Хрон

Андрей Караичев
Хрон

– И, тот, кто выходит на другой стороне телепорта, тоже теряет способность к творчеству? Я верно понимаю? – Вновь возникла пугающая догадка у Расковой, преодолев «стабилизатор эмоций».

Хрон поднялся и, нежно обхватив девушку за плечи, стараясь приободрить, усадил обратно на своё капитанское место.

– Да, правильно. Не переживай, уверен – ты не «копия».

– Надеюсь. Зараза… ничего в голову не лезет просто! Только старые стихи и песни.

– Сейчас, невзирая на затемнение панели и защитные очки, Солнце сможем рассмотреть во всей красе. Думаю, оно тебя вдохновит.

– Сомневаюсь. Мне очень нравится вид космоса и всего, что за бортом, но оттого вдохновения лишь меньше!

– Причина?

– Песня сразу в голове из прошлого воспроизводится, выталкивая остальное – «Земля в иллюминаторе».

Внезапно тоску Расковой и другие чувства отвлёк на себя колоритно выровнявшийся и полностью вписавшийся в прозрачной панели пейзаж. Затемнение произведённое «Борей» не сильно помогало, могучая Звезда словно рентгеном просветила внутреннее пространство «Гагарина». Хорошо, Сергей успел накинуть на глаза спутницы специальные очки, что по виду совсем непохожи на все, известные Катяе ранее.

– Посмотри, насколько оно большое! – Восхищалась девушка, – я знала: Солнце огромное, яркое, но, чтобы настолько! Не могла и представить, какое оно вблизи…

– Наша любимая Звезда – «Жёлтый карлик».

Хрон, подойдя к панораме корабля, элегантными движениями, подобно ведущему прогноза погоды начал выделять интересные места на панели.

– Сложно представить, – продолжил пилот, – насколько большое наше родное Солнце, пока не увидишь его вблизи. А истинные размеры «Бело-голубого сверхгиганта», например, «Ригель (β Ориона)», наш разум не может осознать по-настоящему… не говоря о «UY Щита» и ещё более массивных звёздах. Да, мы в силах представить – они огромны, Солнце по сравнению с ними маленький шарик, но осознать истинного величия гипергиганта, наш разум не в силах… по крайней мере – пока.

После возвращения на борт «Гагарина» робота «Бори», с отчётом о выполненной задаче по закачке в баки необходимых элементов, Сергей, отстранив ИИ от управления, сам принялся выстраивать маршрут судна от Солнца, через Венеру к Марсу. Здесь не было необходимости: автопилоты давно достигли высокого уровня и брать на себя управление кораблём, приходилось людям в крайних случаях. Просто это отвлекало космонавта. Рядом с Катей, почти одногодкой и человеком из тех, далёких лет, так похожей на его девушку, бесстрашный участник «Совета 12-ти», впервые за тысячу лет испытывал сильные, смешанные чувства. Конечно, стоило прибавить мощности в браслете и все эмоции, мысли – испарятся. Хрон не хотел.

– Здорово бы ещё услышать, что твориться вокруг корабля. Есть возможность? – Вывела спутница капитана судна из задумчивости.

– Вообще, в космосе, в привычном нам понимании звуков нет – не разносятся. Но мы можем их синтезировать через специальное устройство, так когда-то делали с «Вояджерами», только качественнее. Погоди.

Вскоре начиная с едва уловимых шорохов и расслабляющей вибрации, по нарастающей звуковой волне отсек управления наполнился колоритными мелодиями. Синтезированный «шум космоса» невозможно было для Кати описать словами. Столько тембров, гармоний, частот; подобное, в её времени не смогли бы и близко создать ни на одной студии.

Звуки сперва успокаивали, затем плавно переливались и «угрожали». Меркурий, словно выполнял роль ударного инструмента; Венера «играла соло»; каждое небесное тело, имело свой, неповторимый «голос». По затылку девушки пошла приятная щекотка, умиротворение, словно она слилась воедино со вселенной и сейчас, подобно лучу света, мчится по Солнечной системе. – «Так приятно! Почему Сергей не включил «синтезатор» раньше? Никакого браслета не нужно!» – Временно, ни о каком творчестве речи идти не могло; невольно, «девочка из прошлого» предалась в руки релаксации.

Спокойствие и безмятежность спутницы, порадовали Хрона самыми приятными, тёплыми чувствами. Давно он не испытывал подобного. – «О вселенная! Насколько Катя похожа на мою девочку: повадками, движениями, голосом… имена одинаковые. Может, я давно не общался ни с кем из начала прошлого тысячелетия? «Совет 12 – ти» не в счёт. Или… это не сходство, а она и есть? Просто за двенадцать веков я позабыл её, да и сам изменился? Внешность же тоже схожа: средний рост, стройная фигура, каштановые волосы, карие глаза. Нет. Хотелось бы… чтобы догадка оказалось верной, но спутать свою маленькую, единственную девочку, я не могу ни с кем, хоть пройдут миллиарды лет!»

Паршиво Сергею, в который раз осознавать беспомощность в вопросе о «возвращении» возлюбленной. Проклятый «побочный эффект» от мутации во время «Миссии 12 – ти», сколько ещё он будет терзать отважного покорителя Вселенной? С каждым прогрессом, научным прорывом, открытием и освоением планеты, мутированные люди из «Совета» становились величественнее, легендарнее. Да что там? На родной Земле, они давно не просто легенды – мифические личности, едва ли не «полубоги». Двенадцать человек, чей возраст превышает тысячу лет. Но и они – не всемогущие. Каждый из соратников имел подобную Хрону «занозу» в душе. Вероятно, без «побочного эффекта» невозможно, нельзя во Вселенной что-то приобрести, не заплатив ей за это. Каких только попыток Сергей не предпринял, чтобы найти тело или хотя бы генетические данные той, единственной, чувство вины перед которой до конца не всегда глушил браслет эмоций (разве что на полной мощности). Правда, после знакомства с Расковой, перед космонавтом встала иная проблема. Раньше он был готов если не «реанимировать» невесту, то хотя бы создать её «копию», ради чего не жалел ни средств, ни сил. А сейчас? Услышав слова ровесницы – «Вдруг это не я, а лишь копия девочки, погибшей больше много веков назад?» – Хрон начал сомневаться – осмелится ли он «копировать» её? Наверное – нет. Больше нет.

Из прострации Раскову вывел шум открывающегося шлюза: Сергей отправлял «Борю» за борт, с предметом похожим на венок.

– Так принято у нас, – поспешил пояснить капитан растерянной девушке, – отправлять поминальную корзину с табличкой и давать короткий лучевой залп, когда заходим на орбиту Венеры. В память о тех, кто тогда потерпел крушение на её поверхности во время «астрокруиза».

– Что же произошло?! Излагай, заинтриговал.

– Почему вас это так интересует всех? К Земле, когда обратно полетим, тогда расскажу, обещаю. Получилось, чего ни будь сочинить? – резко сменил неприятную тему пилот.

– Да! – радостно подпрыгнула Катя, – звуки космоса, его вид, наш полёт – меня просто разрывает творческая муза. Осталось взять в руки листок и карандаш.

– Больше переживала. Тебе следует отдохнуть. Сейчас «отчалим» от «Утренней звезды» и дадим полную, разрешённую скорость, а возможно… нет, нарушать правил не станем. Проснёшься, окажемся на подлёте к Марсу.

– Не хочу. Я ещё не насладилась всеми чудесами, Вселенная – завораживает.

– Успеешь! Поверь, где бы ты ни оказалась в будущем, каких красот не повстречала, всегда, рано или поздно – соскучишься по Земле. Нет прекраснее нашей планеты ничего – абсолютно. Теперь – отбой, команда.

В выделенной каюте Екатерине понравилось, как и всё, что её ожидало на «Гагарине», включая капитана. Опустившись в удобную постель, девушка под синтезированные звуки космоса, его ласковый переливающийся свет сквозь прозрачную панель, с радостными мыслями быстро заснула. Получилось, написала! Не одно, а несколько стихотворений, плюс короткий рассказ о звёздах, значит – это правда она. Все воспоминания, чувства – её! Катя «оригинал», а не какая-то «копия», давно погибшей девушки.

Настала очередь Расковой стоять неподвижно возле прозрачной обшивки, наблюдая за приближающимся Марсом. Она иначе его представляла, а он оказался похож… на Землю!

Рейтинг@Mail.ru