Я иду тебя искать

Архелая Романова
Я иду тебя искать

Глава 1

Посетитель не понравился мне сразу, как только зашел. Казалось бы, молодой симпатичный парень, ничего отталкивающего или неприятного в нем не было, но что-то мне подсказывало держаться от него подальше.

Насвистывая дурацкую мелодию, он придирчиво оглядел наш скромный магазинчик, и, не удосужившись вытереть ноги – на улице была страшная слякоть, направился к кассе, оставляя грязные следы на белой плитке. Я смиренно стояла в ожидании, наблюдая за ним исподлобья.

– Добрый день. Что-нибудь выбрали? – сказала я стандартную фразу, которую использовала для всех покупателей.

Парень наконец-то взглянул мне в глаза, и я невольно заволновалась. Глаза были красивые, голубые, очень светлые, и вкупе с темными волосами, торчащими из-под бейсболки, смотрелось это восхитительно.

А вот сам взгляд пугал – с прищуром, оценивающий. Было видно, что ему не нравился ни магазин, ни я, и что он тут мог забыть, я понятия не имела. Вещи на парне были скромные, без кричащих надписей и принтов, но я почему-то сразу решила, что они весьма дорогие. Об этом же говорили и часы на его левой руке, а также последняя модель телефона, которую он небрежно крутил, не боясь уронить.

– Дайте мне жвачку, – попросил он.

– Какую вам? Мятную, сладкую?

Я потянулась к жвачкам, расположенным перед кассой, и нетерпеливо поглядывала на него, ожидая ответ. Парень отвечать не торопился – сделал вид, что думает, но мне снова показалось, что делает он это нарочно.

– Давайте мятную.

Едва я ухватилась за коробку с мятным эклипсом, как посетитель передумал.

– Нет, а давайте лучше сладкую. Вон ту, с персиком.

– Хорошо, – дежурно улыбнулась я, и полезла доставать упаковку. Жвачка с указанным вкусом находилась дальше всех, в самом низу, и пришлось попотеть, чтобы ее достать.

Разумеется, симпатии незнакомцу это не прибавило.

Пробив товар, я сообщила стоимость, и уточнила:

– Как будете расплачиваться? Наличными, картой?

– Картой.

Он приложил к терминалу телефон, забрал свою жвачку, но уходить не торопился, рассматривая магазин. Я стояла за кассой, гадая: что ему тут было нужно? Наш магазинчик «Маслинка», расположенный недалеко от вокзала, был крохотным, и тягаться с супермаркетами никак не мог. В основном мы продавали всякую мелочь: крупы, колбасы, соусы, масла, жвачки, снеки, сыры и прохладительные напитки. К нам забредали лишь постоянные покупатели, которые, как правило, были из числа местных бабушек, не привыкших шастать по магнитам да пятерочкам.

Этот парень на бедного никак не тянул, да и на местного жителя тоже. Изучив верхние полки магазина, он закончил свое путешествие на моем бейджике, и кивнул:

– У вас красивое имя.

– Спасибо, – сказала я, растерявшись.

Мое имя до сей поры красивым мне не казалось. Звали меня Марина, в переводе морская, вот, в общем-то, и все. Никакой необычной предыстории, связанной с именем, у меня в запасе не имелось.

– Давно работаете здесь?

– Около года, – ответила я, начиная нервничать. Да что надо этому парню? Если это такой способ познакомиться, то пусть сразу обозначает свою цель, чтобы я могла со спокойной душой послать его к черту.

– Около или год? – резко спросил он.

Было видно, что мой ответ ему не понравился. Недоумевая, я послушно начала считать, загибая пальцы.

– Тут я десять месяцев, до этого официанткой трудилась, – немного испуганно промямлила я. – А почему вы спрашиваете?

Несколько секунд парень смотрел на меня, раздумывая, стоит ли продолжать беседу, а затем достал телефон и показал мне фотографию.

– Видишь девушку в центре?

Фотография была увеличена, не очень хорошего качества, но девушку я прекрасно разглядела. В ярком платье она сидела за столом, широко улыбаясь в камеру. Очевидно, фотограф заснял ее на каком-то торжестве – рядом с девушкой сидел пожилой мужчина, обнимающий ее за плечи, с другой стороны примостилась взрослая женщина с элегантной прической.

– Вижу.

– Тебе она знакома?

Я снова вгляделась в фото, вытаращив глаза. Так, из-за плохого качества черты лица смазаны, но видно, что у девушки длинные светлые волосы, спускающиеся до талии, и косая челка, к сожалению, прикрывающая половину лица. Небольшой рот, а вот нос немного крупноват, но, на мой взгляд, выглядела она вполне симпатичной.

– Нет, – я покачала головой. – В первый раз вижу.

– Точно?

– Вроде да, – с сомнением протянула я.

Черт побери, я ведь работаю в магазине, тут каждый день разные люди приходят! Помимо местных, иногда забредают новички с вокзала, и иной раз под конец дня голова кругом идет. Всех не упомнишь, но эту девушку я бы, скорее всего, запомнила.

– Да или вроде?

– Да, – решительно закивала я. – Я бы ее запомнила.

– Почему? – уцепился за мои слова парень.

Я пожала плечами, и принялась объяснять:

– Во-первых, волосы очень красивые. Длинные, светлые. На такие всегда обращаешь внимание.

Парень одобрительно кивнул, показывая, что согласен со мной, и посмотрел на мой непримечательный русый хвостик. Испытывая смущение, я продолжила:

– Во-вторых, девушка красиво одета. Платье, должно быть, дорогое. И на фотографии она сидит в ресторане, значит, деньги есть.

– С чего ты решила, что фотка сделана в ресторане?

Я немного помялась, потом честно сказала:

– Ну, вот же – вилки разные, ножи, салфетки. Бокалы на ножках, в углу видно цветы в вазе…

Парень ехидно сообщил:

– Это фотография сделана в доме, на летней террасе.

Я молчала, не зная, что сказать. И почему он так злится? Я же угадала – девушка действительно из богатых. Скажите честно, многие из вас ужинают дома со свечами, тканевыми салфетками и тремя разными вилками, а на столе красуются какие-то заморские гады и необычайно красивые и аккуратные бутербродики? Я вот, например, абсолютно точно знала, что вечером буду ужинать жареной картошкой прямо со сковороды. Потому что так вкуснее. И никаких салфеток из ткани мне не надо, пойдут и обычные бумажные – двадцать пять рублей у нас в магазине.

– Эту девушку зовут Виктория, – продолжил парень, видя, что я молчу. – И год назад она пропала. Ее семья наняла меня найти ее.

– Вы частный детектив?

– Что? – парень нахмурился.

– Частный детектив, – повторила я, поскольку была заядлой любительницей криминального чтива. – Такой человек, который…

– Я знаю, кто это, – раздраженно оборвал он меня. – И нет, я не частный детектив.

– Полицейский?

– Нет, – чуть громче, чем следовало, сказал он.

Я сделала вывод, что упоминание о полиции ему не больно-то понравилось. Учитывая данное умозаключение, его манеру общения и поведение в целом, мне становилось ясно, что от этого парня нужно держаться подальше. Но мое природное любопытство взяло верх, и я спросила:

– А вы были знакомы с этой девушкой?

Он отрицательно качнул головой.

– Значит, ты ее никогда не видела?

– Нет, не видела. А как она пропала?

– Упала в реку с моста.

Я удивленно вскинула брови. Конечно, я не совсем разбираюсь в таких вопросах, но разве это называется не «утонула»? Почему он говорит о пропаже? Тело не нашли? И с какого моста она упала? У нас в городе нет таких сооружений, разве что крохотный мостик через ручей…

– Меня зовут Влад, – вдруг сказал он. – И прекрати выкать.

– Хорошо, – я была согласна называть его хоть по имени-отчеству, лишь бы узнать больше о таинственной пропаже девушки. – А с какого моста она упала?

– Виктория из соседнего города, – произнес он информацию таким тоном, словно я должна была о ней знать.

Теперь мне становилось многое понятным – в соседнем городе и впрямь имелся огромный мост через реку, по которой ходили баржи. Значит, девушка спрыгнула оттуда.

– Вот так она выглядела в этот день, – Влад покопался в телефоне и показал мне еще одну фотографию. Она была сделана издалека, и на фоне моста был виден силуэт светловолосой девушки в красном платье.

– Кто ее сфотографировал?

– Там гуляла парочка прохожих. Один из пареньков увидел Викторию, и ему показалось заманчивым сделать такой кадр. Он подумал, что фото получится красивым – девушка в красном в центре моста. Через минуту после того, как снимок был сделан, Виктория перелезла через ограждение и прыгнула в воду. Ее тело не нашли. Очевидцы вызвали полицию и скорую, парень, сделавший фото, бросился на берег, сам начал искать ее в воде. Нашел только обрывок платья, а остальные, те, кто не рискнул лезть в реку, обнаружили на мосту сумку Виктории с документами и телефоном.

– И это случилось год назад?

Я мысленно прикинула – сейчас был конец ноября, следовательно, вода была ледяной.

– Почти. В начале ноября.

Я поморщилась, и высказала вслух то, о чем подумала:

– Вода должна быть ледяной в это время.

– Ноябрь в том году выдался теплым, но да, – согласился Влад. – Водолазы не смогли отыскать тело, но выдали заключение, что выжить девушка не смогла.

Я все еще не до конца понимала роль Влада в этой истории. Если все считают, что Виктория умерла, да и, честно сказать, шансов выжить у нее практически не было, то кого он собирается искать?

– Родные Виктории считают, что она жива, – словно угадав мои мысли, сообщил Влад.

Я кивнула, и со скорбью в голосе отметила:

– Надежда умирает последней. К сожалению, я ничем не могу помочь. Никогда раньше не видела эту девушку.

– А ты работаешь здесь одна?

– Нет, у меня есть напарница.

– Как зовут?

– Люська, – привычно ответила я, и, опомнившись, исправилась: – Людмила.

– Как мне ее отыскать?

Я потянулась за телефоном, собираясь продиктовать ему номер. Конечно, делать так не стоило, но мне хотелось, чтобы Влад поскорее ушел. Рядом с ним я чувствовала себя некомфортно, как зверь под объективом фотоаппарата фотографа. У меня возникло странное чувство, словно Влад постоянно изучает меня, приценивается к каждому жесту и слову – и все вместе это вызывало ощущение, будто кто-то копается внутри моего тела.

 

– Нет, не номер. Мне нужен адрес, – остановил меня Влад.

Я удивленно посмотрела на него, но послушно отложила телефон в сторону, и продиктовала улицу и номер дома.

– Вы хорошо общаетесь? – спросил Влад. – Удивительно, что ты сразу назвала адрес.

– Мы живем вместе.

– Вот как. Во сколько закрывается магазин?

– В семь, – я напряглась, чуя подвох.

Влад удовлетворенно кивнул.

– Я подожду, пока ты закончишь, и пойдем вместе.

Я неуверенно улыбнулась, и опустила взгляд. Надо было возразить ему, сказать, что я и одна прекрасно доберусь, а общаться с кем-то у меня нет ни малейшего желания, но я не смогла. Слова застревали в горле каждый раз, будто бы сказав их, я лишусь чего-то важного.

Злясь на себя, я принялась убираться в магазине. Протерла витрины, прилавок, перебрала товары, лежащие внизу. Час тянулся медленно, как жвачка, которую неторопливо жевал Влад, не покинувший магазин. Он стоял у окна, молча глядя в темноту, и работал челюстями. Меня это жутко раздражало, но сделать ему замечание я не рискнула.

Интересно, кто он такой? Отложив тряпку, я уселась на стульчик, и, пользуясь тем, что он стоял ко мне спиной, принялась изучать его. Сложен хорошо, как спортсмен, и осанка вон какая ровная…

Я немедленно выпрямилась на стуле, вспомнив, как должна сидеть девушка. Влад стоял неподвижно, а, между прочим, прошло уже добрых сорок пять минут – по идее, он должен был устать, или хотя бы пройтись, чтобы размять ноги…

– Что интересного увидела?

Я вздрогнула, словно меня поймали за чем-то непристойным.

– О чем ты?

– Ты меня так внимательно изучала, а потом зависла. Вот я и спрашиваю, – Влад повернулся ко мне, – что такого интересного ты увидела?

– Ничего. Я на тебя даже не смотрела.

Он снисходительно поманил меня пальцем. Не понимая, зачем, я встала и подошла к нему, а он схватил меня за плечи и повернул лицом в сторону окна. И тут я поняла – на глянцевой поверхности прекрасно отражалась та часть магазина, где сидела я. Следовательно, Влад смотрел вовсе не в даль, а на мое глупое отражение.

Мои щеки загорелись от стыда. Вырвавшись из его рук, я отошла на пару шагов и обиженно произнесла:

– Можно было сделать вид, что ничего не заметил.

– Я никогда такого не делаю, – заверил он меня, и зловеще прошептал: – И всегда все довожу до конца. Это моя главная и отличительная черта.

Открыв рот, я испуганно таращилась на него. Черт, может, он маньяк? И вся история про прыгнувшую с моста девушку – всего лишь предлог, чтобы проводить меня домой и убить где-нибудь в кустах?

Внезапно Влад улыбнулся, отчего на его щеках появились ямочки. Немного насмешливо, но очаровательно. Страх сразу улетучился, я расслабленно выдохнула. Надо нервишки полечить, и прекращать читать детективы про маньяков. Точно, завтра запасусь чем-нибудь легким. Может, дамским романчиком или погляжу на телефоне комедию.

– Время почти семь, – протянул Влад тоном ведущего. – Я подожду тебя на улице.

И он вышел, аккуратно придержав дверь, чтобы она не хлопнула.

Несколько секунд я в смятении стояла, глядя ему вслед, а потом, опомнившись, бросилась закрывать магазин. Забрав свои вещи и включив сигнализацию, я вышла через черный ход с другой стороны, и чуть не умерла от страха – Влад стоял возле крыльца, засунув руки в карманы куртки.

– Боже мой, – вырвалось у меня, когда я заметила его темный силуэт возле дерева. – Как ты… Я думала, ты будешь ждать возле главного входа.

– Я понял, что ты выйдешь отсюда. Надеялась сбежать?

– И в мыслях не было, – соврала я.

Признаюсь, подобная идея меня посещала, но я отмела ее – что стоило этому странному парню вернуться в магазин завтра? Не могла же я уволиться с работы из-за глупых страхов. Если Владу так хочется, пусть поговорит с Люськой – вдруг она действительно видела эту девушку, и сможет помочь расследованию?

– Идем?

– Да, идем, – я поудобнее перехватила свою сумку и зашагала в сторону дома.

Влад пристроился рядом – на каждые мои два шага он делал один. Так мы и семенили в молчании, пока я не спросила:

– А с чего родители Виктории решили, что она выжила?

– У нее нет родителей. Только отчим и дядя, брат матери. Его зовут Степан, мужчина в возрасте, – отстраненно поведал Влад. – Недавно один из друзей Степана пришел к нему со странным вопросом: точно ли погибла Вика? Конечно, Степан принялся выпытывать, с чего вдруг такой интерес, и друг объяснил, что видел недавно девушку с кольцом точь-в-точь, как у Виктории. В этом городе.

Я нахмурилась. Какая-то слабая причина для того, чтобы поверить в чудесное воскрешение девушки.

– С чего он взял, что это было кольцо Виктории?

– Это фамильное украшение. Его носила бабка Виктории, затем Вера, ее мать, а после ее смерти кольцо надела Вика. Оно весьма необычно выглядит, поверь мне.

– Как?

– Зачем тебе? – немного раздраженно спросил Влад.

Я пожала плечами, поправив сумку.

– Интересно.

– Любопытство ни к чему хорошему не приводит, – сказал мой спутник, так и не ответив на вопрос по поводу кольца, и замолчал.

Мы постепенно приближались к дому, где я жила с Люськой и дядей Мишей, минуя пустые улицы и дворы. В моем городе после наступления сумерек людей днем с огнем не сыщешь – большая часть молодежи уезжала отсюда, едва закончив школу, а взрослое поколение по вечерам предпочитало сидеть в уютных квартирах.

Не в силах долгое время молчать, я снова спросила:

– Что же этот друг семьи к той девушке не подошел? Спросил бы, откуда у нее кольцо, и никаких проблем.

– Он не успел. Сие событие произошло в торговом центре. Девушка спускалась вниз, а мужчина поднимался по лестнице вверх. Он обратил внимание на ее руку – девушка положила ее на перила, и отметил, что кольцо ему знакомо. А когда понял, откуда он знает это украшение, то бросился за ней.

– Не догнал что ли?

– Не догнал, – согласился Влад. – Выбежал на парковку, и его сбила машина. Два месяца пролежал в больнице, очнулся недавно. И поведал об удивительном приключении.

– Ничего себе, – присвистнула я. – Не повезло ему.

– Да, приятного мало. После встречи с другом дядя Виктории встретился с ее отчимом, и они приняли совместное решение.

– Нанять тебя?

– Верно, – кивнул Влад.

Я покосилась на него, желая высказать что-нибудь ехидное, но наткнулась на его взгляд и благоразумно замолчала. Лучше буду молчать в тряпочку, от греха подальше.

Впереди виднелся старый вокзал – через него и лежал наш путь. На улице было ветрено, глаза слезились, поэтому фигуру вдали я рассмотрела не сразу. А когда заметила, было уже поздно сворачивать.

– Маринка, – Лешка, мой закадычный друг со школы, принялся махать мне еще метров за двадцать.

Чертыхнувшись про себя, я выдавила ответную улыбку. Влад молчал, продолжая идти вперед. Когда мы встретились, Лешка удивленно посмотрел на моего спутника, но вслух задать вопрос не решился, поэтому я поспешила утолить его любопытство:

– Привет, Леш. Знакомься, это Влад. Он приехал в наш город отыскать пропавшую год назад девушку.

Влад недовольно скривился, но руку Лешке подал. Мужчины обменялись рукопожатиями, кивнули друг другу.

– Приятно познакомиться. А Марина вам для чего? – растерянно спросил Алексей.

– Влад хочет поговорить с Люськой, не видела ли она ту девушку, – пояснила я. – Кстати, Влад, покажи и Леше фотографию. Он у нас в полиции работает, местный участковый.

– Конечно, – медленно протянул Влад, стянул с руки перчатку и достал телефон.

Я терпеливо ждала, пока он покопается в фотогалерее и найдет нужный снимок.

– Вот.

Влад протянул телефон Лешке. Тот внимательно изучил фото, прищурившись, покачал головой.

– Нет. Впервые вижу.

– Не удивлен, – коротко прокомментировал Влад, и убрал смартфон обратно в карман.

– И все-таки, – снова заговорил Лешка, – я не совсем понял… Марина ведь сказала, что не видела пропавшую. А с Люсей вы можете поговорить и завтра, в магазине. Насколько я помню, завтра ее смена?

Я кивнула, и посмотрела на Влада. Мне стало жутко интересно, что он ответит.

– Я попросил Марину об услуге, и она не отказала. В моем случае время не терпит, – вдруг дружелюбно заговорил Влад. – А пропавшая была замечена в этом городе. Сюда можно приехать на автобусе или на поезде, магазин, в котором работает Марина, расположен рядом с вокзалом, и он единственный. Поэтому велик шанс, что девушка заходила туда, а кто-то из продавцов ее запомнил.

– На вокзале есть еще ларек с выпечкой, – нахмурился Лешка.

– Я там был, но безуспешно, – вежливо ответил Влад. – Говорил также с водителями автобусов, кассирами и продавцами из торгового центра. Так что Людмила – моя последняя надежда.

– Продавцами из торгового центра? – переспросил Леша.

Я еле сдержала улыбку. Торговый центр – слишком громкое название для наших шести магазинов, расположенных в большом белом здании возле овощного рынка.

– Кто-то видел девушку в нашем центре, – пояснила я. – У нее было точно такое же кольцо, как у пропавшей.

Лешка изумленно открыл рот, и хрипло спросил:

– И что? Ничего не удалось выяснить?

– К сожалению, нет, – ответил Влад, и демонстративно взглянул на часы. Я торопливо обратилась к другу:

– Леш, мы, наверное, пойдем. Холодно очень. Ты, кстати, что-то хотел?

– Да нет, я думал тебя встретить, – растерянно ответил Лешка. – Домой проводить. А то мало ли, Сенька опять доставать будет…

– Ну, я не одна, – улыбнулась я, и махнула товарищу рукой.

Тот кивнул, оставшись стоять на месте, а мы с Владом двинулись вперед. Через некоторое время он спросил:

– Что за Сенька?

– Да так, – наморщила я нос, – есть тут один. Местный дурак.

– Дурак в прямом смысле этого слова?

– Если бы, – вздохнула я. – Просто местный шалопай. Сделал из своего гаража что-то вроде автомастерской, тем и выживает. Целыми днями там с парнями сидит. Бывает, подрабатывает по мелочи. Кому шкаф собрать, кому мебель на верхний этаж затащить, или колесо накачать. За серьезный ремонт не берется.

– А почему Сенька тебя достает?

– Говорит, нравлюсь я ему, – поведала я.

– А ты как думаешь?

Я пожала плечами.

– Не знаю. Может, и нравлюсь.

– А он тебе?

Я удивленно взглянула на Влада. Ему-то какое дело? Или он так пытается поддержать разговор? Но ответила:

– Нет, не нравится.

Мы снова замолчали, идя по проторенной тропинке, но тут мне пришла на ум прекрасная идея. Спасибо Лешке, напомнил. Чуть помедлив, я свернула направо, и в ответ на нахмурившего брови Влада пояснила:

– Так короче.

Мой провожатый спорить не стал. Мы миновали пустырь и вышли к гаражам, перед которыми высились бледно-желтые трехэтажные дома. В одном из них и проживали мы вместе с Люськой и дядей Мишей. Кстати, Влада я не обманула – через гаражи путь действительно был короче, просто немного опаснее.

Сенька и его компания, несмотря на собачий холод, распивали пиво на лавочке. Четверо ребят в модных нынче спортивных костюмах, хотя, конечно, спортивки они носили вовсе не из уважения к модным трендам. Завидев нас с Владом, Сенька встрепенулся, вытаращил глаза и завопил:

– Ё-маё! Это что такое?

– Чего там? – заблеял его друг, высокий и тощий Генка. Вместо волос у него на голове топорщились короткие дреды. Генка считал себя рэп-исполнителем, и таскал с собой музыкальную колонку, каждый вечер радуя всех жителей своим писклявым завыванием.

Взмахнув рукой и чуть не попав горящей сигаретой в глаз товарищу, Сенька соскочил с лавки и бросился к нам.

– Я так понимаю, это Сенька? – ехидно спросил Влад.

– Ага, – счастливо улыбнулась я, потерев нос рукой. – Ну, он вообще-то безобидный.

– Вот сейчас и посмотрим, – процедил Влад, прищурив глаза.

Сенька, не сбавляя темпа, короткими прыжками приближался к нам, и мы с Владом сочли, что благоразумнее будет остановиться. Вернее, так счел нужным он, а я просто встала рядом, с интересом ожидая развязки.

Судя по недовольному лицу моего спутника, он явно догадался, что повела я его коротким путем не просто так. Конечно, цели покалечить нового знакомого у меня не было – всего лишь дикое любопытство. Мне хотелось проверить, на что он способен, и, признаюсь честно, стереть эту противную ухмылку с его физиономии.

Влад же, тем временем, особого беспокойства не проявлял, несмотря на то, что Сенька со своими дружками явно имели преимущество. Когда, смешно вскидывая колени, Сенька оказался подле Влада, и, качнувшись, щедро обдал его запахом алкоголя, я на всякий случай благоразумно отошла в сторонку.

 

– Ты что это, а? – сведя брови, пробубнил Сенька. – С моей Маринкой тут ходишь, а?

Влад вопросительно посмотрел на меня, и я поспешила его заверить:

– Я не его. Своя собственная.

– Девушка говорит, что не является дамой твоего сердца, – заявил Влад обалдевшему Сеньке.

Тот вытаращил глаза, видно, пытаясь осмыслить сказанное. Влад насмешливо добавил:

– Иди-ка ты лучше отсюда, пока я добрый.

– А то что? – вскинулся Сенька.

– А то стану злым.

– И что? Думаешь, я тебя боюсь?

– Думаю, нет, – вздохнул Влад. – А стоило бы.

– Да ты мне тут, – набычился Сенька и кинулся в драку. Я вздохнула, наблюдая, как трое Сенькиных дружков ринулись на помощь товарищу. У побоища в гаражах, кстати, даже зрители появились – Вадим Степаныч, мирно идущий с мусорным пакетом к бакам, остановился и закурил, наблюдая за дракой.

Так, стоп. Пока я отвлекалась на Степаныча, драка переросла в настоящее избиение. И, на удивление, жертвой являлся не Влад, а Сенька с дружками. Генка уже валялся на земле, раскинув руки, второй, представляющийся всем как Михей (настоящего имени я его не знала), скорчился на четвереньках, зажимая рукой нос. Третий улепетывал куда-то в гаражи, петляя, словно заяц.

– Ничего себе, – пробормотала я, глядя, как коротким ударом Влад отправляет Сеньку на землю. Упав, тот страшно захрипел, наверняка пытаясь сказать что-то нецензурное.

– Надо скорую вызвать, – пролепетала я, коря себя за дурацкое любопытство.

Вот надо было мне тащить Влада этим путем! Я-то думала, Сенька его просто напугает, шуганет, так сказать, чтобы он больше здесь не появлялся, а закончилось все куда печальнее.

– Не надо, – Влад натянул перчатку на правую руку, – я ему в солнечное сплетение попал. Через минут пятнадцать очухается, все нормально будет.

– Точно? – усомнилась я.

– Точно. Ну, хочешь, вызовем скорую. Тогда уж и полицию сразу. Будем писать заявление.

Я посмотрела на Сеньку. Его мне стало жаль, и я покачала головой.

– Нет, полицию не надо. У Сеньки уже условное есть, ему в полицию нельзя.

– Я так и думал. Долго еще до твоего дома добираться? – спросил Влад, всем своим видом показывая, что устал.

– Нет, вон он, – растерянно ответила я, кивком указывая на здание.

Не дожидаясь меня, Влад зашагал вперед. Бросив еще один взгляд на побитых дураков, я поторопилась за ним, и, когда мы поравнялись со Степанычем, курящим возле мусорки, взмолилась:

– Вадим Степаныч, приглядите за Сенькой.

– Посмотрю, – закивал тот, выпуская струйку дыма, и беззлобно добавил: – Вот ведь дурень. Сколько раз я ему говорил – нарвешься. Знать ведь надо, с кем связываешься. Служил?

Последний вопрос Степаныч адресовал Владу. Тот, секунду помедлив, кивнул.

– И я служил, – усмехнулся Степаныч. – Спецназ?

Влад снова кивнул.

– Ладно, идите. Люське привет передавай, – обратился ко мне Степаныч.

– Конечно, – торопливо сказала я, и поспешила вслед за Владом.

В подъезде нестерпимо пахло жареной картошкой – поджаристой, с лучком и курочкой. Сглотнув слюну, я поднялась на второй этаж, открыла дверь и с порога крикнула:

– Люська, я дома!

– Проходи, ужин готов уже, тебя дожидаюсь, – заорала Люська в ответ.

– Люсь, я не одна, – посчитала нужным предупредить я.

Через секунду Люська выплыла в коридор, вытирая руки об кухонное полотенце. Завидев Влада, она прищурилась, изучая его, затем одобрительно кивнула.

– Неужто жених?

– Нет, он по делу к нам.

– Ну, раз по делу, пусть проходит. Сенька не доставал тебя?

– Пытался. Вот, Влад защитил.

– Да? – Люська еще раз оглядела Влада с головы до ног, и, не найдя боевых ранений, довольно усмехнулась. – Проходите, руки вон мойте, справа ванная.

Стянув с шеи шарф, я сразу прошлепала на кухню, планируя сполоснуть руки на кухне. Люська, пользуясь моментом, шепнула мне на ухо:

– Ну и что это за щегол?

– Девушку пропавшую ищет, – тихонько произнесла я. – Вот, сейчас тебя будет опрашивать.

– Пусть спрашивает на здоровье. Мне не жалко, – пожала плечами подруга. – Что знаю, то расскажу.

И добавила погромче, видя входящего на кухню Влада:

– Садись за стол. Звать-то как?

– Владислав.

– Очень приятно, а меня можно Люсей, по-простому. По-другому мы не привыкли. Уж извиняйте, особых лакомств нет. Вот картошечка, огурчики соленые, сейчас салатик покрошу.

– Спасибо, я не голоден.

– Да брось, – пропела Люська, повязывая на своей необъятной талии фартук. – Вон тощий какой. Поешь нормально, небось только салатиками питаешься да всякой дрянью модной.

Я покосилась на Влада. Сейчас, когда он снял свою куртку, назвать его тощим у меня бы язык не повернулся. Конечно, и на Шварценеггера он мало походил, но учитывая то, как он разделался с Сенькиными дружками…

– Водочки? – продолжила разливаться соловьем Люська.

Была бы она лет на десять помоложе, я бы решила, что Люська на Влада глаз положила. Пока Влад раздумывал, подруга уже достала три рюмки, запотевшую бутылку из холодильника и споро разложила картошку по тарелкам.

– Еще и сальце есть… Так, минутку…

– Я не буду пить, – сказала я, отодвигая рюмку.

– Тебе и не наливали. Это для Мишки, – рявкнула Люська.

Услышав в одном предложении собственное имя и упоминание водки, на кухне материализовался дядя Миша. Распространяя стойкий запах перегара, он засуетился, протянул Владу руку, с достоинством сообщив:

– Михаил Иванович Котиков. Рад знакомству.

– Льдов Владислав Андреевич, – в тон ему ответил Влад, а я тихо порадовалась: вот и полное имечко узнали, уже кое-что.

– Так, Мишка, на свое место брысь, – скомандовала Люся.

Беспрекословно слушавшийся Люську, дядя Миша быстро шмыгнул в угол, где устроился на своем стульчике, сразу же схватил предназначавшуюся ему рюмку.

Влад взял в руки свою, Люська схватила третью, я подняла стакан с компотом.

– Ну-с, за знакомство, – зычно крикнула подруга и опрокинула стопку. Остальные последовали ее примеру. Дядя Миша, и глазом не моргнувший, потянулся было к бутылке, и тут же получил по руке.

– Куда, – рявкнула Люся. – Еще чего удумал, напиваться мне тут. Поешь – и в свою комнату.

– Жестко вы с ним, – ехидно заметил Влад.

Люська, отправив в рот солидный шматок сала, одобрительно кивнула:

– А по-другому с ним никак. Его ж жена бросила, потому что пил по-черному. К другому ушла, оставила ему вот комнату здесь. А я-то уж по-соседски пожалела, начала присматривать. Вот так и живем, словно с дитем неразумным. Два их у меня, дитяти-то, – Люська любовно погладила меня по голове, – вот вторая, Маринка. Как бабушка у нее померла, так и приглядываю за ней.

Я молча жевала, никак не комментируя происходящее. Люсина картошка, как всегда, оказалась выше всяких похвал.

– Так у вас коммунальная квартира, – сообразил Влад.

Люська кивнула.

– Да. Четыре комнаты. У нас с Мишкой по одной, у Маринке две. Но она девица не жадная, на общее пользование вторую отдала. Теперь у нас там гостиная, – гордо сообщила Люська.

– Ясно, – Влад отодвинул тарелку, кстати, абсолютно пустую – Люсина картошка и ему пришлась по душе, и спросил: – Вы, кстати, вот эту девушку не видели?

Взяв из его рук телефон, Люська впилась в снимок глазами. Дядя Миша, не прекращая попыток дотянуться до бутылки, украдкой заглянул ей через плечо.

– Нет, – задумчиво покачала головой Люся. – Не видела. А что такое?

– Пропала она. Одиннадцать месяцев назад, в соседнем городе. Может, слышали? С моста прыгнула.

– Так это она самоубивица, получается, – заявил дядя Миша.

– Есть подозрения, что она жива.

– Господь убереги, – Люська перекрестилась, и повторила: – Не видела ее.

Влад слегка помрачнел. Как он там говорил? Люська – его последняя надежда. Теперь, выходило, что зацепок у него больше нет.

– Дайте и мне посмотреть, – вдруг влез дядя Миша.

Влад протянул ему смартфон. Подслеповато щурясь, дядя Миша минуты две смотрел в экран – подозреваю, он не совсем понял, кто из запечатленных на фото пропал, а потом внезапно огорошил всех признанием:

– А видел я ее. Девку-то вот эту, белобрысую. Видел!

Мы с Люськой шокировано переглянулись. Влад, словно борзая, почуявшая след, наклонился вперед и проникновенно спросил:

– Где вы ее видели?

– Так туточки, во дворе у нас.

– Что ты несешь? – не выдержала Люська, и огрела дядю Мишу кухонным полотенцем. – Совсем уже мозги пропил!

– Тихо, – рявкнул Влад. – Говорите, Михаил Иванович.

Люська присмирела, чего за ней сроду не видывалось, и замолчала. Дядя Миша, почувствовавший поддержку в лице Влада, приободрился и потянулся за бутылкой. Налив себе еще рюмку, он мгновенно опустошил ее и повторил:

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13 
Рейтинг@Mail.ru