Полет к солнцу

Антон Алексеевич Воробьев
Полет к солнцу

После этого изучение гуманоидов пошло веселей. Конечно, мы нарушили кучу инструкций, но тут ничего не попишешь – что сделано, то сделано. Наша исследовательская команда навсегда вошла в местный пантеон в качестве младших божеств. Зато мы самым плотным образом могли исследовать инопланетную культуру и получать все требуемые уточнения и разъяснения из первых рук.

Марина, по её словам, испытывала смешанные чувства к общению с туземцами. С одной стороны, горевала, что «мы самым варварским образом вмешались в традиционный уклад местного населения и испортили первозданную чистоту их культурной сферы», с другой – радовалась как ребенок, что может пообщаться с аборигенами и лично всё у них выспросить. Перед каждым заездом в подшефную деревню она сидела как на иголках и по нескольку раз просматривала список тем для беседы.

Тем накопилось немало. Как выяснилось, местная цивилизация была намного более развитой, чем нам поначалу представлялось. Туземцы не имели практически никаких технологий – в нашем понимании, – однако уровень и ясность мышления ничуть не уступали человеческим. В один из визитов Кетцалькоатль прочитал нам целую лекцию по философии, над которой мы неделю головы ломали. И я не уверен, что поняли.

– Мы – проводники богов, – сообщил смуглокожий абориген, ободрительно улыбаясь. – Когда боги желают пойти в другое место, мы провожаем их, направляя стопы и указывая цель.

Слушатели вежливо кивали, гадая, каким образом гость смог пробраться на корабль мимо всех защитных и маскирующих полей.

– И всё же их сходство с людьми поражает, – поделился Гена, когда туземец покинул борт.

– Он говорил, что это лишь вопрос восприятия разумных существ, – заметил я. – Типа нам только кажется, что они того же биологического вида, что и мы.

– Видеокамерам и другой аппаратуре тоже всё «кажется»? – скептически поджал губы Гена.

– У них на этот счет поверье, – сказала Марина. – Что предметы перенимают свойства своих создателей. С такой точки зрения логично предположить, что микроскоп обладает теми же предрассудками, что и человек, его сделавший.

– Нет, он имел в виду не это… – завязался один из привычных споров.

Вот что рассказал я новым богам перед тем, как они покинули нас: много лет назад в одну из деревень пришел Черный Пёс. Он был очень голоден, и жители, сжалившись над ним, дали ему еды. Однако эта еда лишь ещё больше разожгла аппетит Пса, и он набросился на жителей, поглотив их одного за другим. Испробовав вкус плоти моего народа, Черный Пёс принялся охотиться на остальных людей, разоряя поселение за поселением. Тогда Древний Предок вышел ему навстречу и вступил в битву. Ударом кулака он отбросил Пса за три реки, ударом локтя сломал ему ребра, ударом колена лишил половины зубов. Но и Черный Пёс огрызался: изловчившись, он откусил Предку левую руку и впился в голень, крепко сжав широкую пасть. Долго бился Древний Предок со зверем, дрожали в страхе леса от кровожадного рычания и воинственных криков. И чем дольше длилась битва, тем яснее понимал Предок, что Пса ему не победить. «Я чувствую, что в твоих жилах течет моя кровь, – сказал Древний Предок. – Поэтому я не могу тебя убить. Скажи мне свое имя, Пёс». Зверь хрипло рассмеялся ему в лицо: «Я – Желающий плоти твоего народа!». Тогда Предок про себя решил: «Ради моих потомков стану светом и вольюсь в кровь этого зверя. Буду жить в его крови и так сумею отвратить его и его детенышей от вражды с людьми». Вспыхнул ярким пламенем Древний Предок, обжигая своего противника, и огненным потоком вошел в Черного Пса. Зверь взвыл от боли и помчался прочь, в дикие места, подальше от моего народа. Так между людьми и голодными хищниками установился мир.

Жизнь исследователя на столь отдаленной планете имела свои достоинства и недостатки. Оторванность от собственной, гудящей, словно пчелиный рой, цивилизации, почти полная свобода действий (ввиду отсутствия здесь большого начальства), дружная, сплоченная команда единомышленников и море материалов для изучения – всё это я записал в графу «плюсы». К «минусам» можно было отнести ограниченную мощность вычислительной техники корабля и нехватку коллег по специальности: каждый из нас был специалистом в своей области и мало чем мог помочь товарищам в научных изысканиях. Оставалось дожидаться сеансов связи с Землей (которые проводились раз в две недели) и забрасывать коллег по цеху вопросами и материалами.

Марина периодически устраивала нам пикники на природе и вечеринки, кэп тоже не отставал: то тренировка по пожарной безопасности, то тотальная инвентаризация, то субботник. За досуг можно было не переживать. Оставшиеся до окончания командировки полтора года обещали пролететь незаметно.

К сожалению, идиллия через три месяца закончилась. Всё-таки не зря умные люди запрещали непосредственный контакт с изучаемой расой. На корабль заявился Кетцалькоатль и с грустным видом объявил, что нам не следует больше посещать деревню.

Рейтинг@Mail.ru