Волки

Александр Леонидович Аввакумов
Волки

– Что, козел, надумал говорить или нет? – спросил его «Михей» и ударил ногой в лицо.

Парень слабо застонал. Из разбитого носа струйкой потекла кровь.

– Вот видишь, «Гарик», молчит, не хочет с нами общаться.

«Гарик» подошел к нему и, нагнувшись, тихо спросил:

– Скажи честно, ты хочешь жить? Если скажешь мне честно, кто виноват в смерти моего брата «Гордея», то я обещаю тебе сохранить жизнь. А, если будешь все так же молчать, то вот здесь же и умрешь.

– Я ведь хорошо знаю, что вы все равно убьете меня, хотя я ни в чем не виноват. Я этого «Гордея» даже никогда и не видел. Мне сейчас очень страшно просто так умереть, не зная, за что конкретно, – произнес парень разбитыми в кровь губами.

– Ты, главное, не молчи, я же тебе пообещал, что я тебя не убью, – сказал «Гарик».

Парень посмотрел на него и тихо ответил:

– Сам я его действительно ни разу не видел. Но совсем недавно я слышал от ребят, что «Гордея» замочили какие-то люди с «Кинопленки».

– Вот и молодец, – произнес «Гарик». – Нужно было уже давно рассказать об этом ребятам, тогда, может быть, и не пришлось бы так долго мучиться. А, сейчас, живи.

«Гарик» повернулся и направился на выход. Он уже вышел из подвала на улицу, когда из подвала донесся приглушенный выстрел. Через минуту вышел «Михей», в руках которого был пистолет.

– «Михей», я же ему пообещал жизнь, – произнес «Гарик» и укоризненно посмотрел на него.

– Извини. Это ты ему пообещал жизнь, а не я. Ну, что теперь?

– Что за глупый вопрос ты задаешь, «Михей», – сказал раздраженно «Гарик». – Всех мочить, кто причастен к смерти брата. Убейте их всех!

– Хорошо. Считай, что их уже никого нет в живых.

«Гарик» пожал ему руку и, поблагодарив за помощь, сел в машину.

***

Продавец, прибывший в Казань из Ижевска, соврал «Корейцу» о том, что он никогда не бывал в Казани. Ему уже не раз приходилось не только бывать в Казани, но и месяцами проживать в этом городе у своих друзей. Однако, в этот раз он почему-то решил остановиться в гостинице «Казань», а не у них. Это желание возникло у него спонтанно. Ему и раньше всегда хотелось побывать в этой старинной гостинице, расположенной на перекрестке Чернышевского и Баумана, вдохнуть этот запах уже увядшей старины, и вот сегодня он не стал ломать себя и сразу же направился туда.

«Корейца» и «Мартына» он лично не знал, но очень много слышал о них от своего хорошего знакомого, а вернее, друга детства Геннадия, с которым он вместе отбывал свой первый срок в колонии для несовершеннолетних в Казани. Управляя машиной, он не раз представлял себе, как могли выглядеть «Кореец» и его друг «Мартын», но не боялся ошибиться в придуманном им образе.

Сам продавец по фамилии Пятаков со школьных времен имел кличку «Пятак». Он уже давно, а точнее, более года занимался со своими друзьями оружейным бизнесом. Ребята из его ближайшего окружения имели хорошие связи на Ижевском механическом заводе. Эти знакомые в лице начальников цехов и начальников отделов технического контроля безнаказанно занимались хищением комплектующих деталей к выпускаемому заводом вооружению. Остальные в кустарных условиях собирали из этих деталей боевое оружие, которое он и продавал.

«Пятак» взглянул на часы, они показывали начало седьмого утра. Он не спеша набрал номер телефона «Корейца». Когда тот поднял трубку, «Пятак» произнес:

– «Корец», извини, что разбудил так рано. Сможешь, сейчас, приехать ко мне в гостиницу, я в триста шестом номере. Вези деньги и забирай товар.

– Ты что, совсем охренел? Ты думаешь, я по городу летаю на самолете? Вы там, в Удмуртии, вообще потеряли чувство времени. Ты знаешь, я сам в такую рань к тебе подъехать не могу. Давай, я сейчас к тебе подгоню своего человека. Если захочешь встретиться со мной лично, я готов. Давай, созвонимся позже и определимся со временем.

– Хорошо, «Кореец», я не против того, что вместо тебя приедет твой человек – сказал «Пятак». – Лишь бы капуста была при нем.

«Пятак» положил трубку и направился в туалет. Он быстро привел себя в порядок и спустился позавтракать в ресторан гостиницы. В кафе в столь раннее время было не так много народа. Он сел за один из пустующих столов и заказал себе легкий завтрак. Побросав в себе в рот яичницу и запив это все раствором под названьем «кофе», он поспешил к себе в номер, пока в него не попала горничная. Под столом у него лежала большая спортивная сумка, в которой находились два автомата и цинк с патронами.

«Пятак» успел вовремя, так как, поднявшись на второй этаж, он увидел около своего номера горничную, которая возилась с ключом, пытаясь открыть дверь.

– Мадам, подождите минутку, – произнес он. – Я вчера вечером только заселился в этот номер, и он у меня абсолютно чист. Убирать его, я думаю, пока не стоит.

Горничная пожала плечами и, взяв в руки ведро и швабру, молча пошла по коридору дальше.

«Вовремя я вернулся», – подумал он, открывая дверь своего номера.

Окинув его взглядом, он убедился, что все вещи находятся на прежних местах. Минут через тридцать в дверь кто-то осторожно постучал. Он встал с кровати и осторожно направился к двери.

– Кто там?

– Привет, я от «Корейца», – произнес мужской голос.

«Пятак» осторожно открыл дверь. Перед ним стоял молодой паренек, в возрасте двадцати – двадцати двух лет. Его простое открытое лицо озаряла белоснежная улыбка.

– Что, так и будем стоять и смотреть друг на друга? Может, пригласишь меня в номер? – произнес он и, не дожидаясь ответа, протиснулся внутрь.

– Ну, что? Капусту принес?

– Да, деньги со мной, – ответил паренек и похлопал себя по карману брюк.

Он достал из кармана сверток и положил его на стол. «Пятак» взял сверток и, развернув его, начал пересчитывать деньги.

– Ты что, братишка, не веришь? – поинтересовался у него паренек. – Думаешь, обманываем?

– Доверяй, но проверяй. Откуда я знаю, что вы мне не подсунули вместо денег куклу. Потом ищи вас с собаками по всему городу.

– Ты лучше, братишка покажи мне «косилки», – произнес парень. – Деньги можно и потом пересчитать, без меня.

– А ты меня не учи жить. Вон в сумке лежат, смотри, пожалуйста.

Он нагнулся, достал из-под стола сумку. Паренек достал из сумки автоматы и стал внимательно их осматривать. Судя по тому, как осматривал паренек автоматы, было понятно, что тот не первый раз держит в руках боевое оружие.

– Там еще и подарок покупателю – улыбнулся «Пятак», – цинк с патронами. Будем отстреливать «косилки» или на словах поверите мне, что они исправно работают?

– Нет, отстреливать автоматы мы пока не будем. Короче, я беру «косилки» и сваливаю. Ты сам знаешь, как связаться с «Корейцем». Если возникнут вопросы, звони.

Парень положил автоматы обратно в сумку и направился к двери.

– Привет, «Корейцу» и «Мартыну», – бросил вслед пареньку «Пятак» и, убрав деньги со стола, стал собираться.

Больше ему в Казани делать было нечего.

***

«Мартын» находился у себя в офисе, когда кто-то позвонил ему по телефону. Он снял трубку и услышал незнакомый мужской голос.

– Привет, «Мартын». Тебе большой привет от генерала. Нам нужно встретиться и обговорить отдельные нюансы.

У «Мартына» учащенно забилось сердце. Он хотел что-то произнести, однако не смог. Во рту стало сухо, и язык словно присох к небу.

– Ты что молчишь, «Мартын»? Может, мне еще раз напомнить тебе о своей просьбе? – произнес мужчина.

– Не надо, я готов, – выдавил он из себя. – Где и когда?

– Можно прямо сейчас, – произнес незнакомец. – Я нахожусь в баре гостиницы.

– А, как я вас узнаю? – поинтересовался у него «Мартын».

– Не переживай, я тебя знаю, – ответил незнакомец и положил трубку.

Рука «Мартына» от охватившего его волнения была предательски мокрой.

«Нервы», – подумал Мартын и, поднявшись с кресла, направился к двери.

«Мартын» открыл дверь и, по привычке осмотревшись по сторонам, не торопясь, направился по длинному коридору гостиницы «Украина». Вслед за ним, словно тень, последовала охрана из трех человек.

– Оставьте меня, – произнес «Мартын», обращаясь к охране. – Сейчас у меня деловая встреча, и я бы не хотел, чтобы вы маячили у меня за спиной.

Охранники остановились и сели в кресла, стоящие недалеко от входа в бар.

Он вошел в бар и стал осматриваться по сторонам, в надежде первым определить, кто из присутствующих в баре является человеком генерала. В баре было не слишком много народа, и поэтому он сразу увидел немолодого худощавого мужчину, сидевшего в дальнем углу бара, который, мило улыбаясь, махал ему рукой. «Мартын» направился в его сторону и, подойдя к столу, сел на свободный стул.

– Еще раз, привет, – поздоровался с ним мужчина. – Давай, знакомиться, меня зовут Юрий Семенович.

Мартын внимательно посмотрел на мужчину, словно стараясь запомнить все морщинки на его лице, которых было немало.

– Ты, что так меня разглядываешь? – поинтересовался мужчина. – Скажу сразу, мы раньше с тобой не встречались, и поэтому не нужно изображать на своем лице муки воспоминаний. Ты кофе будешь?

Пока официант ходил за кофе, Юрий Семенович, как бы, между прочим, поинтересовался у «Мартына», как у него идут дела.

– Неплохо, однако, все познается в сравнении, – уклончиво ответил «Мартын».

– Не знаю, как тебе об этом сказать, но я бы, не стал так уверенно говорить об этом. Твое неудачное покушение на «Резаного» может, сказаться на твоей жене. Ты не задумывался над этим? Насколько я знаю, «Резаный» дал команду взять ее в заложницы.

Данное сообщение было столь неожиданным для «Мартына», что он вскочил со стула. Его карие глаза загорелись огнем, а костяшки на руках побелели.

– Не дергайся, «Мартын», успокойся. Пока ничего страшного не произошло. Наш человек в окружении «Резаного» сумел отговорить его от этой акции. Но это, как ты сам, наверное, понимаешь, временно. Я бы посоветовал тебе отправить ее куда-нибудь отдыхать месяца на два, пока страсти с этим покушением не притихнут.

 

– Спасибо, Юрий Семенович, – поблагодарил его Мартын. – Я так и сделаю. Отправлю месяца на два к своим знакомым на юг. Пусть погостит там немного, хуже от этого не будет.

Они замолчали. Юрий Семенович достал из пачки сигарету и закурил. Клубы голубого дыма зависли над ними. Он еще раз взглянул на «Мартына» и продолжил.

– Ну, а теперь давай, «Мартын», вернемся к нашим повседневным делам. Генерала сейчас очень интересует Центральный округ Москвы. Здесь ему нужны две хорошие двухкомнатные квартиры, сроком на год и более.

– Юрий Семенович, если это не секрет, для чего генералу квартиры и, в частности, мои услуги? Проще обзвонить риэлторов и через них решить этот вопрос.

– Ты, «Мартын», считаешь себя, наверное, очень умным человеком? – спросил его Юрий Семенович. – Так вот, запомни, нам не нужны ни твои вопросы, ни твои советы. Ты задание понял, «Хан», или мне его еще раз тебе его озвучить? Срок исполнения этого задания – две недели.

Услышав свой псевдоним, «Мартын» непроизвольно вздрогнул и с явной опаской посмотрел на сидящего напротив него мужчину.

– Откуда он знает, – спросил он себя, – что мой псевдоним Хан? Ведь генерал обещал мне, что, кроме него и меня, ни одна живая душа не будет знать об этом.

В душе «Мартына» зародилось чувство страха, от которого ему стало не по себе. Он еще раз посмотрел на сидящего перед ним мужчину, с надеждой, что произнесенный им псевдоним ему просто послышался.

Юрий Семенович допил кофе и, отодвинув в сторону стул, встал.

– Чего застыл, «Мартын»? Генерал передал тебя мне, и теперь ты будешь работать только со мной. А, сейчас, до свидания. Провожать меня не нужно.

Взглянув на официанта, Юрий Семенович, улыбаясь, произнес:

– За кофе заплатит этот молодой человек.

Он медленно направился к выходу из бара. Остановившись в дверях бара, он помахал «Мартыну» рукой, как старому приятелю и быстро растворился в толпе проживающих в гостинице людей.

«Козел»! – подумал про него «Мартын», доставая из кармана деньги.

Отсчитав деньги, он бросил их на стол и вышел из бара.

***

Паренек с большой спортивной сумкой в руках прошел мимо стойки администратора и вышел из гостиницы. Осмотревшись по сторонам, он пропустил мимо себя ехавший по улице Баумана троллейбус и бегом перебежал на другую сторону улицы. Открыв ключом багажник автомашины, он положил туда сумку и сел за руль.

Вслед за ним из гостиницы вышел мужчина средних лет, в сопровождении молодой девушки, они двинулись вслед за парнем и сели в ожидавший их автомобиль. Парень открыл дверь автомашины и снова огляделся по сторонам. Убедившись, что за ним никто не наблюдает, он быстро сел в машину.

«Ну что, Павел, – подумал он, – пока все идет по плану. Похоже, все чисто».

Доехав до вокзала, он сделал несколько кругов вокруг привокзального сквера и, убедившись, что хвост отсутствует, свернул на улицу Нариманова. Остановив автомобиль, он стал внимательно наблюдать за проезжающим мимо него машинами. Убедившись, что все спокойно, он снова сел в машину и поехал в сторону Приволжского района Казани.

Павел двигался в плотном потоке машин, осторожно, стараясь не нарушать правила уличного движения и тем самым не привлекать к себе внимания сотрудников ГАИ, которых было необычно много в столь ранний час. Он посмотрел в зеркало заднего вида и увидел в нем знакомое лицо водителя, который почти вплотную ехал за ним по улице.

«По-моему, я его сегодня уже видел, – подумал он. – Точно, это он остановился недалеко от меня на Чернышевского. Что он ко мне прилип?»

Павел сделал вид, что собирается остановиться.

«Если этот мужик тоже повторит этот маневр, значит, меня ведут оперативники», – подумал он и стал наблюдать за действиями водителя «девятки».

Однако, следовавшая за ним машина обогнала его и проследовала дальше по улице.

«Уф, – облегченно выдохнул он и посмотрел вслед удаляющейся от него машине. – Слава Богу! Чего только не покажется».

Он быстро миновал улицу и медленно выехал на площадь около химкомбината. На площади было достаточно много народа.

«Видно, где-то авария», – подумал он, всматриваясь в лица стоящих на трамвайной остановке людей.

Павел медленно проехал мимо людей и уже хотел увеличить скорость, но его внимание привлек наряд сотрудников ГАИ, стоявший около проходной мебельной фабрики. Рядом с ними стояло несколько «девяток», водители которых обсуждали между собой возможные причины остановки и осмотра автомашин.

«Откуда здесь гаишники?», – подумал он.

Он не помнил ни одного случая, когда бы здесь в последнее время стояли работники ГАИ. Он включил сигнал поворота, попытался свернуть в сторону и уже переехал трамвайные пути, однако, сотрудник ГАИ, заметив его маневр, жезлом приказал ему остановиться. Павел остановил машину и медленно направился в сторону сотрудников милиции, на ходу доставая из кармана документы.

– Командир! – обратился Павел к сотруднику ГАИ. – Объясни мне, в чем дело? Я ехал нормально, правил не нарушал.

– Не переживайте, товарищ водитель, – произнес сотрудник ГАИ, читая его документы, – просто у нас сегодня в районе рейд, и нам дали команду тормозить и проверять все «девятки».

«Надо же, – подумал Павел. – Попасть под такой замес. И черт меня дернул ехать этим маршрутом!»

Сотрудник ГАИ внимательно изучил документы и протянул их обратно Павлу. Тот облегченно вздохнул, взял документы и стал их убирать в карман пиджака. Он направился к своей машине, когда его остановил другой сотрудник ГАИ в форме капитана.

– Молодой человек. Предъявите свою машину для досмотра, – произнес он.

Павел растерянно посмотрел по сторонам, словно ища помощи и сочувствия со стороны проходящих мимо граждан. Лицо его покраснело, как у школьника, и он твердо произнес:

– Извините меня, товарищ капитан. Но, я не буду вам открывать свой багажник. Для этого нужны основания и понятые. Мало ли чего вы можете подбросить мне в машину.

– Вот и хорошо, – спокойно произнес первый милиционер, проверявший у него документы. – Вы не переживайте, сейчас, мы пригласим двух понятых и в присутствии их осмотрим вашу автомашину.

Он направился в сторону остановки и через минуту вернулся в сопровождении двух крепких мужчин.

– Вот и понятые, как вы требовали, – произнес сотрудник ГАИ. – Теперь вы можете спокойно открыть багажник вашей машины и предъявить его нам для осмотра.

– Слушай, командир, тебе, что делать больше нечего? – начал на него наезжать Павел. – Ты что привязался ко мне? Я живу буквально в метрах трехстах отсюда и сейчас, еду к себе домой. Скажи, сколько тебе нужно, и я готов заплатить любой штраф, даже за то, чего никогда не совершал.

– Знаете что, товарищ, мне ваши деньги не нужны, – произнес сотрудник ГАИ. – Если вы сейчас добровольно не откроете багажник вашей автомашины, то это сделаю я сам без вашей помощи. А сейчас открывайте багажник или отдайте мне ключи!

Павел не спеша достал ключи из кармана и молча, протянул их сотруднику милиции. Тот протянул руку, чтобы забрать ключи, однако Павел демонстративно уронил их на землю.

– Извините, так получилось.

Сотрудник ГАИ злобно взглянул на него и нагнулся за лежавшими на земле ключами. В этот момент Павел сильным ударом ноги опрокинул его на землю и бросился бежать в сторону остановки трамвая в надежде, что стоявшие на остановке люди каким-то образом сумеют задержать сотрудников милиции.

Сделав несколько шагов Павел, словно подкошенный, упал на землю. Это его сшиб с ног один из понятых, приглашенных сотрудниками ГАИ. Через секунду на руках Павла защелкнулись наручники. Его подтащили к его машине и уложили рядом с ней на асфальт. Работник ГАИ, которого ударил ногой в лицо Павел, медленно поднялся с земли. Из разбитого носа и губ струилась кровь. Он отошел в сторону, где ему стали оказывать помощь. Другой сотрудник ГАИ и подъехавший на машине оперативник, в присутствии двух понятых, открыли багажник машины и вытащили оттуда спортивную сумку. Открыв ее, молча, достали из нее четыре автомата Калашникова и цинк с патронами.

«Это конец», – подумал Павел, очнувшись от удара.

Он лежал на земле и внимательно наблюдал, как оформляется протокол по изъятию у него оружия. Ему было обидно до слез, что он так глупо залетел под наряд гаишников. Он тогда даже не предполагал, что все это было спланировано и организовано Абрамовым.

Павел оторвал свой взгляд от сотрудников милиции и повернул голову в сторону проезжавшей мимо них автомашины. Он не поверил своим глазам, за рулем машины был «Кореец».

***

«Кореец» направлялся в центр города на встречу с «Михеем». Около химкомбината его внимание привлекла машина Павла, из багажника которой сотрудники милиции вытаскивали спортивную сумку. Перестроившись, он проехал буквально в пяти метрах от машины и увидел самого Павла, который сидел на земле. Лицо Павла было в крови. В какой-то момент ему показалось, что тот заметил его и улыбнулся своими разбитыми губами.

«Неужели так глупо залетел под наряд ГАИ? – думал «Кореец». – Почему он не попытался откупиться? Наверное, здесь что-то другое, а сотрудники ГАИ – внешний антураж захвата. Если это так, то, как они узнали о том, что Павел повезет оружие? Значит, кто-то слил им эту информацию? Тогда еще один вопрос, кто мог это сделать? Об этой операции знали лишь бригадиры и те не знали точной даты, а тем более времени. Кому же теперь доверять?»

– Кореец, ты видел, менты Павла повязали? – произнес сидевший рядом с ним охранник.

– Не слепой еще, – раздраженно произнес «Кореец».

Остановившись около Детского мира, он вышел и направился в сторону «Михея», который ожидал его около гостиницы «Татарстан».

– Ты что такой озабоченный? – поинтересовался у него «Михей». – Случилось что-то?

– Угадал. Прямо у меня на глазах менты повязали моего человека, который вез оружие.

«Кореец» замолчал и посмотрел на «Михея».

– Ты что так смотришь на меня, словно я запалил твоего человека? Ищи предателя у себя, я к этому никакого отношения не имею. Мне «Мартын» сказал, что приобретением оружия будешь заниматься ты. После этого я больше с ним на эту тему не говорил. Кстати, если будешь с ним говорить, передай «Гарику», что я, плотно, занимаюсь его вопросом. Пусть не переживает.

– А, что у тебя за тема с «Гариком»? – спросил его «Кореец».

– Зачем тебе это знать? Что у тебя, своих проблем не хватает? – ответил ему «Михей». – Ты знаешь, мне недавно один человечек шепнул, что «Купца» и братишек завалил «Бык». Так что сито у тебя, «Кореец», сито.

– Ты меня для этого приглашал, чтобы сообщить об этом? – спросил его «Кореец».

– Да, – ответил «Михей» и, пожав руку «Корейцу», направился к своей автомашине.

«Кореец» внимательно посмотрел в сторону удалявшейся фигуры приятеля и, махнув рукой, направился к своей автомашине. Приехав в Мирный, он быстро собрал своих бригадиров.

– Вот что, мужики. Сейчас, прямо на моих глазах, милиция повязала Павла. Похоже, кто-то из вас сливает нас ментам. Об этой сделке знали лишь вы, и больше никто. Сам я вам верю как себе, но сейчас нужно срочно искать этого барабанщика, иначе запалимся все.

– Слушай, «Кореец», ты не исключаешь того, что менты могли вести этого «Пятака» непосредственно из самого Ижевска, и таким образом, не зная этого, продавец невольно подставил Павла под оперативников?

– Все может быть, – произнес «Кореец». – Может, ты и прав, Артур. Милиция действительно могла вести «Пятака» из Ижевска, но все это нужно тоже тщательно проверить. Пока мы будем это все проверять, думаю, в это время нужно проверить всех своих ребят. Пока я считаю, что протекло, скорей, у нас, а не в Ижевске.

– Погоди, «Кореец». Сейчас проще все списать это задержание на наших ребят. Может, утечка не здесь, а в Москве? – сказал один из бригадиров.

– Ты что? Тебя только за одни подобные мысли москвичи порежут на куски, – произнес «Кореец». – Я же сказал, что утечка у нас, значит, у нас.

– «Синий», у тебя есть свои люди в МВД? Заплати им, сколько попросят, но нужно сломать это уголовное дело. Надо вытаскивать Павла, – произнес «Кореец», обращаясь к одному из бригадиров.

– Люди, конечно, у меня есть, но не всегда они могут сделать то, чего хотим мы. Все зависит от того, кто его задержал. Если районные, здесь проще договориться, плати бабки, и все. Если это из министерства, то здесь такими деньгами не обойдешься.

– Вот ты и узнай, сколько это будет стоить. Узнаешь, скажешь мне. Я буду сам говорить с Москвой, как в отношении денег, так и помощи. У «Мартына» крепкие позиции в МВД России, может, он чем-то и поможет.

Поговорив, ребята разошлись.

 

***

«Пятак» был задержан оперативниками при выходе из гостиницы. От неожиданности он растерялся и был захвачен без всякого сопротивления. Минут через двадцать он уже сидел у Абрамова в кабинете и нервно покусывал ногти на своих длинных, как у пианиста, пальцах рук.

– Что скажешь, господин «Пятак»? – поинтересовался у него, Виктор. – Как говорят у нас в Казани, приплыли?

– Если честно, командир, то мне вообще непонятны мотивы моего задержания, – ответил он. – Если вас не затруднит, то я очень хотел, чтобы вы мне их озвучили. Все-таки это не сельский отдел милиции, где творится беззаконие, а министерство внутренних дел республики.

– Хорошо. Вы, «Пятаков», обвиняетесь по статье 218 части первой УК РФ. Вы обвиняетесь в изготовлении, хранении и сбыте огнестрельного оружия. Этого вам достаточно для начала или нет?

– Это все слова, товарищ начальник. Уголовный кодекс я знаю не хуже вас. Вот я, сейчас, сижу здесь в этом кабинете, слушаю вас и стараюсь угадать, что вы еще попытаетесь на меня повесить? Извините, но о каком оружии идет речь? Покажите его мне. Вы же отлично знаете, что в момент задержания у меня не было даже перочинного ножа, а тем более оружия.

– Знаете что, «Пятаков», не стоит со мной разговаривать в подобном тоне. Все, что я сказал вам, я непременно докажу, не исключаю, что это может произойти даже в течение сегодняшнего дня. Вот, что вы тогда запоете, когда я это сделаю, это будет интересно послушать.

– Извините, не знаю вашей должности, но вы меня на пушку не берите, товарищ начальник. Не пугайте меня, я не мальчик. Я ваших угроз, в отличие от ваших сотрудников, не боюсь. Сейчас, не те старые добрые времена, когда вы могли творить беззаконие. Сейчас, за вами такой же надзор, как и за жуликами на зоне. Едва ли вы сможете меня зарядить на срок за то, чего я не делал. Это я, Пятаков, вам заявляю открыто. То, что я приехал в Казань, это не преступление. Вас, командир, устраивает этот ответ или нет?

Абрамов, молча, посмотрел на него. Судя по всему, он чувствовал себя в полной безопасности. Наверное, на его месте он бы тоже занял подобную позицию. Оружия нет, следовательно, нет и состава преступления.

– Послушайте, Пятаков, мне сейчас трудно с вами говорить. Вы не верите, что я вас смогу посадить за эти автоматы и потому и бычитесь, стараетесь показать себя тертым парнем. Скажу вам по-честному, что, в принципе, другого, я от вас и не ожидал. Дайте, мне время, и я посмотрю, как вы запоете после обеда, когда я вам предъявлю все доказательства вашего преступления.

Виктор перевел дыхание и продолжил.

– Вы, конечно, можете молчать, ничего не говорить и ни в чем не признаваться, однако у меня будут такие доказательства, что мне ваше личное признание окажется просто не нужным. Уверяю, что вас посадят и без ваших показаний. И еще хочу вам сказать, мы задержали Павла с автоматами, которые вы продали ему сегодня в номере гостиницы «Казань». Так вот, мы эти события обставим немного по-другому, чем вы думаете. Мы обязательно преподнесем «Корейцу» и Павлу все таким образом, что это вы его сдали нам. Сидеть ведь вы будете не в Ижевске, а здесь, в Казани, и я думаю, что друзья «Корейца» и «Мартына» обязательно навестят вас в вашей камере. Вы, Пятаков, можете просто не дожить до суда. Мне, как человеку, вас, Пятаков, просто жалко.

С его лица моментально исчезла ухмылка. Он напрягся и растерянно посмотрел на Абрамова. Несмотря на то, что он еще не верил, что ими задержан Павел, и по-прежнему считал, что он блефует перед ним, тем не менее, нарисованная им картина явно обеспокоила его.

«Интересно, откуда оперативники узнали об автоматах? Неужели кто-то предал? – подумал он. – Нет, такого просто не может быть. Наверняка, этот мужик гонит порожняки, стараясь поймать меня на какой-нибудь мелочи».

– Извините, товарищ начальник, но нам с вами, думаю, не о чем больше говорить, – произнес Пятаков. – Вот, когда у вас на руках появятся козыри, тогда и поговорим. Пургу здесь гнать не надо, я не мальчик, чтобы слушать ваши сказки венского леса.

Вызвав сотрудника, Виктор велел отвести Пятакова в камеру. Не успела за ними закрыться дверь, как в кабинет вошел Вдовин.

– Ты вот, оказывается, где? Я дважды подходил к твоему кабинету, но дверь почему-то была закрытой. Ну, как у нас дела, Виктор Николаевич? – поинтересовался он у Абрамова.

Виктор коротко доложил ему о своем разговоре с задержанным Пятаковым. Выслушав его доклад, он произнес:

– Да, его просто так, видно, не сломаешь, Виктор Николаевич. Я сейчас свяжусь с конторой и попрошу их, чтобы они быстрее обработали материалы и предоставили их нам. Они уже демонтировали свое оборудование и теперь, наверное, работают над записями разговоров и видеозаписью.

– Спасибо, Анатолий Герасимович.

Он встал со стула и направился к двери. У двери он обернулся и, повернувшись ко Абрамову, спросил:

– Виктор Николаевич! Скажите, если я предоставлю вам эти записи, вы его расколете?

– Вопросов нет, Анатолий Герасимович, к вечеру его показания будут лежать у вас на столе.

Часа через два мне позвонил Вдовин и попросил зайти к нему в кабинет. Отложив бумаги, он направился к нему.

– Вот, – произнес Вдовин, – все материалы, записи разговоров и видеозапись их встречи в номере гостиницы. За тобой раскрытие преступления.

Абрамов поблагодарил его и направился в свой кабинет.

***

– Ну что, Пятаков, это то, что я обещал вам утром. Сейчас, вы послушаете эти записи и посмотрите кино. Я думаю, что вы поменяете свое мнение о татарстанской милиции.

Абрамов встал из-за стола, молча, включил аппаратуру. Вернувшись, он сел в кресло и стал внимательно наблюдать за его выражением лица. Сначала он с нескрываемым интересом прослушал запись разговора, а затем просмотрел и фильм. Блуждающая и какая-то глупая улыбка с его лица куда-то исчезла. Тело напряглось и подалось вперед, ближе к экрану телевизора. Он, не отрываясь ни на секунду, смотрел на экран, и лишь когда на нем появилась рябь, он отвернулся и взглянул на Абрамова.

– Ну, как кино? – поинтересовался у него, Виктор. – Не правда ли, хороший фильм? Думаю, что лет на пять потянет. Что я вам говорил, красивое кино получилось? Как вы сами считаете, Пятаков, специалисты, наверняка, подтвердят, что это вы, а не кто-то другой?

Пятаков молчал. Он опустил глаза, стараясь не смотреть на Абрамова. В его душе в эти минуты господствовал страх, который с каждой секундой становился все сильнее и сильнее. Сейчас, он мысленно корил себя за неумное лихачество и питал себя надеждой, что сидящий напротив начальник пожалеет его и не станет выполнять озвученные ранее угрозы.

– Чего молчите, Пятаков? Может, хотите увидеться с Павлом, он наверняка, обрадуется встрече с вами? Думаю, вам есть о чем с ним поговорить? Только я знаю исход этого разговора, он порвет тебя, Пятаков, как собака грелку.

Пятаков по-прежнему продолжал молчать. Его лицо то бледнело, то краснело, руки его предательски дрожали. Он лихорадочно соображал, что ему делать дальше. Идти в отказ было уже глупо, у милиции имелись неопровержимые улики его преступной деятельности. Раскаиваться и просить о каком-то к нему снисхождении не хотелось, да это было и не в его характере. Он лихорадочно искал выход из этой непростой ситуации, которого, по всей вероятности, у него уже не было.

– Ну, так что будем делать дальше, Пятаков? Сотрудничать со следствием или молчать? Скажите мне, может, вы «Гнилого» боитесь больше, чем нас?

Произнесенная им кличка еще больше повергла его в страх. Он, как загнанный в угол зверь, стал глазами метаться по кабинету, словно ища в нем дополнительную дверь для спасения.

– Пятаков, решайте, – снова обратился он к нему. – Помощи вам ждать в Казани не от кого. О том, что вы задержаны, не знает никто, ни одна душа. Поэтому я предлагаю вам рассказать мне все, начиная с того, как вы с друзьями воровали с завода комплектующие, как собирали из них автоматы и пистолеты и, конечно, как и кому их сбывали. Если мы с вами договоримся о сотрудничестве, то прямо сейчас дадим в сводку информацию, что вы на своей автомашине попали в серьезную аварию и находитесь на лечении в больнице. Я думаю, что это хороший выход из положения. Как вы сами смотрите на это?

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25 
Рейтинг@Mail.ru