Волки

Александр Леонидович Аввакумов
Волки

– Ты что, «Купец», охренел что ли? С утра рвешься в квартиру! Дай, нам отоспаться после вчерашнего. Мы вчера с братишкой бухнули немного, вот и валяемся до сих пор в постели, как поленья дров.

– Как только вам, лоботрясам, не стыдно? Родители пашут, а вы все бухаете и бухаете, – пошутил «Купец».

Он прошел в комнату и, сбросив со стула чьи-то вещи, сел.

– Короче, пацаны. Вчера вечером мне позвонил недобитый вами «Бык» и забил со мной «стрелку» на сегодня. Я должен буду встретиться с ним где-то в районе пяти часов вечера около татарского театра имени Камала. Я, не знаю, о чем пойдет речь, но это наш последний и единственный шанс разобраться с этим «Быком» раз и навсегда. Сейчас утро, и у нас есть время подготовиться к этой встрече. Я имею в виду подготовить позиции, откуда можно было бы вести прицельную стрельбу, а также подобрать место, где укрыть нашу машину.

Из спальни, сладко потягиваясь, вышел второй брат. Он был в одних трусах и, пожав руку «Купцу», плюхнулся в затертое кресло. Взглянув на его помятое лицо, гость продолжил:

– Думаю, «Бык» после нашего покушения на него на встречу приедет явно не один. С ним, наверняка, будет охрана, а это человека три как минимум, и поэтому убрать его будет не так-то легко, как может показаться с первого взгляда. Артем, давай одевайся, и поехали на место.

Братья быстро позавтракали и вышли на улицу. Недалеко от кинотеатра «Комсомолец» их ожидал «Купец» в своей автомашине. Спустившись по улице Латышских стрелков к Танковому кольцу, они поехали на улицу Татарстан. Подъехав к театру, они, не выходя из машины, стали осматривать прилегающую местность. Потратив на это около получаса, начали обмениваться впечатлениями.

– Ну что, ребята? – спросил их «Купец». – Я думаю, что тебе, Артем, лучше стрелять из этой заброшенной гостиницы напротив театра. Оттуда прекрасный обзор и просто шикарный сектор для стрельбы. Да и пути отхода оттуда просто идеальны. Можно выйти на улицу Парижской Коммуны, Кирова и Татарстан около профтехучилища.

«Купец» посмотрел на ребят, словно ожидая одобрения, однако те сидели молча.

– Вы что молчите? Если есть какие-то замечания, то скажите!

– Да, согласны мы с тобой, «Купец». Просто у меня голова трещит, и спорить с тобой, желанья нет.

– Пить меньше надо. Всю водку все равно не выпьете, – ответил «Купец». – Машину, думаю, мы оставим на перекрестке улиц Тукая и Татарстан, около швейной фабрики. Там народу всегда много, что ни говори, две остановки трамвая. Это позволит нам легко затеряться среди людей.

Он замолчал и снова посмотрел на ребят, которые слушали все это с каким-то особым равнодушием. Перехватив его взгляд, Артем произнес:

– «Купец», может, по пиву, голова трещит, силы нет.

– Какое еще пиво? – закричал на них «Купец». – Ты что, совсем обалдел?

Взглянув на их лица, он продолжил:

– А теперь самое главное. Валить «Быка» нужно будет только тогда, когда я отойду от него метров на пятнадцать, иначе можете зацепить и меня. Валить будешь ты, Артем, у тебя это получится намного лучше. Вот еще что. Стреляные гильзы, ребята, не собирайте, оставьте их на месте. После того как ты закончишь стрелять, Артем, нужно будет к нашим гильзам подбросить те гильзы, которые мы осенью набрали на стрельбище, где стреляли сотрудники милиции. Пусть оперативники поломают немного головы над этим ребусом.

«Купец» закончил говорить и посмотрел на братьев Синявских. Братья промолчали, боясь что-либо возразить ему. Он, как себе доверял этим двум немногословным парням и ничуть не удивлялся их молчанию.

– «Купец»! – наконец, сказал Артем. – Тебе не кажется, что это будет много. Я имею в виду гильзы. Оперативники ведь не лохи, они могут догадаться, что это все туфта.

– Скажи, Артем, тебя это сильно напрягает? – произнес со злостью «Купец».

Он не любил, когда принятые им решения подвергались ревизии и сомнению. В салоне повисла тишина. Никто из них больше не хотел спорить с ним.

– Я еще раз вам говорю, что мы должны быть на точке не позднее трех часов дня. Ясно? Поэтому никакого спиртного сегодня, даже пива.

Ребята закивали. Автомашина тронулась с места и поехала в сторону улицы Свердлова.

***

Низамов Рамиль, он же «Резаный», вот уже неделю пребывал в депрессии. Ему не хотелось ничего делать, и он отменял одну встречу за другой. Он жил на втором этаже гостиницы «Нева» чуть больше шести месяцев. В соседних номерах проживали его охранники. Он верил этим ребятам, как себе и всячески старался поощрять их за верность. Вот и сегодня к нему в номер вошел один из охранников и напомнил, что у него сегодня на одиннадцать часов назначена встреча с представителем речного пароходства. Дело в том, что наряду с казанской группировкой, в Питере стала поднимать голову аналогичная ОПГ из Тамбова. Представителям этой еще недостаточно крепкой группировки явно не нравились действия бригады «Резаного», которая практически контролировала весь центр города. «Тамбовцы» не хотели мириться с тем, что татарская группировка кромсала город, и поэтому всячески пыталась противостоять этому натиску.

Неделю назад одна из бригад «тамбовцев» предприняла попытку подмять под себя работу местного речного пароходства. Этот наезд вызвал определенную тревогу со стороны его руководства, которое вот уже длительное время работало под «крышей» казанских ребят. Вчера вечером представитель пароходства позвонил «Резаному» и попросил его решить эту проблему. Выслушав, «Резаный» заверил его, что все вопросы будут сняты буквально на днях. Время шло, вопрос по-прежнему оставался открытым. Похоже, он до настоящего времени так и не определился, как решать эту проблему – путем дипломатии или привычным для себя методом полного уничтожения возникшей конкурирующей структуры.

– Спасибо, Айрат, я не забыл о встрече, я все помню. Передай водителю, пусть готовит машину. Сейчас поедем. Заодно скажи, чтобы и ребята были готовы, – отдал распоряжение «Резаный».

Когда охранник вышел из номера, он встал из-за стола и достал из шкафа бронежилет, надел его под белую рубашку. Этот бронежилет ему подарил один из близких знакомых, уверяя, что именно в таком ходит президент России. Ему еще не приходилось испытывать прочность подарка, и он сегодня надел его в первый раз, так на всякий случай. Затем он вышел из номера и в сопровождении двух телохранителей вышел на улицу. Недалеко от здания гостиницы его ждал черный шестисотый «Мерседес». «Резаный» сел в машину, и они тронулись. Сзади, на расстоянии тридцати метров, следовал «Ланд Крузер» с его личной охраной. «Мерседес» был бронирован и легко держал автоматную пулю. Только в такой надежной автомашине он передвигался в последнее время по Питеру.

Все неприятности, которые преследовали его в последнее время, он связывал с активной деятельностью «Мартына». Война, начавшаяся между их бригадами, то утихала, то вспыхивала с новой силой, унося десятки молодых жизней. Вчера вечером он разговаривал с Казанью. «Белый» сообщил ему, что три дня назад ребята из группировки «Грязь» застрелили его хорошего знакомого только за то, что посчитали его членом его бригады. Он хорошо помнил убитого, они вместе учились в одной школе. Размышляя об этой нелепой смерти своего одноклассника, он невольно подумал, что сейчас можно быть убитым только за то, что каждый день, утром или вечером, приветствуешь своего соседа из группировки.

– Что будем делать дальше, «Резаный»?

Рамиль на минуту задумался, а затем ответил:

– Что за вопрос, «Белый». Мочите их. Ты понял?

За этими непростыми мыслями, он не заметил, как они доехали до здания речного пароходства.

***

Переговоры, на которые приехал «Резаный», протекали трудно. Представитель речного пароходства не скрывал от него, что сильно напуган наездом на них бандитов из Тамбова, и всячески пытался занять нейтральную позицию в этом деле.

– Поймите меня правильно, Рамиль, нам все равно, кому платить, вам или им. Мы просто хотим нормально работать и не оглядываться, когда идем на работу. Вы сами, без нас, решайте эти вопросы, мы с руководством не будем влезать в ваши разборы.

– Нет, милый Иван Тимофеевич, так работать вы не будете. Или вы с нами, или вы на кладбище. Можете это передать всем в вашем окружении, – твердо произнес «Резаный». – Это вам не Тверская в Москве, а вы, надеюсь, не проститутки, которым без разницы, кто их трахает.

Иван Тимофеевич изобразил на лице сначала обиду, а затем маску мученика. Обратив внимание, что на него никто не глядит, он сказал:

– Может, вы сами позвоните им и обыграете этот момент? Вот их телефон, они оставили его для связи с ними.

– Давайте, телефон

Резаный стал набирать номер. Когда их соединили, он посмотрел на окруживших его ребят и сказал:

– Меня зовут «Резаный», я из Казани. С кем я говорю?

– Я «Ангел» из тамбовских. Я ждал этого звонка и хотел бы узнать твое решение этого вопроса.

– Решения по этому вопросу просто нет, – коротко ответил «Резаный». – Если вы нормальные ребята, то должны понимать, что нормальные ребята не отбирают у таких же, как они, кусок хлеба. Поэтому мы думаем, что вы поступаете не по правилам, предъявляя нам какие-то претензии. Петербург – город большой, и барыг в нем достаточно, чтобы хорошо всем зарабатывать. Ищите в бизнесе свою нишу и не лезьте туда, где все занято.

– Слушай, ты, «Резаный», это тебе не Казань! Это Питер, и мне плевать на все ваши понятия. Здесь я буду решать, что такое хорошо и что такое плохо. В конечном итоге это наш город, и я не хочу, чтобы такие, как вы, рвали его в клочья.

– «Ангел», это все демагогия. Тебе, как и мне, нужны деньги и не более. Я сказал тебе нет, и это слово пацана, а не мальчика с пионерским галстуком на груди.

Рамиль положил трубку и, взглянув на Ивана Тимофеевича, поднялся из-за стола.

– Иван Тимофеевич, я завтра жду вашего перевода денег, – произнес он и вышел из кабинета.

 

Вечером на стол «Резаного» легла справка шестого отдела ГУВД Петербурга, с адресами и фамилиями всех участников бригады «Ангела». Увидев на столе списки адресов, Айрат невольно удивился.

– Рамиль, откуда у тебя эти списки? Как ты их достал?

– Нет ничего такого, что нельзя купить за деньги. Главное в этом деле, чтобы были деньги. Так что все в наших руках. Или мы их сегодня всех завалим, или завтра они нас. Раздай ребятам стволы, разбей их на группы в два-три человека. Вот адреса. Мочить всех без разбора. Если попадется «Ангел», тащите его ко мне.

Минут через тридцать девять автомашин сорвались со стоянки у гостиницы и исчезли в темноте февральской ночи.

***

В небольшом, но достаточно уютном кафе на Невском проспекте, за одним из столиков сидели трое молодых людей, которые о чем-то мирно беседовали. Их внимание привлекла небольшая группа молодых девушек, которая расположилась неподалеку.

– «Малек», как тебе девчонки? – поинтересовался один из парней.

– Да, ничего особенного. Мочалки, не больше, – ответил тот. – Вот вчера мы с Гошей зависли с девочками, вот это, да. А, эти – мочалки.

– А, когда это вы успели с Гошей состыковаться? – спросил «Малька» все тот же парень. – Вроде бы Гоши с утра в городе не было?

– Тебе это, «Гарик», знать очень важно? Можно подумать, что ты меня к нему ревнуешь. Слушай, ты случайно не являешься членом группы нетрадиционной ориентации?

– Да пошел ты, – обиженно произнес «Гарик». – Ты сам, наверное, голубой.

– Да, ладно, я просто пошутил, – сказал, улыбаясь, «Малек». – Вчера нас всех собирал у себя «Ангел». Если что, то на следующей неделе начнем мочить татар. Так что «Ангел» просил всем передать, чтобы ребята были готовы.

– «Малек», он прав. Нужно было давно с этими татарами покончить. А то приехали в Питер и ведут себя, словно хозяева города, – произнес третий парень, сидевший за столом.

– Может, ты и прав, Женек, но «Ангел» сам решает эти вопросы. Скажет, завтра мочить, начнем завтра.

– Слушай! А, что мы сами не можем решить этот вопрос, без «Ангела»? Ты же старший нашей бригады. Я смотрю иногда на тебя и думаю, вроде бы ты такой авторитетный мужик, в городе все тебя знают, все уважают, а ты все еще в рот «Ангелу» заглядываешь, ждешь, когда он тебе что-то скажет.

– Ты заткнись, Женек. Давай. не сталкивай, меня с «Ангелом». Я против него еще мальчик. Подожди, придет время, и мы заявим о себе в полный голос.

– Смотри, «Малек», не опоздай, а то получится, как с татарами. «Ангел» тоже ждал своего времени, а когда дождался, то оказалось, что ему ничего от пирога не осталось. Так и здесь. Ты что, будешь воевать со своими ребятами, что ли?

– Погоди, Женек, не гони лошадей. Придет время, там и посмотрим, с кем нам воевать.

В кафе вошло двое парней. Осмотревшись по сторонам, они, молча, направились к свободному столику. Один из вошедших молодых людей направился к столику, за которым сидели «Малек», Евгений и «Гарик».

– Мужики, – произнес незнакомец, – у вас случайно огонька не будет?

– Мужики землю пашут, а здесь сидят пацаны, – ответил Женек.

Парень опешил от подобного ответа и на какой-то миг растерялся.

– Тебе что не ясно? Проваливай отсюда, – с угрозой в голосе произнес «Гарик».

– Ну, извините, пацаны. Я не хотел вас обижать.

– Я тебе сказал, проваливай, – повторил «Гарик» и поднялся из-за стола с явным намереньем устроить скандал.

Сидевшие рядом девушки испуганно замолчали и, быстро схватив свои сумочки, чуть ли не бегом устремились из кафе. Подошедший парень выхватил из кармана куртки пистолет и выстрелил «Гарику» в лицо. Расстояние между ними было от силы полтора метра, и промахнуться было просто не возможно. Пуля угодила Гарику в лицо и вышла из затылка. Тот, словно сноп, рухнул на стол, заливая закуски своей кровью.

Второй незнакомец стал в упор расстреливать «Малька» и Евгения, которые бросились бежать в сторону кухни. Первым упал Евгений. Три пули вошли в его большую тренированную спину. Падая, он зацепился за «Малька» руками, словно требуя, чтобы он не оставлял его умирать здесь на грязном полу кафе. «Малек» не удержался на ногах под тяжестью своего приятеля и упал на пороге кухни.

Парень подошел к нему и двумя выстрелами в затылок поставил окончательную точку в этой разборке.

– Марсель, – обратился один к товарищу. – По-моему, все «наглушняк», давай, сваливаем отсюда.

Засунув пистолеты за пояс брюк, они свободно вышли из дверей кафе и, свернув в ближайший переулок, сели в ожидавшую их автомашину. В эту ночь было убито около десяти человек из числа Тамбовской группировки Питера.

«Ангел», скованный по рукам и ногам, лежал в багажнике одной из автомашин. «Резаный» вышел из номера гостиницы в сопровождении своей охраны и сел в ожидавшую его автомашину. Они ехали больше часа, прежде чем им удалось вырваться за пределы города. Проехав еще километров десять, они остановились, заметив стоящие на бровке автомобили. «Резаны» не спеша вылез из машины и приказал своим ребятам вытащить из багажника «Ангела».

Парень стоял на бровке дороги, морщась от яркого света фар, бившего ему в лицо.

– Вот ты какой, «Ангел»? Дерзкий, смелый, – произнес «Резаный». – А, где у тебя крылья? Жалко, что нет крыльев. Или мои ребята тебя пощипали, и ты стал похож не на ангела, а на курицу. Жалко мне тебя. Погибаешь не по-умному. Тебе бы дружить со мной, уважать меня, а ты затеял войну, и главное, с кем? Ты хотел меня поставить на колени? Еще не родился тот человек, который бы смог это сделать.

Один из охранников по знаку «Резаного» достал из машины канистру с бензином и вылил ее содержимое на голову «Ангела».

– Ты, наверное, догадался, что сейчас твоя душа вознесется к Богу.

Он махнул рукой и отошел в сторону. Кто-то из ребят швырнул в Ангела окурок. Бензин вспыхнул, и окрестности потряс душераздирающий крик умирающего в огне парня.

Он еще продолжал кататься по земле, объятый пламенем, а «Резаный» уже садился в свою автомашину. Через минуту все стихло. «Резаный» в сопровождении своей охраны направился к себе в гостиницу.

***

Перед тем, как войти в свой подъезд, «Купец» несколько раз проверился. Будучи сам наемным убийцей, он хорошо знал тактику киллеров, стрелять своих клиентов в подъездах домов. Поэтому, поднимаясь по лестнице, он тщательно соблюдал предосторожности.

Последние три месяца он жил один. После смерти отца, его мать сошлась с одним мужчиной и вскоре перебралась к нему жить. У сына она бывала раз в неделю, чтобы постирать белье, приготовить еду. Сам он мать не осуждал. Он был взрослым и понимал, что жизнь остановить невозможно, и пока человек жив, он хочет чувствовать себя востребованным и нужным.

Открыв дверь квартиры, «Купец» вошел в прихожую. Он снял куртку и направился на кухню, чтобы пообедать. Когда он разогрел свой нехитрый обед и сел за стол, раздался телефонный звонок.

– Привет, «Купец», – услышал он голос «Быка». – Слушай, братан, давай, перенесем нашу встречу на девять часов. Сейчас, я не в городе, и раньше этого времени не смогу вернуться в Казань.

«Купец» на долю секунды замялся, не зная, что ему ответить, соглашаться с переносом встречи или нет. Наконец, справившись с охватившим его волнением, прокашлявшись, ответил:

– Хорошо, Наиль, я не против переноса времени встречи. Место, надеюсь, остается старым, или ты его тоже решил поменять? Говорят, что стреляная ворона каждого куста боится.

– Ты что, «Купец», фильтруй базар! Это ты мне на что намекаешь? Я не знаю, как ты бы вел себя на моем месте, когда на твоих глазах убили бы твоих товарищей.

«Купец» говорил с «Быком» абсолютно спокойно, хотя в душе его кипела злость. Он не любил, когда кто-то ломал намеченный на день график дел и переносил назначенные им же самим встречи.

– Хорошо, хорошо, – повторил «Купец». – Раз в девять, так в девять, я не против. Слушай, «Бык», может, ты мне все же сообщишь о теме, которую ты намерен со мной обсудить? Может, она и не стоит, чтобы ее обсуждать?

– Деньги, «Купец», большие деньги. Если бы не эти казначейские билеты, я бы тебя не стал напрягать. Просто, ты мне в этом деле необходим, так как хорошо знаешь того человека, о ком пойдет речь. Скажи, может быть, ты против денег, которые при первом же толчке просто упадут в твои руки?

«Купец» положил трубку и, вернувшись на кухню, сел за стол. Он не верил «Быку», но, тем не менее, его слова о деньгах невольно возбудили интерес у него.

«Интересно, почему «Бык» перенес время встречи? Может, он догадывается о моих замыслах, или действительно у него какие-то свои дела и свои сложности?», – подумал он.

В шесть часов вечера «Купец» и братья Синявские выехали от дома и направились в сторону центра города. В районе Танкового кольца их машину остановил пост милиции. Сотрудник милиции жезлом указал ему, чтобы он припарковался рядом с постом.

«Откуда здесь менты? – подумал «Купец». – Раньше же здесь никогда не было ментов».

«Купец» привычным движением правой руки провел по груди. Нащупав рукоятку пистолета, он немного успокоился.

– Хорошо, что не положил пистолет под коврик. Если что, можно будет их завалить.

Купец вышел из машины и протянул лейтенанту, одетому в камуфлированную форму спецназа, свои документы.

– Почему машина без номера? Куда едем, что везем? – улыбаясь, поинтересовался у него молоденький лейтенант.

– Понимаете, товарищ лейтенант, решил продать машину, вот и снял с учета. Покупатели почему-то не верят, что у меня классная тачка, и попросили их немного покатать по улицам города, чтобы они лично убедились, что машина на ходу, – ответил «Купец».

Не выпуская документов из рук, лейтенант приказал ему открыть багажник автомашины.

– Ты что, командир? – произнес «Купец». – Что за дела? Это что, обыск? У вас есть постановление прокуратуры или еще какие-то документы, дающие вам эти полномочия?

Однако, это не остановило лейтенанта. Он вновь повторил свое требование и стал доставать из кобуры пистолет. Стоявшие недалеко от него двое сотрудников милиции направили на автомашину автоматы. «Купцу» ничего не оставалось, как подчиниться этому приказу. Он не спеша подошел к автомашине и открыл багажник. В багажнике лежала большая спортивная сумка черного цвета.

– Что в сумке? – спросил его лейтенант. – Откройте сумку!

– Я откуда знаю, что в этой сумке? Я только что из сервиса и эту сумку вижу впервые в жизни?

– Ты хочешь сказать, что сумка не твоя? – переспросил его лейтенант.

– Именно так, товарищ лейтенант. Сумка не моя, и как она оказалась в машине, я не знаю.

Лейтенант сделал два шага в сторону автомашины. Купец напрягся, словно готовясь к прыжку. Его рука нащупала ребристую ручку пистолета. Это заметил и лейтенант. Он ловко выхватил пистолет и, направив его на «Купца», закричал что есть силы:

– Лежать, кому говорю! Лечь на землю, руки вытянуть вперед! Малейшее движение, и я буду стрелять!

Последнее, что увидел «Купец», это лица братьев Синявских, которых за шиворот вытаскивали из машины работники милиции.

***

Еще днем к «Быку» пришел Дмитрий Горохов и молча, положил перед ним распечатки разговоров интересовавших его людей. Четверо ребят из его списка в Москву ни разу не звонили со своего телефона. Лишь только с одного телефона были звонки в Москву. «Бык» достал из кармана куртки записную книжку и, открыв ее на нужной странице, стал сверять номера московских телефонов с записями в своей записной книжке.

«Вот и крот», – подумал он, обводя карандашом номера телефонов на распечатке.

Ему не верилось, что он так быстро нашел стукача в своем окружении. Если бы кто-нибудь раньше высказал подобное подозрение в адрес этого человека, то «Бы» никогда не поверил бы этому. Отпустив Горохова, он сел за стол и начал внимательно изучать документ ГТС. Он быстро нашел дату покушения на него и стал внимательно изучать именно этот день. И как раз с этого телефона были осуществлены два звонка на телефон «Купца». «Бык» свернул распечатку и убрал ее в тумбу стола. Теперь оставалось главное – ликвидировать предателя.

«Кому это поручить? – подумал он. – Ведь убить своего товарища не каждый из ребят согласиться».

Он в который раз стал перебирать в голове имена своих ребят. Однако, никак не мог остановиться хотя бы на одном. Всем он им верил, но поручить это дело не мог. Ему был нужен человек, который еще не был повязан с ним кровью.

«Что я ломаю голову? – подумал он. – Пусть это сделает Горохов. Он несовершеннолетний, и даже если запалится, то получит от силы червонец, не более».

Он вышел на улицу и, увидев Горохова, стоявшего в группе ребят, окликнул его.

– Вот что, «Дьявол». Позови ко мне «Крюка». Сделай это так тихо, чтобы никто из его окружения не знал об этом. Я сейчас отъеду из поселка и буду вас ждать около завода РТИ. Понял?

 

Дмитрий, молча, кивнул головой.

«Бык» набросил на себя куртку и, сунув пистолет за ремень брюк, направился на улицу. У порога он остановился и вернулся обратно в комнату. Он открыл ящик тумбочки и достал из нее распечатку, которую сунул ее в карман куртки.

– Наиль, ты куда? – поинтересовался у него «Храпун». – Почему один?

–Все нормально. Не дергайтесь, я с «Дьяволом», – ответил «Бык» и сел в машину.

Через минуту, минуя охрану, стоявшую на въезде в поселок, он повернул машину и поехал к заводу РТИ.

***

– «Бык», ты почему один, без охраны? – поинтересовался «Крюк». – Ты что, Наиль, забыл, что с тобой было совсем недавно? Где гарантия, что подобное больше не повторится?

– Крюк, ты что выступаешь? Я еще не страдаю потерей памяти и хорошо все помню. Давай, садитесь в машину, и погнали.

«Крюк», похоже, немного заволновался. Раньше «Бык» никогда не ездил один, его обычно охраняло не менее двух человек.

–Ты что, «Крюк», испугался чего-то, или мне это показалось? – спросил его «Бык».

– Наверное, тебе показалось, – ответил «Крюк» и сел рядом с ним на переднее сиденье. На заднем сиденье машины сидел «Дьявол».

Машина резко тронулась с места. Свернув в переулок, они поехали в сторону завода «Теплоконтроль». Остановившись около предприятия, «Бык» выскочил из автомашины и чуть ли не бегом бросился в сторону проходной завода.

– Это он куда так рванул? – спросил «Крюк» у Дмитрия.

– Откуда я знаю? Я думал, что ты в курсе этой поездки.

Минут через пять они увидели «Быка». Он сел в автомашину и взглянув на лица ребят, произнес:

– Сейчас поедем в Зеленый Бор. Нужный мне человек только что отъехал и сейчас находится в Зеленом Бору на базе химико-технологического института.

– «Бык» может, вернемся и возьмем с собой ребят? – предложил «Крюк». – Мало ли что, ведь придется ехать через поселок Мирный?

– Возвращаться, плохая примета, – ответил тот и увеличил скорость.

Они без особых приключений проехали через Мирный и помчались к Зеленому Бору. Увидев у дороги указатель, «Бык» свернул с трассы и поехал в сторону спортивного лагеря института.

– Слушай, Бык, что-то не видно твоего человека. Где он должен ждать тебя? – обеспокоенно спросил его «Крюк».

Наиль остановил автомашину и заглушил двигатель. Он вышел и стал осматриваться по сторонам. Вслед за ним из машины выбрались «Крюк» и Горохов.

Он достал распечатку телефонных разговоров.

– На, Крюк, возьми. Посмотри, что я откопал, – сказал он и протянул ему распечатку ГТС.

«Крюк» сначала не понял, что от него хочет «Бык». Он, молча, взял в руки распечатку и стал ее рассматривать.

– «Бык», ты зачем мне ее дал? Я чего-то, не въезжаю. Ты что, мне что-то предъявляешь или просто так шутишь? Почему ты решил это сделать здесь в лесу, а не в поселке, при ребятах?

– Какая разница, «Крюк», где тебе это предъявлять, здесь или там, в поселке. Ты, сука! Ты предал не только меня, но и всех своих друзей, с кем рос и с кем учился в школе.

– «Бык», это не то, что ты думаешь, – оправдываясь, произнес тот одеревеневшими от страха губами. – Просто, я хотел перебраться жить в Москву и попросил ребят помочь мне там с работой.

– «Крюк», я не мальчик. Это номер телефона «Мартына», а не каких-то там мифических ребят. Ладно, «Крюк», ты продал меня, но за что ты убил своих друзей, с кем пил и ел?

– Я никого не убивал, и ты это хорошо знаешь! Они погибли из-за тебя, и их кровь на тебе, а не на мне, – закричал «Крюк», увидев в его руках пистолет. – Да, я тебя ненавидел, но это тебя, а не их. Я всегда считал, что ты выскочка, что ты обираешь ребят, а сам живешь в роскоши. Ты за два последних года построил себе коттедж, ездишь на «БМВ». А, что имели мы, которые по твоему приказу убивали и хоронили этих коммерсантов? Что имеют родственники Макара и Семы, погибших за этот завод РТИ? Ничего!

Неожиданно «Крюк» оттолкнул Горохова в сторону и бросился в лес. Однако, глубокий снег сковал его ноги. Подняв пистолет на уровень глаза, «Бык» дважды выстрелил в его спину. «Крюк», словно птица, взмахнул руками и упал в глубокий белый снег.

– На, возьми пистолет и добей его, – буднично произнес «Бык» и протянул ствол Горохову.

– Наиль, я не могу! – закричал испуганный «Дьявол», отводя протянутый пистолет в сторону.

– Сможешь, если хочешь жить, – произнес «Бык». – А, иначе, ляжешь с ним рядом.

Дмитрий взял в руки пистолет и направился к распластанному на снегу телу своего бывшего товарища. «Крюк» лежал лицом вниз. Белый, нетронутый людьми снег, словно саван, обволакивал его фигуру. Горохову в какой-то момент показалось, что «Бык» и «Крюк» специально разыгрывают его. Однако, присмотревшись внимательней, он увидел темное пятно крови на спине «Крюка». Теперь он уже не сомневался, что разыгравшаяся здесь драма была не шуткой.

Горохов потерял чувство реальности, он что-то кричал, разряжая весь магазин в голову «Крюка». Пришел в себя только тогда, когда почувствовал, что «Бык» вырывает пистолет из его рук.

– Вот так-то лучше, – произнес тот. – Теперь возьми в багажнике машины лопату и закидай труп.

«Дьявол», словно робот, взял лопату и быстро забросал труп снегом. Положив лопату в багажник, он побежал к дереву. Его стало рвать. Обессиленный, он вернулся к машине.

– На, выпей, – «Бык» протянул ему полный стакан водки.

Горохов взял в руки стакан и одним залпом осушил его. Он не почувствовал горечи, ему показалось, что он выпил не водку, а воду.

– Вот что, «Дьявол». Через неделю возьмешь машину «Крюка» себе. Пусть тебя временно катает «Мотор», а когда получишь права, машина будет твоей. А, пока, отдыхай. У нас с ребятами вечером большая охота, и к ней нужно хорошо подготовиться.

– Хорошо, – ответил тот и закрыл глаза.

***

«Купец» очнулся от холода, который пробирался к его телу через задранную на спине куртку. Рядом с ним на снегу лежали связанные по рукам и ногам братья Синявские.

Он застонал от сильной боли в затылке и попытался подняться на ноги. Однако, сильный удар ногой в лицо, снова опрокинул его на снег. Он почувствовал резкую боль в голове и на время потерял сознание. Из разбитого носа ручьем потекла кровь. Скоро снег вокруг головы «Купца» окрасился в красный цвет.

Через некоторое время он очнулся, но побоялся открыть глаза. Только сейчас до него дошло, кем на самом деле были эти работники милиции. От боли и душившего его бессилия он вновь невольно застонал. Слезы отчаяния потекли из его глаз, замерзая маленькими льдинками на небритых щеках.

– Ну что, очнулся, сука? – спросил его парень в погонах лейтенанта милиции на куртке. – Потерпи еще немного «Купец». Осталось совсем ничего, скоро ты и твои друзья отмучаются навсегда.

Он лежал на снегу и с интересом наблюдал за тем, как молодые ребята снимали с себя милицейскую форму и аккуратно складывали ее в вещевые мешки. Один из парней забросил их в стоявшую недалеко милицейскую автомашину и сел за руль.

– Ну ладно, мужики, я поехал. Вы сами разбирайтесь со своими пленными. Мне, в отличие от вас, нужно ехать на службу. Извините, труба зовет.

Через минуту, сверкнув красными габаритными фонарями, милицейская машина скрылась из вида. Оставшиеся на берегу Волги ребята стали весело обсуждать проведенную ими операцию. Минут через пятнадцать к ним подъехала «девятка» малинового цвета. Из машины вышел «Бык» и, не обращая внимания на ребят, направился к лежащему на снегу «Купцу».

– Ну что, вот мы и встретились с тобой! «Купец», если хочешь жить, то скажи мне, кто меня заказал? Врать не стоит, я сам знаю, но хотел бы, чтобы ты это подтвердил.

«Купец» попытался приподняться, но «Бык» уперся ногой ему в грудь.

– Клянусь, я не при делах. Я не понимаю, что ты от меня хочешь?

Переходя на блатной сленг, «Купец» продолжил.

– «Бык», пойми, я не при делах и не хочу держать мазу за кого-то из ребят, которые стреляли в тебя. Почему я за них должен отвечать?

«Бык» расстегнул брюки и стал мочиться на лицо «Купца». Это было самое страшное унижение среди уличных ребят.

– Ты знаешь, «Купец», мне сейчас все равно, кто меня заказал. Для меня сейчас важнее, что стреляли в меня лично ты и эти два твоих товарища. Это для меня важнее имени заказчика.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25 
Рейтинг@Mail.ru