Приложение к «Краткому анализу романа „Мастер и Маргарита“ Михаила Булгакова»

Андрей Викторович Яценко
Приложение к «Краткому анализу романа „Мастер и Маргарита“ Михаила Булгакова»

Осторожно!

Художественное произведение проанализировано историком. Эта процедура может вас неприятно шокировать.

Аннотация

Перед вами «Приложение» к «Краткому анализу романа «Мастер и Маргарита» Михаила Булгакова».

В «Кратком анализе» автор продолжает исследования литературных произведений и в целом согласен с основным взглядом, высказанным на роман «Мастер и Маргарита» богословами Андреем Кураевым и Дмитрием Першиным. Тем не менее, мы расходимся в ряде второстепенных деталей, и автор дополняет их концепцию второй главной целью. В итоге Воланд во время пребывания в Москве преследовал и успешно осуществил обе цели.

В «Приложении» автор разбирает главы учебников по литературе, посвященные роману Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита». Сначала в школьных, а затем и в вузовских. Мы руководствуемся взглядом, что литературоведение является частью филологии, а, следовательно, и науки в целом. Поэтому к содержанию учебников, в которых исследуются даже художественные тексты, применимо использование научных методов.

В результате рассмотрения глав о романе, автор, естественно, приходит к иным выводам. Как бы красиво ни изображали, что земля покоится на трех слонах на спине гигантской черепахи, плавающей в водах мирового океана, мы будет придерживаться научного взгляда, что она имеет шарообразную форму и вращается по эллиптической орбите вокруг солнца.

Предисловие

Уважаемый читатель, автор продолжает исследования литературных произведений, начатые в «Анализе рассказа «Дачники» А. П. Чехова», «Мистификации истории с куклой Франца Кафки» и в «Анализе сказки Красная Шапочка». Своей очереди ждут «Вий» Н. В. Гоголя, «Государство» Платона, «Человек в футляре» А. П. Чехова, «Одиссея» Рафаэля Сабатини, «Хоббит или Туда и обратно» Д. Р. Р. Толкиена, «Герой нашего времени» М.Ю.Лермонтова.

Эпиграф-предостережение неслучайно предваряет краткий анализ романа. Набив руку на исследовании школьных и вузовских учебников по истории и обществоведению, автор вновь обратился спустя несколько десятилетий к анализу литературных произведений.

При рассмотрении школьных и вузовских учебников нас удивило абсолютное отсутствие ссылок на взгляды о романе философов и богословов. Это тем более удивительно, что, во-первых, произведение пронизано мистикой, и кому как не специалистам высказать свое профессиональное мнение. А самое интересное, что такие оценки звучали, и, с научной точки зрения, будет ошибкой со стороны филологов игнорировать взгляды коллег из других областей. И, во-вторых, филологи сами обращаются к работам философов и богословов, но прошедших времен, чтобы сквозь их труды взглянуть на содержание романа. И это притом, что современные коллеги прямо высказывали свои взгляды о «Мастере и Маргарите».

После ознакомления с разбором глав в учебниках школ и вузов добро пожаловать к нашему «Краткому анализу». Ведь подвергая что-либо сомнению, из-за лакун, ошибок и натяжек, полагаем, следует предложить читателям иной взгляд, в котором устранены недостатки и он является более целостным и обоснованным.

ЧАСТЬ I. ШКОЛЬНЫЕ УЧЕБНИКИ

Понтий Пилат как козел отпущения

Видение борьбы добра и зла авторами школьного учебника

Курдюмова Т.Ф., Марьина О.Б., Демидова Н.А., Колокольцев Е.Н., Сосновцева И.В. Литература. 11 класс. В 2 ч. Ч 1. М., 2008.

В учебнике по литературе за 11 класс группой авторов во главе с Т.Курдюмовой достаточно произвольно трактуются: как сюжет романа М. Булгакова «Мастер и Маргарита», так и личности героев. Становится понятным, откуда появляется ложное утверждение, о борьбе добра и зла в романе и победе первого.

Сюжет романа

«Итак, роман в романе начинается с первой главы. … Завязка романа сначала была предсказана, а затем свершилась воочию».

В первой главе действие разворачивается вокруг разговоров о личности Иисуса Христа. Сначала Михаил Берлиоз доказывал Ивану Бездомному, что Иисуса никогда не существовало – он миф. Затем Воланд просил собеседников поверить, что бог, дьявол и Иисус (как Иешуа Га-Ноцри) существуют. По мнению авторов учебника – это завязка. А где же тогда кульминация и развязка? К сожалению, об этом авторы не сообщают. Если судить по окончанию темы в учебнике, то для авторов развязка – это обретение мастером и Маргаритой покоя в вечном приюте. Однако, в романе на этот вопрос есть утвердительный ответ. Правда, дают его другие герои: мастер и Маргарита.

«– …Ты серьезно уверена в том, что мы вчера были у сатаны?

– Совершенно серьезно, – ответила Маргарита».

Посмотрим теперь, как авторы учебника воспринимают действующих в романе героев. Оценка ряда персонажей авторами завышается (Воланд, мастер, Иешуа), а других же занижается (Понтий Пилат).

Восприятие фигуры Воланда.

При рассмотрении авторами учебника фигуры Воланда школьники не увидят отрицательных оценок, хотя речь идет о дьяволе. Он изображается героем мрачным, но справедливым и щедрым. В учебнике отсутствует соотнесение речей и дел Воланда. Он почему-то не в ответе за все то хулиганство, что совершает его свита.

«Фигура Воланда воспринимается в ряду других героев как главная, но в ней читатель не видит безысходного мрака».

Авторы учебника допускают ошибку, полагая, что дьявол должен восприниматься только как безысходный мрак. Во-первых, следует уточнить, что под мраком понимается не просто темнота, а зло. Во-вторых, сатана является не только князем тьмы, т.е. зла, но и отцом лжи, т.е. обмана. Второй своей стороной дьявол обманывает людей, скрывая зло.

«Воланд хочет увидеть, что изменилось в этом древнем городе, но московский обыватель разочаровывает гостя столицы».

Черный маг не обольщался по поводу москвичей, поэтому и не мог разочароваться в них. Он всего лишь установил, что они не изменились. Так что говоря словами Фагота: «Поздравляю вас, гражданин, соврамши!»

«В описании того, чем наградил Воланд Мастера, нет ни реалистической документальности, ни мистической таинственности».

Во-первых, Воланд не награждал мастера. Дьявол сначала выполнил требование Маргариты, заработанное ею участием на балу сатаны, и вернул ей мастера. Затем Воланд выполнил просьбу Иешуа и отправил любовников в вечный приют. Так где же награда лично от дьявола мастеру? Воланд от себя сделал дар только Маргарите – золотую подкову с бриллиантами. «– Так возьмите же это от меня на память, – сказал Воланд и вынул из-под подушки небольшую золотую подкову, усыпанную алмазами».

Во-вторых, даже если согласиться, что Воланд «наградил» мастера, все равно возникает вопрос: а «награда» не фальшива? Уж больно жалко выглядит он в вечном приюте: «непомерной красоты женщина и выводит к Ивану (профессору Поныреву – А.Я.) за руку пугливо озирающегося обросшего бородой человека».

«Герой и тогда выбирал покой. Однажды Булгаков писал жене: «Мне нужен абсолютный покой. Да, вот именно, абсолютный!» И этот покой Мастеру даровал Воланд. Дар заставляет нас вспомнить слова Пушкина: «На свете счастья нет, но есть покой и воля». И этот покой осмысляется в данной ситуации как возможность свободного творчества».

Про «дар» Воланда смотреть выше. Авторы учебника полагают, что покой даст мастеру возможность свободы творчества. Да, вот только воспользоваться этим «даром» мастер не сможет. Он уже ничего не хочет писать. Об этом мастер сообщал и Иванушке Бездомному в психиатрической лечебнице, и Воланду в нехорошей квартире, и Маргарите в последнем приюте. Так что «дар» дьявола обманчив и бесполезен. А если это так, то сознательное «дарение» сатаной бесполезного, означает, что он, как минимум, равнодушен к мнению мастера.

Восприятие свиты Воланда.

Действия членов свиты Воланда также не получают отрицательной оценки авторов учебника. Первоначально, в общем, поведение свиты расценивается всего лишь как жестокое шутовство в народном театре.

«Вторжение свиты Воланда создает фантастический круговорот событий, которые исполнены не мистики, а довольно жестокого шутовства и напоминают народный театр Петрушки с его разоблачениями и колотушками».

Затем действия Фагота и Бегемота в Варьете представляются авторам учебника забавными. Что не указывает на отрицательную оценку их действий, которые привели к унижению зрительниц.

«Околотеатральный мир и мир столичных развлечений предстают в здании Варьете. Неожиданно и быстро прервавшийся бал-маскарад с переодеванием и дожем из денежных купюр забавляет не только участников событий, но и читателей».

Во-первых, авторы учебника перепутали бал-маскарад, на который участники приходят уже в маскарадных костюмах, с магазином, где зрительницы могли бесплатно обменять свою одежду на лучшую. После выхода из Варьете на улицу зрительницы теряли новые наряды, оставаясь в неглиже. Это и указывает на осознанный обман в магазине, который разыграли с дамами Фагот и Бегемот.

Во-вторых, авторы учебника этот сознательный обман оценили только как «забавляет», опустив вскрытие обмана, и не оценили действия Фагота и Бегемота даже как «жестокое шутовство».

Правда, дальше авторы характеризуют действия Фагота и Бегемота как разбойные выходки, к сожалению, оправдывая их указанием, что это стихийный бунт против рыночных отношений.

«Серия разбойных выходок Фагота и Бегемота – это стихийный бунт против демонстрации рыночных отношений. В результате горит «Дом Грибоедова», горит Торгсин…»

Во-первых, Фагот и Бегемот совершили серию не разбойных, а хулиганских выходок. Они повредили чужое имущество, но не присвоили его себе с помощью применения оружия.

 

Во-вторых, авторы учебника хотят представить Фагота и Бегемота коммунистами, которые выступают против рыночных отношений? Уже смешно. Действия этой пары были осознанными, следовательно, они не могут быть стихийными.

Поэтому лучше изменить формулировку в учебнике. «Хулиганские выходки Фагота и Бегемота могли спровоцировать стихийный бунт москвичей, противников рыночных отношений».

Таким образом, однозначно отрицательных оценок действий не только Фагота и Бегемота, но и Азазелло и Геллы у авторов учебника нет. Они готовы найти даже смягчающие обстоятельства хулиганским выходкам нечистой силы.

Восприятие фигуры мастера.

В адрес мастера школьник не прочитает также никакого осуждения, только восторженные слова. У мастера есть масштаб, он мужественен и у него есть гордость и в этом его противопоставляют Понтию Пилату, который обладает «самым страшным» грехом – трусостью. И хотя талант писателя первоначально не был признан, но справедливый Воланд смог оценить его по заслугам, и «даровал» мастеру покой для свободного творчества. Похоже, авторы учебника оказались под впечатлением от идей писателя Дмитрия Быкова.

«Так, масштаб Мастера определяется, как его умением отрешиться от мелочей злободневности, так и умением передать величие трагедии гибели Га-Ноцри как человека отрешенного от людской скверны, духовно совершенного».

Во-первых, преувеличивается значение героя. В учебнике мастер пишется с большой буквы, но даже в приведенных отрывках романа он пишется с маленькой.

Во-вторых, гибель Га-Ноцри полагается величайшей трагедией. Трагедия – да, но почему величайшая, т.е. такая выше которой потом ничего не было в истории?

В-третьих, Га-Ноцри воспринимается духовно совершенным человеком, потому что он отрешился от людской скверны. И в чем же это проявляется?

«История жизни Мастера, который сознает безвыходность своего положения и его мужественное принятие своей судьбы, резко отличается от сатирических страниц романа».

Вообще-то, мужество – это проявление храбрости в опасности. А мастер после освобождения был готов броситься под трамвай, т.е. совершить самый тяжкий грех с точки зрения христианства, но его остановил только страх перед трамваем. В итоге мастер спрятался в психиатрической лечебнице. Вот какой он мужественный! Если Маргариту можно назвать мужественной, храброй женщиной, то вот мастера уж никак нет.

«И Мастер возвращен. Он появился в своем больничном одеянии. Счастливая Маргарита бросилась к нему. Но Мастер отстранил ее от себя и глухо сказал: «Не плачь, Марго, не терзай меня. Я тяжко болен». Так одна гордость столкнулась с другой гордостью».

Действие мастера продиктовано не гордостью. Гордость – это чувство собственного достоинства. Так вот мастер всегда говорил, что любит Маргариту. Поэтому в этой сцене он не мог отстранить ее из гордости. Его действие продиктовано любовью. Он не желал, чтобы любимая мучилась с ним. Это не Маргарита недостойна мастера, а он недостоин ее.

Восприятие фигуры Маргариты.

У нее тоже нет недостатков. Она и муза мастера, у нее есть гордость, их любовь победила.

«Но вот бал позади, а Маргариту поджидает еще одно испытание, тяжкое испытание ее гордости – ей предстоит быть просителем. Она ходатайствует не за себя, а за жалкую преступницу. Воланд понимает, что просьбы о себе от гордой Маргариты не дождешься, потому выполняет ее требование (не просьбу!) – вернуть Мастера».

«Рядом с Мастером его муза – Маргарита».

Во-первых, авторы учебника путают «гордость» с «гордыней». «Гордость» – это чувство собственного достоинства. Однако, просьба ничуть достоинство не умаляет, она указывает на равенство сторон. А вот для «гордыни» просьба представляется именно умалением достоинства просящего, потому что воспринимается как «умоление» о милости вышестоящего.

Во-вторых, Маргарита не была музой мастера, т.е. не она вдохновляла его писать произведение. Когда он встретился с ней, его роман уже «летел» к концу. Маргарита воодушевляла его только публиковать роман.

«Победа осталась не за конкретным героем – победа за искренним и высоким чувством. Проблему не в силах решить один человек. Но она по силам им двоим – Мастеру и Маргарите».

Авторы учебника заявляют, что любовь мастера и Маргариты победила. Вот только:

Во-первых, а точно любовь? Ведь она долго не помышляла уйти от мужа и создать семью с мастером. Кроме того, Маргарита потребовала от Воланда вернуть ей ее любовника, а не любимого.

Во-вторых, и если мы примем утверждение авторов учебника, что любовь была, и она победила, то возникает следующий вопрос: над кем или чем одержана победа? Встречаться тайно им никто не мешал. Ни мастер, ни Маргарита не хотели пожениться. Ничто не мешало им быть вместе. Так над кем или чем победа?

Восприятие фигуры Иешуа.

По мнению авторов учебника, он благороден, наивен и проницателен. Кроме того, Иешуа духовно совершенен. И, конечно же, этому святому человеку неведома трусость. Аминь!

«Так, масштаб Мастера определяется, как его умением отрешиться от мелочей злободневности, так и умением передать величие трагедии гибели Га-Ноцри как человека отрешенного от людской скверны, духовно совершенного».

Во-первых, авторы учебника полагают, что гибель Га-Ноцри – это величайшая трагедия. Получается, что после его смерти более великие люди не погибали и все погибшие были только ниже Иешуа по достоинству?

Во-вторых, авторы учебника полагают Га-Ноцри духовно совершенным человеком, хотя ему самому присущ «главный грех» – трусость. «– А ты бы меня отпустил, игемон, – неожиданно попросил арестант, и голос его стал тревожен, – я вижу, что меня хотят убить.»

«В сценах допроса Иешуа – даже не столкновение, а встреча человека благородного, наивного и проницательного с прокуратором, который неожиданно для окружающих предстает не столько как жестокий человек, а как тот, кто страдает еще большим грехом, чем жестокость, – трусость».

Благородный – это высоконравственный. Вопрос: Иешуа – человек высоких нравственных качеств? И, например, ему самому трусость неведома? «– Мое? – торопливо отозвался арестованный, всем существом выражая готовность отвечать толково, не вызывать более гнева.»

Восприятие фигуры Понтия Пилата.

Если оценки фигур Воланда, мастера, Маргариты и Иешуа в учебнике завышаются, то вот Понтию Пилату приходится отдуваться за всех. Он величайший грешник, виновный в великой трагедии – гибели благородного и духовно совершенного Иешуа Га-Ноцри. Прокуратор также страдает грехом трусости. Как герой романа он в конце получил освобождение от своего автора и надежду на прощение.

«Величайший грешник, заботами Мастера и Маргариты получил надежду на прощение».

В описании авторов определение «величайший» употреблено только два раза: как оценка гибели Иешуа Га-Ноцри и как оценка приговора Понтия Пилата. Оценки представляются завышенными при принятии авторами учебника заниженной фигуры Иешуа. Он не Иисус Христос. Да, грех приговора и казни будет, но не величайший. Иисус же один был такой, да к тому же Сыном Божьим. Поэтому приговор Пилата и распятие Иисуса могут оцениваться как «величайшие» – грех и гибель. Выше Бога никого нет. А таких, как Иешуа – миллионы.

«В сценах допроса Иешуа – даже не столкновение, а встреча человека благородного, наивного и проницательного с прокуратором, который неожиданно для окружающих предстает не столько как жестокий человек, а как тот, кто страдает еще большим грехом, чем жестокость, – трусость».

По мнению авторов учебника: Иешуа – благородный, мастер – мужественный, Пилат – трусливый. Рассмотрим определения этих понятий.

Благородный – это высоконравственный. Вопрос: Иешуа – человек высоких нравственных качеств? И, например, ему самому трусость неведома? «– А ты бы меня отпустил, игемон, – неожиданно попросил арестант, и голос его стал тревожен, – я вижу, что меня хотят убить.»

Мужественный – это храбрый в опасности. Какой храбрец мастер мы уже видели. Он бы бросился под трамвай, чтобы покончить с жизнью, да только страх перед трамваем остановил его. Вот такой мастер мужественный.

Трусливый – это неспособный выполнить должное перед лицом страшного. А должен ли был Пилат отпускать государственного преступника? Скорее, авторы учебника ведутся на объяснение Воланда, в чьем изложении Иешуа неосознанно провоцирует прокуратора на преступление, используя «слабо». Утверждение, что «главный грех» – это трусость, является ложным. В христианстве – главный грех – это гордыня. А здесь же получается: «а слабо тебе, прокуратор, нарушить закон и освободить меня, хотя я и виновен?»

Подведем итог

Таким образом, представляется, что авторы учебника произвольно объясняют термины и используют неопределенную систему нравственных координат. Так становится понятным, откуда появляется ложное утверждение, о борьбе добра и зла в романе Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита» и победе добра.

Более взвешенный взгляд на произведение М. Булгакова мы предлагаем в нашей работе «Краткий анализ романа «Мастер и Маргарита» Михаила Булгакова». В нем автор продолжает исследования литературных произведений. Он в целом согласен с основным взглядом, высказанным на роман «Мастер и Маргарита» богословами Андреем Кураевым и Дмитрием Першиным. Тем не менее, мы расходимся в ряде второстепенных деталей, и, кроме того, автор дополняет их концепцию второй главной целью. В итоге Воланд во время пребывания в Москве преследовал и успешно осуществил обе цели.

«Краткий анализ романа «Мастер и Маргарита» Михаила Булгакова» выложен на ЛитРес. Самиздат.

Лучше меньше, да лучше!

Следование ленинскому призыву авторами школьного учебника

В мире литературы. 11 класс. Под общей редакцией А.Г.Кутузова. М., 2006.

Группа авторов школьного учебника избрала своим девизом ленинские слова: «Лучше меньше, да лучше!» Они подробно описали только фигуры Пилата и Воланда. К положительной стороне такого рассмотрения можно отнести сравнительный анализ булгаковского прокуратора с евангельским. К недостаткам – голословность при изучении фигуры Воланда. Все-таки филология является частью науки, основой которой служат формальная логика и научный эксперимент. Пусть метод экспериментов, к сожалению, невозможен в филологии, но ничто не мешает применению формальной логики при исследовании пусть и художественного произведения.

Плюсы и минусы

Авторы учебника полагают, что в романе присутствуют три сюжетные линии и каждая из них выдержана в своем стиле.

Во-первых, рассказ по мотивам Евангелия (суд Пилата и казнь Иешуа) представляет суровое, эпически бесстрастное повествование о всесильном прокураторе Иудеи и гибели бродячего философа.

Во-вторых, сатирическая повесть (Воланд в Москве) написана как откровенный фарс, разыгранный на улицах города, как на огромной сцене.

В-третьих, мелодрама (история Мастера и его возлюбленной) излагается как взволнованная история неземной любви.

Полагаем, что эпитет «неземной» к отношениям мастера и Маргариты дан для красного словца, ибо противоречит содержанию романа, где любовная история развивается между реальными людьми, живущими в Москве. Возможно, авторы учебника подразумевают платоническую (т.е. духовную) любовь. Но это тоже будет неверно. В романе трижды указывается на телесный характер отношений пары. В первый раз в сумасшедшем доме мастер представляет Маргариту Иванушке Бездомному как тайную жену. Во второй раз на скамейке около Кремлевской стены она думала, что еще молода и должна забыть мастера. При этом Маргарита обращала внимание на других мужчин. Напомним, что она была замужем и, следовательно, думала о новом любовнике для себя. В третий раз Маргарита потребовала от Воланда вернуть ей именно ее любовника, а не любимого. Поэтому «неземными» отношения между мастером и Маргаритой быть не могут. Вполне себе земные.

Следующим недочетом полагаем наименование мастера в школьном учебнике с большой буквы. Во всем тексте романа он ни разу так не именуется, только с маленькой буквы. Не следует преувеличивать, таким образом, его персону.

К положительному моменту в учебнике можно отнести указание, что «Для читателя это знак: Иешуа должен напоминать о Христе, но он – не евангельский Христос». Итак, если это так, то что дальше из этого следует? Что вытекает из того, что Булгаков специально изображает не евангельского Христа? На этот вопрос авторы учебника не дают ответа, хотя дальше по тексту они указывают, что «Он (Воланд – А.Я.) – свидетель и рассказчик ершалаимской истории…» Итак, князь тьмы в рассказе изображает не евангельского Христа, т.е. сатана как свидетель дает иное описание Иисуса – не как Сына Божьего. А почему? А главное, зачем? К сожалению, на эти вопросы авторы не отвечают.

 

Два Пилата

Как мы уже сказали выше, к достоинству этого текста в учебнике следует отнести сравнительный анализ евангельского Иисуса и булгаковского Иешуа. В сравнении лучше видны особенности обеих персон. Приведем сопоставление полностью.

Первое. Настоящий Понтий Пилат вряд ли принял участие в судьбе Иисуса. Скорее всего, он видел перед собой очередного лжепророка, достаточным наказанием для которого было бы бичевание, но синедрион настаивал на смерти. Что ж, он умывает руки, не желая вмешиваться в чуждые ему религиозные распри. Булгаковский Понтий Пилат – человек с больной совестью, измученный одиночеством, для которого встреча с Иешуа – возможность спасения, другой, новой жизни.

Второе. Настоящий Понтий Пилат – женат. Евангелие свидетельствует, что супруга просила прокуратора заступиться за арестанта. Булгаковский же герой одинок. Единственное близкое ему существо – собака Банга.

Третье. Настоящий Понтий Пилат умывает руки, не желая вмешиваться в чуждые ему религиозные распри. Булгаков же лишает прокуратора этого жеста. Его Пилат покоряется не чужой воле, а своему страху.

Четвертое. Настоящий Понтий Пилат невиновен в смерти Иуды. Булгаковский Пилат – смертью Иуды пытается искупить свое чувство вины.

Пятое. Настоящий Понтий Пилат, видимо, не был способен на высокие чувства, на «страсти по Булгакову». Герой Булгакова – мятущаяся личность, вдруг осознавшая невозможность совместить власть и человечность.

Ну, что, зрим в корень?!

Если перед авторами учебника стоит выбор: принять факты (изложение в романе) или авторитетное мнение, они почему-то выбирают второе. Почему? Возможно, во втором случае спокойнее за широкой спиной авторитета, а в первом – тревожно. Самим нужно отстаивать получившийся из фактов вывод.

«Воланд и его свита. По всем признакам – это Сатана и один из важнейших образов романа». Авторы по признакам определяют, что Воланд – это сатана. Недоверие тексту и проверка на присутствие признаков – очень правильно. Так авторы учебника демонстрируют, что литературоведение является частью науки, и поэтому они проверяют заявления в романе на истинность и ложность. Правда, все-таки можно было упомянуть, что Воланд сам себя называл дьяволом и чертом, и Бегемот указал в справке, что Николай Иванович был на балу у сатаны. Жаль только, что авторы не указали, какие признаки ясно подтверждают, что Воланд – это сатана. Неужели им придется верить на слово?

Рассматривая фигуру князя тьмы в романе, авторы учебника берут за основу взгляд академика С.Аверинцева, к сожалению, полностью положившись на его авторитет, т.е. без проверки его утверждения на истинность. «В энциклопедии «Мифы народов мира» говорится о сложившейся литературной традиции изображения дьявола: «Сатана противостоит Богу не на равных основаниях, не как божество или антибожество зла, но как падшее творение Бога и мятежный подданный его державы, который только и может, что обращать против Бога силу, полученную от него же, и против собственной воли, в конечном счете, содействовать выполнению Божьего замысла – «творить добро, всему желая зла», как говорил Мефистофель в «Фаусте» И.В.Гёте».

Во-первых, если Аверинцев опирается только на «Фауста» Гёте, то его заявление о подобной литературной традиции в изображении сатаны будет не доказанным. Ни в произведении Гете, ни в Библии в книге Иова не было божьего замысла испытать Иова и Фауста. Инициативы исходили от дьявола и Мефистофеля. Поэтому нельзя говорить, что сатана против собственной воли содействовал выполнению Божьего замысла. Всевышний лишь разрешал, чтобы нечистая сила испытала Иова и Фауста на верность Богу не только в счастье, но и в беде.

Во-вторых, авторам учебника следовало бы указать, что эта «литературная традиция» противоречит христианскому взгляду. Согласно которому добро творится благодаря тому, что Бог мешает дьяволу осуществлять его замыслы. Таким образом, заявления Мефистофеля и Воланда, что они «творят добро, всему желая зла» будут, во-первых, лукавыми, т.е. ложными, вводящими людей в заблуждение, и, во-вторых, похожи на оправдания темными силами своих неудач. Так что нет никакой заслуги ни у Мефистофеля, ни у Воланда в творении добра.

И из ложного основания, взятого у акад. С.Аверинцева, авторы учебника делают, конечно же, ошибочный вывод. «Воланд – символ. Он – грозное напоминание о том, что «каждому воздается по вере его. …он дает людям возможность увидеть, какие они есть. Воланд – напоминание о неотвратимости возмездия. А возмездие – обратная сторона справедливости. Но ни возмездие, ни справедливость от Воланда не зависят. Воланд ничего не меняет в этом мире, он не распоряжается судьбами людей. Зависят они (возмездие и справедливость – А.Я.) от самого человека».

Но именно эта ошибочность суждения авторов учебника помогает нам понять значение и роль Воланда в романе.

Конечно, можно согласиться с утверждением, что от человека зависит, какие поступки он совершает. И если они противоправны и человек виновен в совершении злодеяний, то может последовать возмездие, восстанавливающее нарушенную справедливость.

Однако, с чем нельзя категорически согласиться, так это с мнением, что Воланд – это символ, напоминание, от которого ничего не зависит. Если бы князь тьмы не вмешался в разговор Михаила Берлиоза и Ивана Бездомного, то литератор после беседы с поэтом отправился в Грибоедов на заседание, а не побежал к телефону-автомату, чтобы сообщить в бюро иностранцев о том, что иностранный консультант по черной магии сидит на Патриарших прудах в состоянии явно ненормальном. И Берлиоз остался бы жив. Кроме того, Воланд отдал распоряжение убить барона Майгеля на Великом балу. И, конечно же, не следует забывать «дар» Воланда мастеру и Маргарите в виде покоя в вечном приюте. Любовники были отравлены Азазелло по распоряжению князя тьмы. Так что именно Воланд распорядился как минимум четырьмя человеческими судьбами.

Да, виновен

Положительным моментом будет отличие взглядов авторов учебника под редакцией Кутузова на Воланда и его свиту.

При рассмотрении фигуры Воланда авторами другого учебника школьники не увидят отрицательных оценок, хотя речь идет о дьяволе. У этих авторов во главе с Курдюмовой князь тьмы становится героем мрачным, но справедливым и щедрым. В учебнике отсутствует соотнесение речей и дел Воланда. Он почему-то не в ответе за все то хулиганство, что совершает его свита.

Действия членов свиты Воланда также не получают отрицательной критики авторов учебника. Первоначально, в общем, их поведение расценивается всего лишь как жестокое шутовство в народном театре. Затем действия Фагота и Бегемота в Варьете представляются авторам учебника забавными. Что не указывает на отрицательную оценку их действий, которые привели к унижению зрительниц. В конце романа авторы характеризуют поступки Фагота и Бегемота как разбойные выходки, но, к сожалению, оправдывают их указанием, что это стихийный бунт против рыночных отношений.

Авторы же учебника во главе с Кутузовым сразу указывают на виновность Воланда. «…он – виновник необычайных московских событий». «Что бы ни происходило в Москве, Воланд палец о палец не ударил, снисходительно поглядывая на шалости свиты».

Более подробно анализ взглядов авторов учебника во главе с Курдюмовой смотрите в статье «Понтий Пилат как козел отпущения».

Не возмездие, а произвол

И здесь мы подходим к вопросу, почему в представлении многих читателей жестокие действия Воланда и членов его свиты воспринимаются как справедливое возмездие? Мы полагаем, что подобный взгляд легко принимается народным сознанием, из-за близости обыденному мировоззрению, где зло спокойно рассматривается как «левая рука Бога». Если один злодей совершает злодейство в отношении другого злодея, то почему-то это воспринимается как справедливое возмездие.

Однако, понятия «возмездие» (наказание за совершённое зло) и «справедливость» (воздание каждому должного) предполагают суд, творимый судьей на принципах добра. Вероятно, человек считает, что зло не может само себя наказывать и один злодей не может просто так, без серьезной причины, творить зло другому злодею. Следовательно, жестокие действия одного злодея по отношению другого совершаются по распоряжению более высокого божества, грозного, но справедливого.

1  2  3  4  5  6  7  8 
Рейтинг@Mail.ru