Ученые скрывают? Мифы XXI века

Александр Соколов
Ученые скрывают? Мифы XXI века

3. Объем современного знания на многие порядки превосходит возможности отдельного человека

Мы заведомо не можем проверить бо́льшую часть информации, которую получаем. Что остается? Верить. Наше доверие к информации основывается на доверии к ее источнику. Без разумного доверия к «знающим людям», вероятно, невозможна цивилизация, которая держится на распределении знаний. В древности, возможно, было по-другому, хотя специалисты, надо полагать, существовали уже в каменном веке.

Этторе Биокка, белая женщина, которой было суждено прожить 20 лет в племени амазонских индейцев, рассказывала, как индейские женщины требовали, чтобы она сделала для них горшки и мачете, «потому что она белая и должна это уметь». Когда Биокка пыталась объяснять, что ее отец покупал мачете в магазине, индейцы не верили{3}.

Сейчас нам не нужно знать, как делаются мачете, и не обязательно писать драйвер для принтера, чтобы он распечатал эту главу. Есть специалисты, которые делают это за нас, – мы доверяем их опыту. Точно так же в здоровом обществе существует доверие к людям, занимающимся наукой, – такие знатоки обладают заслуженным авторитетом, к их мнению прислушиваются. Однако как быть, если под ученого маскируется проходимец? Например, с помощью внешней атрибутики – он бородат, носит очки, солидно гнусавит, подписывается академиком. Доверие к авторитету дает осечку. А еще многие привыкли верить тому, что звучит с телеэкрана, особенно если информация зачитана проникновенным, чуть встревоженным мужским голосом. Кто будет тратить время на проверку каждого факта? Разве обладатель такого тембра может лгать? Так в головы зрителей внедряется грамотно упакованная ахинея.

Например, в телепередаче «Военная тайна», показанной на канале «Рен ТВ» 11 ноября 2013 года, закадровый голос произнес: «Количество жертв школьных перестрелок в США уже, пожалуй, не уступает потерям Америки в Ираке».

Звучит шокирующе. Что за ад творится в американских школах! Как вы думаете, какой процент зрителей, прежде чем ужасаться, задумается: соответствует ли прозвучавшее действительности?

На самом деле потери Америки в Ираке составляют 4486 человек (это официальные данные Пентагона). Сравним: с 1990 года в школьных перестрелках в США погибло 254 человека{4}.

Кто-то соврал! Но соврал так красиво, что не поверить сложно.

4. Уровень образования в нашей стране упал

В течение нескольких лет мне приходилось сидеть в приемной комиссии одного питерского вуза. Поначалу меня шокировали абитуриенты, которые не помнили столиц европейских государств, напрочь не знали ни истории, ни литературы, были не в состоянии решить простейшую арифметическую задачу. Потом я привык.

«На чистом листе бумаги можно писать самые новые, самые красивые иероглифы» (это высказывание приписывают Мао Цзэдуну). Пустая голова – как чистый лист. Какая разница, чем ее забить?

Допустим, некто говорит вам, что первые упоминания египетских пирамид в письменных источниках относятся к началу XIX века: «До Наполеона никто про них в Европе не слыхал». Конечно, можно возразить, что про пирамиды писали еще грек Геродот и римлянин Плиний, средневековые авторы считали громадины Гизы «житницами Иосифа», в XIV веке французский барон д'Англюр видел, как местные жители снимали с пирамид облицовку{5}, в XVII веке египетским чудом света восхищался английский математик и астроном Джон Гривз, и даже Ньютон не обошел стороной великую пирамиду в своем «Трактате о священном локте иудеев». Но для этого нужно знать. Ну а тот, кто не слышал не только о Геродоте, но и о тех авторах, которые писали о пирамидах уже в XX–XXI веках, легко поверит, что все памятники древности построены 200 лет назад.

Знакомясь с очередным лженаучным творением, я порой думаю: «Все, приплыли, хуже быть уже не может». И снова и снова реальность доказывает, что я поторопился. Недавно на глаза попался ролик: его автор громил сторонников плоской Земли, презрительно называл их идиотами, незнакомыми со школьным курсом физики, гомерически хохотал. «Ведь на самом деле совершенно очевидно, – говорил он далее немного усталым тоном учителя, обращающегося к первоклашкам, – что наша Земля – вогнутая!» Я молился, чтобы это оказалось шуткой, но автор ролика не шутил.

Нехватка знаний, неумение их добывать и отсутствие у публики навыков мышления сильно упрощают лжеученым задачу.

5. Развитие средств массовой коммуникации

С некоторых пор среди культурных людей стало модным козырять тем, что «я вообще не смотрю телевизор». Бедный ящик предстает воплощением зла, источником пошлости и глупости, рупором лживой пропаганды. Во многом справедливо! Однако при всех своих недостатках телевидение сохраняет важное свойство «традиционных СМИ» – на любой телестудии существует редакция, которая отбирает производителей контента и контролирует его качество. Да, критерии качества некоторых программ вряд ли вам понравятся. Однако человек с улицы залезть в студию, чтобы поделиться со зрителями своими гениальными идеями, если и может, то только в формате определенных телешоу и под строгим контролем. Начни он в эфире материться (без разрешения), призывать к государственному перевороту или рекламировать свой магазинчик – вылетит из студии пулей и навсегда.

Иное дело – интернет. Любой гражданин, способный нажимать на кнопки, заводит бложик, и его откровения, которые раньше не выходили за пределы кухни, безнаказанно устремляются во всемирную паутину. Знания, опыт, диплом необязательны. Даже справка из психдиспансера не требуется, чтобы обзавестись своим, не зависящим ни от кого информационным каналом, фактически – СМИ. А если есть литературный дар? При наличии таланта через какое-то время у хозяина блога могут появиться тысячи подписчиков, готовых лайкать и репостить. Внешняя цензура отсутствует, но соцсети глушат и цензуру внутреннюю. «О чем вы думаете?» – интересуется Facebook. Не рефлексируй, рассказывай, что у тебя на уме, это же всем так интересно! Соцсети – дом родной для агрессивных дилетантов: здесь они могут самовыражаться так, как больше нигде и никто не позволит. Шум производит шум, и одинокий глас ученого тонет в хоре тысячи невежд. Так лженаука – в виде публикаций в блогах, «шокирующих» фото и прикольных видео – приходит в каждый дом, в том числе в ваш.

Четыре оправдания лжеученых

Разум – подлец, оправдает что угодно!

Федор Достоевский

И тем не менее раз за разом в кулуарных беседах, а то и на мероприятиях АНТРОПОГЕНЕЗ.РУ я слышу: «Ну что вы на них накинулись? Делать вам нечего! Ну сходят они с ума потихоньку – кому от этого плохо?» Не берусь судить, по каким причинам умные и образованные люди порой встают на защиту лжеученых. А доводы звучат такие:

1. «Пусть он ошибается – зато привлекает внимание к интересной теме!»

Такие голоса обычно раздаются в защиту некого сомнительного деятеля, который пишет популярные книги или активно выступает публично. «Вы зря нападаете на этого человека, – говорят мне. – Конечно, у автора имеются неточности – а у кого их нет? Но я его все равно уважаю, потому что он поднимает важный вопрос! Расшатывает догмы! Указывает на нестыковки в теории! Заставляет задуматься! Воодушевляет молодежь!»

Странная интеллектуальная игра: давайте придумаем, почему тот, кто заблуждается и вводит в заблуждение других, тем не менее каким-то парадоксальным образом приносит обществу пользу. Ну, например, молодежь не героином колется, а книжки, пусть бредовые, читает. Разве плохо? Правда, чтение иных книжек может приводить к последствиям, сравнимым с передозировкой тяжелыми наркотиками. Если их автор, скажем, призывает отказываться от прививок, отрицает ВИЧ или считает переливание крови смертным грехом. Но, допустим, мы говорим о невинных шалостях каких-нибудь альтернативных историков. Здесь я вижу иную проблему – как раз в связи с «привлечением внимания». Может оказаться – и при ослабленной научной пропаганде это весьма вероятно, – что об «интересной теме» читатель прочитает впервые. Ну, по крайней мере впервые услышит внятный, доходчивый, яркий рассказ. Впечатлится: «Вы открыли мне глаза!» И впитает вместе с темой очень специфически пахнущую точку зрения. А дальше будет действовать эффект «первой любви», которая самая сильная.

В 1959 году на русском языке вышла книга норвежского путешественника Тура Хейердала «Тайна острова Пасхи». Миллионы советских граждан узнали о том, что далеко-далеко в Тихом океане есть удивительный остров Рапануи. Вместе с захватывающим повествованием читателям открылась сомнительная версия происхождения таинственных рапануйцев от переселенцев из Перу, которую талантливо отстаивает автор книги. Как после этого убедить читателей, вдохновленных книгой, что, несмотря на заслуги Хейердала-путешественника и его талант рассказчика, гипотеза автора, мягко говоря, спорна?

 

Итак, автор поднимает важную тему – это замечательно! А какие еще задачи он решает? Ведь поднять тему – не единственный долг ученого по отношению к обществу. И не самый важный. Помимо этого существуют и другие задачи, решаемые учеными и лжеучеными:


Оценивать деятельность ученого – или автора, выдающего себя за деятеля науки, – стоит по всем пунктам, а не по отдельно взятому.


2. «Он же не ученый – и не скрывает этого!»

Этот деятель – всего лишь журналист (публицист, писатель, артист, отставной военный) и прямо говорит, что его работы не следует воспринимать как научные труды. Он не пишет монографий, а просто делится мыслями, причем искренне признается в непрофессионализме. Порой сам призывает не относиться к своим словам слишком серьезно. Он даже предупреждает об этом читателей в предисловии к своей книге очень мелким шрифтом.

Вот пример такого рода:

«Я не специалист. Я – дилетант, который рассказывает историю дилетантам. Хочется, чтобы она была занимательной, легкой для чтения и серьезной», – говорит Борис Акунин о своей серии книг, скромно озаглавленной «История Российского государства»{6}. Правда, о дилетантизме Акунина не догадывается большинство читателей, которые в аннотации к книге на Ozon.ru видят: «Борис Акунин адресует свою историю отечества широкой читательской аудитории: людям, которым интересно узнать (или вместе с автором увлеченно вычислить), как было на самом деле…»{7}

По-моему, мы имеем дело с распространенным психологическим эффектом. Автор «подстилает себе соломку» – заранее страхуется от критики, а возможно, оправдывает свою халтуру. Сравните сами, какое из высказываний вызывает больше сочувствия:


• «Я в детстве мечтал стать археологом, но учиться не хотелось, а потом надо было зарабатывать на жизнь – однако послушайте, что я думаю о древностях»;

• «Меня выгнали из духовной семинарии, но очень хочется изображать из себя крутого анатома»;

• «Я бы мог сходить в библиотеку, но времени нет – то семья, то футбол»;

• «Я бы проконсультировался с учеными, да гордыня не позволяет»;

• «В этой теме я дилетант, поэтому не судите строго».


В признании ограниченности своих знаний нет ничего плохого. Скромность украшает. Плохо, когда, сняв грех с души, автор тут же забывает об этом, становится в позу гуру и начинает проповедовать, а то и изобличать. Забывает он сам… а аудитория забыла еще раньше – какая ей разница, в конце концов? Ведь автор так убедителен. На косную «официальную науку» он смотрит с ироническим прищуром. Оратор излучает такую самоуверенность, что у читателя не возникает сомнений: здесь забил источник настоящего знания. Получается отличная подделка под науку. Но на случай, если кто-то упрекнет в некомпетентности, тылы прикрыты: сам же признался, что дилетант!

3. «А судьи кто?»

Возможно, вам знаком этот довод в исполнении известного российского политика:

«Я знаю, что в Академии наук даже есть отдел по лженауке. Меня этот факт очень удивляет: как они могут брать на себя ответственность и говорить, что является лженаукой, а что нет? Это мракобесие какое-то».

(В цитате идет речь о Комиссии по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований при Президиуме РАН, которая существует с 1998 года и занимается публичной критикой лжеученых.)



Позиция понятна и многим близка: мы знаем, что суд бывает неправедным, а сильные мира сего часто далеки от объективности. Чванливые академики – что это, если не та самая «власть от науки»? Сколько раз научное сообщество равнодушно проходило мимо еретика, чьи заслуги оценивали спустя десятилетия, когда сам исследователь уже давно лежал в сырой земле? Да, такие примеры хорошо известны, а исполненная драматизма схема «еретик против консервативного большинства» воплощена в кино и литературе.

Мы помним, правда, и другие истории – истории великих мистификаций и больших заблуждений. Например, французский физик Рене Блондло до конца жизни верил в свои N-лучи, даже когда его ошибка стала для всех очевидной. Английский анатом Артур Кизс много лет посвятил изучению пилтдаунского человека, который оказался фальшивкой. Йозеф Галль, создатель френологии – лженаучного учения о связи внешней формы черепа с психическими особенностями, – был искренне убежден в своей правоте, а его последователи заработали немало денег на легковерной публике. Профессор медицины из Германии Иоган Берингер отказывался признавать, что собранная им коллекция диковинных камней – чья-то шутка.

В 1725 году студенты принесли Берингеру странные камни с отпечатками животных, насекомых и даже имен бога на древних языках. Начав поиски, ученый нашел множество подобных «окаменелостей» на горе Эйбельштадт. Скоро в коллекции профессора было уже несколько сотен диковинных камней. Берингер решил, что его находки – чудо природы, доказательство проявления «силы Божией», и посвятил им целую монографию Lithographiæ Wirceburgensis. Впоследствии выяснилось, что Берингер стал жертвой мистификации со стороны своих коллег, которые подбросили на Эйбельштадт фальшивые «древности».

Иногда заблуждения не столь безобидны. Свежа в памяти история, когда ловкий мошенник, изображавший гениального изобретателя, чуть не получил от государства миллиарды рублей на внедрение сомнительных и опасных псевдоинноваций для «очистки воды».

Посмотрите на эти примеры и подумайте: что стало бы с наукой, если бы не противотанковые ежи научного скептицизма? Чем необычнее гипотеза, идея, проект, тем выше риск ошибки – и тем жестче требования к доказательствам. А ведь лжеученые на мелочевку времени не тратят. Они заняты решением глобальных проблем – спасают человечество от рака, открывают неисчерпаемые источники энергии, переписывают историю народов.

Отвечая на вопрос о «судьях» – неужели это и правда некие чиновники, узурпировавшие право устраивать научный суд над другими? Или все же существует способ, который позволяет объективно оценить научный результат? Да, такой способ есть – это независимое рецензирование. Перед появлением в приличном журнале научный результат, оформленный в виде статьи, попадает на стол к рецензентам. Публикация в престижном издании – это знак научного признания. Но для этого нужен положительный отзыв рецензента – авторитетного специалиста по направлению исследования. Корректно ли поставлен эксперимент? Адекватны ли выводы полученным результатам? Не противоречат ли утверждения авторов существующему знанию? Наконец, есть ли мировая новизна? Важно: рецензент, как правило, не входит в редколлегию журнала и часто даже не знает, кто является автором статьи – чтобы не мешали личные симпатии и антипатии. Тем, кто рассуждает о злобных академиках, которые подавляют ростки свежей научной мысли, я рекомендую перечитать следующую фразу: редакции ведущих научных журналов не публикуют большинство статей, которые им присылают исследователи со всего мира. И что же, автор отклоненной статьи вопит про научную инквизицию? Нет, он спокойно работает дальше, чтобы учесть замечания и подготовить новый, более удачный вариант, который, быть может, будет принят к публикации. А научная мысль продолжает двигаться вперед.

Идеален ли этот механизм оценки научных результатов? Дает ли стопроцентную защиту от ошибок? Разумеется, нет. Нет ничего совершенного в этом мире. Если у вас есть идея получше, сообщите мне, пожалуйста.

И вот что я скажу вам. Независимая экспертиза – это то, чего лжеученые боятся как огня. Страх критики – вот скрытый мотив, движущий теми, кто задает вопрос о судьях. Поэтому и публикуются они не в научных журналах, а в таблоидах. Поэтому и выступают они на телешоу, но избегают научных конференций, где судить их будут не за красноречие, а по принципам науки.

4. «Существуют разные точки зрения, и все они достойны уважения!»

Можно еще добавить: «и каждый прав по-своему». Это кажущееся очевидным утверждение еще не раз всплывет в книге. В бытовой парадигме участники научной дискуссии ничем не отличаются от пререкающихся мужа и жены. Муж хочет смотреть футбол, а жене милее сериал. «О вкусах не спорят! – подводит итог мудрый психолог. – Купите второй телевизор и разойдитесь по разным комнатам, не забывая при этом уделять друг другу достаточно внимания».

Однако в профессиональных вопросах люди НЕ равны, причем в некоторых ситуациях об этом вспоминает даже сторонник равенства мнений – к примеру, когда болят зубы. Внезапно выясняется, что рекомендация стоматолога волнует его все-таки гораздо больше, чем советы представителей других профессий, в том числе жены – опытного педагога и прекрасного человека. Можно продолжить медицинские аналогии: эффективность лекарства определяется не всенародным голосованием, а результатами клинических испытаний. Цель науки – приближение к истине, и грош цена точке зрения, которая заведет нас в тупик. Поэтому и важно только мнение квалифицированного меньшинства.

Итак, кратко повторю:



Попытка систематики лжеученых

Дилетанты и сейчас привносят в науку свежесть восприятия, энтузиазм и нередко талант. Но это способно принести пользу только в том случае, если дилетант сознает, что существует наука и что прежде, чем вторгнуться на ее территорию, нужно пройти школу – освоить методы науки и ее основные понятия, ее основной объем фактов. С налёту наука не дается никому.

Лев Клейн{8}

Опытный лжеученый – мастер маскировки. Включите наугад любую телепередачу в жанре «О чем молчит официальная наука», и перед вами предстанет пестрая череда образов: городских сумасшедших сменяют солидного вида военные в отставке, которым вторят седовласые «почетные члены Международного конгресса криптозоологов». Покуда знака «Осторожно! Содержит лженауку» для таких передач законом не предусмотрено, приходится полагаться только на собственную проницательность.

Ниже я попытался выделить несколько распространенных типов этих опасных представителей вида Homo sapiens, а также оценить их потенциальную вредность.

Тип № 1. Псих («И тут я услышал голос…»)

Недавно выпущен после курса терапии.

Странно одет.

Придумал сразу несколько новых направлений в науке.

Находит на городской свалке чугунную гирю Юрского периода.

Ловит переговоры инопланетян на обесточенный телевизор.

Читает надписи на Солнце.

Ведет блог, где пишет о себе в третьем лице и каждое второе слово начинает с заглавной буквы.

Сочиняет письма по 40 страниц разноцветными шрифтами и шлет в прокуратуру, в РАН, в Ватикан.

 

Распознается после десяти секунд личного общения или чтения его текстов.

Уровень вреда – низкий. Большинством совершеннолетних граждан не воспринимается всерьез, хотя отдельные представители числятся преподавателями вузов и могут годами читать лекции бедным студентам.


Тип № 2. Самонедоучка («Я теперь тоже ученый!»)

С детства мечтал заниматься наукой, но не получилось.

Образование – незаконченное высшее.

Сильно комплексует по этому поводу, но находит самооправдание в том, что:

• в школе посещал кружок;

• долго стоял рядом с Палеонтологическим музеем;

• пил чай с покойным академиком А.;

• отправил экземпляр своей книги президенту США;

• рассказал свою теорию одному знакомому доценту, а тот долго тряс ему руку;

• его сестра получила PhD.

Коллекционирует дипломы шарашкиных контор. Копит на докторскую.

Ездит в «экспедиции» – турпоездки по экзотическим местам, где снимает фильмы о непонятном (ему лично).

Изучает «архивы» – бабушкину подшивку журнала «Юный техник».

В телешоу представляется как независимый исследователь.

Высказывает «интересные мысли на общественные темы». Ведь если постоянно говорить все, что приходит в голову, по теории вероятностей рано или поздно проскочит «интересная мысль».

Уровень вреда – средний. Почитателей обычно не очень много, но малочисленность компенсируется их агрессивностью и активностью в интернете.


3Этторе Биокка. Яноама; Пер. с итальянского Л. А. Вершинина. – М.: Мысль, 1972.
  https://lenta.ru/articles/2014/02/27/prokopenko/
5Замаровский Войтех. Их величества пирамиды. – М.: Наука, 1986.
  http://izvestia.ru/news/556582   Анализ ошибок в книге Бориса Акунина «История Российского государства» – см., например, в докладе Клима Жукова: https://www.youtube.com/watch?v=uQpiMOrnnek
8Клейн Лев. История археологической мысли. Том 1. – СПб.: Изд-во СПбГУ, 2011. – С. 575.
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21 
Рейтинг@Mail.ru