Мой самый любимый человек

Александр Владимирович Хвостов
Мой самый любимый человек

– Не всегда прав тот, кто сильнее и иногда лучше уступить более слабому. – ответил деду я.

– Молодец! – сказал дед. – А теперь иди и помирись с мамой! Да-да, сумел сломать, сумей и починить.

Я пошёл к маме мириться. Вечером мы уже сидели за праздничным столом, смеялись, провожали старый год… И ни у меня, ни у мамы от былой обиды не осталось и следа.

Бабушка была помягче, понежнее деда. Она всегда старалась сгладить конфликтную ситуацию своей тёплой, добродушной улыбкой или же просто, тихонько поговорив с каждой из сторон конфликта, могла объяснить, где и в чём они не правы. В последствии я ясно увидел, кто на кого больше похож: скажем, Вера очень похожа на бабулю – такая же мягкая, ласковая; зато отец и тётя Лариса во всём были похожи на деда – оба сдержанно-строгие, но справедливые люди. И оба так же, как дед, стали врачами. А Вера стала психологом в школе.

Однако самое яркое моё воспоминанье о деде и бабушке – это когда мы собирались в гостиной и там или дед какую-нибудь небылицу расскажет, да так, что мы все после катались по полу от хохота, или бабушка садилась за фортепьяно и пела романсы. И, слушая их, я уносился куда-то из этого мира, забыв про всё, а то и вовсе воображал кем-то из героев тех романсов. Вот такой была семья у моего отца и его сестёр. И я бы хотел, чтобы это продолжало жить и в их семьях, и в семьях их детей.

Отчасти возвращаясь к началу своего рассказа о семье, я бы хотел немного подробнее рассказать о тёте Ларисе. Можно сказать, что я сейчас открою моим читателям маленькую семейную тайну. Дело в том, что я относительно давно увидел, что тётя Лариса не походила ни на деда, ни на бабулю. Она была высокая, стройная блондинка с серыми глазами, тонкими, светлым бровями и каким-то, я бы сказал, яйцевидным лицом. В то время, как дед, прежде, чем поседеть, был темноволосым, кареглазым, да и лицо у него было круглым; а бабуля вообще была рыжая, у неё были зелёные глаза и овальное лицо. Да и ростом и дед, и бабуля были не высоки. «Как же это с тётей Ларисой так получилось»? – думал я. Ответ на свой вопрос я нашёл в одном из фотоальбомов: там бы снимок, где сидела бабуля, ещё совсем молодая и красивая, а рядом женщина, как две капли воды, похожая на тётю Ларису. Я спросил бабулю, мол, кто это с тобой? Она ответила, что это её двоюродная сестра Шура, мать тёти Ларисы. Вот тут у меня пазл и сложился. Эта сестра Шура умерла, когда тёте Ларисе и 4-х лет не было. От чего это случилось? Какая разница!.. Главное, что после её смерти её маленькая дочь не пропала, не попала в детский дом, а выросла в родной семье, где её любили, заботились о ней, баловали… Словом, делали всё для того, чтобы она была счастлива и не одинока.

Уже на другой день после приезда моей тётушки мне полегчало окончательно – и я её пытался сманить куда-нибудь погулять, да она уговорила меня досидеть хотя бы этот день дома для страховки, обещая, что за те две недели, которые она прогостит у нас, мы обязательно и погуляем, и куда-нибудь съездим. И я её послушался. Однако в койку меня было не загнать! И, чтобы не терять зря время, я решил помочь Вере настряпать вареников с грибами, а заодно поговорить с ней о чём-нибудь. Мы с Верой всегда были почему-то более близки, чем она со Светой или я с родителями. Согласитесь, какая-то странная под час природа взаимоотношений между родственниками. Никому другому, как Вере, я не рассказывал предельно открыто о своих радостях, огорчениях или иных переживаниях. Наверно, это потому, что Вера и в силу своей профессии психолога, и в силу характера умела слушать человека внимательно, с интересом к нему и к его проблемам, пусть даже порой не столь важным. Ни от кого другого я не узнавал столько интересного, сколько узнал от Веры: она мне много рассказывала о Пушкине, о Лермонтове, о Ломоносове, о Леонардо де Винчи… Господи, да о чём мы ни говорили! И самое интересное было для меня, пожалуй, то, что это всегда был разговор на равных: то есть, Вера не вдалбливала мне в башку всё то, что она знает, как школяру, а разговор носил свободный такой, приятельский, что ли, характер, когда и я также мог вступить в этот разговор и или задать вопрос по теме, или попытаться сказать своё мнение. И хотя я чаще всего проигрывал Вере в этих наших спорах, тем не менее охоты, азарта к этому всё же не терял. Вот и тогда, за лепкой вареников, я поделился впечатлениями от прочитанного мной рассказа под названием «Мой лучший друг, или соседка по даче». Если в двух словах – то это история о том, как двух давних и лучших друзей едва не рассорила на веки возлюбленная одного из них, которая к тому же является его соседкой по даче, сказав про его товарища, что он нагло полез к ней целоваться (хотя целоваться начала девушка!). Всё произошло на озере, где все трое купались и отдыхали. Итог – ребята подрались. А потом, спустя пару недель после всех событий, девушка признаётся, что она сама всё подстроила и сделала это с целью испытать своего возлюбленного на готовность защитить её. Услышав это откровение девушки, возлюбленный сперва был удивлён её поступком, а узнав, ради чего всё было, просто послал свою девушку куда подальше и пошёл мириться с другом. И, к счастью, у них это получилось.

Надо сказать, Вера с интересом слушала и мой пересказ этой истории, и то, что я об этом думал. Более того, она мне поведала историю поинтереснее моей, рассказанную самой Вере её коллегой (надо сказать, сюжетец хоть куда!): у неё есть сын. Молодой человек был и добрый, и умный, и красивый, и работящий, плюс ко всему не пил и не курил… Ну, как в такого не влюбиться! И вот он встретил на своём пути девушку, тоже умницу, красавицу, непьющую и некурящую, и тут-то началась у них любовь. Вскоре молодые люди стали жить вместе на квартире возлюбленной, оставшуюся ей после того, как её мама, сойдясь с новым своим мужем, переехала жить к нему. Девушка знала, что у парня есть мама, хорошая и весёлая женщина, и он её очень любит, но только познакомить свою подругу с матерью никак не случалось: всё время мешали какие-нибудь бытовые мелочи, как, скажем, работа молодых людей, когда их просили подменить кого-то, работа мамы, да и просто дела. И неизвестно, как долго тянулась бы эта лямка, если бы не лучшая подруга нашей героини, увидавшая её парня, гуляющим в парке с женщиной, годящийся ему в матери. В доказательство подруга предъявила фотку, снятую на смартфон. Как и следовало ожидать, девушка вспыхнула, узнав и увидев всё это безобразие, и решает дома выяснить отношения с возлюбленным. Однако подруга предложила это сделать в парке, дабы негодяй не смог отвертеться. Наступил наконец-то совместный выходной! И чтоб в этот день не поехать к маме, а там и не погулять вместе? Однако девушка сказала, что она не может поехать к маме своего бой-френда, так как позвала в гости подруга. Знакомство вновь сорвалось – и наш возлюбленный снова гулял со своей матушкой в парке, ведя при этом неспешный разговор… Как вдруг невесть откуда возникла девушка парня и устроила ему невиданный скандал, в котором упрекала молодого человека в измене и указала ему на то, что та, с которой он ей изменяет, ему в матери годится. Придя в себя после неожиданной встречи и такой же атаки своей любимой, парень собрал мысли в кучку и ответил, что женщина, бывшая с ним, и есть его мать. Вот тут шок сделался с девушками, которые были огорошены и не могли понять, что происходит. Впечатление было, что они услышали о снеге в середине лета, а затем увидели его. Надо сказать, что женщина и сама подтвердила слова сына и тут уже не оставалось ничего, как познакомиться. Следует сказать, что коллега, поведавшая эту весёлую историю, была в ней одним из действующих лиц. Знаете, назвать то, что я издавал, слушая рассказ Веры, смехом – это не назвать никак. Я хохотал так громко и раскатисто, что, казалось, стены в квартире обвалятся от такого звука. Даже мама вылетела из спальни, чтобы понять, что с её сыном творится… И лишь увидев меня с Верой да узнав от неё причину моего хохота, мама успокоилась. И тут надо бы сказать, что Вера была очень артистична, и любую рассказываемую ей историю она мгновенно превращала в целый моноспектакль, во время которого ты не столько слушаешь сам рассказ, сколько интонацию, с которой он ведётся, а также смотришь на Верины гримасы и буквально катишься по полу со смеха. Следом за мамой вышел и отец. Им история Веры тоже понравилась, особенно концовка. Родители хохотали пуще меня, как ни над одной комедией или юмористической передачей. Так что утро началось очень даже весело!

Позавтракав и пообщавшись, мы занимались вполне обычными домашними делами, как то уборка в квартире, в которой принимала участие и Вера, несмотря на то, что она была в гостях: просто она не умела пассивно сидеть на месте, когда все её окружающие что-то делают. Ей непременно тоже нужно в этом поучаствовать! Покончив с домашней хлопотнёй, родители с Верой решили прокатиться по магазинам – купить кое-что, а я, оставшись дома, стал рисовать, чем любил заниматься больше всего. Как правило, я рисовал на фантастические темы: например, у меня был рисунок, на котором были изображены четыре планеты – Зима, Весна, Лето и Осень. Как вы сами догадываетесь, одна планета у меня полностью белая, друга белая с серым, третья зелёная, а четвёртая жёлто-красная. И мне кажется, что эти планеты в своё время прилетают к нашей земле и каким-то им известным способом делятся с ней – а равно и с нами своими красками, погодой и прочим богатством. Вот и сейчас я рисовал рисунок, изображающий планету счастливый людей. Эти люди живут далеко после нас; они никогда и ни с кем не воюют, сосуществуют мирно, честно трудятся, не обижают своих родных и воспитывают в детях уважение к окружающим… Вот только когда наступит эта эра? Устав от рисования, я прилёг на кровать и незаметно заснул.

Когда я проснулся и глянул на часы – было уже пять часов вечера. Помню, я подумал: «Ничего себе я прилёг полежать на десять минут!». Мои уже давно были дома и тоже, пообедав, отдыхали по своим комнатам, поскольку в доме была тишина. И я бы не нарушил её, если бы меня не мучила жажда, вынудившая встать и пойти на кухню попить, так как у меня питья не было ни капли. Собственно, тогда-то я и увидел выше описанное, а именно: идя на кухню, я краем глаза увидел, что Вера тихонько посапывала, лёжа в гостиной на диване и свернувшись как-то по-кошачьи калачиком, разве что нос ладошкой не накрыла. Пройдя на кухню, я налил себе воды, сел и попивая, стал просто думать о чём-то своём. Вдруг, в этот момент я ощутил, что кто-то поцеловал меня в голову, прямо в самое темя. Не буду скрывать, меня порадовал этот поцелуй своей теплотой и нежностью; точно лучик утреннего солнца прошёл через мою голову к сердцу и обласкал его мягким, пока ещё не ставшим полуденным жаром, теплом. Я поставил стакан и повернулся: передо мной стояла Вера и ласково мне улыбалась.

 

– Разбудил? – спросил я её.

– Нет, – ответила она. – Я сама встала. Тем более, пора уже вставать! Кушать хочешь?

– Хочу, – сказал я, – но давай дождёмся родителей! А пока поцелуй меня ещё разок, пожалуйста!

Вера улыбнулась и поцеловала меня в обе щеки по два раза. Я ответил тем же, после чего обнял её крепко, как мог, и в порыве счастья выдал ей:

– Я люблю тебя!

– Я тоже люблю тебя, мой мальчик! – сказала Вера и мы просто стояли в обнимку. Вера теребила мою голову, лежащую на её груди, а я млел, как кошак, едва не мурлыча от удовольствия… Словом, нам было хорошо! Родителей долго ждать не пришлось: они вскоре тоже вышли из спальни и мы все сели ужинать, ведя при этом вполне семейный разговор. Покончив с ужином, мы сели играть в лото. И тут надо сказать об ещё одной черте характера Веры: она азартный человек и если она во что-то играет, хоть в домино, то она это делает с таким пылом и желанием выиграть, что, кажется, она из самой себя выпрыгнет ради этого. Впрочем, если фортуна всё-таки изменяет, Вера не огорчается. Вот и тогда большинство номеров, называемых мамой, оказалось в моих карточках – и я выиграл у всех, с чем Вера, сидевшая со мной, меня по-доброму поздравила и поцеловала.

Чего никак не выносил – так это когда Вера с кем-то ссорилась и после сильно, вплоть до слёз, расстраивалась. Я такую мою тётушку не мог видеть и если уж мне случалось это – старался всеми доступными средствами её утешить, ободрить и Вера постепенно начинала снова улыбаться. Вот и в дни её приезда к нам у Веры однажды случился мелкий конфликт со Светой. И причина там была вроде бы пустяковая: Светка два дня подряд не звонила матери по телефону, пока Вера уже ей не позвонила и не вставила фитилей по этому поводу. И тут вопрос был не в том, что Вера чего-то не знала о Свете (слава богу, от бабушки она знала всё, так как звонила ей и спрашивала, как они там!), а Вера просто скучала по дочери, хотела услышать её голос… Но дочь, видимо, по маме не скучала. Строго говоря, Светка даже нам (мне, например!) никогда не звонит и не пишет, пока или повод не появится, или мы сами ей не наберём. В общем, Вера тогда на Свету очень сильно рассердилась за её невнимание к матери, сбросила трубку и горько плакала. Я, конечно, постарался её утешить, но Вера криком прогнала меня, велев оставить её в покое. Я пошёл на кухню, чтобы сделать чай и попытаться понять извинить Веру за нечаянную обиду. Да и сама Вера после извинилась тоже и, поцеловавшись, мы сели пить чай и разговаривать о весёлом и интересном. Хочется верить, что и со Светой Вера тоже помирилась! Всё-таки мать и дочь.

Рейтинг@Mail.ru