В пути

Алмаз Эрнисов
В пути

Пролог

С самого детства ему нравилось бегать. Наперегонки с другими мальчишками носиться по окрестным лесам и полям, бороться за звание быстрейшего, перепрыгивать лужи, огибать пни, осторожно спускаться по мокрой траве крутых склонов и вновь мчаться вперед, позабыв обо всем на свете. Одни великолепно плавали, другие выпивали бочку пива за час, третьи рассчитывали сложнейшие конструкции. Его стихией была скорость.

В любой другой день, но не сегодня. Сегодня мироздание взимало плату за прошлые победы, и он бежал для спасения жизни, а не ради самого процесса.

Преследователи скользили словно призраки, не отставая ни на шаг, не производя ни звука, он же проламывался сквозь колючие заросли с грацией разъяренного кабана, не замечающего препятствий. Спрятаться и переждать опасность не представлялось возможности, и расстояние медленно, но неумолимо сокращалось.

Двадцать метров… пятнадцать… десять…

Когда короткая грязная лапа уже практически впилась в окровавленное плечо, он резко пригнулся и ловко поднырнул под ближайшего врага, пропуская того вперед. Хороший охотник обязан предугадывать действия соперника, а он слыл лучшим в графстве. Едва невысокое, удивительно похожее на человека существо пролетело мимо, в руке беглеца блеснул стальной кинжал, и он, вложив в удар всю оставшуюся силу, резко вогнал оружие точно в висок оборачивающейся цели. Желтые глаза удивленно распахнулись до предела, и неприятель с глухим стоном рухнул в густую траву.

В ту же секунду примитивная стрела с каменным наконечником пробила собственное тело беглеца, разрывая легкие и уничтожая без того невеликие шансы продолжить смертельную игру. Видимо, преследователи тоже являлись неплохими охотниками.

Упав на бок, раненый завороженно наблюдал приближение закутанных в грязное тряпье фигур с короткими луками в руках.

Пять метров… три… два… один…

Лидер загонщиков хищно улыбнулся, опускаясь на корточки перед окровавленной дичью. Не выпирай из его пасти массивные клыки, нападавший мог даже сойти за человека. Пережившего многие беды, лишенного денег и крыши над головой, питающегося тролль знает какой дрянью, но все-таки человека.

Оценив нанесенное неприятелю увечье, урод довольно зарычал, и раненый ощутил гнус горячего дыхания и резкий запах пота. Определенно, погоня далась вудвосам крайне нелегко. Или твари давно не мылись. Обреченному хотелось верить в первое.

– Ты. – Произнесло существо на ломаном велийском. – Ты слышит. Не надо слышит. Я умирает плохой ты.

– Стой. – Прохрипел беглец, пытаясь холодными негнущимися пальцами вырвать липкое древко стрелы. – Я обещаю ничего никому не гово…

Тяжелый камень рухнул вниз, не давая закончить фразу. За первым ударом последовал второй, за ним еще несколько. Монстр не собирался оставлять жертве хотя бы призрачную возможность выкарабкаться, и серая глыба легко ломала череп, превращая симпатичного юношу в безобразную тушу, способную напугать работников скотобойни или кладбищенских воров.

Убедившись, что все кончено, трое молча отправились назад, не хороня ни врага, ни погибшего в схватке с ним товарища. Работа была выполнена, а о трупах могли позаботиться прожорливые вороны, уже кружащиеся в затянутом серыми облаками небе.

Линнет 1

Кошмары мучали Лину третью неделю подряд. Тяжелые, сковывающие волю и затуманивающие разум, они капля за каплей высасывали жизненные силы, выжигая душу изнутри, и с каждой ночью становилось только хуже. Лежа на мокрой от пота простыне, девушка пыталась вырваться из полного ужаса мира грез. Если прошлые сны хотя бы отличались разнообразием, то этот повторялся уже десятый раз. А может двадцатый, или сотый – Линнет давно перестала считать. Стоя в ночной рубашке на небольшом каменном острове со скудной растительностью посреди бушующего океана, она пыталась спастись от извергающегося с небес ливня, но едва укрытие находилось, тьму разрезала ветвящаяся молния, освещая выползающих из темных вод утопленников. Попытки убежать, драться или прятаться всегда заканчивались одинаково – мертвецы настигали пленницу кошмара. Еле переставляя распухшие ноги, они догоняли скованную смертельным страхом девушку, холодные склизкие руки впивались в тело, не давая шевелиться, зубы вырывали куски плоти, а небо становилось все темнее и темнее.

И все повторялось с начала.

В очередной раз стоя на небольшом уступе, Лина в прилипшей к телу ночнушке, размахивала вокруг себя веткой, стараясь хоть недолго задержать собравшуюся толпу неупокоенных. В спасение она не верила, да и можно ли было спастись, когда восставшие прибывали с каждой секундой, а их кольцо смыкалось все плотнее? Небольшая передышка, чтобы просто не сойти с ума от очередной смерти – лучшее, на что могла рассчитывать несчастная.

Внезапно мир содрогнулся, и чья-то теплая рука выдернула ее в реальность.

– Леди Линнет, проснитесь. – Раздался тихий, но властный женский голос.

Марта всегда говорила тоном заморской царицы. Впрочем, свою работу она исполняла вовремя и без нареканий, человеком была неплохим, потому девушка не обижалась на подобное отношение. Порой у нее даже закрадывалось подозрение, что горничная воспринимает хозяйку скорее родной дочерью, которую можно и пожурить, если та ведет себя неподобающим образом. А статус – это так, мелочь, не достойная серьезного внимания.

– Простынь отпустите-то, чего вцепились в нее? – Продолжала отчитку Марта. Бесцеремонно сдернув одеяло, она принялась энергично освобождать его из плена намокшей от пота наволочки.

С удивлением девушка опустила взгляд на собственные руки. Сжатые кулаки онемели, чувствительность пропала, и окажись в них нечто хрупкое – наверняка бы превратилось в бесполезный мусор.

С трудом расслабив пальцы, она медленно встала с кровати и подошла к висящему рядом с туалетным столиком небольшому зеркалу в резной деревянной раме. Мешки под глазами стали еще чуть-чуть темнее…

Грустно вздохнув, Лина опустилась на табуретку. Кошмары не проходили бесследно для внешности, а никчемные доктора за две с лишним недели так и не нашли исцеления от заразы. А как было бы здорово за оставшиеся две недели весны услышать признание от прекрасного графа или даже герцога. Да только кто влюбится в такое зачуханное создание? Разве что слепой.

– Мужика вам надо хорошего, леди. – Словно специально опошляя мечты о большом и чистом чувстве произнесла Марта. Зайдя за спину хозяйке, она вытащила из ящика будуара изящный костяной гребень.

– Моя бабка еще говорила, леди, “живот на живот, и все пройдет”. – Невозмутимо продолжила служанка, очень аккуратно (особенно для своей комплекции) расчесывая волосы. – Оно же от всех болезней лекарство.

– Боюсь, батюшка бы не одобрил такого поведения. – Вяло улыбаясь, ответила Лина, медленно отходя от кошмаров.

– Да уж, у этих дворян никакого понимания, что любой здоровой девке мужик нужен… Ой! – Шлепнув ладонью по губам, Марта испуганно уставилась на госпожу. – Я это… Не подумав, глупости всякие балаболю…

– Все хорошо. – Успокоила девушка, с нескрываемой улыбкой взирая на забавную реакцию. – Не думаю, что ему надо знать личные разговоры двух леди.

Вместо ответа, сжав Лину в поистине медвежьих объятиях, горничная невнятно зашмыгала носом и наверняка бы сломала госпоже ребра, обрекая ту на ужасную смерть, но в дверь постучали.

– Сестренка, можно войти? – Раздался с той стороны веселый баритон.

– Минуту.

Спешно и не без помощи горничной одевшись, Лина еще раз быстро посмотрела в зеркало и пришла к неутешительному выводу: быстро замазать следы невеселой ночки не получится. Тяжело вздохнув, она велела впустить гостей, и Марта, достав из-под кровати ночной горшок, с важным видом покинула спальню, продефилировав мимо наследника.

Невольно улыбнувшись, Лина в очередной раз поразилась поведению женщины. Уступила бы та нынешнему хозяину замка или цыкнула не загораживать дорогу? Скорее второе. А попытайся батюшка возразить – еще бы и отчитала как нашкодившего сорванца.

– Ты выглядишь повеселее. Кошмары прошли? – Поинтересовался Ариан, по-своему истолковав улыбку девушки. Судя по выказываемой заботе, он придавал сновидениям куда большее значение, чем того заслуживала ситуация. Не настоящее положение дел, конечно же, а ту преуменьшенную проблему, рассказанное семье.

– Если бы. – Пожаловалась Линнет, вставая и целуя брата в щеку.

– Ну, круги под глазами тебе даже идут. – Увернулся от нарочито мимо брошенной подушки.

– Тебе сейчас такой же поставлю, проверим. – Окрысилась Лина. – Челяди будет очень удобно различать нас по синякам на лице. У меня два из-за недосыпа, а у тебя один, зато из-за отсутствия мозгов. Причем полного.

– Ну не злись. – Подойдя к девушке, наследник развернул ее лицом к зеркалу и, бережно гладя по черным волосам, продолжил:

– Ты даже так самая красивая девушка в замке. Ну посмотри на себя.

– Лопоухая, губы тонкие, как у мальчишки, и фигура не намного отличается. – Тяжело вздохнула Линнет. Как любой уважающей себя леди ей нравились комплименты, но правда упрямо бросалась в глаза. – Раньше хотя бы зелеными глазами могла похвастаться, а теперь под ними мешки как у алкоголика.

– Ты снова наговариваешь понапрасну. – Возразил брат. – Вот увидишь, очень скоро отец найдет тебе прекрасную пару, и вы сыграете чудесную свадьбу. Такую, что королева начнет завидовать у себя в столице!

– Еще неделя кошмаров и кроме старого Колдвэла на меня никто не позарится. – Картинно заявила девушка. Болезнь не превратила ее в уродину, но недуг являлся великолепным поводом насладиться любезностями, а потому дочь графа с удовольствием принялась обрисовывать печальное будущее, откровенно выпрашивая похвальбу. А что могло быть ужаснее партии с бароном Уаго Колдвэллом, которому в начале осени исполнялось целых семьдесят лет? Разве что брак с простолюдином.

 

– Кстати о кошмарах, – противный Ариан увел разговор в противоположную сторону, – я слышал, ночью в замок вернулся Дион. Он точно сумеет решить твою проблему!

– Как же. – Усмехнулась Лина, вспоминая вечно озадаченного неразрешимыми филосовскими проблемами мага. – Он-то точно поможет. Я его уговаривала сделать меня доброй волшебницей с пяти лет, и каждый раз натыкалась на один и тот же ответ.

– Не должно юной госпоже изучать колдовство без крайней необходимости. – Басом передразнил колдуна парень, закончив предложение за сестру и тут же загоготал, зная как ту бесят подобная манера общения. Еще одна подушка отправилась в полет (на этот раз удачно), а спустя мгновение близнецы весело засмеялись. Брат всегда умел прогнать даже самые черные мысли, наполнив душу счастьем и уверенностью в светлом будущем.

– Когда-нибудь из тебя получится замечательный граф. – Улыбнулась девушка, представляя юношу в отцовском венце.

– Не хочу до конца дней торчать в этой дыре. – Отмахнулся Ариан. – Оставлю замок на Каса и рвану через море в старую империю. Может в саму Оттонору.

– И оставишь меня? – Картинно обиделась Линнет, закрыв рот руками и сделав два шага назад.

– Поедем вместе! – Нагло заявил брат, даже не спрашивая, а сразу утверждая. – Только представь, мы с тобой и древний континент. Славные рыцари, уже тысячу лет сходящиеся на полях сражений. Древние личи, плетущие козни среди южных пустынь. Свободные, точно ветер, племена кочевников, несущиеся по бескрайним степям востока.

– Мне там не понравится. Пустыни и ветра, знаешь ли, сушат кожу.

– Тогда поплывем на север, – не сдался энергично жестикулирующий Ариан, – где суровые мореходы готовят очередной набег на Понвирд.

– Вот уж точно без меня. – Надулась Лина. – Я даже папиных наемников норнов стараюсь обходить шагов за пятьдесят. Того и гляди, у одного из них сорвет крышу, и по двору будет носиться обезумевший великан с секирой в руках и неутолимым желанием залить двор реками крови в сердце.

– Зря ты так. – Возразил парень. – Северяне, конечно, диковатые, но… – Задумавшись, он остановился на несколько секунд. – Но вообще, ты права. Меня они тоже пугают порой.

– Вот-вот. Хорошо, что их всего полсотни. Хотя я бы и нынешних разогнала. Целее будем.

– Совсем без них никак. – Вновь возразил Ариан, подходя к окну. Немного покопавшись с задвижкой, он раздвинул створки и впустил в комнату свежий майский воздух. Легкий ветерок принес целый букет пьянящих запахов, и, сделав несколько глубоких вздохов, юноша продолжил. – У нас же глушь, край обжитых земель. Что за деревьями – одним лесовикам известно.

– Отправить побольше нормальных солдат. – Пробормотала Линнет, вставая рядом с братом. Открывающийся вид совсем не внушал угроз, скорее желание прогуляться под сенью древних дубов, слушая пение птиц и кормя с ладони шустрых белочек.

– Я конечно не полководец, но думаю, вудвосы перебьют их за несколько часов. – Отклонил предложение старший сын графа. – Будут нападать на отбившихся одиночек, решивших справить малую нужду. Когда отряд станет меньше, люди начнут паниковать, метаться, обвинять друг друга. А потом лесные жители навалятся на них всем скопом.

– А норны не начнут паниковать? – Удивилась Линнет.

Широко улыбнувшись, юноша потрепал сестру за волосы. Готовься она к какому-нибудь приему и имей на голове многочасовой труд парикмахера, братец бы получил хороший подзатыльник и не один, но сейчас любопытство взяло верх над негодованием, и Лина промолчала, жадно ожидая ответа. Разговор с близнецом привычно приносил умиротворение, а бесполезность информации… Да мало ли вокруг нудных и бессмысленных фактов? Одни книги по экономике чего стоили!

– Во-первых, ты несколько переоцениваешь норнов. Никто из них не стал бы отходить в кусты, чтобы облегчиться. Культура не затронула некоторые народы.

Прыснув в кулак, девушка представила образину, спускающего портки посреди тропинки. Подобное поведение вполне вписывалось в ее представление о дикарях, и удивляться было абсолютно нечему.

– Во-вторых, – продолжил Ариан, – ты себе вообще можешь представить паникующего северянина? Для них смерть товарища – явление бытовое. Раз помер в бою, значит слабак, надо было самому врага зарубить… А еще они не гремят, как кузнец на рабочем месте. – Добавил он, немного подумав.

– Ладно, ладно. Без них никуда, пропадем точно хлеб со стола обжоры. – Сдалась Лина, приняв необходимость мириться с присутствием наемников в родных стенах.

– Прогуляемся по замку? – Вдруг спросил парень, явно довольный успешной проповедью и, взяв сестру под руку, направился к выходу, но не успел сделать и пары шагов, как дверь без стука отворилась.

Весело помахивая рукой, в проеме показался Марвин Валадер – отец близнецов, а по совместительству владыка Цаплиного Холма, хотя, далеко не каждый назвал бы вторженца гордым словом “владыка”. Откровенно разжиревший и частично облысевший за последние несколько лет, в заляпанной вином и маслом одежде, с вечной пьяной улыбкой на лице, он походил скорее на ленивого сельского старосту, чем на человека, удерживающего важнейший аванпост на рубеже обжитых земель. По мнению Лины, он был чем-то вроде символа, в то время, как большую часть работы выполняли дядя Морган и капитан стражи сир Ирвин.

– Замечательное утречко, не находите? – Произнес граф, опускаясь на аккуратно застеленную кровать и безжалостно комкая покрывало.

– Да входи, Дион! Чего старые кости в коридоре томишь? – Крикнул он, и в спальню вошел придворный маг, до того терпеливо ожидавший в коридоре. Вот он выглядел точно так, как должен выглядеть представитель мистической профессии – длинные кудрявые волосы и борода, чудные халат и шапка с множеством таинственных узоров, узловатый посох в руке. Разве что так же слегка полноват и излишне весел, но это следовало списать на вредное влияние папаши, а не личную расхлябанность.

– Леди Линнет, милорд Ариан. – Приподняв забавную шляпу, седой волшебник, не теряя времени даром, подошел к девушке и задумчиво уставился на нее.

Несколько минут прошло в напряженном молчании. Дважды колдун обходил Лину вокруг, очень внимательно изучая то макушку, то виски, то всматриваясь вглубь ушей, а под конец остановился прямо напротив, вглядываясь в глаза, словно гипнотизируя. Какое-то время подопытная пыталась отвечать тем же, но очень быстро не выдержала и отвела взор. В зрачках старика было нечто. Нечто необычное и даже пугающее.

– Ну! Не томи! – Не выдержал батюшка, нервно ерзавший на кровати, будто именно его изучали как кобылу на продажу.

– Конечно милорд, конечно. – Затараторил маг. – Еще минуточку, с вашего позволения.

Сделав шаг назад, он поднял правую руку и медленно провел указательным пальцем в воздухе, оставляя темный след, напоминающий не то сгущенный дым от костра, не то неспешно растекающиеся по бумаге чернила, в сердце которых прятались отголоски всех красок мира. Завороженная Лина следила за мистическими письменами, появляющимися по велению колдуна, пока те не начали сами собой закручиваться спиралями, устремляясь к девушке, а, едва достигнув цели, рассыпаясь тысячью алых искр, гаснущих за сотые доли мгновения.

– Ну что с ней? – Вновь сорвался отец, игнорируя сказочное представление. – Скажи что-нибудь, будь человеком!

– Боюсь, ответ не понравится вашей светлости, – вздохнул Дион, почесывая за ухом, – но наверняка обрадует девочку.

Взяв театральную паузу, он обвел взглядом присутствующих и вынес безапелляционный вердикт:

– Юная леди имеет природное сродство с тайными практиками. Она – ведьма, милорд, и ей необходимо немедленно приступить к надлежащему обучению.

***

Съежившись под напряженными взглядами, Лина сидела в небольшом уютном кресле. Поджав под себя ноги, она жадно вслушивалась в каждый звук, оброненный собравшимися, словно то были не ее старые знакомые, а сильные мира сего, способные изменить судьбу юной девы как им заблагорассудится. По большому счету, так оно и было, и обитатели Цаплиного Холма сейчас превратились в суровых и не всегда справедливых судей.

– Вы уверены в анализе, посвященный? – Холодным тоном поинтересовался дядя Морган. В отличии от храпящего на диване отца, он следил за собой и не позволял возрасту взять верх, оставаясь относительно подтянутым. Маленький подвиг человека, ведущего сидячий образ жизни. Маленький, будничный и, откровенно говоря, абсолютно не нужный дворянину-управляющему значимого пограничного замка…

– Вне всяких сомнений, милорд. – С достоинством ответил Дион, почесывая русую бороду. От его баса спящий нервно перевернулся на другой бок, и присутствующие непроизвольно повернулись к графу.

– Единственная дочь… – Пробормотал тот, не открывая глаз.

– Лорд с каждым годом все хуже… – Грустно произнес сир Ирвин. По обыкновению в кольчуге и при двуручном мече, он единственный предпочел стоять, прислонившись спиной к двери, отсекая случайным посетителя всякую возможность помешать важному разговору. Лине безумно хотелось съязвить и намекнуть, что, встань воин снаружи, ни один любопытствующий не смог бы еще и подслушать, но нежелание оскорблять не отличающегося остроумием рыцаря взяло верх. Возможно, причиной тому являлись длинные светлые локоны и аккуратная бородка в эгерийском стиле, выгодно отличающая его от прочих мужчин, в лучшем случае гладко выбритых, в худшем – заросших точно дровосеки, возможно пронзительные сине-зеленые глаза, возможно волевой подбородок, но скорее – некая аура надежности, окружавшая солдата.

– Смерть мамы и брата сильно подкосила его. – Тряхнула головой девушка, мысленно возвращаясь к беседе и вступаясь за отца.

– Милая, мы не обвиняем вашего батюшку, – мягко ответил волшебник, – но ему стоит взять себя в руки. Последние пять лет его светлость излишне налегает на вино, пренебрегая прямыми обязанностями…

– Ближе к теме. – Грубо прервал колдуна дядя Морган. – На повестке дня вопрос магии, а не праведной жизни. Дион, ты уверен, что она – ведьма?

– Абсолютно. – Кивнул старый маг. – Как я мог ошибиться в подобном?

– Никто из присутствующих не сомневается в вашем профессионализме, посвященный. – Вздохнул Морган, закрыв глаза и откинувшись на спинку кресла. Сцепив кончики пальцев, он замер, став похожим на старательно раскрашенную статую. Порой Лине даже казалось, что, погружаясь в думы слишком глубоко, дядя однажды навсегда остановит дыхание или сердце, но тот раз за разом упрямо оживал, то ли считая собственный долг в этом мире невыполненным, то ли решив помучить окружающих своей дотошностью еще несколько лет.

– Погода чудесная наступила… – Нервно произнесла девушка, но никто не рискнул поддержать милую светскую беседу. Даже граф отвлекал ушедшего в себя брата исключительно в двух случаях: реальной необходимости и чрезмерного опьянения.

– Возможно ли изъять опасную сущность? – Наконец прервал молчание управляющий. Сверкнув карими глазами, он подобно коршуну уставился на волшебника.

– А меня никто не спросит? – Возмутилась Линнет, но накатывающая волна гнева разбилась вдребезги о безжалостный взгляд родственника. Обзаведись рабочие каменоломен подобными зыркалками, и гранит упадет в цене настолько, что самый бедный крестьянин выложит каменную дорожку от дома до собачьей будки.

– Теоретически возможно… – С явной неохотой признал маг, сильно хмурясь. – Да… Теоретически… Определенно… Но сопряжено с большим риском для жизни.

– Насколько большим?

– В среднем выживает один из пяти. – Развел руками придворный, однозначно давая понять глупость подобной затеи.

– Не годится. – Решительно заявил Морган. Впрочем, уже следующий фразой он с легкостью обрушил мечты племянницы с небес на землю:

– Линнет нужна для заключения союзов. Ни один аристократ не женится на трупе.

– Я вообще-то здесь. – Вновь сделав попытку самостоятельно определять будущее, девушка сурово посмотрела на дядю, но тот цинично проигнорировал вызов.

– Способы заблокировать магию?

– Существуют. – Отозвался Дион. – Болезненны и не смертельны. Но временами эффект ослабевает, порой совсем сходит на нет, а при ряде обстоятельств приводят к массовым катастрофам.

– Еще лучше. – Усмехнулся управляющий, закрыв лицо рукой. – Выдадим ее за какого-нибудь уважаемого землевладельца, а через неделю его благоверная подожжет взглядом гобелен с фамильным древом. Войны объявляли за куда меньшие проступки.

– Может хватит говорить обо мне так, будто меня тут нет? – Заорала Лина вскакивая. Как и любая леди, воспитанная в высшем обществе, она была морально готова выйти замуж не по любви, а ради положения и связей, но сейчас обнаженная правда резала больнее самого острого ножа. – Кобыл так продавайте сельскому старосте, а я – человек!

Разродившись каркающим смехом, дядя Морган наконец повернулся в ее сторону.

 

– Ну что же, дорогая не кобыла, мы с радостью рассмотрим твои предложения. – Заявил он, ожидая услышать какую-нибудь глупость.

– Ну… – Собираясь с мужеством, девушка невольно замялась. – А можно стать ученицей господина Диона? Два мага же лучше, чем один.

Растерянно улыбаясь, Лина полным надежд взглядом уставилась на придворного колдуна, но тот тяжело вздохнул и, потупившись, виновато развел руками:

– Увы. Что бы изучать столь тонкие искусства не годится первый попавшийся волшебник. Нужно некое сродство.

– Великолепно. И в какую цену нам обойдется вызов не первого попавшегося? – Тут же свел разговор к деньгам дядя Морган. В который раз за вечер Лине захотелось прибить этого дельца, но кровные узы надежно защищали последнего от любых покушения с ее стороны. Кровные узы, а заодно закон, положение и банальная неспособность справиться со взрослым мужчиной.

– Ни в какую, милорд. – Вновь разочаровал окружающих посвященный. – Если вы будете терпеливы, то я расскажу, как обучают волшбе… И как будут изучать всегда, я полагаю. – Добавил он с легкой грустью в голосе. Дождавшись кивка, старый маг продолжил:

– Видите ли, природа колдовства изучена далеко не полностью. В человеческом теле три сотни особых точек… Двести девяносто семь доподлинно известных, если быть более точным. Впрочем, не думаю, что вам нужны такие подробности. – Поправился волшебник, решив оставить долгие и ненужные объяснения на следующий раз. – Не все точки работают на вход, чуть менее половины выбрасывают излишки вовне.

– Ближе к сути.

– Конечно, милорд, конечно. Я уже перехожу к ней. – Закивал волшебник, отчего остроконечная шляпа чуть не слетела с его головы. – В зависимости от того, какие точки работают на вход, а какие на выход, каналы силы у разных людей отличаются очень серьезно. И что бы обучать кого-то волшбе, учитель и ученик должны быть похожи. В идеале абсолютно идентичными.

– И где искать подходящего наставника? – Грустно поинтересовалась Лина. – И что будет, если я его не найду? Самой пытаться что-то сделать?

– Самообучение недопустимо. – Необычно резко ответил колдун. – Абсолютно недопустимо! Ни при каких обстоятельствах! Люди, изучающие тонкие искусства бесконтрольно, редко проживают более года, не потеряв какую-нибудь конечность! Я решительно против подобных экспериментов!

Раскрасневшись, он несколько раз глубоко вздохнул и продолжил гораздо спокойнее:

– Простите за несдержанность, но я правда уверен в неуместности подобных способов в наше просвещенное время. Что же касается наставника, то логичнее всего искать такового на Скрытых Островах.

– Исключено.

Не принимавший до этого активного участия в беседе сир Ирвин резко прервал старика:

– Мы не сумеем организовать должную охрану леди на неподконтрольных территориях.

– И не надо! – Возмутилась Лина, не ожидавшая подобной подлянки от рыцаря. – Я с детства колдовать хотела, ничего страшного в Скрытых Островах не вижу.

– Простите, леди, но до замужества вы не должны покидать стены замка без должного сопровождения. – Уверенность капитана стражи казалась подобной камню. – Что вы можете знать о внешнем мире? Особенно о мире магов, полном коварства и подлости?

Схватившись за голову, Дион громко охнул, но не успел ничего сказать. Повинуясь воле лорда Моргана, поднявшегося на ноги и жестом потребовавшего тишину, все присутствующие замолкли.

– Граф воспротивится, но причины держать Линнет взаперти незначительны. – Вынес решение управляющий. – Риск меньше опасности нахождения под одной крышей с необученной ведьмой.

Вскочив, Лина бросилась на шею к любимому дядюшке, обняла его и, тут же отпустив, стала прыгать вокруг, точно пятилетний ребенок.

– Поблагодаришь, когда вернешься обратно умудренной опытом и живой-здоровой. – Улыбнулся мужчина уголками губ. – Быть может, я отправляю тебя на верную смерть.

– Сколько ополченцев выделить для охраны леди?

В голосе сира Ирвина почти не чувствовалось разочарования. Скорее легкая озадаченность, не более того… Не маячь впереди мечта, Линнет бы наверняка обиделась на подобный подход, но волшебство… Волшебство прощало все грехи!

– Нисколько. Отправим норнов.

Запутавшись в ногах, девушка чуть не рухнула на пол, едва успев ухватить занавеску. Ткань затрещала, но выдержала, а вот зарождавшийся в душе праздник рассыпался миллиардом обрывков, вмиг обернувшись кошмаром. Путешествие наедине с дикарями? В одиночку? С этими тварями?

Возможно, отказ от магии был не худшей идеей?

***

– Да где же он шляется? – В который раз пробормотала Линнет, раздраженно вышагивая вдоль крепостной стены. Отбытие к ждущему у пристани кораблю с драконоголовым носом было запланировано ровно в полдень, но обычно пунктуальный Ариан опаздывал, а исчезнуть, не попрощавшись с самым близким человеком, она не могла.

– Глупый брат… – Раздраженно бросила девушка, обходя невозмутимо валяющегося на грязной земле норна. Не озаботившись какой-то подстилкой кроме молодой зеленой травы, дикарь флегматично ковырял пальцем в носу, а по его засаленной кожаной куртке энергично бегали выползшие из зимней спячки рыжие муравьи, выискивая следы недавнего завтрака. Судя по крошкам в лапах у некоторых – весьма успешно. А ведь ближайшие дни пройдут в компании десятка чудовищ! Небритых, немытых и пахнущих как стадо извалявшихся в помоях свиней! Хорошо еще дядя Морган догадался заранее арендовать отдельные комнаты в прибрежных трактирах. Ночевка на корме раскачивающейся взад-вперед лодки под боком у дюжины мужланов определенно стала бы веским поводом броситься за борт, переплыть Велью и топать сквозь непролазные лесные чащи навстречу волкам и медведям. Те наверняка оценят подарок судьбы, но она-то мечтает об ином!

– Ярл, ночь не ждет. – Заявил ближайший северянин, лениво почесывая пузо. – Мы нет рискую иду лодка в тьма. Стою пустой берег, сон где удача. Девочка грусть.

– Линочка, может быть действительно не стоит медлить? – Робко спросил отец. С уставшими до красноты глазами граф Марвин держался на ногах исключительно с помощью сира Ирвина и выглядел настолько несчастным, словно прощался с дочкой навсегда.

Проигнорировав вопрос, Лина скрестила руки на груди, и тут в дальнем конце двора показался спешащий Ариан. Подбежав, он наклонился и, уперевшись руки в колени, некоторое время тяжело дышал, не произнося ни слова.

– Прости… – Пробормотал наконец брат, принимая вертикальное положение. – Никак не мог найти…

Запустив руку в карман, он достал небольшой плоский камень с множеством царапин, изображавших коряво нарисованное солнышко и двух держащихся за руки людей. Или набор веток для растопки костра, шедевр можно было толковать по-разному.

– Не знаю, помнишь ты, или не помнишь, но когда вместе с папой ездила к Ригерам, – произнес парень, все еще тяжело дыша, – очень боялась путешествия. Тебе лет восемь было… Ну и мне тоже, соответственно. Так вот, я хотел, чтобы ты не переживала, очень долго бродил по пляжу, искал подходящий кусок известняка, а потом часов восемь ковырял его шилом… Даже руку проколол очень больно… – Глупо улыбнулся наследник. – У меня они не из того места, ты же знаешь… В общем, отдал его в тот раз тебе, чтобы ты мне его вернула по возвращению. Сейчас тоже отдаю и с той же целью. Вот.

Не дожидаясь конца пламенной речи, Лина прижалась к близнецу, с трудом сдерживая слезы и тихо прошептала:

– Спасибо.

Наверно, стоило сказать больше, но правильные мысли исчезали, так и не сформировавшись в слова. К счастью, Ариан понимал все и так. Привычно потрепав сестре волосы, он нежно поцеловал девушку в лоб и отошел назад, освобождая место отцу, тут же сгребшему единственную дочь в объятия. Совершенно не таясь, лорд зарыдал:

– Милая моя… Ты уверена, что хочешь отправиться одна? – Вытерев заплывшее лицо помятым рукавом, он совсем не по-графски зашмыгал носом. – Может отправить с тобой на острова несколько рыцарей? Или Диона? Или хочешь, я сам поеду? Только скажи!

– Все будет хорошо. – Заверила Линнет, сжимая трясущуюся руку родителя. – А пошлина за телохранителей нам все равно не по карману.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18 
Рейтинг@Mail.ru