Осколки легенд. Том 1

Андрей Васильев
Осколки легенд. Том 1

Андрей Васильев

* * *

Маленькое предисловие

Добрый день, уважаемый читатель. Предлагаю сразу перейти на «ты», поскольку почти наверняка мы давно знакомы. Так вот – если ты прочел аннотацию, то уже знаешь, что перед тобой сборник рассказов, которые были написаны в разное время и с разными целями. Какие-то из них выступали дополнениями к моим романам, какие-то были приурочены к тем или иным событиям, плюс специально для этого сборника я написал пять новых рассказов.

Впрочем, о событийных рассказах надо написать особо. Собственно, речь идет о Новом Годе. Просто есть у меня хорошая традиция – каждый год, 31 декабря, я выкладываю на своей странице специальный новогодний рассказ. Как правило – шуточный, ибо праздник Новый Год – он веселый и задорный. Этот текст радует читателей до седьмого января, а после я его удаляю насовсем, ибо поскольку праздник от нас уходит, то и рассказу туда же дорога, а больше никуда не выкладывается, как бы меня об этом не просили. По крайней мере так было до сегодняшнего дня, то есть до выхода этой книги. Отдельно замечу, что в данном сборнике все новогодние рассказы помещены в самый конец разделов, относящихся к тому или иному циклу.

За годы у меня и таких, и других рассказов накопилось немало, потому не все они вошли в эту книгу, в связи с чем может возникнуть резонный вопрос: «а остальное когда?» Отвечаю – и остальные рассказы никуда не денутся. Подзаголовок «том первый» предполагает, что следом появится и «том второй». И это обязательно случится, но теперь уж только в конце 2021 года, приблизительно в этих же числах.

Ну, и последнее – кое к каким рассказам я написал маленькие предисловия, для пущей ясности. Они будут выделены курсивом, чтобы не возникло путаницы.

Надеюсь, путешествие будет приятным!

Файролл

«Файролл» – это все-таки игра, и то, что НПС в ней иногда ведут себя почти как настоящие люди, время от времени смущало ряд читателей. Кое-какое обоснование этому факту я в романах дал, но рассказы – это другое. Но я снова выкрутился, потому кое к каким новеллам в данном разделе приложено небольшое предисловие, дающее понять читателю, что тут к чему.

Усыпальница королевского дома

– Костик, ну что ты мне выносишь мозг? – Валяев, чем-то крайне озабоченный, уставился на хиппообразного и долговязого юношу в круглых очках, отчасти похожего на молодого Джона Леннона.

– Так ведь вправду может получиться роскошный квест, – настаивал юноша, махая стопкой бумаги, недавно вылезшей из принтера. – Сами подумайте – ночь, подземелья, гробницы…

– Слушай, у нас в каждом городе есть подземелья, и в развалинах они есть, и даже в чистом поле, если поискать, то можно найти, – утомленно сказал Валяев. – Чем эти лучше?

– Ну вот вы сами послушайте. – Костик поправил очки и начал читать первый лист из стопки…

В славном городе Эйгене, около небольшого фонтана, который находился на территории королевского дворца, сидели и болтали сразу обо всем на свете трое молодых людей – принцесса Анна, дочь короля Вайлера, Юр, юнинг ордена Плачущей Богини, и Витольд, послушник Академии Мудрости.

Все трое собеседников были в том прекрасном возрасте, когда мир кажется огромным и интересным, грядущая жизнь бесконечной, а будущее безоблачным и счастливым. Проще говоря, это была компания еще не взрослых людей, но уже и не детей.

– А Ланселот мне и говорит: «Я убью в вашу честь сто драконов», – захлопала ресницами Анна, отлично сложенная блондинка с очаровательной белозубой улыбкой, пикантным, чуть вздернутым носиком и бездонными голубыми глазами. – «И принесу вам их головы!».

– Ну если даже предположить, что этот остолоп найдет хотя бы одного дракона, что вряд ли, поскольку они вымерли давным-давно, то он все равно не сможет принести тебе его голову, поскольку ее невозможно будет доставить в Эйген, – хмыкнул Юр, саркастически улыбаясь и поправляя тунику с гербом Ордена.

– Чего это? – оживился Витольд, отвлёкшись от пересчитывания мелочи, которую он насобирал в фонтане. Дело в том, что на территорию дворца в определенные часы пускали всех желающих, поскольку король Вайлер был изрядным добряком и считал, что ничего плохого в том, что подданные посмотрят на то, как он живет, нет. Зеваки же охотно бросали мелочь в фонтан, поскольку хитроумная обслуга дворца усиленно муссировала слух, что это крайне хорошая примета, а после собирала ее для последующей закупки вина. – Она такая здоровая?

– Не то слово. – Юр был очень любознательным молодым человеком, в его коротко стриженой черноволосой голове уже скопилось немало знаний, которые будущему рыцарю вроде бы были и не к чему, о чем, собственно, неоднократно высказывались наставники, которые чаще видели его с книгой, чем с мечом. – Но дело даже не в этом, мой алчный друг. Драконья туша после смерти каменеет, и башка не исключение. То есть этому болвану надо будет доставить нашей Анне кусок камня размером с дом зажиточного горожанина.

– Ну я не знаю. – Витольд задрал рясу, которую носили все послушники Академии Мудрости, и ссыпал монетки в напоясный кошель. – Можно заставить крестьян перевезти ее на лошадях. Ну собрать пять-семь мужичков, из тех, что покрепче…

– И что с ней будет? – иронично улыбнулся Юр. – По дороге она просто расколется и превратится в кучу камней размером поменьше.

– То есть не видать мне головы дракона? – уточнила Анна.

– Не видать, – заверил ее Юр. – Только Ланси об этом не говори.

– Почему? – удивилась Анна.

– Во-первых он в это не поверит, – начал загибать пальцы Юр. – Во-вторых он не поймет половины слов, которые ты ему скажешь. Ну и в-третьих, я собираюсь отбирать у него компот за обедом не меньше месяца, именно столько буду искать для него то место, где еще может оказаться дракон.

– Юр, ты прохиндей не меньше, чем Витольд! – засмеялась Анна, на щеках ее появились невероятно соблазнительные ямочки – Твое место не среди рыцарей!

– Я ему это уже три года говорю, – разгладил рясу Витольд. – Что он забыл в компании этих железнолобых болванов?

– Вит, ты полегче на поворотах. – Юр нахмурился – Все же я второй сын графа. Савойского, и моя судьба едина с Орденом, так было от века, и так будет всегда. Первый сын служит Короне, второй Ордену, третий сидит в родовом замке.

– Свезло третьему, – с завистью сказал Витольд, тощий, как палка. – Еда от пуза, винный погреб, балы, герцогини там всякие. Или служанки, на худой конец.

– Фу, – сморщила носик Анна. – Какой ты, Витольд, все-таки приземленный.

– Чай не из графьев, – без малейшей обиды ответил послушник. – Что думаю – то и говорю.

Анна и Юр одновременно захохотали – они прекрасно знали, что Витольд почти никогда не говорил то, что думал. Исключение составляли моменты, когда он отчаянно торговался за каждый медяк в харчевнях при оплате за трапезу.

– А мне кажется, что ты выбрал не свой путь в жизни, – неожиданно заявила Анна, глядя в глаза Юра. – Мечи, латы и поединки – не твое.

– Я его не выбирал, – пожал плечами Юр. – Ты же это не хуже меня знаешь.

– Чушь. – Анна тряхнула головой, прядь волос упала ей на глаза, и она ее энергично сдула. – Да, есть какие-то обстоятельства, да, есть какие-то обязательства, но мы вправе выбирать свой путь сами. Вот твой брат, Гейнор, на своем месте, он просто рожден для службы в дворцовой страже. И Ван дер Мелле на него не нарадуется, говорит, что лучшего младшего охранника он в жизни не видал. А ты маешься, покоя себе не находишь, – значит, не для тебя Орден.

– И что я могу сделать? – апатично спросил у нее Юр. – Это мой семейный долг, я по-другому не могу жить.

– Тоже чушь! – Анна выпятила вперед нижнюю губу, что выдавало то, что она очень серьезно настроена. – Вот я…

– Тебя выдадут замуж, даже не спросив, – влез в разговор Витольд. – За кенига с Севера, или еще за кого, кто твоему папеньке выгоден будет. Так что не льсти себе и тем более не ври.

– Не будет такого! – взвизгнула Анна. – Я сама решу, как мне жить, мне это папа обещал, он мне слово дал!

– Ну на то оно и королевское слово, чтобы сегодня его дать, а потом назад забрать. – Витольд почесался. – Он вон маркизу де Колиньяку тоже обещал, что его не тронет, если тот добровольно бунтовать перестанет, – и где теперь тот маркиз, на каком небе обитает?

– Где маркиз – не знает никто, – заметил Юр. – А вот тело его в клетке до сих пор находится, а та на Веселом мосту подвешена. Я недавно его видел – один костяк остался.

– Это другое, это политика, – насупилась Анна. – Монархам иногда приходится принимать непростые решения.

– А ты кто? – безжалостно спросил Витольд. – Разве ты не монархиня?

Слова послушника были справедливы. Анна по рождению своему была принцессой, а Юр, между прочим, графом. Витольд же был даже не мелкопоместным дворянином, а сыном небогатого фермера, живущего в верховьях Крисны. Но давным-давно, еще при знакомстве, эта троица договорилась о том, что сословных условностей между ними не будет. Молодость демократична, так было всегда.

Анна задумалась после последней фразы Витольда и не стала ему отвечать.

– Витольд, ты сегодня особо язвителен, – примирительно заметил Юр. – Никак розог отведал из рук брата-экзекутора?

– Не без этого. – Витольд скривился и потер зад. – Не любит он меня, уж не знаю за что.

– Не стоило из подвалов Академии вино тырить, – наставительно произнес Юр. – И рисовать сестру Фалассию на помеле и с кривым носом на стене учебного здания тоже не следовало.

– Все-то ты знаешь, обо всем-то ты осведомлен – Витольд показал Юру язык.

– Я знаю, что мы сделаем, – неожиданно сообщила друзьям Анна. – Мы отправимся на четвертый уровень королевских усыпальниц.

 

– Куда? – в один голос спросили Юр и Витольд, выпучив глаза.

– Вы меня слышали, – холодно сказала Анна. – Я хочу знать свое будущее, потому пойду туда, независимо от того, присоединитесь вы ко мне или нет.

Удивление молодых людей было вполне понятно – королевские усыпальницы слыли местом не слишком хорошим, и даже маги Академии Мудрости редко спускались ниже третьего уровня.

– Опуская ряд второстепенных вопросов, любезная Анна, я хотел бы задать один, основной, – мягко сказал Юр. – Что ты там забыла?

– Там находится усыпальница Максимуса, короля-чародея. – Анна обвела глазами друзей. – Каждый из нашего рода имеет право один раз в жизни прийти к нему и задать его духу один вопрос, на который он обязательно ответит. Вот я пойду и спрошу, смогу я определить свою судьбу сама, или нет.

– Она сошла с ума, – посмотрел на друга Витольд. – Это точно!

– Она приняла решение и выполнит его, ты ее знаешь, – покачал головой Юр. – И мы с тобой тоже влипли, поскольку одну мы ее туда не отпустим.

Витольд пожевал губами, по его лицу было видно, что лично он Анну туда отпустил бы без особых сомнений. Впрочем, вслух он этого не произнес.

– Может брата твоего захватить с собой? – наконец выдавил он из себя. – Он с мечом ловок, и вообще…

– Гейнора? – усмехнулся Юр. – Который тут же все выложит начальнику охраны? Отличная идея, вот только в результате именно мы с тобой окажемся врагами короны как минимум за посягательство на память предков правящего монарха, а Анна отправится под замок. И после, если мы до того времени еще не сложим головы на плахе, точно нас с тобой убьет.

– Убью, – подтвердила Анна. – Гейнору ни слова. Он так за меня переживает все время, и это трогательно, но…

– По уши втюрился, вот и переживает, – цинично заметил Витольд. – Как тебя видит, так сразу сопит и вздыхает.

– И цветы у двери каждое утро оставляет, – похвасталась Анна. – Ладно, шут с ним, с Гейнором, пусть его. Идем прямо сегодня, чего откладывать. Ключ от входа в усыпальницы я у папки стащу, Юр, ты факелы добудь, там после третьего уровня темно, а ты, Витольд…

– Я еды захвачу – Витольд почесал нос – Мало ли чего, не дай боги заплутаем, чего тогда есть будем?

Друзья обсудили еще несколько деталей и разошлись, размышляя каждый о своем.

Вход в усыпальницы находился на территории дворца, которая в ночное время, понятное дело, была под охраной. И по двору, и по коридорам дворца туда-сюда вышагивали гвардейцы из личной охраны короля, частенько среди ночи с проверочными целями по гулким коридорам прохаживался и мэтр Освальд Ван дер Мелле, начальник охранной службы короны Запада, в последнее время частенько сопровождаемый молодым графом Гейнором, своим, как он говорил, «будущим преемником».

Впрочем, наших друзей все это волновало не слишком, за последние годы они изучили и расписания караулов, и все лазейки с ходами, которых во дворце было очень немало, и сделали это даже получше, чем мэтр Ван дер Мелле.

– Может, все-таки ну его? – опасливо спросил Витольд, глядя на Анну, которая, высунув кончик розового язычка, пыталась попасть ключом в замочную прорезь двери.

– Ты пробовал когда-нибудь остановить ураган? – негромко спросил у него Юр, из-за плеча которого торчало с полдюжины факелов. – А Анна в этом плане посмертоносней будет.

Замок щелкнул, дверь, скрипнув, отворилась, и на друзей обрушился тяжелый запах подземелья, заглушивший буйные ароматы весенней ночи.

Анна глубоко вздохнула, поморщившись от тяжелого амбре, и шагнула за порог, за ней последовал Юр, замыкающим же двинулся Витольд, сохранивший на лице маску сомнения в том, что они делают то, что следует. Впрочем, через секунду она пропала, и послушник Академии Мудрости стал внимательно смотреть по сторонам, в надежде чем-нибудь тут поживиться. Это, собственно, и было основным доводом, который склонил его к данной прогулке, если бы не это, он бы сроду сюда не пошел, а приятелям выложил историю о том, как его посадили под замок.

Королевские усыпальницы являлись одним из старейших подземелий Западной Короны. Не слишком большая величина этажей с лихвой компенсировалась их числом, по слухам, уровней здесь имелось более трех десятков. Доподлинно их количество было неизвестно, последнюю крупную вылазку вниз делали лет пятьсот назад, тогда отряд королевской стражи, усиленный магами Академии, добрался до девятнадцатого уровня и повернул назад, из-за отсутствия воздуха для дыхания. По крайней мере, официальная версия была именно такова. Что там случилось на самом деле, не знал никто, кроме прапрадеда короля, и тех, кто вернулся из подземелья, а таковых было дай бог половина от изначально ушедших.

Тем не менее, первый и второй уровни были совершенно безопасны, освещены никогда не гаснущими факелами, по большим праздникам сюда приходили представители правящего дома, дабы поклониться могилам предков, а в остальное время сюда водили экскурсии, состоящие как из местных жителей, так и гостей столицы Западной Марки.

Третий уровень тоже не считался опасным, хотя на него вельможные особы и экскурсанты уже не спускались. Здесь бывали только местные служители, проверяющие, все ли в порядке в усыпальнице, нет ли на стенах трещин, не проникли ли внутрь злоумышленники. Такое, увы, время от времени случалось, какие-то воришки забирались в некрополь. Детали этих проникновений не разглашались, хотя на рынках Эйгена говорили всякое, в том числе и то, что более этих удальцов никто никогда не видал.

С четвертым уровнем дела обстояли похуже, там начинались владения темноты (не Тьмы, но темноты), туда не спускались служители, и последний, кто там бывал, это король Герхард, прапрадед Вайлера. Он тоже ходил за советом к Максимусу, и вернулся обратно, видимо, получив его, правда, после этого он велел закрыть вход на нижние уровни большой, тяжелой и надежной металлической дверью, а также никогда больше не упоминать при нем о королевской усыпальнице. Ну, по крайней мере, пока он жив.

Именно об этом размышлял Юр, бредя по коридорам усыпальницы вслед за Анной, которая, несомненно, знала дорогу, поскольку бывала тут с отцом. Она уверенно спустилась сначала на второй, а потом и на третий уровень.

– А дверь небось закрыта. На четвертый-то уровень, – пробубнил Витольд, немного опечаленный тем, что ничего стянуть пока не удалось. – И как мы туда попадем?

– Все так же, – раздраженно ответила Анна. – Или ты думаешь, что я только ключ от входа в сам некрополь позаимствовала?

– Анна, это очень плохая идея, – нейтрально заметил Юр. – Подумай еще разок, может, вернемся назад?

– И это говорит мне будущий служитель Ордена Плачущей Богини! Краса и гордость рыцарства, зримое воплощение отваги и мужества, – язвительно сообщила в пространство Анна, уверенно идущая вперед. – Бедный Орден!

– Бедные мы, – тихонько сказал Витольду Юр. – Если эта история вылезет наружу, ее только посадят под замок, а что будет с нами… Лучше не думать.

– У меня и так жизнь не сахар, – буркнул Витольд. – Хуже, чем есть, не будет. Но если говорить честно – то мне жутковато. Не люблю темноту и замкнутые пространства.

Дверь, ведущая в глубины некрополя, была сделана на славу – многослойная сталь, по-другому и не скажешь. Король Герхард явно не пожалел денег, поскольку, судя по качеству материала и вычурности рунных рисунков на ней, это была гномья работа.

– Это сколько же такая дверь стоит? – протянул Витольд, потрогав массивное сооружение. – Не иначе как по весу золотом платили.

– Не знаю, мне не рассказывали, – ответила Анна, ковыряясь ключом в замочной скважине. – Юр, зажигай факелы.

Те затрещали, рассыпая искры, дверь беззвучно растворилась, открыв глазам авантюристов темноту проема.

– Что, не струсили, защитники Короны? – Анна улыбнулась. – Если нет – то пошли.

– Стой, я пойду первым, – Юр отстранил ее с дороги и шагнул вперед. – Витольд, ты замыкающий.

– И на том спасибо, – сглотнул послушник. – А то, может, я вас тут подожду? Опять же – если что, на помощь сбегаю позову. Ну если вас долго не будет?

Юр, повернувшись, смерил его взглядом, и Витольд встал за спиной Анны, приговаривая:

– Я ж как лучше хотел, только о вас и думал…

Да, четвертый уровень был совершенно не похож на предыдущие. Мрачные закутки, в которых стояли потемневшие от времени саркофаги, шорохи и загадочные звуки, несущиеся из темноты, кости, там и сям валявшиеся на полу, – все это настраивало молодых людей на довольно невеселый лад.

Анна так и вовсе потихоньку начала жалеть, что сама влезла в эту историю и ребят в нее втравила, но ее упрямство было сильнее рассудка, как это частенько бывает у властных, избалованных и вдобавок очень молоденьких девушек. Они не могут позволить себе фразу «Да, я была не права», поскольку произнести это выше их сил.

Именно поэтому трое искателей приключений все сильнее углублялись в переходы четвертого уровня усыпальниц, все дальше и дальше уходя от выхода.

– Кажется, пришли, – остановилась Анна спустя некоторое время, и осветила факелом внушительных размеров саркофаг, опутанный паутиной, и с находящимся на его верхней крышке огромных шлемом, похожим на перевернутое жестяное ведро. – Это и есть последнее пристанище Максимуса.

– Уверена? – Юр почесал затылок. – А почему это, а не вон то?

Он посветил в сторону, где стояли еще несколько саркофагов.

– Так шлем же, – развела руками Анна. – Я читала в старой хронике, что великого короля похоронили в его доспехах, он, по слухам, из них и при жизни особо не вылезал. Ну а шлем, наверное, на саркофаг поставили.

– Наверное, может быть, возможно. – Юр недовольно скривился. – Тут не игра в бирюльки, тут наверняка надо знать, мы же не в кабаке, мы в места мертвых пришли…

– Да ну тебя, зануда, – сжала губы Анна, не терпящая тех, кто сомневается в ее правоте. – Сейчас все выясним. Максимус, я Анна, принцесса из правящего королевского дома Альбиусов. Я требую ответа на свой вопрос, согласно данной тобой клятве!

– Ты это, Анна, – перепугано прошептал Витольд. – Ты давай как-то поскромнее, мало ли чего, духи они такие, обидятся еще…

– Верно сказано, обидеться мы можем, поскольку очень не любим непочтительности, – согласился с ним кто-то. – А эта юная дева, стоит признать, хамовата.

Молодые люди обернулись и увидели невысокого, достаточно тщедушного и какого-то пошарпанного призрака.

– Максимус? – неуверенно спросила Анна, недоверчиво глядя на плешивого духа, который смотрел на нее, при этом теребя прозрачной рукой прозрачную же козлиную бородку.

– А то кто же? – ответил дух, показав мелкие зубы. – Максимус, как есть. Король, между прочим.

– Вот и верь древним летописям, – удивленно сказала принцесса друзьям. – А в них писали, что был сей владыка зело мощен телом и высок ростом.

– Летописи пишут при живых королях, а кто же захочет, чтобы про него сказали, что он тщедушен и лыс? – резонно заметил призрак. – Я точно не хотел, а потому придворные летописцы меня отобразили так, как я им сказал.

– Никому веры нет, а? – Витольд высунул голову из-за плеча Юра. – Везде враки.

– Ну ладно, чего теперь выяснять, кто каким был, – дух потер ручонки. – Так вы, девушка, стало быть, носитель королевой фамилии, и, соответственно, персона королевской крови?

– Ну да. – Анна приосанилась. – И по праву хочу получить ответ на один вопрос.

– Это можно, это можно – дух приблизился к принцессе и внимательно осмотрел ее. – У тебя как со здоровьем, все ли в порядке?

– А при чем тут это? – непонимающе спросила Анна. – Какое отношение мое здоровье имеет к моему пожеланию?

– Прямое. – Дух вздохнул. – Вдруг ответ будет сногсшибательным, и ты прямо здесь помрешь? А у нас здесь и так места мало, очень остро квартирный вопрос стоит, понимаешь? Так что со здоровьем?

– Хорошо у меня все со здоровьем! – Анна зло глянула на духа, вьющегося около нее. – Замечательно все!

– Ну вот и ладушки! – дух внезапно очутился нос к носу с Анной. – Тогда задавай вопрос, и скажи в самом конце следующую фразу: «И я открываю тебе дорогу к себе».

– А это зачем? – Анна нахмурилась. – К чему бы?

– Так ответ-то только для тебя. – Дух всплеснул руками. – Этим двум зачем его слышать?

– Ну, вообще-то, это, конечно, верно, – согласилась с ним Анна.

– Что верно? – переспросил Витольд, который последние реплики вообще пропустил мимо ушей, пытаясь втихаря отколупнуть с саркофага Максимуса кусочек барельефа.

– Все верно, – огрызнулась Анна и, воздев руки вверх, сообщила: – Скажи мне дух короля прошлого, буду ли я королевой? И я открываю тебе…

Позже Юр даже и сам не мог сказать, что именно его смутило во вроде бы гладких речах призрака. Нет, так-то все вроде бы звучало логично и верно, но уж больно дух был скользкий, неискренний, даже учитывая то, где он обитает. Вдобавок Юр отметил, что при первых словах Анны дух стал как бы вплывать в нее, растворяться в ее фигуре, причем сама принцесса этого как будто и не видела.

 

– Не говори ничего, молчи! – Юр прыгнул на Анну, и повалил ее на плиты усыпальницы, не дав закончить фразу. Дух Максимуса, уже совсем было слившийся с телом Анны, с пронзительным визгом отлетел к потолку.

– Анна, ты дура? – завопил Витольд, наконец отвлекшийся от разграбления гробницы. – Ты ему свой ментальный план хотела открыть?

– Сволочь гадская! – вопил дух. – Все почти вышло!

Призрачное лицо тщедушного старикашки исказилось, его черты стали жесткими и пугающими, вместо глаз теперь были красные всполохи молний.

– Не захотели добром отсюда уйти, так здесь и останетесь! – дух спикировал к Юру, ухмыльнулся, увидев его кинжал, который без какого-либо вреда для него входил в призрачное тело, и вцепился юноше в горло.

– Витольддд, – прошипел Юр – Спппп…

Анна, пусть и с небольшим опозданием, завизжала, Витольд бормотал все известные молитвы, пригодные для изгнания духов, Юр хрипел и синел в руках злобного призрака.

– Так, что это здесь происходит? – громыхнул басом чей-то голос.

Все присутствующие, кроме оседающего на землю Юра повернулись к новому участнику драмы.

Это, конечно же, тоже был призрак, но какой! Высоченный здоровяк, в призрачных доспехах и мечом на поясе, с удивлением смотрел на глазевших на него молодых людей и одного духа, который снова принял вид безобидного старичка.

– Так, Традор, опять ты безобразничаешь? – сдвинул брови великан. – Я сколько раз тебя предупреждал? Нельзя на минуту на обход территории отойти, ты уже тут как тут.

– Да ладно тебе, Максимус, – залебезил противный старикашка, разжимая руки, которыми он все еще сжимал горло Юра. – Так, пошутил немного с молодежью, такие они потешные!

Юр мешком осел на пол, он был без сознания.

– Пошутил… – Гигант нагнулся над телом юноши. – Ты ему чуть горло не раздавил, старый осел.

Максимус возложил руку на лицо Юра, что-то треснуло, заискрило, в подземелье запахло грозой. Юр захрипел и зашевелился.

– Жив?! – Анна подскочила к юноше, который держась за горло, силился встать с пола.

– Ж-жив, – сипло ответил Юр. – Н-ничего себе п-прогулялись, а?

– А почему он вас назвал Максимус? – спросил Витольд, глядя на великана в доспехах. – Максимус же он сам?

– Кто, Традор? – громыхнул король. – Вот шельма, а? Так и норовит что-нибудь стащить, даже после смерти.

Максимус повертел головой, в надежде найти хитрого старика, но тот уже успел улизнуть, возможно, прямиком через стену.

– Какой он Максимус? – продолжал громыхать гигант. – Он даже не из нашего рода, это бывший ректор Академии Мудрости, причем проворовавшийся. Когда это выяснилось, то его тихонько удавили свои же соратники, чтобы сор из избы не выносить, и всем сообщили, что он скончался от удара, после чего быстренько захоронили. Вот только не понимаю, как он попал сюда, в королевскую усыпальницу?

– Бывает – застенчиво сказал Витольд, видимо немного сочувствуя подлому Традору. – Мудрость и величие всегда идут рука об руку!

– И одна другую г-греет – добавил Юр, все еще тяжело дыша.

– А чего он от меня хотел? – Анна подняла глаза на короля.

– Тебя, – ответил гигант, невесело усмехнувшись. – Ты же королевской крови, я это ощущаю, причем без каких-либо сомнений.

– И? – Юр, держась за горло, тоже слушал короля.

– Если дух вселится в живого человека, изгнав его сущность на астральный план, то он, теоретически, может покинуть данное подземелье. А если не позволить изгнанной душе вернуться в тело в течение трех дней и трех ночей, то и вовсе навсегда заполучить его в собственное пользование. Ну а коли по доброй воле хозяин тела от него отказался…

– А почему он именно меня выбрал? – не понимала Анна.

– П-потому что ты к-королевской к-крови, – пояснил Юр, поднимаясь на ноги. – Видимо, т-только ее обладатели м-могут вывести отсюда д-д-духа.

– И только при условии, что он сам разрешит это сделать, – закончил цепочку выводов Витольд. – Какие же мы идиоты…

– Не мы, а я – уточнила Анна. – Надо быть честной с самой собой.

– Если ты это поняла, значит, ты уже не зря сюда приходила. – Максимус погладил ее призрачной рукой по голове. – Ну, ответить тебе на один вопрос, внучка, или уже не надо?

– Не надо, – твердо сказала Анна. – Не надо, я сама на все найду ответы. Хотя… Где мой папаша прячет ключи от оружейной?

Спустя три дня всё у того же фонтана, где началась эта история, стояла все та же троица, правда выглядела она уже не так беззаботно, да и внешний вид двух из них изменился. Теперь не только Витольд был одет в рясу послушника Академии Мудрости, но и Анна, и Юр.

– И тогда отец сказал мне, что если я настолько глупа, что полезла в усыпальницу, то немного ума мне не помешает, а лучше всего его вкладывают в голову в Академии Мудрости, – кривясь, сообщала приятелям Анна. – Поэтому мне прямая дорога на пару лет в Ривеншталь, в женскую обитель Ордена.

– Ну, зато не замуж – сообщил Витольд, который стал за эти дни еще худее, хотя в это было трудно поверить.

– Юр, ты извини… – Анна потупилась. – Я знаю, что твой брат…

– К-как выяснилось, у м-меня больше нет б-брата, – без улыбки сказал ей Юр. – И отца т-тоже нет, они отказались от р-родства со мной, п-поскольку я имел от-тношение к твоему п-поступку, чем н-навсегда запятнал с-свою честь и ч-честь рода. Но я н-не опечален, с-судя по всему, у м-меня и м-моей бывшей с-семьи разные п-представления о чести.

Троицу исследователей подземелий перехватили на обратной дороге, на втором уровне. Как потом стало известно, бдительный юный граф Гейнор заметил во время обхода, что дверь усыпальницы приоткрыта, и сообщил об этом своему начальнику. Ключ от некрополя имелся только у короля, которого на свой страх и риск Ван дер Мелле разбудил. Сонный Вайлер не сразу, но вспомнил, что около него и ключей накануне вечером крутилась его дочь, и уже вскоре отряд стражников помчался по коридорам подземелья, где и обнаружил уставших молодых людей.

Скандал был страшнейший, король орал на дочь, Гейнор на брата, и все кому не лень кричали на Витольда, как на самого безответного. Впрочем, Витольду от этого было не жарко и не холодно, в отличие от его друзей, за годы учебы в Академии Мудрости он к этому уже привык.

К вечеру следующего дня в Эйген прибыл старший граф Савойский, совершенно непонятно как узнавший о происшедшем, и публично отрекся от сына, лишив того титула, права наследования и всего остального. Не смягчило его сердце даже заступничество короля, уже отошедшего от нервной встряски, и по доброте духа пытавшегося остановить непреклонного дворянина. Юр лишился всего, что у него было, кроме принадлежности к Ордену Плачущей Богини. Впрочем, и его он покинул, но только добровольно, после непродолжительной беседы с гроссмейстером. О содержании беседы Юр не рассказал никому, даже Анне и Витольду, в ответ на их вопросы, он только мрачно хмыкал.

– Б-братец заявил мне, что он м-меня не пр-рирезал только лишь по од-дной причине – продолжил свой рассказ Юр. – И это не н-наше бывшее р-родство, а лишь его неж-желание лишаться своего п-поста, который ему оч-чень по душе. Впрочем, я д-думаю, он врет, не в этом д-дело.

– А в чем? – тихо спросила Анна.

– Он не хочет оставаться уб-бийцей в т-твоих глазах, – тихо сказал Юр. – Т-ты уезжаешь, и м-моя смерть может кинуть на него т-такую тень, к-которая останется в т-твоей памяти. Если бы не эт-то, то еще вч-чера бы м-меня в канаве п-прикопали бы. Г-гейнор всегда б-был такой, с д-детства, раз что-то с-сказал – в-верен сказанному слову д-до конца.

Анна вздохнула.

– Все из-за меня, – помолчав, сказала она. – Вот же у меня характер!

– Б-был. – Юр положил руку ей на плечо. – Б-был. Теперь все станет по-другому, я так д-думаю. Т-ты едешь в обитель, н-нас с Витольдом посылают в к-какую-то дыру около п-плато Грускат, где мы б-будем постигать бухгалтерию и с-счетоводство. Кс-стати, поблагодари с-своего отца за заботу обо мне, если бы не его д-доброта, то уже вчера я бы был нищим, б-бездомным и б-безродным. А так хоть п-профессия появится, на к-кусок хлеба заработать см-могу.

Анна заплакала.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18 
Рейтинг@Mail.ru