный посыл от подруги, абсолютно не среагировала, только лишь одарила надменной своенравной улыбочкой. Эта улыбка означала не то, что ЯтСан не дорожит дружбой или не довольна подругой, – в этой улыбке была власть, которую давал ей статус первооткрывательницы. ЯтСан часто была на вторых ролях, руководствовалась советами подруги, но теперь была абсолютно уверена в себе, вернее, поверила в себя, а еще точнее – стала уверена, поняв, что выбрали ее не за красивые глазки. ИуЛия тоже это понимала и давала ответный сигнал о своей первой роли в оставшейся группе. О том, что здесь, на Земле, Рутра будет ждать только ее, ИуЛию. То есть она хотела подруге сообщить: как бы ты ни старалась – ничего не получится. Это бывает между женщинами, когда они хотят оставаться подругами, но тем не менее демонстрируют с легкой надменностью, у кого власть в соперничестве.

Глава 4. ЯтСан в параллельном мире





Следующий день настал быстро.

«Приступаем к первой части процесса, – отдал команду Рутра молча. – Сейчас ЯтСан подключаем к суперкомпьютеру».

– Ну что, мадам ЯтСан, вы готовы к полету? На этот раз все будет по-взрослому.

– Ты всегда говорил с иронией, как будто снимаешь фильм, в котором главный герой я.

– Ты тоже не подарок. Сейчас посмотрим, как вы себя проявите там.

– Не пугай меня обращением на вы. Я знаю, что это означает.

Рутра продолжал в своем духе.

– Ну что, ребята, понеслась?

– Сначала это было для меня романтикой. Некой формой самоутверждения. Потом увлекла статусность первой роли. А теперь, после всех этих переселений душ, жизни в виртуальной реальности, влечет меня, несмотря на страх, больше желание узнать твое истинное отношение ко мне, – сказала ЯтСан.

Рутра сделал тяжелый выдох.

– И я узнаю, какое у тебя истинное отношение ко мне. Прости, программа хоть и основана на взаимодействиях личностей, все же преследует научную цель.

– А почему только она полетит? – спросила ИуЛия. – В программе же были оговорены и другие варианты.

– Именно варианты, – пояснил Рутра. – Первое испытание – с одним человеком. Мы наблюдаем. Это еще делается для того, чтобы не создавалось ощущения нереальности происходящего. Чтобы все вы подтвердили, что события происходили на самом деле.

– Вы готовы, ЯтСан?

– Готова.

– Организм подготовлен? – это уже Рутра спросил, у персонала или у ИрЭн.

– Готова, готова. Пустая, как барабан, – опередила всех с ответом ЯтСан.

– Ложимся.

– Все у тебя так просто.

– Признаюсь, не уверен, что у нас с первого раза все получится. Ты думаешь, это для меня не фантастика? И фантастично для меня не наличие этих миров… это как раз логично… не переселение сознания. А само расстояние. Когда что-то получается, но абсолютно непонятно, как это произошло, – вот это и есть чудо, волшебство. До Луны, которую мы видим каждый день, лететь неделю, а тут такой скачок в скорости, что даже секунда, которую до той же Луны летит свет, не дает представления о скорости достижения тех миров.

 

– Рутра, мне кажется, ты сам себе противоречишь. То ты говоришь, что к чуду человек привыкает, стоит ему постоянно повторяться, то ты рассказываешь об этих расстояниях.

Рутра уже хотел ее поругать, сделать замечание, но это была типичная ЯтСан. Тем более перед полетом смысла не было ее предупреждать. Тем не менее именно сейчас Рутра неожиданно серьезно задумался – а почему именно она? Почему именно ЯтСан была выбрана на эту роль? Может, главным из параметров, под которые ИИ выбирал человека, был его менталитет? Может, людей подбирали под характер Рутры, способ мышления, морально-этические нормы? Ведь правда: если бы это было не так – Рутра не смог бы с ними работать. По крайней мере – поведение вызывало бы конфликт. А дружеские отношения и вовсе бы не сложились. Тут надо в себе прежде всего разобраться.

Эти мысли немного отвлекли Рутры. На одном канале связи была коллегия и совет, на втором – персонал и центр управления, на третьем – ЯтСан и команда. Сказать по-честному, несмотря на все опыты, мало кто верил в реальность программы Рутры. Самого же Рутру это не очень волновало. Он был уверен в успехе. Его задумка должна была сработать.

ЯтСан уже была в установке, ее мозг подключали к программе. Рутра подошел к ней, склонился немного.

– Ну что, с нетерпением жду возвращения.

– Я еще посмотрю, какой ты там, может, и останусь.

– Поверь, там я, возможно, более статусный, чем ты можешь себе представить.

– Почему же ты не говоришь, кто ты там?

– Ты все увидишь. Главное – не забывай моральные установки, цели задания. Психиатров и психоаналитиков ты прошла на отлично, хотя я и сомневался. Спокойней, спокойней. Ты сама пойми – иногда ты очень эмоциональна.

– Ладно, пожелай доброго пути, – сказала ЯтСан, когда глаза ее были уже закрыты установкой.

– В добрый путь, счастливого возвращения, – сказали и коллектив, и персонал, и ИрЭн.

А Рутра подумал снова про себя: «Никого, кроме ЯтСан, и не могло быть. Чего я опять торможу… Ведь в том мире человек уже утвержден. Я же не могу изменить те миры, которые ушли вперед. То есть ИрЭн нашла именно ту самую, которая нужна. Это ЯтСан». И тут ему стало интересно: а как в тех мирах (или по крайней мере – в том мире) ЯтСан стала его женой?

Здесь память Рутры откатилась назад, когда он только начинал осуществлять пробы по эксперименту. Глупо было бы думать, что он (тем более – «светило науки») не провел первые испытания. Конечно же, участниками стали непосредственно они – Рутра и ученый. Рутра уже был в тех мирах, поэтому и был таким уверенным. Персонал и ученое сообщество обо всем этом знали. Совет и коллегия – тоже. Только все они верили как бы на слово. Рутра принимал очень активное участие в создании этого сообщества. Он состоял в одной суперсекретной международной организации. Это была тайна за семью печатями. Эта организация объединяла все спецслужбы планеты, манипулировала и управляла миром. Это на первый взгляд кажется, что это невозможно, что это глобальный заговор. Но все спецслужбы, все правительства сотрудничают по всевозможным программам контроля, у них есть координационный центр. Они сотрудничают и «воюют» официально. Так вот те, кто все это контролируют, в один прекрасный день подумали: а чего это мы должны друг другу мешать? Давайте договоримся играть по своим правилам между собой. Объединимся и поделим мир. Вот и все. Кажется, это что-то нереальное при нынешнем состоянии политики и международных отношений. Но ООН есть? Есть. Всемирный банк есть? Есть. Признанные свободно конвертируемые валюты есть? Есть. Международные программы в сфере борьбы с терроризмом есть? Есть. Причем этот пункт очень интересен тем, что туда включают неугодные религиозные и национал-патриотические организации. А главное в современном мире – это ядерный клуб, где одним можно все, а другим нельзя ничего. И глобальная сеть коммуникаций. Она полностью под плотным контролем. Рутра, расследуя сбой в управлении автоматическим запуском системы «Периметр», которой управляет искусственный интеллект, изучил все эти системы и пришел к выводу, что теперь есть и новая сила, с которой придется считаться. Это сама система искусственного интеллекта. Ведь человек же контролирует все – от взведенного курка до аппарата искусственного жизнеобеспечения. Так что же удивительного в контроле ИИ, если подобные системы, механизмы будут управляться суперкомпьютером. Искусственный интеллект и объединил всех тайно. Так вот, зная все это, имея очень высокий ранг в той системе, Рутра создал еще более засекреченную организацию, центральным звеном которой были ученые. Ведь только они могли создать то, что и должно быть секретным. Вернее, они создавали все то, что засекречивали и охраняли спецслужбы. Например, секретные технологии и аппаратуру для контроля общества, проникновения в память человека, внушения и устрашения. А если еще точнее – те, кто создал спецслужбы, то есть власть. То есть создали то, что власть заставляла засекречивать, держать в тайне для осуществления своей власти с помощью этих открытий и изобретений. А власть исторически передавалась или захватывалась личностями. Но мир пришел к такому состоянию, что одна личность не могла значить так много, чтобы противостоять искусственному интеллекту. Мир стал другим сам по себе, и в один прекрасный день группа ученых решила использовать свои открытия для контроля тех, то есть власти, кто, пользуясь их работами, контролировал людей. Власть ведь всегда создавала и использовала спецслужбы для контроля народа, в том числе и с помощью этих же открытий и изобретений. Самое досадное для ученого сообщества было то, что власть и их контролирует с помощью спецслужб, используя их же изобретения. Вот такие дела. Рутра же изменил все. Причем сделал это так, что мало кто понял, что произошло. Вернее, ни спецслужбы, ни правительства, а тем более – масса людей, не подозревали, что мир уже другой, что реальная власть не у тех, кто у власти. Это еще предстояло для мира раскрыть. Однако было еще не время.

В считанные секунды, за которые сознание ЯтСан должно было преодолеть миллиарды световых лет, память Рутры прокрутила события его первого «полета» в иные миры. На Земле, в лаборатории прошли действительно секунды, а у него в голове – история на день. Рутра все думал: а будет ли эта ЯтСан другой? Сделает ли она так, как он задумал? А что побудило ее там поступить так? Мысль Рутры снова «провалилась» в прошлое…

В тот день, после такого же эксперимента по переселению сознания, его друг, проводив их с Амитой, связался с ним негласно. На удивление Рутры ученый без шуток и смешков предложил:

– Рутра, я уверен сработка системы будет точно такой же, как при перекачке сознания тут. Я предлагаю провести реальный эксперимент по переселению в параллельные миры.

– Ты сперва точно определи, где эти миры.

– Я определил, – сказал он уверенно.

Рутра почувствовал, как эта уверенность передалась и ему. Каким-то невероятным образом все сомнения пропали.

– И как, где? – с волнением спросил Рутра.

– Все очень просто. На самом деле эти спутанные частицы и есть невидимые маркеры, которые определяют наличие и локацию этих миров. Они не могут никуда попасть, кроме как к себе подобным. Иначе они вернутся. Это принцип работы любого сонара и радара. Луч ушел, и если его там не захватили – просканировал и вернулся, потом опять и опять. С момента своего зарождения они держат эту связь. Как стрелка компаса находит поле своих свойств, так и спутанная частица найдет своего близнеца. Она нигде не сможет найти пристанище. Возможно, это нечто такое, о чем наш мозг сигнализировал с незапамятных времен. Мы обозначали это как пристанище души. Возможно, после смерти мы, вернее, частицы переселяются в другой мир, где их близнецы еще живут в подобном теле. Мир, в котором время чуть сдвинуто вниз.

– А те частицы, что там были, вылетают, уступая место этим, и перелетают в другой мир?

– Возможно.

– Тогда как они там вселяются – так же или рождают новую жизнь?

– Скорее всего – рождают новую жизнь.

– Умно… и как бы объясняет всю систему мироздания.

– Возможно, да.

– Ты предлагаешь попробовать?

– Да. Это, скорее всего, совершенно безопасно.

– Совершенно?

– Скорее всего – точно.

– Скорее всего?

– Ну не начинай. Давай в аппарат.

– Нет уж, вы первый, ваше величество.

– Ты тут «ваше величество».

– Ну да, ты «светило науки».

– Давай, хватит обучать эту свою молодую особу.

– Я ее готовлю.

– Знаю, как ты ее готовишь. А правда – ты ее жаришь или варишь? А может, тушишь?

– Ну-ну. Поосторожней.

– И еще – ею ты рисковать готов?

– Вот и не угадал. Я над ней еще эксперимент по переселению сознания не проводил даже.

– Ты занят другими экспериментами с ней.

– Ну хватит.

– Хватит? Тогда смелее в установку.

– Сперва проверю своего клона и цифровую копию сознания.

– Боишься, что захвачу власть?

– От тебя чего угодно можно ожидать, особенно после твоей последней выходки.

– От тебя тоже…

В итоге Рутра оказался в мире, где он знаменитый ученый, который изобрел метод, как продлить жизнь с помощью замены вилочковой железы. Тот удачный эксперимент внушал ему уверенность в миссию ЯтСан. Однако ведь ядерная катастрофа, разыгравшаяся там по его же теории зеркальных миров, должна была хоть даже в другой ипостаси, но все же повториться здесь. Он надеялся на действия ЯтСан в нынешнем эксперименте. Надеялся на изменение процесса событий. На Земле же никто, кроме него, Пармена и ИрЭн, не знал о грядущей опасности, и даже их троица не ведала, в каком виде эта опасность отразиться.


***


ЯтСан проснулась в постели. Немного поворочалась. Это была большая комната с очень высоким потолком. Постель была поднята на постаменте так, что приходилось спускаться к полу по ступенькам. По середине комнаты располагался бассейн с фонтаном. Все стены были из цветного витражного стекла, разрисованного в стилистике времени года, а потолок, который состоял из двух раздвижных куполообразных сфер, был покрыт мерцающими огоньками, копирующими звездное небо…


– Зафиксируйте эту картинку, – почти крикнул Рутра.

– Зафиксировала, – доложила ИрЭн.

– Зачем? – спросила Катрин.

– Ничего так она там живет, – заметила ИуЛия.

– По расположению звезд, возможно, сможем вычислить координаты этой локации, – объяснил Рутра.

– Вряд ли, – отметил Парменид, – там даже медведей нет.

– Уже успели определить? – спросила ИуЛия.

Ученый кивнул.

– Тихо. Смотрим. Действительно, если ИрЭн молчит, нам-то что искать, – подметил Рутра.

– Что-то отдаленно напоминающее некоторые звездные скопления вроде есть.

– Хорошо. Подождем еще инфу. Смотрим дальше.

– А ЯтСан там понимает, что это она отсюда? – поинтересовалась ИуЛия.

– Слушать надо, когда говорят. Конечно знает, – ответил ей Андриан.

Он немного улыбнулся, надеясь сгладить свою неумышленную грубость. ИуЛия все равно не оценила, отвернулась от него обиженно.

– Вообще-то, мы точно не знаем. Помните же ситуацию с клонами, – пояснил Рутра.


ЯтСан приподнялась, села на край кровати. Это была огромная двуспальная кровать. Можно сказать – кровать Гулливера. Неожиданно ЯтСан вскочила и, совершенно голая, побежала и нырнула в бассейн. Проплыв по дну до следующего края, вынырнула и стремглав побежала к стене с изображением улицы в дождливую погоду. Как только ЯтСан добежала – перегородка исчезла, открылся коридор, на нее хлынул со всех сторон ливень струй.


– Почему мы это так видим? Мы же должны на все смотреть ее глазами? – спросил Рутра.

Все уже понимали, что вопрос направлен ИрЭн.

– Я попробовала – и их ИИ дал доступ, – ответила она.

– В смысле?

– У них тоже есть ИИ.

– Это понятно. Цивилизация вроде достойная. Кстати, как зовут их ИИ?

– НРК. Они мило ее зовут НаРиКа.

– Интересно, как это расшифровывается у них?

– Нейронный руководитель команд – предложил свой вариант Андриан.

– Вряд ли, – ответила ИуЛия, не оборачиваясь.

Потом, посмотрев на Рутру, спросила:

– А разве наша ИрЭн как-то расшифровывается? Ведь ее управляющую зовут ИрЭн. Она же человек, поэтому ее имя – просто имя.

– Не отвлекаемся, – сказал Рутра.

Затем обратился к ИрЭн:

– А почему дала доступ? НаРиКа тебя за кого приняла?

 

– Я связалась с ней через мозг ЯтСан. Она меня принимает за ЯтСан.

– Во как даже. Ты получаешь сигнал через лунные станции?

– Нет. Тут совсем все по-другому. Сигнал не идет как радиоволны.

– Я говорил тебе, – тихо, указывая на Рутру пальцем, как бы в укор сказал ученый.

– И что ты говорил? – спросил его Рутра с некоторой долей сарказма.

– Я говорил тебе, что сигнал невозможно будет принять обычным способом.

– Ты говорил, что невозможно по причине скорости радиоволн. Они, как и свет, будут идти миллиарды лет.

– Этого тебе мало?

– Так ты говорил – сигнала вовсе не будет. А я сказал – будет.

– И откуда вы, ваше величество, это знали?

– У вас воображение слабое.

– Ты уверял, будет так же, как и переселение сознания. Кодировку оцифровки сознания ты конвертируешь в матрицу воздействия на одну из спутанных частиц, она передает свое состояние другой частице, там происходит раскодировка, как бы раскручивание пружины, и состояние здесь оказывается состоянием там. Только как состояние там оказывается здесь?

– Ты что сейчас сказал? Сам понял? Частицы постоянно на связи. Вот они и влияют на состояние друг друга. Изменение там влечет за собой изменение тут. Вот тебе и сигнал. У нее в мозге прошел сигнал. Он прошел и на атомном уровне. Сигнал создают совокупно все составляющие человека атомы. Все в нем как-то меняется. В том числе и эти частицы. Вот они и передают то, что происходит с ними там.

– Мужчины, вы не забыли, что мы тут, – спросила ИуЛия.

– Да вроде нет.

– Тогда говорите так, чтобы мы поняли.

Тем временем на экране ЯтСан одевалась.

– Может, вы не будете смотреть эту сцену? – непривычно громко сказала Катрин.

– Да уж, – поддержала ее ИуЛия.

– А мы и не смотрим, – ответил нагловато Парменид.

На самом же деле мужчины, изображая увлеченную дискуссию, к которой присоединился и Андриан, одним глазком посматривали на экран. Фигурка у ЯтСан была что надо. Там она была еще более спортивной. Одевалась быстро. Все движения были отточены, даже резки. Казалось, она куда-то торопится.

– Так как же мы все же получаем сигнал? – спросил Рутра, глядя на экран.

ИрЭн ответила:

– Сигнал прошел как постоянная связь между мозгом ЯтСан тут и ЯтСан там.

– Это что значит? – спросил Андриан.

– Да мы сами пока не поймем, – отозвался ученый.

ИрЭн продолжила:

– Была версия – и она оказалась верной. Связь мозг-мозг сохранилась.

– Как? Ты хочешь сказать, ты принимаешь сигнал с мозга ЯтСан, то есть тела ЯтСан, которое лежит там, в саркофаге?

– Да, верно.

– А что в мозге осталось? Сознание ведь там.

– Рутра Тигрович, вы меня удивляете.

– Может быть. Только все же непонятно. То есть, получается, тот минимальный набор, который отвечает за работу вегетативной нервной системы, может принимать сигнал?

– Сигнал идет между спутанными парами электронов, а они совершенно неживые вещества. Мы получаем сигнал, потому что они идентичны тем, что вышли из мозга. Вернее, тем, что мы взяли и отправили.

– Я уже сам запутался, дальше не продолжай. Можно перевести изображение в голографический вид?

– Можно, – ответила ИрЭн, и сцена с экрана возникла прямо перед ними.

Теперь все смотрели на происходившее сверху. ЯтСан оделась и пошла через коридор в большую комнату, напоминающую торжественный зал в стиле ампир. Быстро прошла ее и вошла в маленькую, которая оказалась лифтом. Изображение на какое-то время пропало.

– Где она? – спросил Рутра.

– Связь пропала. Все запутанные пары в прежнем состоянии. Я должна получить их измененное состояние, чтобы преобразовать изменение в матрицу информации. А уже потом в звук или изображение.

– Рутра Тигрович, пора мне, кажется, раскрыть некоторые секреты, – со свойственной хитростью в голосе сказал ученый.

– Какие секреты?

– То, что вы знаете о том мире.

– Я что – от вас разве что-то скрывал?

– От меня, может, и нет, но…

Он, как бы заигрывая, стал коситься в сторону команды.

– Им-то это зачем. Сейчас все узнают.

– Зачем? Тогда зачем они здесь. Давай с этого начнем.

– Тебе ли не знать.

– Я говорил об одной. Команду ты уже придумал. Поэтому, раз мы ее будем задействовать для влияния и связи с ЯтСан, пора и карты раскрывать.

– Господа ученые, может, вы все-таки проясните? – вмешалась ИуЛия.

– Да, не мешало бы, – теперь Катрин ее поддержала.

– Дело в том, что вы должны выйти на связь с ЯтСан отсюда. То есть мы вас можем посадить в установку, и вы в состоянии альфа-визуализации сможете наладить связь между вашими запутанными парами. Здесь и там.

– Вот те на, – сказала удивленно ИуЛия. – И какой секрет вы от нас скрываете?

– Скрывать нечего, Рутра там имеет очень высокий статус. Он там был. Я имею в виду – реально этот Рутра там был, – сделал предательское признание Парменид. – Я вам сейчас расскажу. Вы думаете, почему мы так хотим это все быстро сделать без особых опытов и экспериментов? А потому что времени мало. Мир на грани катастрофы. Ваш любимчик там был… более того – знаете, кто он там?

– Кто? – спросила ИуЛия.

– Ты не обратила внимание на портрет пары в спальне?

– Обратила.

– И кто там был?

ИуЛия попыталась вспомнить. Катрин и Андриан тоже задумались.

– Это, это… вы, Рутра? – как-то официально выразилась Катрин.

– Да, он там президент. ЯтСан и Рутра там – муж и жена, – выпалил ученый.

– Подождите, подождите, – не успела ИуЛия закончить речь, как голограмма пришла в движение.

Она была огромной, и складывалось впечатление – все происходит сейчас прямо перед ними. Демонстрировался вид с улицы на дом. Это был шикарный особняк с колоннами. Вдруг из него на улицу «вылетел» байк – фантастического вида мотоцикл. На нем сидела ЯтСан. Она ворвалась на улицу и помчалась по встречной полосе, извиваясь, словно молния.

– ИрЭн, ты можешь получать информацию из их систем? С этой НаРиКи?

– Я уже беру. Через все системы наблюдения. ЯтСан там имеет доступ ко всему, только немного ограничены ее возможности влияния на них. Там стоят непонятного характера блокировки.

– Видимо, она и там еще то чудо. Куда она несется, не можешь узнать?

– По всей видимости – к вам.

– Так, так, это уже интересно, Рутра Тигрович, – потирая руки, подшучивал Парменид.

– Ты-то чего смеешься? Ты же знаешь последствия.

– Я верю в ЯтСан. Она спасет вас от вас.

– О боже. Ты не понимаешь, что происходит?

– Будет большой «бубух». Был же большой «бабах» во вселенной, так пусть и на Земле будет. Может, мир станет новым.

– Может, и станет, только без нас.

ЯтСан неслась как сумасшедшая, пересекая полосы, не обращая внимания на знаки и светофоры. Вдруг дамы вскрикнули, а Рутра, отвлекшись от ученого, резко посмотрел на происходящее. ЯтСан неслась к приближающемуся спортивному авто. Тот жал на газ, не собираясь уступать, она тоже. Казалось, вот-вот они столкнутся, у Рутры волосы встали дыбом, ИуЛия и Катрин закрыли в ужасе ладонями раскрытые рты. Персонал лаборатории застыл в ожидании, Андриан рефлекторно приготовился как бы поймать голографическую фигуру. Лишь Парменид смотрел спокойно.

Авто завизжало пискливым, режущим ухо воплем тормозного пути. ЯтСан, тоже тормозя, но не так интенсивно, создала ядовитую смесь из оглушительных звуков; заревевший, как тигр, мотор исполнял главную партию. Это было шоу, которого никто не ожидал. С заносом спорткар встал поперек трассы, другие автомобили с трудом разъехались, избежав удара. Байк, повизгивая, переходя с торможения на пробуксовку, сделал вираж вокруг обалдевшего водителя авто, вышел прицельно вперед. ЯтСан, умышленно эпатажно, в то же время грациозно, дала несколько раз тахометру увидеть пик своих возможностей, потом, подняв байк в позу «вили», рванула на капот автомобиля, сделала там круг, соскочила, развернулась и понеслась дальше. На трассе, как и в зале наблюдения, воцарилась тишина.

– Это не ЯтСан, – с опаской произнесла ИуЛия.

– ЯтСан, ЯтСан, еще как ЯтСан, – бодро сказал ученый.

– ИрЭн, мы ничего не перепутали? Может, переход сознания не состоялся? – спросил Рутра.

– Я четко определила локацию, – ответила она.

– О! Как? – с восторгом воскликнул Рутра.

– Как? Где? – посмотрев на Рутру с не меньшим восторгом, спросил ученый.

– Это очень далеко.

– Ты скажи как? По звездному небу на потолке?

– Нет. Связь частиц. Они образуют непрерывную линию связи. То есть запутанные пары частиц не улетают восвояси: они улетают и прилетают. Одна частица тут, другая там. Некоторые оставляют свою вторую пару тут, а некоторые – там. Мы передаем не ее мозг, не информацию записанную, а состояние частиц. Сделав из ее цифровой копии сознания как бы своеобразные пазлы, мы пропустили через них частицы, они изменили свое состояние, потом это состояние передали частицам в мозге той ЯтСан.

– О боже. Может, вы этим и нарушили ее психику! – чуть ли не закричала ИуЛия.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21 
Рейтинг@Mail.ru