Фаворитки

Александр Шапочкин
Фаворитки

– В силу мальчик входит, – вздохнул старик, опускаясь на оставленный Кузьмой стул. – Но надо, Слава. Надо. Я из-за этих… своими принципами поступился. А уж тебе сам бог велел. Хм… дочки-то у тебя – красавицы.

Император промычал в ответ что-то невнятное. Затем поднял глаза на старика.

– Жаль только, дуры малолетние, – он грустно усмехнулся и махнул рукой.

Глава 4

В таинственную лабораторию, куда направил меня император, расположенную где-то под Питером, примерно в районе Ольгино, нас доставили меньше чем за полчаса на меганавороченном челноке. Я даже не знал, что такие зверь-машины существуют в природе, а потому откровенно удивился, когда порученец самодержца, проведя нас на стартовую площадку, оборудованную в глубине территории зимней подмосковной резиденции, попросил подождать пару минут, покуда пилоты готовят аппарат к полёту.

А затем в центре, казалось бы, абсолютно ровного взлётного поля, предназначенного, как я думал, для вертолётов, медленно раскрылись створки шлюза и на подъёмной платформе из-под земли вылезло «Это». Немного рубленный белый обтекаемый корпус, разбитый тёмно-синими полосами, идущими вдоль чуть приплюснутого, со сглаженными углами фюзеляжа, изрезанного какими-то бороздами. Они плавно перетекали в задней части монстра, в недлинные, но широкие, опущенные к земле крылья с обратной стреловидностью, также порубленные странным продольно повторяющимся ступенчатым узором. Так что складывалось впечатление, что летательный аппарат – какой-то небывалый хищник, прильнувший к земле перед решительным броском и лишь слегка приподнявший голову, чтобы лучше видеть свою жертву.

При этом у машины отсутствовало как хвостовое оперение, так и какие бы то ни было другие выступающие из корпуса функциональные части привычных мне по виду летательных средств. Не было ни турбин, ни винтов или хотя бы шасси. Аппарат просто стоял на подъёмной площадке, опираясь на окончания крыльев и какие-то столбообразные опоры в задней части корпуса.

– Да вы, блин, шутите! – невольно выдохнул я, когда эта дура вдруг задвигалась, поднялась на своих «куриных» ножках и, медленно переваливаясь, зашагала прямо на нас.

– Аэрокосмический военный десантно-штурмовой челнок «Сирин-1», производства КБ Сухого, – проинформировал меня стоящий рядом поверенный Его Величества Фёдор Игнатьевич, высокий и стройный мужчина с военной выправкой. – Первый полностью техномагический образец перспективной военной техники.

– И что… вот это вот… такие у нас в армию поставляться будут? – недоверчиво спросил я, покосившись на Нину и Инну, которые после короткого, но бурного обсуждения решили-таки отправиться вместе со мной.

Не похоже, чтобы приближающаяся к нам шагающая громадина произвела на них особое впечатление. Да и неотступно следовавшие за ними сёстры Касимовы не выглядели удивлёнными, но в отличие от своих подруг-хозяек, с интересом посматривали на чудо сумрачного российского гения, словно бы сошедшее со страниц какой-нибудь фантастической книжки про космос.

– Нет, – ответил мне поверенный. – Эти машины в серию не пошли, проект не был принят комиссией от Минобороны. При всех своих достоинствах «Сирин» имеет ряд существенных недостатков. В частности, конструктивно он слишком сложен, и для производства и обслуживания ему нужны высококвалифицированные маготехники, что исключает массовость и затрудняет ремонтные работы в «полевых» условиях. Шагающее шасси обладает пониженной микроманевренностью, и чтобы сдвинуть его хотя бы на пару метров, необходимо либо размещать аппарат на специальных платформах, либо полностью активировать систему, что при частых запусках и отключениях значительно снижает рабочий ресурс. Я уже не говорю про его стоимость…

– А зачем вообще ему нужны ноги? – задал я очередной и вполне очевидный, на мой взгляд, вопрос. – Насколько я знаю, американцы пытались в двадцатых годах сделать шагающие танки, но отказались от этой затеи из-за повышенной уязвимости данного типа шасси и общего высокого профиля техники. Да и вообще, на мой взгляд, глупая это затея. Один-единственный боец с РПГ или, не дай бог, маг ранга Ауктора. Да даже воин-Ротмистр, если поднапряжётся, голыми руками подобную хрень разломать может!

– Ну, голыми руками «четвёрочка»-то вряд ли сильно технике навредит, – с сомнением ответил мне Фёдор, задумчиво следя, как в нависшем над нами брюхе «Сирина» открывается аппарель. – Но в целом вы правы, ваша светлость. Правда, это касается, в первую очередь чисто технических образцов. В данном же случае, как я уже сказал, аппарат полностью маготехнический, и надёжность у его узлов значительно выше, вследствие использования защитных магем, запитанных от общего и резервного контуров. Ну и к тому же – это всё-таки не танк, в задачи данного аппарата не входит ведение наземного боя. Зато подобный тип шасси, снабжённый захватами, позволяет произвести посадку на практически любой тип поверхности, будь то сыпучий грунт, поверхность астероида или обшивка космической станции. Причём независимо от углов наклона. Как я уже сказал, основная проблема заключается в том, что на данный момент конструкция чрезвычайно сложна в обслуживании. А пока – прошу подниматься на борт, если вам интересно, во время перелёта я отвечу на все ваши вопросы.

В общем-то фантастическое чудовище, от которого наотрез отказались прагматичные армейцы, было по сути прототипом техники будущего. Как и всё в наше время, заточенной на предстоящий выход человечества в космос, и, в частности, к назревающей большой драке за Кратер Глазенапа, оставленный на лунной поверхности врезавшейся в неё в конце девятнадцатого века Кометой Менделеева. По предварительным оценкам, содержавшаяся там концентрация природного нуль-вещества превосходила, ну или была как минимум сопоставима с общеземной. А потому это был лакомый кусочек для всех земных государств, особенно учитывая совершенно нестабильную политическую ситуацию в лунных поселениях, которую активно расшатывала Китайская Коллективная Социалистическая Республика, ежегодно значительно превышавшая лимит переселенцев.

Судьба же «Сирина-1», на базе которого сейчас разрабатывались машины новейших серий, казалось бы, должна была быть незавидной, как и другие, признанные неудачными образцы техники военного назначения, как советского, так и неоимперского периода. Части из шестнадцати произведённых машин предназначено было навсегда стать музейными экспонатами, остальные же скорее всего пошли бы в утилизацию или были спрятаны в каких-нибудь секретных ангарах. Так бы и случилось, если бы по счастливому стечению обстоятельств на проект не обратила внимание Имперская Канцелярия, в недрах которой давно уже назрел вопрос о необходимости создания аэротранспортного средства повышенной защиты для высших лиц Империи.

Так, после небольших переделок бывшего десантного отсека, превративших суровую солдатскую обитель в салон-люкс на несколько персон, эта сверхскоростная и необычайно маневренная птичка, всё ещё способная вести воздушный бой и надёжно защищённая магией, обрела шанс на новую жизнь. Правда, гриф секретности с аппарата так до сих пор и не сняли, а потому пользовались ими пока что редко и только при перелётах между специально оборудованными объектами в Крыму, Сочи, Москве, Питере, Владивостоке и Аркаиме. Нас же решили покатать на одном из двух «Сиринов», принадлежащих лично императору, исключительно по причине срочности, с которой Его Величество потребовал доставить меня в Седьмую лабораторию.

Сделав круг над пригородным лесом и расположенным в его глубине небольшим домом отдыха с корпусами ещё явно советской постройки, летательный аппарат на несколько секунд завис в воздухе. Пилот слегка довернул «Сирина», и тот, не снимая маскировочного поля, медленно опустился небольшую квадратную полянку, скрытую от посторонних глаз высокими деревьями, ощутимо клацнув суставами лап при касании.

* * *

Брошенная высокой, статной блондинкой ваза с грохотом разбилась о стену. Почти сразу за ней туда же полетел блок голографического монитора, до удара всё ещё исправно транслировавший зацикленную запись того, как, выбравшись из шикарного автомобиля, к главному входу в императорскую подмосковную резиденцию идёт парень под руку с двумя очаровательными девушками.

– Тише, тише, дорогая. Пощади ни в чём не повинную технику, – слегка жеманно и как-то устало произнёс развалившийся в кресле франтоватый молодой человек, лениво наблюдавший за вспышкой гнева высокородной леди. – Не забывай, что я предлагал тебе беспроигрышный вариант. Ты сама от него отказалась, поставив всё на этого недоаватара…

– Заткнись, – прошипела на него женщина. – Просто замолчи, пока я не…

– Что ты «не»? – откровенно издеваясь, спросил её собеседник, вопросительно изогнув тонкую бровь. – Ты не захотела, чтобы отцом твоего внука стал я. Хотя напомню, я предупреждал тебя о том, что эликсир был создан резонировать именно с моим эфирным телом. Но ты решила поступить по-своему!

Женщина вдруг остановилась и, повернувшись к нему, смерила парня долгим, не предвещающим ничего хорошего взглядом. Мужчина этого, казалось бы, не заметил, больше заинтересованный в этот момент содержимым бокала, который держал в руках. Когда же он, наконец, соизволил поднять глаза, леди уже не смотрела на него, быстрыми, дергаными движениями оправляя свой элегантный красный брючный костюм.

– Ты совершила ошибку, и теперь нам надо подумать, каким образом мы её будем исправлять, – отставив бокал на столик, франт встал со своего кресла и подошёл прямо к ней. – Да ладно тебе… Неужели ты думаешь, что эта мелкая сучка смогла была увести меня у тебя…

Произнося эти слова, он обвил руками талию женщины, которая хоть и выглядела молодой и красивой, но всё же была намного старше его, и попытался притянуть её к себе. Она позволила ему это сделать, но, когда мужчина хотел поцеловать её в ярко-алые под цвет костюма губы, нанесла быстрый, точный и очень сильный удар коленом между ног.

 

Франт, издав хриплый стон, согнулся, схватившись за пострадавшую промежность, с удивлением уставившись на свою любовницу слезящимися глазами. Женщина тут же нанесла магический удар, мгновенно сбивший его не такой уж и сильный щит. Парень мешком повалился на пол, оглушённый кроме боли в паху теперь ещё и звоном в голове, и тут же получил острым носком туфельки по передним зубам.

Ногой перевернув его на спину и выбив из дрожащей руки ПМК, который юноша всё же как-то сумел вытащить из кармана, Вика Степановна склонилась над окровавленным лицом и, заглянув в переполненные страхом глаза ничего не понимающего мужчины, раздельно чеканя слова, произнесла:

– Никто не смеет так называть мою дочь! – Женщина распрямилась, а затем резко, зло шипя, несколько раз ударила его каблуком прямиком в бледное лицо.

Молодой человек, утративший всю франтоватость, вереща, пытался хоть как-то защититься от побоев, а затем просто сжался, прикрыв голову руками и, подтянув колени к животу, тихо заскулил. Пнув его ещё пару раз, Герцина-старшая усмехнулась и, подойдя к своему столу, провела пальцами по антикварной бронзовой статуэтке Афродиты, державшей над головой небольшую амфору. Ноготь скользнул по обнажённому бедру древнегреческой богини и пробежался по рельефному ободку массивной мраморной подставки на львиных лапках. Ладонь крепко сжала точёный стан фигурки и оторвала её от стола.

– Бирюков, скажи… – мягко произнесла она, поворачиваясь к всё ещё стонущему на полу молодому человеку. – Ты действительно думал, что я не узнаю о том, что ты испортил эликсир? Неужели ты реально надеялся, что я позволю какому-то там смазливому баронету, всего лишь паршивому Адепту, обрюхатить мою дочь и возведу твоего ублюдка на трон? Я знала, что ты глуп, но не думала, что настолько! Неужели ты решил, что если я сплю с тобой, то позволю быть кем-то большим, нежели ты заслуживаешь? В общем, это уже не важно. С тобой, «милый», было хорошо, но…

– Не надо! – заорал парень, и в следующий момент тяжёлая подставка от статуэтки с размаху опустилась ему на голову.

Хрустнула кость, но женщина не обратила на это ровным счётом никакого внимания. Она продолжала наносить удары, вкладывая в них всю свою злость: на себя, на этого непонятно откуда взявшегося Аватара, на лопатинскую внучку и на свою собственную дочь, которая так ловко соскочила с её крючка. Ну и естественно, на своего любовника – баронета Бирюкова, возомнившего о себе невесть что и, воспользовавшись доступом к лабораториям, испортившего и без того далеко не самый идеальный план.

Отбросив окровавленную статуэтку в сторону, она, раскрасневшиь, тяжело дыша и пошатываясь, добралась до своего рабочего кресла и почти упала в него, чувствуя, как быстро уходит гнев и как начинают дрожать её руки. Обессиленно откинувшись на спинку кресла, Вика Степановна ещё раз прокрутила в голове события последних дней.

«Ладно… – с горечью подумала она. – То, что этот Кузьма чуть было не загнулся из-за испорченного Антоном эликсира, это понятно. Но как у Инны хватило смелости поступить так со мной! Неужели я мало для тебя сделала… Или всё же?!»

Она ненадолго задумалась. Женщина ни секунду не сомневалась, что решение войти в фаворитарный брак под своей младшей сестрой пришло в голову именно её дочери. Подобный ход конём был вполне в её стиле, и Вика Степановна не могла не признать, что, несмотря на определённые минусы этого шага, у него были и многочисленные плюсы, разглядеть которые могли только те, кто уже давно варится в имперской политике и родовых аристократических дрязгах.

Несмотря на случившееся, Святослав всё ещё не лишил своих младших дочерей права на престол, а это значит, что и на них, и на этого Аватара у него есть определённые виды, которым это никак не мешает. Шаг вполне понятный, ведь не может же он реально рассчитывать только на ещё не рождённого сына, будущую мать которого, по сообщениям родовой разведки Герциных, прячут где-то на Урале. Да даже если тот действительно родится и будет объявлен кронпринцем, то Инна с Ниной станут великими княгинями. В отличие от остальных пяти старших дочерей, которые сейчас носят простой княжеский титул.

Главное, что парень и внучка Лопатиных ещё даже не помолвлены, а Инна уже сейчас получила вполне официальный и, главное, неотъемлемый статус при своём «супруге в магии». И не важно, как это произошло, потому как магия бумажек не признаёт. Что при этом никак не ущемляет её права, а также её детей на престолонаследие и не наносит вред репутации, потому как она перешла в подчинённое положение своей собственной сестры. К тому же, Герцина криво улыбнулась, из-за правовой коллизии, вызванной всеми этими фактами, вторая – всегда может стать первой. Нужно лишь немного помочь цесаревне Нине, которая пока что официально мальчишке-Аватару никто, уступить это тёплое местечко, ведь из-за состоявшегося ритуала сама фаворитка уже не может пойти на такой шаг.

«Хороший ход, дочка, – хмыкнула женщина, откидывая с лица волосы, слипшиеся от крови бывшего любовника. – И правильно, что ты не стала мне ничего сообщать, потому как сказанное или написанное – всегда может попасть в чужие руки. Не волнуйся, я тебе помогу!»

Нажав на кнопку вызова личного секретаря, Герцина дождалась ответа и потребовала к себе в кабинет главу собственной секретной службы. Когда он как обычно с каменным, непроницаемым лицом появился в её кабинете и без особого интереса осмотрелся, она приказала ему избавиться от тела. Более ничего не требовалось, потому как верный исключительно ей старый служака в уточнениях не нуждался, и женщина была уверена, что может выбросить этот инцидент из головы, потому как ни единая улика никогда не укажет на её причастность к смерти баронета.

Встав, Вика Степановна направилась к выходу из кабинета, дабы не мешать безопасникам. Да и ходить в таком виде, пусть даже по собственному особняку, было глупо, а значит, следовало принять ванну и переодеться. На секунду она остановилась у ростового зеркала и окинула своё отражение быстрым взглядом.

Губы женщины презрительно скривились. Они никогда не любила и не носила одежду красного цвета, ну а сегодня этот костюм был всего лишь одним маленьким знаком её бывшему любовнику, который он проигнорировал. Он, конечно, был хорош в постели, но мозгов у него в голове было маловато. В чём она убедилась лично.

* * *

Магическая пуля прошила одного из ботов, изображавших из себя воина уровня Ротмистра, и тот рассыпался на сотни тысяч сверкающих полигонов. Не прошло и доли секунды, как то же самое произошло и с остальными пятью виртуальными болванчиками, двоих из которых настигло моё колдовство, а остальных я просто перебил быстрыми и точными ударами.

Из этой волны в живых остался только необычайно юркий маг Ауктор, который с безумной скоростью носился по арене. Последний из четырёх подобных ему товарищей. С предыдущими особых проблем не было, так как я всё равно был намного быстрее, а вот этот оказался какой-то особенный. При моём приближении он словно бы исчезал, чтобы появиться чуть в стороне и осыпать меня шквалом выстрелов из пистолетовидных боевых ПМК, которые держал в обеих руках.

Двумя скользящими скачками он скрылся за располагающейся у меня за спиной колонной из массивных, медленно вращающихся кубов, в которую в то же мгновение обрушился град ледяных шипов. Сорвавшись с места и вихляя между то поднимающимися из земли блоками, то скрывающимися в ней, образуя провалы, я оказался возле бота, который тут же повторил свой фокус с прыжком. Впрочем, на этот раз я был к этому готов и сразу же взвился в воздух, спиной назад, закручивая своё тело в волфлипе с винтом и одновременно нанося энергетический удар, который Наставник называл «Копьём», по появившейся в мерцании фигуре.

Искусственный интеллект, управляющий магом, среагировать на невидимый, но тем не менее смертоносный выпад не смог. Силовой конус ударил его прямо в грудь, и он привычно уже лопнул, разбрасывая в разные стороны сверкающие треугольники.

Подвернувшись ещё раз в воздухе, я поймал ногами бок цилиндрической колонны, оттолкнулся, набирая высоту, как часто делал это под присмотром «Варяга» в осиннике за Старым Чулымом, ухватился за парящий куб и на долю секунды шаткую опору, маховым сальто назад взлетел на самый верх одного из возвышающихся над ареной неподвижных и монолитных столбов.

Проследив взглядом уносящийся в противоположную сторону куб, вплоть до того момента, как он врезался во внутреннюю поверхность накрывающего арену купола и рассыпался облаком ярких искр, посмотрел вниз, на раскинувшуюся подо мной виртуальную площадку. То, что в начале теста, когда на меня накинулись орды изображавших «единичек» ботов, выглядело простой бесконечной равниной, окружённой туманной пеленой, из которой вытекала казавшаяся бесконечной лавина Неофитов и Юнкеров, сейчас превратилось в настоящий геометрический хаос.

Вспомнив, как отбивался от этой бездумно прущей на меня армии вооружённых, а порой и нет виртуальных болванчиков, я недовольно поморщился. Они не представляли собой ничего особенного, но их было много, а стоило лишь задуматься, что на месте каждого из ботов мог бы быть самый настоящий живой человек, становилось как-то не по себе. Особенно если вспомнить, какие просеки оставляли после себя мои энергетические удары и магические пули, в то время как я и сам ударами рук и ног изводил их сотнями, неотвратимой смертью скользя между их белыми телами, очень напоминающими дизайны классических андроидов.

В общем-то, понятно, почему подобные тесты проводились именно в виртуальном пространстве. В то время как моё реальное тело, опутанное множеством проводов, датчиков и сенсоров, с десятком игольчатых щупов, загнанных под кожу, в мышцы и вены, с огромным шлемом на голове, напоминающим советскую сушилку для волос, утыканную литровыми банками, болтается в колбе, заполненной каким-то дико фонящим магией, тягучим и пузырящимся раствором кислотно-зелёного цвета. Ну и надо ли говорить, что находилась вся эта установка почти на километровой глубине под землёй, в маленькой камере-бункере, по словам учёных, способном выдержать близкий термоядерный взрыв.

Признаться, подготовка к данному погружению была далеко не из приятных. Во-первых, само по себе это помещение, в которое меня привели, заставило задуматься о «вечном», а также вспомнить жуткие рассказы Сафронова о несчастном негре-колдуне, попавшем в негостеприимные китайские руки. Особенно учитывая улыбающуюся азиатскую морду профессора-казаха Жаксылыка Эргалиевича Амангельды, который рассматривал меня с профессиональным интересом владельца мясной лавки. Во-вторых, уколы, оказались на удивление болезненными, зелёная дрянь первые секунд пятнадцать сильно жгла кожу, пузырясь при соприкосновении с ней, однако труднее всего было заставить себя первый раз вдохнуть эту мерзость, погрузившись в неё с головой. Но ничего – сдюжил.

– Кузьма Васильевич, как самочувствие? – раздался в голове голос профессора, смягчённый национальным акцентом.

– Да вроде неплохо, Жак-сы-лык, – старательно выговорил я непривычное имя, – Эргалиевич. Практически не чувствую, что это тело виртуальное.

– Но разница всё-таки есть?

– Да, – я задумался и добавил: – Не в пользу этого.

– Понятно, – ответил он. – Поэтому, видимо, синхронизация пока что только девяносто три процента. Тогда, Кузьма Васильевич, я запускаю новую волну, а вы, голубчик, уж постарайтесь уничтожить ботов «пятого плюс» ранга так быстро, как только сможете. Очень прошу вас приложить все усилия.

– Хорошо, – не зная, видят меня или нет, я кивнул, глядя сверху вниз на то, как из туманного марева купола выбегают маленькие человеческие фигурки, и спрыгнул вниз.

Через полторы минуты всё было кончено. Последний виртуальный маг рассыпался полигонами, получив сокрушительный удар коленом по голове, и со мной вновь связался профессор.

– Кузьма Васильевич, синхронизация достигла девяносто восьми процентов. – Он ненадолго замолчал, видимо сверяясь с показаниями приборов. – Сейчас мы сделаем пункцию резервуара Сансары и начнём забор материала для выявления аспекта. Приготовьтесь, дальше до конца теста противники будут постоянно усилиться и появляться без перерывов.

– Понял.

– Тогда я начинаю.

Первые противники появились на другой стороне поля. По ощущениям это была группа Магистров и один Ротмистр. С ними я справился быстро, и хотя это были уже довольно серьёзные одарённые, «сложность» ботов, которая здесь напрямую зависела от знаний и умений их прототипов, была всё ещё невысока.

Почти сразу же, без перерыва на меня напали ещё два воина-«пятёрки», с ними уже пришлось повозиться, потому как один из них изображал из себя мастера меча, а второй был отличным рукопашником из какой-то китайской школы. Но самое главное, они были приучены работать парой, а потому постоянно маневрировали, пользуясь изменяющимся ландшафтом, стараясь нападать на меня с разных сторон и выискивая малейшие ошибки, за которые сразу же пытались наказать меня словно нерадивого ученика.

 

Пропустив свистнувший клинок над головой, я рывком вошёл в клинч с мечником, но прежде чем успел что-либо сделать, второй боец оказался возле меня, и в голову полетел удар, от которого я вряд ли бы смог увернуться, если бы не подставлялся целенаправленно. Сформированная практически вплотную к телу магема «Магической пули» наискосок пробила живот рубаки, подбросив того в воздух, я же, падая на землю, засадил его напарнику пяткой в пах, буквально чувствуя, как под стопой проламываются щиты, раскалывается железная рубашка и стопа впивается в виртуальную плоть.

Звона рассыпающихся полигонов я не услышал, потому как пришлось резко, взвинтив темп, откатиться в сторону, так как на то место, где я только что находился, рухнул исковерканный кусок местного ландшафта. Видимо, именно так, в этом пространстве интерпретировалась магия аспекта земли. Оказавшись на ногах, ломая попытавшееся задержать меня заклинание «Каменных оков», я бросился в сторону Магистра, мгновенно укрывшегося за вырвавшейся из-под поверхности земли «Каменной стеной», обычно состоящей из спрессованного под огромным давлением грунта.

Проломив её плечом, я накрыл щитом взметнувшиеся в мою сторону бритвенно-острые шипы и, высоким прыжком пропустив под собой очередь, выпущенную из пистолета-пулемёта, коршуном упал на дёрнувшегося было разорвать дистанцию мага. Со звоном разбились мощные щиты, и тело бота превратилось в осколки.

В этот же самый момент я почувствовал, что происходит нечто странное. На меня явно влияла чья-то чужая магия, но как, понять не мог. Да и времени у меня на это не было. Я только и успел заметить, что от моей ауры тянутся исчезающие отростки. Словно бы кто-то ущипнул воздушный шарик и потянул, растягивая резину.

Что это такое, я не знал, да и самого заклинателя пока что не видел. Впрочем, искать его по всей арене было мне сейчас не с руки. На меня навалились сразу трое «Бригадиров», воинов пятого ранга, и явно неквалифицированный «Комиссар»-«шестёрка». От того, что бот копировал только-только перешедшего на новый ранг одарённого, он не становился менее опасным противником, да и поддержка со стороны его товарищей также сказывалась. Так что мне стало прилетать, и не всегда моя железная рубашка справлялась с абсорбированием повреждений.

После очередного мощного пинка, слава богу, заблокированного мной, я отлетел спиной вперёд метров на десять и врезался в один из массивных блоков арены, раздробив его собой и некоторое время побарахтавшись в обломках. Встать получилось с трудом, всё тело дико болело, а в глазах двоилось. Из своих противников я смог достать только одного «Бригадира», да и то по чистой случайности, и сейчас я с уверенностью мог сказать, что вышел на свой предел по способностям как рукопашника, магия же моя против этих ребят так и вовсе не работала. Опытные «пятёрки», к которым можно, в общем-то, отнести и недавно открывшего «Третий глаз» Комиссара, всё же превосходили меня в мастерстве кулачного боя, да и опыта у управлявших ими маджи-искинов было больше, чем у меня.

Пошатываясь, я сделал несколько шагов, отмахнулся от энергетического удара и тут же, вращаясь, полетел на землю, поймав классический моваши-гери прямиком в голову. Кубарем прокатившись метров пятнадцать, разбивая встречавшиеся на моём пути тонкие блоки, я остановился, ударившись о медленно ползущий куб, и, с трудом приподняв голову, посмотрел на медленно приближающихся противников.

Боты не торопились, и пусть на их лицах не отображалось никаких чувств, в этот момент мне показалось, что они надсмехаются над поверженным противником, словно бы мстя за всех ранее встреченных мной и более слабых товарищей. «Алмазная рубашка», последнее средство личной защиты из моего арсенала, ещё кое-как держалась, однако оставалось ей не долго. Левая рука, сломанная в двух местах, была вывернута под неестественным углом и жутко болела, хотя я и воспользовался техникой, сильно повышающей болевой порог.

С трудом приподнявшись на правое колено, я попытался было встать, но в этот момент «Комиссар» резко ускорился. Отреагировать я уже не успел, только… даже не услышал, почувствовал, как со звоном лопнула защита, грудь обожгло болью и меня подбросило в воздух. Удар ладонью снизу-вверх я вроде бы выдержал, в последний момент сконцентрировав сгусток энергии в месте соприкосновения, и был ещё жив, но явно ненадолго.

От чего-то подумалось, что именно так, ну или похожим образом я в своё время отправлял в полёт других людей, и вот теперь сам могу прочувствовать, что это такое, когда тебя пинают как футбольный мяч, и ты летишь, кувыркаясь в воздухе безвольной куклой, ожидая, когда и, главное, как тебя встретит земля. Время как-то само собой замедлилось, и я с безразличием наблюдал за бегущими подо мной ботами, проплывающими мимо меня колоннами и полупрозрачной человеческой фигуркой, сидящей на вершине одной из них.

«Ну, надо же! Всего-навсего малефик-Адепт, а ты, Кузьма, так лоханулся… – мелькнула в голове мысль, показавшаяся чужой. – Обычный “проклинатель” – что-то типа колдуна “наоборот”».

Я усмехнулся. Вытянул в сторону виртуального болванчика руку, тот, поняв, что его заметили, отшатнулся, попытался спрыгнуть – но было уже поздно. «Магическая пуля» прошила его тело насквозь, и он рассыпался. Я же вдруг отчего-то очень сильно разозлился. Помирать мне не хотелось – даже понарошку. Как минимум – сдохнуть, так и не использовав все свои возможности.

Это произошло, как и в те прошлые разы, когда я набирался храбрости и открывал свою последнюю, седьмую чакру «Сахасрара». В голове тут же прояснилось, боль ушла, а наполненное безудержной энергией тело изогнулось, мгновенно излечивая все повреждения. Мир потемнел и начал разрушаться, рождая сгустки тёмной материи, заполыхал круговорот пляшущих тёмных молний.

Я медленно, потому время как таковое в этом состоянии казалось мне бессмысленным, повернул голову и посмотрел на бегущих по земле противников. Не знаю, что произошло дальше, но на их месте материализовались тёмные шары и боты исчезли вместе с окружающим их пространством. А затем я почувствовал чьё-то присутствие и так же неспешно обернулся.

На осыпающуюся осколками арену вышел ещё один человек. Точнее, фигура, ярко-синий вихрь, в котором едва можно было различить человеческий силуэт. Она напоминала то, как выглядел герцог Сафронов в тот единственный раз, когда я видел его в истинном обличье, но если он напоминал мне солнце, принявшее вдруг антропоморфную форму, и от взгляда на него обычным зрением начинали болеть и слезиться глаза, то у этого Аватара был какой-то другой, возможно даже, стихийный аспект.

Подняв руку, я посмотрел на неё. Да, я был не магом, а колдуном, а потому мое тело не изменялось, зато вокруг него бушевало кроваво-алое пламя, на лепестках которого поигрывали отблески иных цветов. В голове сам собой родился вопрос: «А что же я всё-таки такое?» После чего я понял, что время на размышления вышло, и в виртуальном пространстве быстро уничтожающейся арены столкнулись два враждебных сейчас друг к другу аспекта.

* * *

Какое-то время я откашливался, отхаркивая из лёгких отвратительную зелёную жижу, затем продышался с помощью поданной услужливыми лаборантами дыхательной смесью, и меня вывернуло в специально подставленный одним из них тазик. Только тогда мне полегчало, и я смог осмотреться.

Агрегат, в котором я проходил виртуальное тестирование, выглядел помятым и искрился. В воздухе, несмотря на усиленную работу очистителей, стоял неприятный запах палёного пластика и какой-то химической бурды, а резервуар, в котором я плавал всё это время, треснул и протекал зелёной гадостью.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19 
Рейтинг@Mail.ru