Картина маслом

Андрей Ильин
Картина маслом

Что уже к собкорам, которые «важняки». И уже копают по направлениям, идя сверху, от ВИП-персонажей. И к Антону Ивановичу, который роет навстречу им, снизу! От «земли». И вот когда они сойдутся…

* * *

– Так кто, говоришь, ее? И она молчит? Боится. Никому ни полслова. И – не скажет… Ай, нехорошо. Нехорошо девушку портить! Ну, да ладно… Пусть сами разбираются. Нам это дело не интересно – бытовуха. Но, всё равно, спасибо.

И – премия. Небольшая, но чтобы – приятно.

И тут же виновника на «ковер».

– Ай-вай… зачем девушку спортил? Такая хорошая девушка, такого уважаемого рода! Разве можно так? А если о том ее братья узнают? Или отец? Что будет? Совсем плохо будет! Голову они тебе резать будут. Или то, чем ты позор сотворил… Откуда узнал? Сказали. Люди недобрые. А раз мне сказали, то и другим могут… Совсем – нехорошо… Но я могу помочь, чтобы никто не узнал. Могу договориться с теми нехорошими людьми, чтобы они языки проглотили… Наверное, послушаются. Только если я всё улажу, а у меня нужда случится, ты мне поможешь? Вижу, поможешь! А хорошо поможешь, я тебе денег подброшу. За что? За ерунду. За информацию. Про таких, как ты, недоумков, которых вовремя остеречь надо. И помочь. Как тебе… Соглашайся, потому что, если я тебе не помогу, тебя просто так зарежут. Бесплатно. А если вытащу, то никто никогда не узнает, а ты каждый месяц денежку получать будешь. Сколько? Смотря, про что расскажешь… Ну вот и порешили… Хороший ты парень, только слегка споткнулся. Но это ничего – выправишься. Денег заработаешь, дом построишь – завидный жених станешь! Вах, какой жених!

Дальше пошли…

– Слышал, знаю – в беду ты попал. Серьезных людей там в России обидел. По-взрослому. Обидел – и сбежал. А они тебя ищут. Уже почти нашли. А если еще узнают, что твоя сестра в институте в Москве учится…

– Брат твой под следствием, на нарах парится, потому, что вину на себя взял, а тебе взятку следователю дать нечем. А там урки, которые… Ну ты понимаешь. Какой же ты брат после этого! Нехорошо! Давай я тебе деньги дам, и ты его вытащишь. Вот прямо теперь дам! А взамен… Да ничего особенного, так, ерунда. Что узнаешь интересного, мне скажешь. Любопытный я…

– Твои теперь все в Европе. На социале сидят, денежки получают. Евро. Хорошо им. А если в Посольстве узнают, что они корреспондента их в яме держали, а после, когда выкуп не получили, голову отрезали. А ведь обидятся они. И вышлют их в двадцать четыре часа. И через то социала лишат… Взамен, что? А ты сам прикинь. Ты ведь со многими дружишь, много чего знаешь.

И каждому доброе слово и авансик, потому что деньги скрепляют отношения. И развращают. Очень хочется каждый месяц за просто так доллары получать. Привыкаешь к этому.

Хотя не за просто так. А за то, что знаешь. Или слышал от кого-то.

От кого?

И так каждый сексот, сдаивая информацию, пусть даже самую на первый взгляд невинную, наводит на своего соседа или приятеля, который попал в трудное положение. Через что его можно притянуть и вербануть. Ну, а там и до преступных сообществ рукой подать, потому что они тоже не в космосе живут. И свои проблемы имеют. И свои разборки. К каждому человечку свой ключик можно подобрать.

Если подбирать. И если умеючи.

А Антон Иванович умел. Лучше многих. Потому что, сидя на нарах, научился. Работа у него такая была – народ к себе располагать и через это информацию доить. Вот и пригодилось.

– Денег у тебя нет, долг отдавать нечем? Ай, плохо. А давай я тебе подмогну… Просто так. А потом как-нибудь сквитаемся.

Про запас человечек не мешает. Тем более полезный. А там попросим его о чем-нибудь. О ерунде. Потому что сразу агента за глотку брать нельзя – испугается, замкнется, а то и вовсе с крючка сорвется. Надо вначале спрашивать что попроще, что и секретом-то не является: кто у кого курицу со двора умыкнул или деньги занял и не отдает… Чтобы на простые вопросы легкие ответы получить. Главное – получить! А уж потом, когда он влипнет коготком, можно давануть и что посерьезнее из него потянуть. И он – скажет. И еще сильнее вляпается. Потому что деваться ему уже будет некуда. Такая тактика – немудреная, но беспроигрышная. Зацепить за больное, потому что у всех что-то да болит, у каждого враги имеются или обидчики или те, кому они завидуют. Таких сдают легко. Тем более за деньги. Ну, а потом уже и приятелей.

– Так где, говоришь, Мирза прячется? У родственников в горах? Это правильно. Родственники, они всегда помогут, всегда прикроют… Только зачем ты про Мирзу сказал? А ну как он узнает, что его сдали, и от обиды зарежет тебя, как барана? Теперь поздно сожалеть. Теперь твою шкуру спасать надо. А я помогу…

Растет штат сексотов не по дням, а по часам. Наматывает Антон Иванович информацию на ус. А ус у него безразмерный – всех вмещает.

Сдал агент человечка, а тот другого, и через то тоже сексотом стал. А другой – следующего. А тот… Накрывает территорию сеточка агентуры, невидимая, но плотная и липкая, как паутина. Не пролезешь через такую. Перекрещивается информация, перекрывает друг друга, отчего нетрудно липу выявить, когда кто-то, чтобы лишние денежки сорвать, приврет. Он приврет, а другой нет. А если двое или трое про одно и то же расскажут, не зная друг друга, то тут и сомневаться не приходится. И вот уже всё про всех известно. Про то, что было. Что есть. И что будет.

Потому что, как говорят французы: что знают двое, то знает и свинья… Пардон, пусть будет – ишак! Чтобы никого не обидеть. А если знают не двое, то уже, считай, каждый встречный-поперечный. Так как количество быстро перерастает в качество. И только успевай поступающую информацию сортировать, сопоставлять и выводы делать. Так что без секретных агентов настоящей работы не бывает, вся информация от них. И тут денег жалеть не приходится. Лучше лишнего за ерунду заплатить, чем что-то ценное от жадности упустить.

А тем, кто посмышленее, – вдвойне. И еще премиальные. И разговоры задушевные. И помочь, если что надо. Чтобы в активные агенты продвинуть, когда не просто что-то где-то услышал и пересказал, а специально узнал! Поговорил, с кем нужно, вопросики наводящие задал… Или к человечку нужному притерся, познакомился, в доверие вошел да послушал, о чем вокруг него болтают…

Так Агенты с большой буквы создаются, которые внедряются, продвигаются, лучшими друзьями «объектов интереса» становятся, а то и сами до командных должностей в уголовных бандах или террористических группах вырастают, начиная там верховодить. На самом деле – сдавая их. Такие на вес золота. Такие годами создаются! Таким не только платить, с ними дружить надо! Опекать. Помогать. О семьях заботиться.

И если агентурная работа поставлена правильно, то секретов не остается. Особенно здесь, на Кавказе, где все друг друга знают и всё друг про друга знают! Потому что это как фильтр – кто через один слой сексотов просочится, на втором непременно осядет. А если мимо второго проскочит – на третьем задержится. Или на четвертом в осадок выпадет.

Вот он, голубчик!

Доволен Антон Иванович – никогда у него еще такой работы не было. Потому что не было денег таких и свободы ими распоряжаться. А деньги – это сила. И через них кого угодно можно завербовать. Про что угодно узнать.

И доложить: про составы банд, которые еще даже не действуют, а только сколачиваются; преступные группировки, которые лишь собираются и планируют; подпольные заводики и нехорошие производства работающие и строящиеся; финансовые схемы; трафики; каналы снабжения; контрабандные пути через границу…

Целый Регион, тысячи людей просеиваются через ситечко сексотов, оставляя крупицы информации, которую довольно лишь соединить воедино, чтобы взглянуть, увидеть, понять и сделать выводы…

Но это уже не его ума дело, а того странного работодателя, который не обманул, который ему на самом краешке такую жизнь организовал, что теперь помирать жалко!

* * *

Ну, вот теперь всё более-менее ясно. Потому что от науки. От «важняков». И от Антона Ивановича. Сошлась информация, соединилась, слилась в единое целое. Разобралась по персоналиям. Кто есть кто и с кем дружбу водит, в том числе не бескорыстную, кто противоправными деяниями на жизнь зарабатывает, а таких чуть не половина населения. Кто по-крупному играет, кто им помогает, кто террором промышляет, кто контрабандой, кто через Большого Брата деньги делает, с ним делясь, а кто в политику играет с дальним прицелом.

Хорошо поработали «бывшие». И аспиранты. И «важняки». Но более всего Антон Иванович. Разобрались сообща. Разложили Регион как на анатомическом столе. Вскрыли, препарировали, провели анализ.

Молодцы.

Но… На своем шестке молодцы, потому что невысок шесток. Где все более-менее ясно. То есть ясно, что в Регионе происходит и что будет происходить. Не ясно, что с этим дальше делать?

Тут уже нужны агенты иного уровня – Агенты Влияния, которые могут в целом корректировать ситуацию. Нужны рычаги для управления Регионом через людей, которые к себе близко не подпускают. А этих так просто не заполучить. Не купить их. По крайней мере дешево. У них своих денег девать некуда.

– Вам необходимо взять интервью у Хозяина.

– У кого?

– У Главы Региона.

– Зачем? Что он мне может сказать нового? Я из пресс-бюро… Есть гораздо более интересные темы! Например…

Ну что за непонятливый? Наверное, потому что из Европы, где не понимают субординации. Не въезжает, что знакомство с Хозяином открывает многие двери. Кто попал к султану, тот будет вхож к визирю. И ко всем прочим придворным, которые вкруг трона трутся.

– Это такой местный обычай. Правило хорошего тона.

– Ну ладно, возьму…

Как будто это так легко.

– Мы серьезное издание. Европейское. У нас известный в мире журналист…

Ну и что? Кого это… волнует. Европа далеко.

– Хозяин приболел. И никаких журналистов принимать не будет.

– Но интервью… И фото на обложке…

 

– Это дело долгое и непростое.

– Мы будем благодарны.

Да? Так бы сразу и сказали.

– Я подумаю, что можно для вас сделать.

Написал на листке цифры. С ноликами… Хм… А если так, если приписать цифирку.

– Я постараюсь решить этот вопрос как можно скорее.

Решит. Теперь решит, потому что по повышенному тарифу.

Интервью состоялось. Никакое. С перечнем заслуг, подвигов, угроз и обещаний. С фотографиями дома, в кругу семьи, в кабинете, в роддоме, в борцовском зале… Но сама фигура была колоритная и запоминающаяся. Особенно для западного читателя.

Интервью опубликовали. На полжурнала. И портрет на обложке.

– А вот теперь вы организуете прием. И презентацию номера с фото и интервью Хозяина.

– Опять, как это говорят русские, пыль в глаза сыпать? Зачем? Зачем эти траты? Мы пришлем журнал в пресс-бюро… А я лучше возьму интервью у заслуженного врача…

Ну ни хрена же не понимает! Потому что менталитет. За каким интервью брать, если его не презентовать. Если пыль в глаза не сыпать…

– Разрешите показать вам номер журнала, где наш уважаемый…

Развернуть, показать.

– Опубликованное интервью вызвало большой резонанс…

И, хочется надеяться, приток инвестиций в Регион. Так как уже многие западные бизнесмены выразили свой интерес к совместным программам. Например… Ну, там туризм, охота на медведей, экспорт списанной медтехники и прочего технического хлама… Это всё понятно. Но есть один пункт…

– Разрешите представить вам господина Шнайдера, известного бизнесмена, благотворителя и попечителя многих детских учреждений.

Вообще-то безработного швейцарца, сидящего на социале. Но когда-то, до посадки в тюрьму с конфискацией, процветающего бизнесмена. Отсюда порода, умение держаться, говорить и убеждать.

Поклоны. Оценивающие взгляды. Пиджачок, ботиночки, галстучек за пять тысяч баксов. Но в большей степени манеры – как он ходит, как смотрит, как раскланивается. Порода, черт возьми!

Ну что, не поверили? Нет? Остались сомнения? Ну, так и должно быть. А если вбросить дополнительную информацию?

– Собираясь сюда, господин Шнайдер прочитал про школу номер семьдесят пять, где обучаются дети-сироты. Он понимает, как трудно детям без родителей, и хочет помочь им, для чего перевел на счет школы пятьдесят тысяч евро.

А вот это уже серьезная заявка. Потому что пятьдесят кусков! За просто так…

Все посмотрели на господина Шнайдера с большим интересом. Совсем другими глазами.

– Давайте поблагодарим господина Шнайдера за этот благородный поступок.

Откуда-то появился директор школы, который бодро отрапортовал, что точно, деньги поступили, до цента, и долго тряс господину Шнайдеру руку и лез к нему целоваться. И сообщил, что господин Шнайдер согласился стать попечителем школы номер семьдесят пять и помогать ей, в том числе материально. Например, вывезти детей летом в свой лагерь на берегу Средиземного моря для отдыха и обучения французскому языку и встречи с известными людьми Европы – актерами и политиками, которые приезжают к нему помогать бедным детям. Ну что, убедились? Прониклись? Потому что если человек разбрасывается деньгами на каких-то паршивых школьников, значит, их у него до черта! Ну просто девать некуда!

– Теперь разрешите предоставить слово господину Шнайдеру.

Аплодисменты.

– Мы, я, хотеть предложить айн проект…

– Можете не напрягаться. У нас есть переводчик.

– Хорошо. Тогда сказать на родной французский.

И что же хочет предложить господин Шнайдер?

Господин Шнайдер считает, что процветание любой страны начинается с образования. Только образованные люди способны поднять экономику на должный, на европейский уровень. Для этого он образовал пансион, где дети со всего мира обучаются основам экономики и права, готовясь поступать в лучшие вузы Старого и Нового Света. Он готов принять группу детей из Региона, чтобы научить их всему тому, что позволит им стать полноправными европейцами и в дальнейшем наладить взаимовыгодные контакты между Европой и своей Родиной. Кроме того он может помочь: открыть счета в швейцарских банках, в том числе на имя детей; купить недвижимость для них же; подобрать и оформить на отпрысков бизнес, который будет приносить хорошие дивиденды. В перспективе предложить детишкам швейцарское или другое европейское гражданство и воссоединить семьи где-нибудь в районе Цюриха…

– Мы ни есть какая-нибудь деревянная фирма…

– Вы хотели сказать «липовая»?

– Да. Оui. Не есть липовая, как теперь много. Мы имеем солидные гарантии. Мы застраховать наш бизнес одной известной страховой компании. И если мы будем гореть, то страховка будет возмещать все ваши расходы.

А вот это интересно! Считай – дети за границей, «бабки» там же, под охраной отпрысков, домик комнат на двадцать, потому что семья большая, гражданство и еще какой-нибудь бизнес. Конечно, не такой прибыльный, как здесь, но всё равно приятно. И всё это застраховано! То есть рисков нет…

Ну что, клюнем на такую наживку, которая специально для випов?

– Господин Шнайдер готов ответить на все ваши вопросы. Хочу сообщить, что в прошлом номере нашего журнала есть большое интервью господина Шнайдера, где он подробно описывает свой пансион…

Для чего пришлось арендовать на месяц небольшой отель, сменить вывеску и нагнать туда «учеников» из числа безродных эмигрантов, переодев их в чистенькие костюмчики и всучив в руки ноутбуки. Репортаж и особенно фото получились очень убедительными.

Ну что?

Потянулись випы… Подходят, интересуются лениво. Посматривают на известного журналиста, который улыбается в ответ, ни хрена же не понимая, что здесь происходит и как его используют.

– Если кто-то интересоваться, то можно ехать и смотреть самому. Я теперь уезжаю в Америку открывать филиал…

Ну, то есть возвращается в приют жрать благотворительную похлебку и валяться на казенных простынях.

– Но мой персонал будет иметь радость встретить и показать… Здесь мой интерес может представлять вот этот господин. Он знает все вопросы…

Он знает гораздо больше господина Шнайдера, потому что знает, что от него ждут. И именно это и предложит, и распишет во всех возможных красках.

Ну, всё. Хватит. Перебарщивать не стоит.

– А теперь я ехать аэропорт, лететь Швейцария. Я сильно радостный знакомиться с вами. До свидания.

– Машину господину Шнайдеру.

И адью!

И теперь все эти ВИПы станут достижимы, потому что подробности захотят узнать тет-а-тет, и можно будет с ними познакомиться и предложить особые условия и совместный бизнес, и кредиты, и паспорта, и много чего другого. Под интерес каждого. И подогнать к отпрыскам «учителей», которые станут вхожи в дом и обаяют домочадцев, и что-то услышат, и что-то предложат. Например, совместные предприятия. Или кредиты. И подтянут новых людей, которые станут обсуждать и общаться. А заодно поставят «жучки» и камеры здесь и в офисах.

И станут те випы… сексотами. Нештатными, потому что будут работать втемную. Бесплатно. Но будут работать очень продуктивно, так как знают очень много того, что не знают агенты «на земле». Так что в команду агентов прибыло! Да еще как!

* * *

А дальше случилось то, что должно было. Если жить не по средствам…

* * *

– У нас зарплата. Корреспонденты требуют денег.

Ну да, задолжали. Большой штат у корпункта. Раздувание щек требует раздутого кошелька, который так похудел, что слипся.

– Хорошо. На днях…

– Здравствуйте, Антон Иванович.

– Ну здравствовать не удастся, но протянуть подольше постараюсь. Вашими молитвами.

– В чем нужда?

– В деньгах.

Потому что масштабы. Это тебе не РОВД с их ограниченным бюджетом. И даже не ФСБ. Здесь игра по-крупному идет, потому что нужен быстрый результат. Чтобы в каждый населенный пункт свои ушки засунуть. Вербовать и прикармливать сотни агентов – это тебе не пустячок.

– У меня целый новый «куст» открылся. Информация пошла. Мне платить надо, а нечем.

– Будут деньги, Антон Иванович. Будут.

– Когда?

– В самое ближайшее время.

– Типография просит деньги за последний тираж…

И эти туда же. Ну, никто его не любит. Ни там, ни здесь. Всем от него только деньги нужны.

* * *

Деньги, деньги… Всякое дело требует денег. Большое дело – больших денег, которые в кармане не наскребешь. Даже в чужом. Потому что если для себя любимого – пошел к любому банку и вынул у десятка ротозеев кошельки. С наличными. Как их учили на предмете «Карманные кражи».

Но это сколько кошельков надо вынуть, чтобы образовавшуюся финансовую брешь закрыть? Это же несколько лет с утра до вечера, в поте лица. Пока не попадешься.

Нет – не вариант.

И инкассаторские машины брать как-то не хочется, потому что они рубли перевозят. И если посчитать… Нет, тут надо искать какое-то другое решение. Более изящное. И доходное.

* * *

Конец рабочего дня. Банк. Не самый крупный, но и не маленький. С вполне приличным оборотом. С филиалами по всей стране и даже за рубежом.

Офисный планктон выплывает на улицу. Старшие менеджеры выезжают из подземного гаража на «мерседесах» и «аудюшках» последних моделей. Потому что дресс-код. Не могут менеджеры процветающего банка передвигаться на «жигулях».

Выезд. Поворот. Машины вливаются в городской поток. Едут. Стоят в пробках. Как все. И это уравнивает «мерседесы» и «калины». Что толку, если даже у тебя под капотом табун лошадей? Ехать-то всё равно приходится со скоростью пешехода.

И тут, вдруг, гаишник.

Ну, этому-то чего надо при таких скоростях? За что он штрафовать собирается, когда все плетутся еле-еле, упираясь друг дружке в бамперы?

Махнул. Еще раз… Настырный.

Пришлось свернуть.

Подошел. Показал:

– Стекло опустите. Что это вы пешеходов на «зебре» не пропускаете?

– Я?!

– Вы! Пешеходы идут, а вы едете, в смысле – стоите на полосках.

– А куда я денусь, когда сзади машины подпирают? И вон та впереди стоит! Я же как в тисках!

– Не пререкайтесь, гражданин. Стояние на пешеходном переходе – серьезное нарушение. А с теми водителями разговор особый. Откройте, пожалуйста, дверцу. Мне протокол составить надо.

Дурдом!

Плюхнулся на переднее сиденье, придерживая фуражку.

– Можно права?

Забрал. Сунул, не глядя, в нагрудный карман. Что за чертовщина!

– Вас как зовут?

– Алексей.

– Вы, кажется, в банке работаете?

– Да. А откуда вы…

– Я ваш вкладчик. У меня к вам, Алексей, дело. Как говорится – на миллион. Хотя миллиона мало будет.

– Вы что? Вы протокол… Или разговоры говорить? Если разговоры, то милости прошу в банк, с десяти до семнадцати, кроме выходных. А пока отдайте водительское. Ну, или составляйте чего вы там хотели.

– Я бы пришел, но тогда вы потеряете крупную сумму денег.

– Я потеряю?!

– Да, вы. Миллионов… Не знаю сколько. Это зависит исключительно от вас.

– Вы или сумасшедший, или…

– Я «или»! Я ваш партнер. Потенциальный.

– В чем?

– В одной финансовой операции. Где вы, ничем не рискуя, хорошо заработаете.

– Я сейчас полицию вызову!

– А она уже здесь. В моем лице. При свистке и оружии. Показать?

– Если вы хотите меня ограбить, то просчитались, я не держу наличные, все деньги на картах.

– Я не хочу ограбить вас. Я хочу ограбить ваш банк. И поделить образовавшуюся прибыль с вами.

– Вы сумасшедший? Сколько вы хотите? Пару сотен до получки? Гаишники стали так мало получать, что выходят на большую дорогу?

– Вы не поняли. Мне не нужна пара сотен. И даже двадцать. Вот в этом пакете – миллион. Пока рублей, которые вы можете оставить себе. В качестве гонорара за нашу с вами беседу.

Бросил пакет в ноги. В нем, точно, просматривались собранные в пачки и перехваченные резинками купюры.

– Это чтобы вы поняли, что меня мелочовка не интересует. Я не подаяние пришел просить. Мне нужны большие деньги.

– Вы всем по миллиону раздаете?

– Нет, не всем. В вашем банке только троим, включая вас. Но, если вы будете долго думать…

– Я не буду долго думать, я откажусь.

– Тогда я проверну это дело с одним из ваших коллег. А всех собак мы повесим на вас. Можете мне поверить, ваш сослуживец сможет это сделать, потому что знает банковскую кухню. А я помогу, чем могу. А я много, что могу. И вы лишитесь работы. Попадете в черный список. И потеряете… какое-то количество миллионов.

– Вы негодяй!

– И даже бо́льший, чем вам кажется. Не стоит жаловаться, я знаю, где вы живете, в какой садик ходит ваша дочь и в какую школу сын. Вот, можете посмотреть на их фотографии. Взгляните – дети на крыльце, в подъезде, вот идут домой. Очень милые детки. Кстати, очень неосторожно переходят дорогу. А тут такие лихачи, как вы. На «зебре».

 

– Шантаж?

– Нет, просьба о неразглашении.

– Хорошо, скажите, чего вы добиваетесь? Я вас выслушаю. Только выслушаю. Что вы хотите конкретно от меня?

– От вас требуется не много. Компромат на Управляющего, в кресло которого вы мечтаете пересесть. И пересядете, если дело выгорит. Подумайте. Это уже не только деньги, это серьезные перспективы для вас. Сами знаете какие. Должны знать… И должны сказать мне.

– И что вы станете делать с этой информацией? В газетах опубликуете? Или в органы капнете?

– Ну, зачем? К чему тревожить органы? Когда мы сами – органы. И уже здесь. Вот и палочка у меня имеется. Полосатая. И удостоверение полковника ФСБ.

– Что?!

– Ну, да. А свисток и палка – это не более чем маскарад. Или вы думаете, я просто так к вам подсел? Просто потрепаться? Нет. Ваш банк давно у нас в разработке. И надо бы его прихлопнуть, а вас всех посадить на нары. Лет на десять с конфискацией. Но не хочется… Не хочется подставлять вкладчиков. Они ведь ни при чем. Хочется договориться полюбовно… Для начала с вами… Или – не договориться. И тогда получить показания официальным порядком, в другом месте и при других обстоятельствах. Но уже как соучастника со всеми вытекающими последствиями. И вам это надо? Мне кажется кресло Управляющего мягче тюремных нар? Или вы сомневаетесь? Вы пока думайте, а я протокольчик заполню, потому как нарушаете, гражданин. Сильно нарушаете!

Пауза. Долгая. Мучительная. А машины-то все давно проехали! Только его стоит. И та, что впереди. И та, что позади. Бампер в бампер. А в машинах коротко стриженные люди в серых плащах с незапоминающимися, но очень похожими лицами.

Даже так?

– Хорошо, я дам вам требуемую информацию. Но неофициально, не под протокол.

– Вы правильно решили. Деньги – они на дороге не валяются, тем более миллионы. И кресло на дороге не стоит… А перед «зеброй» все же притормаживайте, гражданин. Потому как правила они одни для всех!

* * *

Утро. Начало рабочего дня. Банк. Не филиал – Центральный Офис. Первый посетитель. Хорошо одетый. Напористый.

– Мне к Управляющему.

Размечтался. Управляющий высоко сидит. Так высоко, что от входа не увидать.

– Давайте я направлю вас к менеджерам, которые смогут помочь…

– Вы не расслышали. Мне к Управляющему.

– Управляющий не сможет вас принять…

– Передайте ему вот этот конверт. Там написано, по какому я делу. Только поторопитесь, у меня мало свободного времени. И у него…

Что за чудак? Но какой-то очень уверенный в себе чудак.

Управляющий принял странного посетителя через пять минут после того, как вскрыл конверт.

– Здравствуйте.

– Кто вы такой? Откуда?

– Оттуда. Или вы сомневаетесь?

Сомневается. Видно, что сомневается. Хотя и прочитал послание, которое лет на пять тянет.

– А вы подойдите к окнам. Погодка-то какая хорошая – бабье лето. Солнышко вон выглянуло. Подойдите, подойдите.

Подошел. И точно – увидел машины, стоящие на той стороне. И еще микроавтобус. А в автобусе какие-то тени.

Посетитель поднес к лицу рацию.

– Миша, выгляни. А то клиент тут мнется, убедиться хочет. Ага, прямо сейчас.

Поплыли, опустились стекла. В салоне стали видны люди в шапочках до подбородков, с прорезями для глаз. В камуфляже и при оружии. Маски-шоу!

– Спасибо Миша. Вы там сильно не расслабляйтесь, потому как с минуты на минуту…

– Есть!

Стекла поднялись. А машины остались стоять, где стояли.

– Это незаконно…

– Ничуть! Можете полюбопытствовать. Вот ордер на обыск и изъятие любых, на наше усмотрение, документов и электронных носителей. Вот еще ордера… Видите адреса? Это на обыск еще одной вашей квартиры и загородного дома. И еще одного… Запрос в Интерпол по поводу вашей недвижимости и счетов за рубежом… И еще один ордерок – последний. На ваш арест.

Управляющий крутнул побагровевшей шеей, распустил галстук, кинул взгляд на телефон. Соображает.

– Только не рассчитывайте на помощь местных органов, которые у вас из рук ели. Они вам не помогут. По ним открыто отдельное производство. И если их дело и ваше соединить, то это будет сильно отягчающие ваше теперешнее положение обстоятельство. Коррупция. В особо крупных. И тут уж я вам вряд ли смогу помочь.

Молчит…

– Ну, так что, будем разговаривать? Или начнем мероприятия? Сами знаете какие. А то мои хлопцы засиделись.

– Нет… То есть да. Лучше поговорить.

– Давайте поговорим.

А дальше цифры. Проводки. Двойные счета и прочая бухгалтерская дребедень. С многими, многими нолями.

– Ну, что вы на это скажете? По нашим подсчетам, вы, используя преступные схемы, вывели миллиардов так…

– Не надо цифр. Сколько?

– Процентов сорок с того, что вы… экспроприировали.

– Но это же!..

– Вы правы – это деньги вкладчиков. Государства. Партнеров. А вы с ними так… неосторожно. И потом разве свобода не стоит таких денег? Любых денег… Вы когда-нибудь в лагерях были? Нет? Примерзко там – холодно, голодно, неуютно. Секретарш нет. А вот урки – есть. Много урок, которые очень любят гладких и ухоженных господ. Ну, вы понимаете. А если там еще ваши вкладчики попадутся… Я бы не рекомендовал. Куршевель, он получше будет. Не жадничайте. Тем более что мы забираем не всё.

– Хорошо. Будь по-вашему. Двадцать процентов.

– Тридцать пять. И по рукам.

– Тридцать.

– Вы что-то не поняли. Я представляю здесь серьезную организацию, которая не семечки на базаре продает. И торговаться с ней как-то…

– Но…

– Тридцать шесть… И за каждую минуту вашего сомнения сверху – процент. Время пошло. Ваше время. Минута… Тридцать семь…

– Хорошо. Я согласен. За глотку берете, защитники Отечества!

– За такую глотку – грех не взять. В тридцать седьмом или при Андропове вы бы так легко не отделались. Так что, считайте, вам сильно повезло…

Вот они и денежки. Большие. Наличные. Нигде не засвеченные. О которых никто не узнает, потому что им это надо… такую кормушку терять? А если учесть, что шоу не в одном месте прошло, а сразу в нескольких. То и сумму можно утроить. Вернее, удесятерить.

Неплохой итог за несколько дней работы. Тем более что на всю эту операцию понадобились пара машин, десяток ряженных в камуфляж, шапочки статистов с подходящими рожами и поддельные удостоверения с ордерами, которые никто никогда внимательно рассматривать не будет. Потому как понимают. Ждут. И боятся. И когда доходит до дела, впадают в ступор, как подростки-первоходки.

Откуда банки взялись? Так – с улицы. Много их в каждом городе. Просто на каждом углу – заходи в любой, не ошибешься, потому что везде одно и то же! Везде… Управляющие. И их замы, которые, если хорошенько расспросить, много чего интересного расскажут. И рассказывают. А если вдруг не расскажут, то можно извиниться и отбыть. В неизвестном им направлении.

Только никто еще не отказывался, всем было что рассказать. Такое уж время, что у всех рыльце в пушку. Так что ошибиться здесь практически невозможно. Куда ни ткни. Хотя, честно говоря, хотелось бы…

* * *

– Вот вам денежки, Антон Иванович. Как обещал. И корреспондентам. И за тираж… Всем.

– Вот спасибочки! Ну, теперь я вам еще два десятка перспективных агентов подгоню. И информацию… Свеженькую. Прямо с огня.

Интересно. Что такое?

– Наркотрафик у нас объявился. Тючки пошли через границу с большой дурью.

– Откуда информация?

– Всё оттуда же. Из нескольких независимых источников… Там кое-кому не доплатили за растаскивание по точкам, и он обиделся. А кто-то сам лично через границу с караваном шел, за что получил хорошие денежки и похвастался. А кто-то услышал и передал. Плюс слухи, которые на пустом месте не возникают. Опять же мелкие торговцы оживились, а цены на рынке просели. Что бывает только при вбросе больших партий товара. И еще один человечек есть, что в наркобизнесе крутится. Так вот, он сообщил, что оптовики большую партию взяли по очень выгодной цене. Так что информации можно верить. Все ошибаться не могут. Кроме того, в ближайшее время ожидается еще одна партия, которую в условленном месте заберут торговцы из России, при посредничестве местных. Тусовка там намечается. По интересам.

– Где и когда?

– Пока не знаю. Но теперь, когда средства появились, узнаю точно, потому что это по отдельному счету. За такие наводки люди дополнительные денежки требуют. Дня через два доложу.

Ай да Антон Иванович!..

* * *

Самолет. Не туда, куда надо. Совсем в другую сторону.

Аэропорт. Билет. По другому паспорту.

Полет – хоть куда. Наугад. С первым улетающим рейсом. Присмотреться к пассажирам. Запомнить лица.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28 
Рейтинг@Mail.ru