Будущим покорителям

Александр Сергеевич Припутнев
Будущим покорителям

– А почему? – спросила Ира.

– А как ты думаешь сама? – я улыбнулся.

– Ответ кроется в старом афоризме – там вы не встретите никого на своем пути? – дети тихо защебетали, вторя словам подруги.

– Да, но для меня это на самое главное. Мне кажется, это просто интереснее, это и есть настоящая жизнь.

– А что ты понимаешь под искренней детской любовью? – смущенно произнес Артём. Наверняка, он считал эти мои слова преувеличением, поэтому и не смог удержаться от вопроса.

– Я когда заговорил о космических произведениях, вспомнил, какие мысли они у меня всегда вызывали. Ведь все герои, которые улетали с Земли, чаще всего, не возвращались назад или делали это через много лет. А ведь, какой это камень на шее, какое страдание, никогда не увидеть родную землю… Как-то я качался с детьми на качелях, которые были прикреплены металлической цепью к перекладине. Старший сын сидел на соседних качелях, младший был у меня на руках. Монотонное трение цепи о трубу, чирк-чирк-чирк, спокойный и теплый голос сыновей, увеличивавшееся и пропадавшее жужжание пчелы; в тот вечер легкий ветерок дул, от этого – шелест весенней листвы, запах которой быстро распространялся, и я помню, что не мог им надышаться. В тот момент мне стало ясно, что всё это я безумно люблю и ни за что, никогда не забуду. Мои ощущения и переживания были очень острыми и настоящими тогда.

Дети, казалось, непонимающе смотрели на меня, и я поспешил всё им объяснить.

– Искренняя детская любовь – вы же сами на себе чувствуете ее проявление каждый день, ребята. Всё потому, что дети своим светлым, не запылённым проблемами сознанием, ярче всего впитывают подобные моменты счастья. Под этим всем я подразумеваю чувство, при котором каждое человеческое или природное проявление проникает в ваше сердце и там отпечатывается навеки. То, что я рассказал вам секунду назад – что чувствовал в памятный для меня день – это и была та детская любовь. Звуки, голоса, картины, образы, это все осталось навсегда во мне. Из всех этих составляющих я и состою. Без наслаждения воспоминаниями и осознания себя частью мира, в котором ты существуешь, жить практически невозможно. Я называю это искренней детской любовью. Это и должно быть в сердце нашего будущего героя.

– Но если эта любовь – суть детское чувство, как ты мог его ощутить? А те, а ком мы говорим? – после некоторого раздумья спросила Надя.

Я засмеялся.

– Какие же вы всё-таки проницательные, как ясно улавливаете мысль. Но я и имею ввиду, что, в настоящем человеке, возжелавшим положить жизнь ради покорения космоса, должна сохраниться эта искренность в восприятии чувств, ощущений и переживаний!

– А зачем она нужна ему? Почему бы не обойтись лишь высоким благородством? – снова запротестовал Артем.

– Потому что благородство не спасет нашего героя от одиночества и не даст ему вспомнить среди межзвездной пустоты о родном доме и целом мире, который ждет его возвращения. Вы только представьте, ребята! Артем, вот ты, например. Отстранись от всего на минуту, забудь обо всем, закрой глаза и представь: холодные стены космического корабля день ото дня надоедают тебе своим однообразным цветом, тебе постоянно кажется, что они сжимают твое сердце, твой разум, не давая думать ни о чем другом, кроме расчетов движения корабля, а, глядя в иллюминатор, ты видишь только ночь. Постоянно холодную и бесчувственную ночь. Конечно же, она прекрасна в своих вращающихся туманностях и кажущихся такими близкими звездах, но, несмотря на это, ты понимаешь, что за бортом корабля для тебя нет жизни, бок о бок с тобой летит покорять космос и смерть, которая, возможно, никогда не даст тебе насладиться цветом и запахом спелого летнего поля, что только через маленькое отверстие ты можешь наблюдать красоты вселенной и то, всего лишь крошечную часть этих красот. Представил?

Рейтинг@Mail.ru