Безымянный

Александр Олегович Анин
Безымянный

-Хорошо сидим, товарищи! Трофеи помогите собрать, а то я до вечера тут один не управлюсь.

– О, это ж наш доктор! Здравствуйте, Алексей Николаевич, – выкрикнул один из бойцов.

– Здравствуйте- здравствуйте, товарищи красноармейцы и командиры!

Лейтенант из особого отдела первым вылез из окопа.

– Товарищ Новиков, это же вы немецкие танки расстреляли?

– Да вроде больше нет никого, товарищ лейтенант государственной безопасности.

– А чем это вы их так красиво?

– Да вот, пока с по немецким тылам к нашим выходил, нашёл немецкий карабин. Так с него и стреляю. Вроде удачно.

– Вы не против, если я на него посмотрю?– не унимался лейтенант.

– Да, пожалуйста,– протянул свой трофейный карабин Алексей.

Лейтенант взял Маузер в руки и начал вслух комментировать свои действия.

– Стандартный немецкий карабин, – и лейтенант открыл затвор и выщелкнул два последних патрона из обоймы. – Патроны на вид тоже обычные. Странно… – Лейтенант вставил обратно патроны в карабин и ,передёрнув затвор, прицелился и выстрелил в подбитый немецкий танк. Снова мощная вспышка озарила бронированную машину.

– Ага. Вот как значит, – лейтенант дослал последний патрон в патронник и снова выстрелил. Огненный шар окончательно поглотил башню танка.

– Наигрались, товарищ лейтенант? – шутя спросил Алексей.

– Алексей Николаевич, а не откроете ли вы нам секрет, что вы сделали с этим карабином и патронами к нему? Я на днях посмотрел, как вы наших бойцов чините, так вот думается мне, что и тут вы свою руку приложили!

– Приложил, как же без этого!? – Алексей обернулся на подходящую сзади девушку-снайпера и продолжил.

– Во-первых, у данного карабина преобразована сталь ствола. То есть расстрелять его не получится. Во-вторых, внедрена система самоочистки нагара ствола. В-третьих, скорость вылета пули у него выше в пять раз. Ну и последнее- это изменённый патрон.

– Это как?

– Ну, считайте, что я их просто заговорил.

Лейтенант усиленно чесал затылок.

– Я вот слушаю всю эту фантастику и думаю, что мне в рапорте писать. Танки – вот они, пылают, и всё лично сам проверил. Но не верю я что-то своим глазам.

– Товарищ лейтенант государственной безопасности, разрешите обратится! – по уставу отчеканила снайпер, сержант Калинина.

– Обращайтесь, товарищ сержант.

– Можно ещё провести эксперимент. Я предоставлю стандартный снайперский патрон товарищу…Эм, извините, не знаю вашего имени.

– Алексей Николаевич Новиков, народный целитель и изобретатель.

– Вот. Товарищу Новикову. Пусть он его заговорит, а мы испытаем! И если я правильно поняла, то модификация винтовки с увеличением скорости пули в пять раз позволит стрелять на дистанции до шестисот метров не меняя прицела.

– До тысячи, – поправил Алексей.

– Тем более до тысячи. Я готова рискнуть и предоставить свою винтовку на такую модернизацию. Если, конечно для этого Алексею Николаевичу не придётся уезжать с ней куда-то далеко на несколько дней.

– Да нет, не придётся. Я всё могу сделать в течении десяти минут прямо тут.

-Ну, раз товарищ Новиков согласен, то для полноты отчёта я бы попросил этот эксперимент произвести.

Алексей протянул руку к винтовке и, получив её, уселся на задний обрез стенки окопа и, перейдя на рунное зрение, на всякий случай осмотрел поле боя. Живых сигнатур на поле боя не было, и Алексей сосредоточился на модификации винтовки.

Погрузившись в работу, Алексей решил немного шагнуть дальше в модификации. В дополнение к улучшению качества стали ствола и увеличению скорости полёта пули в пять раз, СВТ сержанта Калининой обрело бесшумность выстрела и улучшенную оптику. Алексей отсоединил магазин винтовки, а девушка успела поставить полный, и выщелкнув на руку все десять патронов преобразовал их в бронебойно-зажигательные.

– Могу я узнать ваше имя? – спросил Алексей у девушки-снайпера.

– Калинина я. Светлана.

– А по батюшке?

– Анатольевна.

Алексей сделал гравировку на ствольной коробке « Калинина С. А.»

– Вот, Светлана Анатольевна, ваша «Светка». Пробуйте!

На этот раз все бойцы и подполковник Силаев вылезли из окопов. Сержант Калинина приготовилась к стрельбе и потянула спуск. Тихий лязг затвора заставил девушку круглыми глазами посмотреть на улыбающегося Алексея, а лейтенант НКВД зафиксировал новый огненный шар.

– Все всё видели, товарищи бойцы, и вы, Виктор Анатольевич?

-Да, видели видели и все бумаги подпишем, – подтвердил Силаев.

– А так тихо она теперь всё время будет стрелять? – спросила Света.

– Да. Ещё один маленький подарочек, от которого зависит жизнь снайпера.

Светлана поменяла обойму и сделала ещё один выстрел в только ей видимую цель.

– Ты смотри! – Воскликнула девушка.– Куда прицелилась – туда и попала!

Светлана разрядила оружие и молча подошла и поцеловала Алексея в щёку.

– Спасибо вам, Алексей Николаевич!

– Эх!.. Нам бы таких патронов в сорок первом, – печально проговорил Силаев. – Сколько бы в живых людей осталось…

– Сожалею, но это новая разработка. Вот это, в принципе, и были испытания, – понимая всю печаль подполковника, проговорил Алексей.

Из медсанбата стали подходить исцелённые бойцы. Некоторые были без оружия, поскольку не всегда эвакуация с поля боя позволяла вынести бойца с оружием.

Пользуясь возникшей сменой обстановки, Алексей извинился, что должен покинуть общество бойцов и командиров, поскольку лишнего времени не имеет, и отправился за трофеями. Дойдя до того, что осталось от атакующего батальона германских солдат, Алексей выбрал пару германских походных ранцев и, наложив на них руны максимального расширения, начал складывать патроны, гранаты, консервы, золото, пистолеты и несколько автоматов. Без магазина и с сложенным прикладом мп 38-40 помещался в ранец идеально. Мимо Алексея красноармейцы возвращались в окопы переднего края.

– Молодцы, ученицы, быстро начали бойцов в строй ставить, – подумал Алексей.

Тактичное покашливание отвлекло Алексея от мыслей. Он обернулся и увидел стоящую в трёх шагах сержанта Калинину.

– Светлана Анатольевна, чем обязан?

– Вы меня извините, Алексей Николаевич, но я тут за вами через прицел подглядывала, и меня очень заинтересовал вопрос, каким образом вы умудряетесь столько всего уложить в ранцы?

– А это, Светлана Анатольевна, одна из моих разработок по увеличению внутреннего объёма и снижению массы.

– Эх. Жаль нам не положено такие ранцы иметь. Я бы тогда вас попросила мне тоже один подарить.

– Так давайте, я вам на вещмешок расширение наложу. Могу даже на карманы гимнастёрки, – и Алексей опустил взгляд на эти карманы, отчего и сам смутился, и девушку ввёл в смущение.

– Давайте, Алексей Николаевич, ограничимся вещмешком.

– Да, давайте ограничимся вещмешком.

– Личные вещи вытряхнуть? – спросила девушка, снимая вещь мешок с плеч.

– Они не помешают.

– Тогда вот, пожалуйста, – протянула вещмешок Света.

Забрав вещмешок, Алексей оценил его потёртость и к стандартному набору рун на расширение и уменьшение веса добавил преобразование ткани на максимальную прочность и стойкость к износу. Спасибо тебе, брошюра по бытовым конструктам из мира Йольда. Вспомнив о мире Йольда и жене с сыном, Алексей даже расстроился, но тут Светлана увидела, что в траве на земле лежит только форма, сапоги и оружие , а трупов солдат нет.

– Это как? – Светлана начала бегать между кучками амуниции.

– А вы хотели целый день носить и закапывать трупы?

– Так. Стоп. Алексей Николаевич, это же вы их так ещё во время боя. А я то думала, что как-то странно немцы залегли.

– Светлана Анатольевна, вас же товарищ лейтенант государственной безопасности попросил более тесно пообщаться со мною?

Светлана закусила нижнюю губу и покраснела.

– Не стыдитесь. Я верю, что вы замечательная девушка и ничего похабного в голове не держали. Просто скажите мне, что конкретно интересует товарища из особого отдела.

– Меня попросили постараться подружится с вами и подробно описывать ваше поведение, действия и ещё всё, что может быть полезного для нашей советской Родины.

– Хорошо. Тогда я надеюсь вы поможете мне со сбором трофеев, раз у вас уже санкционировано пребывание рядом со мною.

– Что нужно делать?

– Просто собирайте консервы вот в этот ранец и еще, смотрите, – Алексей достал из кармана мешочек с золотыми украшениями. – В ранцах солдат и рядом с вещами могут быть золотые украшения, собранные фашистами с наших советских людей. Это золото вы передадите под опись товарищу из НКВД. На золото наше советское правительство закупает танки, самолёты и продукты питания в Американских Соединённых штатах. Это будет относится к разряду – полезное для Родины. Остальное будете описывать как есть.

– Это очень напоминает мародёрство, товарищ Новиков, – перешла она на более официальный тон.

– Вот смотрите, Светлана. Во-первых, вещи и украшения сейчас просто лежат на земле и трупов тут нет. Во-вторых , если наши войска не удержат данный рубеж, то всё это золото снова попадёт руки фашистов и на него, возможно, будут построены танки и самолёты, которые будут бомбить наши города и убивать наших людей. Светлана , это просто жёлтый металл, который почему-то люди наделили высокой стоимостью, и я не вижу ничего зазорного в том, чтобы использовать его как оружие и направить против врага.

– Убедили, Алексей Николаевич.

Вдвоём дело пошло веселей. Алексей выбрал ещё один ранец и наложил на него расширение. На немой вопрос Светы ответил:

– Бойцам на передовую отдадим. Там все только из медсанбата, а потерю крови нужно восполнять хорошим питанием.

Света молча кивнула. Практичная логика товарища Новикова находила отклик в душе девушки, успевшей хлебнуть лишений фронтовой жизни. Алексею же золото было нужно на артефакты. Он рассчитывал сделать флаер. Уж очень он привык к этому средству передвижения, и к тому же знал, что армия оценит такой удобный вид транспорта. Единственное, что нужны накопители, но их можно наковырять с трофейных украшений. И ещё вопрос подзарядки этих накопителей. Пилотам придётся активировать некоторые возможности, иначе не выйдет.

 

Высыпая на траву очередной ранец, Алексей увидел скрутку с несколькими стамесками. Топор, он надеялся, раздобыть не проблема, а брезент вместо кожи он выпросит в санбате. Остальное потихонечку соберёт. За два часа Алексей со Светой перетрусили все ныне бесхозные ранцы и Алексей попрощался со Светланой и направился в медсанбат.

******

В течении недели через активацию целительских каналов прошли медики всего медсанбата Зои Фёдоровны, и теперь её отчёт за последние десять дней рассматривали в Особом отделе фронта, вместе с остальными материалами собранными сотрудниками в толстую папку с грифом "Секретно" и надписью "объект Н1Н". Так, оригинальным способом были зашифрованы инициалы Алексея. Алексей же, пользуясь затишьем на передовой, начал делать флаер.

Большого количества деревьев в степной зоне не было, но нужное количество Алексей набрал. И вот теперь, вместе с плотником Митричем, мужчиной лет пятидесяти, Алексей налаживал каркас будущей летающей платформы.

В медсанбате заменили около половины всех обученных специалистов, и Зое Федоровне пришлось договариваться с Алексеем на постоянную переподготовку медицинских кадров. Вот тут вскрылась ещё одна интересная деталь. Стать целителем по методике Новикова могли только девушки славянских народов. Остальные не несли в себе нужного энергетического канала и использовали для лечения не энергию космоса, а энергию больного или окружающих, стягивая её через конфликты и привлечение внимания. Таким студентам Алексей просто заглушил активированный канал. Катя спросила, почему так, а Алексей сказал, что на данный момент времени пока не может ответить на этот вопрос. Иначе у девушки просто рухнет её модель мира.

Чтоб доделать флаер, Алексею пришлось сходить за линию фронта и по проверенной уже схеме остановить несколько грузовиков и надергать с них лобовых стёкол. Исчезновение Алексея на сутки заставило забегать часть новых людей из медсанбата, что вызвало весёлый смех у Кати, которая и без того отслеживала энергетические потоки внимания к Алексею Николаевичу. Когда Алексей вернулся с охапкой стёкол, и начал встраивать их в каркас, сзади нарисовался особист и начал спрашивать, куда это Алексей Николаевич изволили исчезнуть на целые сутки.

– За стеклом ходил, товарищ лейтенант государственной безопасности.

– Стёкла-то немецкие, – заметил чекист, рассматривая клейма в углах стёкол.

– Хотите их допросить? – Пошутил Алексей.

– Шутите, Алексей Николаевич. Просто если вы вдруг исчезнете, то знаете сколько голов полетит…

– Я вам могу сказать по секрету, товарищ лейтенант государственной безопасности, что немцы захватить меня в плен не смогут. Да и если мне вдруг станет не уютно находится в Советском Союзе, то удержать меня не получится, даже если на меня бросят всю советскую Армию. Поэтому очень глупо кого-то лишать головы. Если мне нужно будет отлучится – я отлучусь. Сейчас мне нужно доделать вот этот-чудо аппарат, который будет летать бесшумно, в любую погоду и не требовать топлива. Вы знаете какие перспективы откроет наличие такого аппарата? Это и заброс, и эвакуация разведгрупп, и быстрая эвакуация раненых, и подвоз боеприпасов, топлива, и переброска войск, и это всё при очень небольших затратах.

– Впечатляет, Алексей Николаевич. Вы точно уверены, что это полетит?

– Я уже использовал длительное время такую платформу.

– И где сейчас она?

– Налетел в темноте на стоящий на высоком кургане подбитый танк и, как вы понимаете, платформа разлетелась и восстановлению не подлежала.

– Когда доделаете – прокатнёте?

– Легко.

– А если я найду людей и материалы, ещё один сделаете?

– Могу и не один, но тут нужно делать определённые накопители и артефакты управления, а для этого нужны огранённые драгоценные камни и небольшие пластины металла типа золото, серебро, алюминий.

– С подбитых самолётов алюминий подойдёт?

– О! Как я сразу не догадался! Нужно будет пару самолётов уронить ради этой идеи. Спасибо, товарищ лейтенант, за идею.

– А самолёты чем ронять будете? Можно будет посмотреть?

– Силой мозга! – Алексей постучал себя пальцем по голове. А посмотреть можно запросто. Давайте с утра на окраине одной из рощ разведём дымный костёр, и кто-то из птенцов Геринга обязательно решит узнать, что там горит.

Лейтенант почесал затылок. По его лицу было видно, что просто наживкой ему быть неохота.

– Вы, товарищ лейтенант зря опасения испытываете. Я вам скажу, что мало того, что мы самолёты уроним, мы ещё и летчиков в плен возьмём!

– Ну, тогда я сомнений не испытываю. Отделение бойцов мне на полдня выделят легко, так что давайте завтра в семь утра я к вам зайду.

– Вот и договорились.

******

К восьми утра Алексей с лейтенантом и отделением солдат начали жечь дымный костёр в малюсенькой берёзовой роще. Через двадцать минут к ним на огонёк пожаловала четвёрка сто девятых мессершмиттов. Пара самолётов снизилась на высоту около ста метров, а вторая находилась немного выше. Алексей проделал свой трюк с изменением свойств авиационного топлива, и вся четвёрка рухнула на землю. Выпрыгнуть с парашютом получилось только у двух пилотов, которые в парализованном виде были приняты бойцами лейтенанта. Один самолёт при падении упал на крайние деревья и не загорелся. Алексей направился к нему. Вытряхнув из кабины труп пилота, Алексей разжился шикарными часами и пистолетом Вальтер ППК в подарочном исполнении. Золотое покрытие и многочисленные орнаменты. Само то на подарок. Вырезав улучшенным штык-ножом куски алюминия, Алексей выдрал приборную доску, тросики, ролики и ещё всего по мелочам и, загрузив четверых бойцов вьючными животными, вернулся в медсанбат. По крайней мере, компас с панели мессершмитта он теперь установит на свой флаер.

Митрич уже приладил стёкла в деревянный каркас и начал раскатывать старый брезент. В четыре руки Алексей с Митричем начали обтягивать каркас брезентом . Катя вызвалась помочь, нашла себе свободную подругу, и вдвоём они начали сшивать стыки брезента толстыми суровыми нитками. Поскольку сшивать пришлось по месту, то получилось, что одна девушка снаружи втыкает иголку, а вторая принимает её изнутри. Потом девушек сменили другие охотницы за вниманием Алексея. К вечеру каркас был обшит и Алексей занялся элементами управления. Из ранца были извлечены собранные у немцев драгоценности, и Алексей наковырял всяких камней из серёжек и брошек. На вертикальную тягу в этот раз были установлены семь накопителей с плавной регулировкой и пять накопителей на горизонтальную тягу. Алексею уже было невтерпёж поднять новый флаер в воздух и он, не взирая на темноту, решил всё доделать. К утру флаер был готов и усилен. Двойной контур отвода глаз гарантировал незаметность. Не хватало только мягких сидений в кабину и грузовой отсек. Но для этого нужно было лететь к немцам. Алексей перенёс свои вещи в грузовой отсек и постелив одеяло уснул.

Глава 16

Проспав три часа, Алексей дошёл до особиста, которого вызвал часовой из взвода охраны.

– Товарищ лейтенант государственной безопасности, здравствуйте.

– А, товарищ Новиков. Здравствуйте, Алексей Николаевич, здравствуйте! С чем пожаловали? Летающую платформу я доделал, кроме сидений. И сегодня часов в семь вечера собираюсь к соседям. Планирую разжиться сидениями от легкового автомобиля. Если вы со мною отправите разведгруппу, то можем по-товарищески поделиться. Мне сиденья – вам тех, кто на них сидит.

– Нравитесь вы мне, Алексей Николаевич. Очень правильное у вас чувство товарищества. Если вы не против, то я сам с вами слетаю и бойцов с собою возьму.

– Договорились.

К вечеру, закончив работу с ранеными, Алексей перекусил немецкой консервой и полетел к особисту. Особист уже его ожидал, ходя взад- вперёд, а отделение бойцов сидели у деревьев в ожидании команды. Алексей мягко опустил платформу на землю и вышел к лейтенанту.

– У меня всё готово. Прошу садится. Карета подана.

Вскочившие бойцы с круглыми глазами с боязнью стали садится в грузовой отсек. Лейтенант прошёл на место второго пилота. Алексей закрыл задний борт, а в этот раз он сделал именно такой вариант, да и на запорные шпингалеты для грузовиков немцы были нежадные и отдали их в нагрузку к стёклам, и пройдя на своё место, поднял флаер в небо.

– Ух ты! Аж дух захватывает!– начал делится впечатлениями лейтенант.

– А нас немцы не расстреляют с самолётов?

– Исключено. Вы что-нибудь слышали про отвод глаз?

– Вроде как некоторые казаки пластуны этим владели.

– Так вот, тут двойной контур такой же приблизительно маскировки. То есть мы видим, а нас – нет.

– Здорово. А я вот волнуюсь и поэтому на разговоры тянет.

– Вы, кстати, машину водить умеете? – Решил поддержать беседу Алексей.

– Да как-то не было возможности научиться.

– Жаль конечно, но ничего.

– А что, у вас есть план с ездой на машине?

– Да я вот подумал, что быстрее будет остановить колонну, погрузить людей в сон и затолкать легковую машину в грузовой отсек. Тогда мы быстро взлетаем, бойцы обезоруживают и связывают спящих пассажиров, и мы благополучно добираемся до своего полка. Там вы забираете пассажиров, а я всё остальное.

– Звучит как-то нереально. Что, действительно всё так просто?

– Да. Вы же помните, как мы авиационный алюминий добывали?

– Ну да. Больше всего досталось бойцам, что помогали вам переносить фрагменты самолёта. И то, они только вспотели. Я вот даже часы красивые у пилота в подарок попросил,– и лейтенант показал очень приличный хронометр.

– Я тоже. – Алексей показал свои и они дружно засмеялись. – Только мои достались по завещанию прежнего хозяина, а вам подарили, – досмеявшись ответил Алексей. Они летели уже минут двадцать со скоростью около четырёх сот километров и вылетели на широкую дорогу, по которой плотной колонной двигались войска.

– Скоро закат, и движение прекратится. По моим расчётам, в последней колонне может кто-то из офицеров не ниже майора ехать.

– Это чтоб в основном потоке пыль не глотать?

– Верно.

Алексей поднял флаер на высоту около километра и начал высматривать добычу. Через некоторое время Алексей увидел то, что хотел. Последняя колонна из двух грузовиков, двух легковых автомобилей и бронетранспортёра во главе колонны.

– Это мы очень удачно с вами, товарищ лейтенант, зашли.

Последняя колонна ехала не спеша, отставая от впереди идущих войск на пару километров. Песчаная степная дорога давала очень много пыли, поэтому бронетранспортёр ехал по обочине, а остальная колонна подстраивалась под его скорость. Волна крепкого сна накрыла колонну и через несколько секунд разом заглохли все двигатели. Флаер тихо опустился перед легковыми автомобилями. Открыв задний борт на дорогу высыпали бойцы. Алексей с лейтенантом подошли к легковым автомобилям. После того, как были открыты двери, лейтенант присвистнул.

– Генерал, два полковника и два майора!

Пока лейтенант летал в облаках, Алексей обезоружил людей в первом автомобиле и приказал бойцам перенести водителя в багажник. Бойцы энергично начали вязать пленных, а Алексей взбодрил к действию лейтенанта.

– Товарищ лейтенант, не спите.

Замечтавшийся лейтенант начал извлекать оружие у пленных, и вдвоём с Алексеем перенесли водителя в багажник. Алексей сел за руль, и Хорьх медленно вырулил на погрузку. Подождав, когда бойцы закончат с связыванием, Алексей загнал первую машину в грузовой отсек и активировал внутреннее расширение. Второй автомобиль впритирку зашёл в грузовой отсек. Бойцы равномерно распределились по бокам, и флаер сорвался в небо. Перенервничавшие бойцы закурили.

– Куда сейчас? Может сразу в штаб армии?

– Да. Лучше туда. Ну и дел мы наворотили…

– Дорогу-то знаете? Товарищ лейтенант.

– До штаба армии ? Да, покажу.

– Вот и отлично.

******

В штаб армии прилетели минут через сорок. Алексей привёл в чувства лейтенанта, и бойцы начали выносить спящих комрадов на свежий воздух. Через пять минут вместе с лейтенантом прибежал взвод солдат, два генерала и с десяток офицеров с крупными звёздами на погонах. Алексей за это время успел снять кресло пассажира с опеля и поставить его на место пилота. Затем выгнал машину задним ходом и принялся снимать кресло водителя. За этой процедурой он и был застигнут многозвёздной делегацией.

– Здравствуйте, товарищ Новиков.

– Здравствуйте, товарищ генерал армии. К сожалению, я плохо разбираюсь в воинских званиях и не знаю вас по имени отчеству.

 

– Шумилов Михаил Степанович.

– Доброго здоровья, Михаил Степанович, и вам, товарищи.

– Товарищ Новиков, вы не могли бы задержатся до завтрашнего дня? Мне бы очень хотелось с вами переговорить, а сейчас, увы, не получится.

– Михаил Степанович, – Алексей достал из нагрудного кармана два переговорника, сделанных как раз на такой случай.– Сейчас вам явно будет не до меня. Вот это одна из моих разработок. Если приложить палец к вот этому месту, то можно говорить, как по радиостанции. Мой позывной – Безымянный. Если я вам понадоблюсь, вы можете меня вызвать и через минут пятнадцать – двадцать я подлечу. Передача по этому разговорнику не отслеживается, поэтому можете говорить не шифруясь.

– Ну, что ж. Давайте так и договоримся. Тогда я откланиваюсь и всего вам доброго.

Шумилов ушёл вслед за уведёнными пленными, а Алексей завершив установку второго кресла, перенёс задний диван и всё содержимое багажника опеля в грузовой отсек.

– Бойцы, вы голодные?

– Странные вопросы вы задаёте, товарищ Новиков. Ужин мы благополучно пропустили, а сухарями сыт не будешь.

Алексей выдал бойцам по банке немецких консервов и занялся переливом бензина из запасных канистр в Хорьх, а из опеля в опустевшие канистры.

Через несколько минут появился лейтенант , собрал у всех документы и ушёл обратно в штаб и через минут пятнадцать вернулся в сопровождении ещё одного генерала, как позже оказалось заместителем Шумилова, генерал лейтенантом Чуйковым.

Чуйков от лица командования поблагодарил бойцов за службу и вручил медали «За отвагу». Алексею перепала «красная звезда», а лейтенанту пожали руку. На немой вопрос Алексея Чуйков ответил, что лейтенант проходит по ведомству НКВД и завтра штаб армии с утра отправит соответствующие документы в ведомство лейтенанта. Соответственно и награда будет вручена чуть позже.

В часть вернулись уже в полной темноте.

– Алексей Николаевич, как вы умудряетесь так точно в темноте приземлиться?

– А мне без разницы день или ночь. Я и в темноте вижу.

-Вы полны сюрпризов, товарищ Новиков, – сказал лейтенант и подавил зевок.

– И вам спокойной ночи, товарищ лейтенант государственной безопасности.

Лейтенант тоже попрощался, и Алексей улетел в медсанбат.

******

Утром Алексей встал чуть позже семи утра. Приведя себя в порядок и позавтракав, он занялся новыми ученицами и был торжественно поздравлен Светой, которая принесла противогазную сумку патронов на противотанковую модификацию. Силаев командир не глупый и решил доверить выбивание вражеских танков снайперу Калининой. Что ж, весьма грамотный ход. Пока Алексей закончил с ученицами и занялся снайперскими патронами, слух о награждении его орденом «красной звезды» облетел весь санбат. Зоя Фёдоровна пришла и поставила перед фактом, что такой повод, как награждение, нужно обязательно отпраздновать, что, в общем-то и произойдёт за ужином, и виновник торжества обязан явиться в девять вечера. Закончив с патронами, Алексей пригласил Свету присоединиться к вечерним посиделкам и отправился посмотреть на свой трофейный Хорьх. Вскрыв багажное отделение, Алексей обнаружил: несколько красных кирпичей, инструмент, домкрат, ящик французского вина и ящик коньяка. Большая корзина продуктов хранила в себе: виноград, большой шмат сала, кофе в металлической банке, сыр, коробка конфет, чай, сахар, хлеб, отдельно стояло два ящика консервов, саквояж с нижним бельём и чемодан с вещами и подарочным пистолетом Вальтер ППК с хромированным покрытием, костяными накладками и весь украшен виньетками.

– Спасибо, господин генерал, за щедрые дары. Не за что, товарищ Новиков. Вы это заслужили, товарищ Новиков. Пользуйтесь на здоровье, товарищ Новиков, – Алексей начинал нервничать от нехорошего предчувствия. Закончив ревизию, Алексей подхватил свой карабин , набил в карманы патронов и отправился на передовую. Он всеми своими органами чувств ощущал надвигающуюся беду. Видимо немцы в ближайшее время будут мстить за кражу генерала и полковников. Алексей спустился в траншею и, здороваясь с бойцами, прошёл все шесть километров траншей, укрепляя рунами блиндажи и модернизируя в противотанковый вариант по сотне патрон в каждой роте . И только после этого у Алексея начал успокаиваться внутренний мандраж. Нужно срочно делать излучатель на флаер. Алексей возвращался с санбат, когда в кармане заговорил переговорник.

– Чуйков вызывает Безымянного.

– Слушаю вас, товарищ генерал-лейтенант.

– Алексей Николаевич, вы не могли бы обеспечить срочно связью с подполковником Силаевым.

– Через пять минут я с вами свяжусь. Я как раз скоро подойду к его землянке.

– Хорошо. Жду.

Силаев быстро освоился с переговорником, и Алексей вышел из землянки командира. Через пять минут Силаев показался из землянки и спросил:

Алексей Николаевич, вы можете сделать таких переговорников хотя бы два десятка, чтоб с штабом армии связь была?

– За пару часов успею, устроит?

-Их в штаб армии нужно будет отвести. Генерал говорил, что вы быстро можете до них добраться.

– Хорошо. Тогда не буду терять время. Нужно спешить. По моим ощущениям, что-то надвигается.

– Хорошая у вас чуйка, товарищ Новиков. Калинина к вам подходила на модернизацию патронов?

– Ей сделал три сотни и сейчас в каждой роте по сотне патронов «зарядил».

– Вот спасибо, Алексей Николаевич. Век помнить буду.

– Одному Отечеству служим, Виктор Анатольевич.

– Верно сказали, Алексей Николаевич. Я тогда этот переговорник оставлю?

– Оставьте. И ещё один момент. Если фашист в наступление пойдёт, я могу с Калининой летать на платформе вдоль линии фронта и жечь танки.

– Принимается. Я доложу о вашей инициативе.

Судя по тому, что Силаев прислал Свету сразу в медсанбат, то наступление ожидается прямо в ближайшее время. В течении часа они с Митричем изготовили сорок штук переговорников. Повезло, что у Митрича уже были остроганные рейки, поэтому Алексей вылетел в штаб армии буквально через час. Зою Фёдоровну пришлось немного расстроить, что банкет сегодня вряд ли будет, поскольку в любой момент немцы могут перейти в наступление.

Свету пришлось немного подлечить, поскольку у неё было застужена мочеполовая система от длительного лежания на позициях в мороз. После этого Алексей сразу активировал ей ночное зрение, а так же каналы целителя, и по дороге объяснял, как лечить себя, и в случае опасности остановить сердце врагу, и устроить временную импотенцию. Уже в полёте договорились, что в случае боя с танками Алексей будет зависать приблизительно над танком противника, а Света будет стрелять в моторный отсек.

Подлетев к штабу армии, Алексей переговорил с часовым, и через пару минут вышел Чуйков с молодым чернявеньким капитаном.

– Алексей Николаевич, вот убедительная просьба, вместе с капитаном Сахаровым развести переговорники. Он покажет дорогу.

– Мы успели изготовить четыре десятка переговорников.

– Очень хорошо. Тогда полтора десятка мы передадим в Москву, а остальные сейчас вы развезёте.

– Товарищ генерал-лейтенант, нам бы ещё патронов для винтовки свт на случай немецкого наступления.

– Я в курсе.

Чуйков принял полтора десятка переговорников, мы погрузились на платформу и, дождавшись ящик патронов, ушли в небо.

Светлану попросили уступить место капитану и она пошла отдыхать, расположившись на заднем сиденье Хорьха. Сахаров, увидев красивую девушку и шикарную машину, включил режим комиссара и начал перемешивать мозг чайной ложечкой. Два с небольшим часа Алексей молча выслушивал о социалистической сознательности и правильном поступке в виде сдачи трофейного автомобиля в штаб армии. Все аргументы, что у него был договор с особым отделом, Сахаров выслушал и снова начал капать на мозг, что коммунисты должны показывать пример населению и всё такое. Алексей был доведен практически до белого каления, что не выдержал и высказал капитану:

– Вчера два генерала видели эту машину и не один не заикнулся о нужности её штабу фронта, а вы, товарищ капитан, видимо, решили сами сесть за её руль, раз не понимаете элементарных вещей.

– Это каких же вещей я не понимаю и почему это вы подразумеваете у меня корыстные мотивы?

– Элементарные вещи заключаются в том, что если армия заключает договор о сотрудничестве, то она держит своё слово. А у меня с армией именно договор о сотрудничестве.

Рейтинг@Mail.ru