Волки

Александр Леонидович Аввакумов
Волки

– Я чего-то не понял, товарищ начальник. Уж больно вы мудрено говорите.

Виктор посмотрел на него. От прежнего уверенного в себе Пятакова не осталось и следа. Его глаза, словно два сверла, буравили его. Абрамов сделал паузу и произнес:

– Странно, что вы меня не понимаете, Пятаков. Видно, думаете не о своем спасении, а о чем-то другом. Так вот, когда мы с вашей помощью возьмем «Гнилого», я вам обещаю, что лишь после этого мы легализуем вашу явку с повинной, словно вы ее дали не сегодня, а после показаний «Гнилого». Как вам этот вариант? И вы чисты перед ребятами, и срок меньше за помощь милиции.

– Ох, и хитрый вы, товарищ начальник. Я бы не хотел быть вашим постоянным врагом, вы все равно меня обманете, все равно поймаете на чем-нибудь. Я, в принципе, согласен с вашим предложением, только нужно все это сделать так, чтобы мне никто и не когда ничего не предъявил со стороны подельников.

– Вы не волнуйтесь, Пятаков, в хоккей играют настоящие мужчины. Не вы первый и не вы последний в этой жизненной практике. Вы знаете, какие люди здесь только не сидели. Если вам это все рассказать, вы все равно мне не поверите. Так что не переживайте. Вот вам бумага, садитесь и пишите.

Пятаков сел за стол удобнее и начал медленно писать, старательно выводя слова. Постепенно он стал излагать свои мысли на бумаге все быстрее и быстрее. Когда он закончил писать, его отвели в камеру. Виктор пододвинул к себе листы бумаги и стал внимательно их читать.

***

– Привет, «Кореец», – произнес «Мартын» в телефонную трубку. – Как у тебя дела в Казани? Как с сельским хозяйством? Косилки приобрел?

– Плохо, «Мартын». То ли крыша худая, то ли какая-то другая напасть, только весь урожай сгнил.

– Как это сгнил? – удивленно спросил «Мартын».

– А, вот так и сгнил. Хрен бы с этим урожаем, только Павел утонул при этом. Пока не ясно, то ли случайно попал в эту воронку, то ли подтолкнул кто-то. Сейчас, пытаемся вытащить его, но воды слишком много.

–Понятно. Может, страховщик тебя слил, я слышал краем уха, что теперь они с «Быком» друзья не разлей вода.

– Не думаю. Ни «Бык», а тем более ни страховщик, об этом ничего не знали. Если бы «Бык» узнал об этом, да еще то, что страховщик подогнал мне деньги, то он, наверное, сразу же убил бы его за это.

– Кстати, а где сам «Бык» сейчас? – поинтересовался у «Корейца» «Мартын».

– Насколько знаю, он дней пять назад уехал куда-то отдыхать с женой. Сейчас у него новый медовый месяц, и думаю, что ему сейчас не до этого.

– Ладно, «Кореец». Разбирайся сам со своими проблемами. Павлу постараюсь помочь, если, конечно, получится. Мне «Михей» передал, что «Бык» завалил твоего приятеля «Купца». Проверь эту информацию, без меня ничего не предпринимай, – произнес «Мартын» и положил трубку.

«Кореец» положил трубку и облегченно вздохнул. Он не любил эти разговоры с «Мартыном» и его интонацию в подобных разговорах. После таких разговоров «Кореец», как правило, плохо себя чувствовал, где-то в подкорке его головного мозга просыпался какой-то первобытный страх, который не давал ему покоя ни днем, ни ночью.

– Ну, что «Синий», как у тебя с милицией? Есть что обнадеживающее?

– Хорошего мало. Этим делом занимается Абрамов, а к нему, со слов ребят, подходов нет. Парень из Ижевска тоже там, в ИВС МВД. Говорят, что молчит, однако мне почему-то плохо в это верится. Абрамов не такой человек, чтобы не сломать какого-то колхозника из Ижевска.

– Всякое возможно. Может, он из таких людей, кого просто так не сломишь?

– Ты что, «Кореец»? Можно подумать, что он идейный, прямо большевик какой-то. Это раньше люди за идею умирали, а теперь таких едва ли найдешь.

– Слушай, «Синий», «Мартын» пообещал помочь Павлу. Посмотрим, как у него это получится. Пока жалко только одно, что не смогу помочь «Михею». Он просил у меня одну «косилку» для работы, теперь придется отдавать чуть ли не последнюю. Подумает, что я не захотел ему помочь.

«Синий» повернулся и вышел из комнаты. «Кореец» потянулся, посмотрел на часы, которые показывали начало первого, и направился на кухню. Он подошел к газовой плите и открыл кастрюлю. Вкусный запах наваристого борща ударил ему в нос. Он взял тарелку и начал накладывать борщ.

***

Перечитав явку с повинной Пятакова, в которой он признавался, что привез для продажи в Казань четыре автомата, Абрамов закрыл дверь кабинета и направился к Вдовину. Зайдя к нему в кабинет, он, молча, положил ему на стол явку с повинной, а сам присел на стул.

Вдовин перечитывал явку несколько раз, а затем, отложив листы в сторону, поднял на него глаза и спросил:

– Николаевич! Твои соображения по этим материалам?

– Анатолий Герасимович, предлагаю хлопнуть этот подпольный сборочный заводик, – ответил Абрамов. – Думаю, что двум экипажам Отдела Быстрого Реагирования, это вполне по силам.

– Каким образом, ты планируешь это сделать? Это же другая республика, Удмуртия, а не Татарстан.

– Пока Пятаков писал явку с повинной, я набросал небольшой план по реализации этой информации. Вот, можете с ним ознакомиться. А, если короче, то я, с вашего разрешения, сейчас внесу в сводку информацию, в которой укажу, что при лобовом столкновении «девятки» и грузовой автомашины пострадал водитель «девятки», житель города Ижевска, некто Пятаков. Отмечу, что он получил множественные переломы нижних конечностей и доставлен в РКБ Пестречинского района. Завтра, я позвоню его матери и сообщу ей об этом ДТП, попрошу ее связаться с «Гнилым» и сообщить ему об этом. Вечером, сам Пятаков, позвонит в Ижевск и сообщит о ДТП «Гнилому». Я больше чем уверен, они там, в Ижевске, попытаются перепроверить информацию, и подключат своего человека из милиции. О том, что у них в милиции есть свои люди, говорит сам факт того, что работают они по сборке и продаже автоматов больше полугода. Если бы не было бы милицейской «крыши», то они наверняка бы давно сгорели. Теперь вы, Анатолий Герасимович, понимаете, почему мне будет нужна эта информация в суточной сводке. Второе. Нужно будет срочно заблокировать телефон «Корейца», так как я не исключаю, что к нему может обратиться «Гнилой» и попытаться через него перепроверить эту информацию.

– Погоди, Виктор Николаевич. Вдруг «Гнилой» позвонит не «Корейцу», а «Мартыну»? Он же тоже знаком с этим самым «Гнилым»? – перебил Абрамова Вдовин. – Что тогда?

– Не думаю, что «Гнилой» будет звонить «Мартыну». ДТП, ведь не в Москве? «Гнилой» же хорошо знает, что «Мартын», все равно, поручит это проверить «Корейцу». Главное, чтобы Пятаков в своем разговоре с «Гнилым» сообщил ему, что его навещал в больнице «Кореец», которому очень нужны автоматы. Что «Кореец» готов направить в Ижевск своих людей для их приобретения. И главное, что должен сообщить Пятаков, что он дал его телефон для непосредственной связи с ним. Если это все прокатывает, тогда мы направляем в Ижевск две свои группы. Одна будет выступать в роли покупателей, а вторая будет ее страховать и прикрывать при необходимости.

Вдовин откинулся на спинку кресла и задумался. Через минуту, обдумав предложенный им план, он сказал:

– Виктор Николаевич, ты знаешь, я поддерживаю твой план. План, мне кажется, вполне реален и, что самое главное, выполним. Сейчас, важно убедить в этом Феоктистова, чтобы он согласился с этой операцией. А, для этого изложи свой план на бумаге. Вдруг ему нужно будет согласовывать все это с министром? Мы же с тобой не каждый день хлопаем сборочные заводы по сборке автоматов.

– Все понял, Анатолий Герасимович. Через час план будет у вас на столе.

Через час, как Абрамов и обещал, он вошел в кабинет Вдовина и положил ему на стол план оперативно-розыскных мероприятий по ликвидации подпольного сборочного завода на территории Удмуртии. Перечитав несколько раз мой план, он утвердил его и, взяв его с собой, направился к заместителю министра Феоктистову.

Вернулся он к себе через час. Судя по выражению его лица, Вдовину удалось убедить Феоктистову в необходимости проведения этой операции.

– Ты знаешь, Николаевич, Феоктистов согласился с этой операцией, правда, не сразу. Мне пришлось его чуть ли не силой убеждать в ее необходимости. Главным козырем было то, что я ему пробросил мысль: если мы не накроем этот завод, то ижевские бандиты вооружат все наши преступные группировки автоматическим стрелковым оружием, и вот тогда нам будет очень трудно раскрывать все эти многочисленные убийства, совершенные с применением огнестрельного оружия.

– Вы знаете, Анатолий Герасимович, мне всегда казалось, что Феоктистов – человек рисковый, что его не надо в чем-то убеждать, если есть возможность ликвидировать саму угрозу совершения преступлений. А, сейчас, ты говоришь такие вещи, в которые я верю с большим трудом.

– Все просто, Виктор Николаевич. Он уже не оперативник, а чиновник, и, как все чиновники, он очень осторожно подходит к решению любого вопроса. Прежде чем дать свое согласие, он сто раз все взвесит. А, теперь, давай, иди и занимайся своим планом, подбирай людей.

***

Два человека из бригады «Михея» вот уже вторую неделю вели наблюдение за двумя авторитетами «Кинопленки», которые подозревались в убийстве «Гордея». Миронов и Лавров, авторитеты «Кинопленки», передвигались по городу, как правило, вдвоем в сопровождении двух охранников. Судя по внешнему виду охранников, это были спортсмены. Их накачанные железом торсы внушали невольное уважение к ним со стороны других ребят.

– Ну, что скажешь? – произнес «Моня», штатный ликвидатор «Грязи», обращаясь к своему молодому напарнику. – Просто так, «Винт», этих ребят не завалишь. Нужно выбрать место, где не так много народу, иначе с ними трудно будет справиться.

– «Моня», ты говоришь так, словно нам нужно будет с ними бороться. Может, еще посидим, подождем? Я не думаю, что они так и будут мотаться все вместе. Вот отремонтируют Мирону машину, и они разделятся. Поодиночке с ними будет проще разобраться.

 

– Чудак ты, «Винт», хоть и закончил техникум. Здесь мы сразу можем их двоих завалить, а там придется еще побегать за кем-то из них. А, если они вычислят тебя или меня, ты представляешь, что они с нами сделают? Вот поэтому их и нужно валить сразу вместе, а не поодиночке.

– Понятно, – произнес «Винт». – Слушай, «Моня», а, давай, их завалим прямо здесь, в кафе? Ты же знаешь, что они каждый вечер заезжают в него перекусить. Мне кажется, что место просто идеальное. Всего шесть столов, народа в кафе бывает мало.

– Посмотрим. Смотри внимательно за дорогой, не повесили ли они за нами хвост, а то стоим здесь уже полчаса.

Мирон и Лавров, переговорив с местными ребятами, сели в автомашину и поехали в сторону поселка Левченко. На углу улиц они остановили машину и стали кого-то ждать. Минут через двадцать около их автомашины остановилась «Тойота». Мирон вышел из своей машины и сел в «Тойоту».

– Интересно, о чем они там шепчутся? – произнес «Моня». – Ты случайно не знаешь, кому принадлежит эта машина?

– Нет, – коротко ответил «Винт». – Первый раз ее вижу.

– Вот и плохо, я тоже не знаю. А вдруг в машине «Резаный»? Вот было бы здорово его прямо здесь замочить.

Минут через пятнадцать Мирон вышел из «Тойоты» и, остановившись около машины, закурил. «Тойота» посигналила им, развернувшись, и поехала в сторону выезда из поселка.

Пока «Моня» наблюдал за отъезжающей иномаркой, он не заметил, как Мирон бросил сигарету и сел в машину. Машина с ребятами выехала из поселка Левченко и направилась в сторону «Жилки». Не доезжая до самой Жилки, она остановилась около небольшого кафе. Оставив в машине водителя, Мирон и Лавров в сопровождении охранника направились в кафе.

– Ну вот, кажется, и пришел наш час, – произнес «Моня» и достал из сумки два пистолета.

Его примеру последовал и напарник. Они навернули на стволы глушители и взвели пистолеты. Сунув пистолеты за ремень брюк, они вышли из машины и сразу же направились в сторону кафе.

Мирон и Лавров сидели лицом к двери и сначала не обратили никакого внимания на двух, входящих в кафе молодых парней. Охранник сидел за соседним столом и поедал какое-то блюдо. Моня выхватил из-за пояса пистолеты и с двух рук открыл огонь по ребятам с «Кинопленки». Первыми выстрелами он убил охранника. Одна из выпущенных пуль попала ему в голову и разнесла ее, словно спелый арбуз. Напарник «Мони» «Винт» не стал ждать финала бойни и тоже открыл шквальный огонь. Мирон упал на пол и, прикрываясь поваленным на пол столом, попытался отползти в сторону. Однако, этого ему не позволил сделать «Моня». Он подскочил к Мирону и двумя выстрелами в голову добил его.

– Где Лавров? – спросил «Моня» «Винта».

Осмотревшись по сторонам, они увидели тело Лаврова, которое лежало на полу. Винт перевернул тело, и они увидели, что тот еще жив, несмотря на то, что несколько пуль прошили его грудь. «Винт» двумя выстрелами в голову добил его.

На всю эту акцию «Моня» с напарником потратили чуть больше тридцати секунд. Соблюдая максимальную осторожность, они вышли из кафе и направились к машине Мирона. В машине сидел водитель и, закрыв глаза, слушал музыку. Музыка звучала столь громко, что он не слышал ни криков разбегавшихся посетителей кафе, ни выстрелов.

– Кончай его! – произнес «Моня», поворачиваясь к «Винту».

Напарник подошел к машине и выстрелил водителю в лицо, а затем еще два раза в голову. Обтерев ветошью пистолеты, Моня и напарник положили их около машины с убитым водителем. «Моня» поднял голову и огляделся по сторонам. Люди, как и прежде, прогуливались по улице, не обращая никакого внимания на людей, которые с криками о помощи все еще выскакивали из кафе.

– В машину, – спокойно произнес «Моня».

Через час они вышли из бани, переодевшись в чистую одежду, и, попрощавшись, разошлись в разные стороны.

***

Геннадий Перов, или, как его называли местные ребята, «Гнилой», с нетерпением ждал возвращения уехавшего в Казань Пятакова. Перов вот уже полгода как строил в пригороде Ижевска небольшой коттедж, и ему сейчас, как никогда ранее, очень нужны были деньги. О том, что тот без всяких приключений добрался до Казани, он хорошо знал. Пятаков успел сообщить Перову, что сделка состоялась, и он выезжает в Ижевск.

В прихожей чуть слышно зазвонил телефон. Он поднял трубку и сквозь шум и треск в телефонной трубке услышал голос Пятакова, который, как ему показалось, был не совсем естественным. Судя по всему, последнему было трудно говорить. Голос постоянно прерывался, и это невольно стало настораживать.

– Слушай, Гена, – произнес, заикаясь Пятаков, – ты, наверное, уже знаешь от моей матери, что у меня большие неприятности. По дороге домой я залетел под грузовик и сильно побился. Сломал обе ноги и сейчас нахожусь в районной клинической больнице Пестречинского района.

Пятаков тяжело вздохнул и закашлялся в трубку.

– Как это произошло, ведь ты так хорошо водишь? – поинтересовался у него Перов.

– А, черт его знает. Наверное, заснул за рулем, – прокашлявшись, ответил Пятаков. – С кем не бывает. Ладно, хоть жив остался. Похоже, я сам виноват, и меня сейчас трясут дознаватели из ГАИ. «Гнилой», не переживай, все деньги при мне. Приеду, сразу же тебе отдам. Врачи, правда, не знают, сколько мне придется здесь проваляться и вообще что-то темнят. Похоже, что-то мне не договаривают, наверняка, кроме сломанных ног, у меня еще чего-нибудь не совсем хорошее. Я уже бояться стал, вдруг ногу отрежут, что я буду делать? Кому я без ноги буду нужен?

Сделав небольшую паузу, Пятаков продолжил:

– Гнилой, я как тебе уже говорил, самого «Корейца», я не видел, ко мне приезжал его человек, назвался Павлом. Насколько я понял со слов этого парня, у «Корейца», похоже, напряг с кем-то из своих казанских ребят, и ему срочно нужны «косилки», штук десять, как минимум. Я передал ему твой прямой домашний телефон, он очень хотел, чтобы ты встретил его гонцов из Казани и решил с ними эту проблему. Так что жди гостей.

Пятаков замолчал. Перов слышал в телефонную трубку тяжелое дыхание своего товарища.

– Слушай, «Пятак», ты сам-то уверен в этих людях? Ты с кем лично встречался?

– Я тебе уже в третий раз говорю, что встречался с Павлом. Он парень, похоже, серьезный, говорит, что служил в спецназе ВДВ. Ты же мне сам говорил, что «Корейца» тебе рекомендовал «Мартын», которого ты хорошо знаешь. Можешь сам позвонить через «Мартына» и запросить у «Корейца» автобиографию.

Пятаков хотел засмеяться над своей шуткой, однако у него не получилось. Перов услышал его кашель.

– Все понял, «Пятак». Давай, поправляйся и быстрей возвращайся домой. Я сегодня буду звонить в Казань «Корейцу» и попрошу его, чтобы они навестили тебя в больнице.

– Спасибо, «Гнилой», но они уже были у меня сегодня утром, – ответил Пятаков.

Перов услышал раздраженный женский голос, который стал отчитывать того за нарушение режима. Он положил трубку.

«Странно как-то все, получается, – подумал он. – Надо срочно позвонить «Мартыну» и переговорить с ним о «Корейце»».

Он поднял трубку и стал звонить «Мартыну» в Москву, однако трубку никто не поднимал. Посидев с минуту, он стал набирать казанский номер «Корейца», пытаясь связаться с ним. Но и в этот раз ему не повезло, номер «Корейца», как и номер «Мартына», не отвечал. Неудача с телефоном озадачила Перова. Он вскочил со стула и начал нервно шагать по комнате. В его голову после вчерашнего вечера, где он явно перебрал спиртного, полезли всякие неприятные мысли, одна страшнее другой. Немного успокоившись, он взял в руки свою записную книжку. Порывшись в ней, он нашел номер своей знакомой, позвонил ей. Она вот уже несколько лет работала телефонисткой на местном ГТС и неоднократно выручала его в сложные моменты. Он быстро набрал ее телефонный номер и, дождавшись ответа, поздоровался с ней.

– Резеда, помоги мне, пожалуйста. Вот уже несколько часов звоню своему приятелю в Казань, но никак не могу дозвониться. Какие-то непонятные гудки, и больше ничего.

Он быстро продиктовал ей казанский номер. Поговорив с ней, еще минут пять, он положил трубку. Через десять минут она позвонила ему и сообщила, что с этим номером связи в ближайшие дня два-три не будет, так как при проведении строительных работ рабочие повредили телефонный кабель. Эта информация в какой-то мере успокоила его, и он, плеснув себе в стакан немного водки, выпил ее без закуски.

Геннадий сел за обеденный стол и, отодвинув сторону грязную посуду, открыл потрепанную общую тетрадь. Открыв нужную ему страницу, он стал подводить итоги по реализации автоматов. Судя по полученным цифрам, результаты реализации были не столь утешительными, как в прошлом месяце. Сейчас у него на руках оставалось еще около двадцати собранных ребятами автоматов, и он просто не знал, куда их сбыть.

Он отложил тетрадь в сторону и поднялся из-за стола. Невольно бросил взгляд на календарь: до расчета за работу с ребятами осталось всего десять дней. Нужно было что-то делать, чтобы перехватить у кого-нибудь хоть немного денег.

– Деньги, деньги! Где вас взять? – произнес он. – Кому продать собранные автоматы? Где найти покупателей?

«Гнилой» снова сел за стол и задумался. Среди его знакомых таких людей просто не было. Он протянул руку и налил себе еще немного водки. Выпив, он быстро оделся и вышел на улицу.

***

«Мартын» сидел в своем кабинете и думал, что подарить своей жене. Он собирался поехать в Казань и вместе с женой отпраздновать их годовщину свадьбы. Вчера вечером он говорил с женой и поинтересовался у нее, какой подарок она хотела бы получить в этот день. Однако жена отделалась от него шуткой и заявила, что лучшим подарком для нее будет его приезд в Казань.

«Мартын» в последние дни много времени уделял выполнению поручения генерала Семина. Еще три недели назад, после их знакомства, которое произошло в загородном доме заместителя мэра Москвы, Семин попросил его оказать ему посильную помощь в съеме небольших квартир и комнат в Москве. «Мартын» не предполагал, что это, на первый взгляд, простое поручение окажется довольно сложным. Генерал через своего человека Юрия Семеновича ставил ему конкретные задачи и сроки. Иногда для съема квартиры людям «Мартына» приходилось тратить не одну неделю, чтобы найти человека, сдающего квартиру в определенном микрорайоне и доме.

«Для чего генералу столько квартир?», – часто думал он.

«Мартын» прикидывал ориентировочную стоимость годовых затрат за эти квартиры, и любопытство еще больше и сильнее разгоралось в нем.

«Нужно будет ради интереса как-нибудь заехать в одну из квартир. Интересно, что в них и кто там сейчас проживает», – снова подумал он об этом.

Однажды при очередной встрече с Юрием Семеновичем они вместе проехали по двум адресам квартир, которые его ребята сняли буквально на днях. Осмотрев квартиры, Юрий Семенович остался доволен.

– Юрий Семенович, – обратился к нему «Мартын». – Скажите, для чего вам нужны эти квартиры?

Юрий Семенович вскинул брови и тихо произнес:

– «Мартын», я думал, ты умнее. Запомни раз и навсегда, никогда и нигде не спрашивай об этих квартирах, потому что никто и никогда тебе не ответит на этот вопрос. Излишние вопросы заметно укорачивают жизнь любопытных людей.

Неделю назад во время встречи у одного из бизнесменов Москвы, «Мартын» случайно узнал от одного из отставных генералов МВД о том, что генерал Семенов по приказу министра МВД России в последнее время занимался специальным поручением. «Мартын» был довольно смышленым человеком и сразу же догадался, чем ему пришлось заниматься все это время. Это был вполне оправданный шаг со стороны Семенова, поручить Мартыну это задание. Никому и никогда не придет в голову, что снимаемые лицами с явным бандитским настоящим квартиры могут быть использованы сотрудниками спецподразделений МВД.

Два дня назад «Мартыну» начальник его службы безопасности Павел доложил о каких-то подозрительных лицах, появившихся около гостиницы «Украина». А, за день до этого сотрудниками охраны была пресечена попытка неизвестных лиц установить в его офисе аппаратуру, позволяющую не только прослушивать все его разговоры, но и фиксировать всех лиц, посещающих его кабинет. Задержать этих лиц охране не удалось, однако помешать им, они смогли. Кто стоял за всеми этими людьми, «Мартын» пока не знал, но это были явно не его конкуренты по преступному бизнесу. Судя по брошенной ими аппаратуре, эти люди были из гласных силовых структур, вполне возможно, из ФСБ.

Именно тогда, когда он внимательно рассматривал лежащее на его столе специальное оборудование, «Мартын» впервые в своей жизни по-настоящему испугался не только за себя, но и за жену и ребенка. Все наемные убийцы «Резаного» и «Быка» сразу же отошли на второй план. Реальная угроза сейчас для него исходила явно не от них, а от представителей этих секретных государственных служб.

 

«Мартын» поднял трубку и набрал Казань. Трубку сняла жена.

– Привет, милая, как у тебя дела? – поинтересовался он. – Я уже всю голову сломал, все думаю, что тебе купить на наш юбилей?

Он разговаривал с женой минут тридцать и, убедившись, что дома все хорошо, положил трубку.

В его кабинет без стука вошел «Гарик» и, сев в мягкое кожаное кресло, сообщил ему новость.

– «Мартын», ты в курсе, что ребята «Михея» завалили четверых человек с «Кинопленки»? Среди убитых: Миронов и Лавров.

– Как это им удалось? – поинтересовался у него «Мартын».

– Все просто. Вошли в кафе и всех положили прямо там. Не знаю, как ты, но я доволен «Михеем». Вообще, он человек слова, сказал, значит, сделает.

– А, что мне быть недовольным? Пусть люди «Резаного» сидят в своих норах и не высовываются.

– Слушай, «Мартын», может, тебе не стоит ехать в Казань, мало ли что? Они же теперь ни перед чем не остановятся в своем желании завалить тебя, – посоветовал ему «Гарик».

– Зря ты меня считаешь трусом. Я никогда не боялся ни драк, ни жизненных сложностей. Я и сейчас их не боюсь, пусть они меня боятся. Я еду к себе домой, а не куда-нибудь.

– Смотри, дело твое. Ты не забывай, что, кроме «Жилки», есть еще и «Бык», который с большим удовольствием всадит в тебя пулю.

– Нет, сейчас ему не до меня. У него теперь хорошая корова, от которой его невозможно оторвать.

«Гарик» поднялся и тихо вышел из кабинета.

***

Утром сотрудники Отдела Быстрого Реагирования Управления уголовного розыска, отобранные Абрамовым для проведения операции в Удмуртии, собрались в кабинете Вдовина. Их было восемь человек, считая его. Вдовин внимательно осмотрел на них и остался доволен нашей экипировкой. Все ребят, за исключением Абрамова, были одеты в спортивные костюмы и кожаные куртки, что лишний раз подчеркивало их принадлежность к так называемым бандитским бригадам. Ребята из его группы, которая должна была прикрывать первый экипаж, была вооружена табельным оружием и автоматом Калашникова.

– Ну что, готовы, ребята? – поинтересовался Вдовин. – Знайте, мужики, что вам предстоит сложное задание. Эти люди, с которыми вам придется общаться, явно не глупы. Они сто раз перепроверят вас, прежде чем продадут хотя бы один ствол. Поэтому вам необходимо вести себя как можно естественней, а случае необходимости действовать по обстоятельствам, ну, конечно, в рамках законности. Помните, что вы представляете в Ижевске татарстанскую милицию, а нам нельзя падать лицом в грязь.

– Анатолий Герасимович, все будет нормально, – ответил Виктор. – Ребята для операции подобраны качественно, среди них нет тех, которые могли бы испугаться каких-то сложностей. Все они бывшие спецназовцы, прошедшие Афганистан и другие горячие точки.

– Да, я вижу, что вы, Виктор Николаевич, отнеслись к этому делу достаточно серьезно. Нам, как вы все знаете, ни двухсотые, ни трехсотые не нужны. Кстати, Виктор Николаевич, возьмите с собой на всякий случай еще два автомата. Думаю, что они там будут не лишними.

Попрощавшись с начальником Управления, Абрамов спустился вниз, в оружейную комнату дежурного по МВД, и получил еще два автомата. Они сели в две автомашины с тонированными стеклами и поехали в сторону Челнов.

Пока они ехали до Ижевска, их трижды останавливали посты ГАИ. Однако, несмотря на наличие у наших сотрудников так называемой «бандитской экипировки», наши машины ни разу не проверялись работниками милиции. В принципе, при соблюдении правил дорожного движения можно было свободно достичь любой точки России.

– Виктор Николаевич, – обратился к Абрамову один из сотрудников, – так мы с этим оружием, выходит, можем уехать, куда захочешь?

– Трудно сказать, куда ты с ним поедешь. Но если сотрудники ГАИ будут так работать, то это не исключено. К нам же смог курьер провести четыре автомата?

– Да, бардак, – произнес другой из сотрудников, сидевший позади него в машине.

Виктор мысленно согласился с ним, так как хорошо знал, как работают эти подразделения ГАИ на трассе.

– Ничего удивительного мужики. Подумайте сами, что можно сорвать с таких ребят, как вы? – спросил он их. – Думаю, что ничего, кроме пули. Сотрудники ГАИ это так же отлично понимают. Не знаю, как вы, но я их хорошо понимаю. Для чего они стоят на трассе, не ради проверок автомашин, а ради профилактики дорожно-транспортных происшествий, а с этим они успешно справляются.

Ребята согласились с ним, и они продолжили путь в сторону Удмуртии.

***

В Ижевск они прибыли во второй половине дня. Город встретил их обилием луж и грязи на улицах. Из первой машины вышел Александр Белов и направился к телефону-автомату. Он набрал номер «Гнилого» и стал ждать ответа.

– Слушаю, – услышал он мужской голос.

– Привет, «Гнилой»! Мы приехали в город, чтобы передать тебе привет от твоего друга, «Корейца». О нашем приезде тебя должен был проинформировать Пятаков. Он тоже передавал тебе большой и пламенный привет.

На том конце провода повисла напряженная тишина. «Гнилой» явно не ожидал гостей из Казани в этот день. Несмотря на предупреждение Пятакова о приезде ребят, звонок оказался для него неожиданным и вызвал в душе чувство тревоги.

– Где вы? – поинтересовался у Белова «Гнилой».

– Мы сейчас в центре города, – ответил ему Белов, – толкаемся около кафе «Сирень». Ты представляешь, где это, или тебе объяснить?

– Сколько вас? – вновь задал вопрос «Гнилой». – Вы на какой машине?

– Ты что, «Гнилой», какой любопытный? Да, все нормально, ты лишнего не паникуй. Нас четверо, мы на малиновой «девятке» с татарстанскими номерами, короче, подъезжай, мы будем тебя ждать.

На том конце снова повисла тишина. «Гнилой» сопел в телефонную трубку, не зная, что ему предпринять.

–Ты особо не напрягайся, «Гнилой». Я смотрю, у тебя в зобу дыхание сперло. Если бы мы были из милиции, то не стали бы тебе звонить, а приехали бы к тебе на хату и повязали бы тебя спокойно без всякого лишнего шума.

«Наверное, он прав, – подумал Гнилой. – Что им «Ваньку» со мной ломать».

– Ждите меня, я скоро подъеду, – произнес «Гнилой» и положил трубку.

Он вчера еще раз перепроверил рассказ Пятакова об аварии. Его бывший одноклассник, а ныне сотрудник МВД Удмуртии позвонил в дежурную часть МВД Татарстана и попросил их выслать в их адрес суточную сводку, в которой говорилось о ДТП в Пестречинском районе Татарстана. Вечером копия этой сводки лежала на столе Перова. Если верить сводке, там действительно было зарегистрировано это ДТП с участием жителя Удмуртии Пятакова. Вроде бы все сходилось, однако какое-то недоброе предчувствие большой беды по-прежнему сидело в душе Геннадия.

«Гнилой» прошел на кухню и достал из холодильника запотевшую бутылку с водкой «Калашников». Взяв с полки пустой стакан, он налил себе полстакана. Водка была достаточно холодной, и он не почувствовал ее горечи. Закусив куском черного хлеба, он вышел в прихожую, быстро оделся. Закрыв за собой дверь на ключ, он направился на улицу. Перед тем как выйти из дома, он минут пять смотрел в коридорное окно, которое выходило во двор его дома. Не заметив ничего подозрительного, вышел во двор и свернул за угол. Он прошел метров триста по улице и, повернув направо, вышел на остановку троллейбуса. Проверившись несколько раз и убедившись в отсутствии слежки, он сел в троллейбус и поехал в центр города.

***

«Гнилой» стоял около киоска «Союзпечать» уже минут двадцать и издали наблюдал за ребятами из Казани, которые стояли около малиновой машины. Из кафе вышли три незнакомых парня и стали останавливать проходящих мимо них людей, спрашивая у них сигареты. Заметив ребят, стоящих у машины, они направились к ним.

– Слышь, – произнес один из них, – у вас сигарет не будет?

Один из казанских ребят полез в карман куртки и протянул им пачку. Один из местных взял пачку и, угостив сигаретами подвыпивших друзей, засунул ее себе в карман.

– Верни сигареты, – попросил его парень из Казани.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25 
Рейтинг@Mail.ru