Точка невозврата

Александр Леонидович Аввакумов
Точка невозврата

– Я вам непременно позвоню, как увижу Илью. Спасибо, что не отказались от чая.

– И вам спасибо, – произнес Виктор и, открыв дверь квартиры Мироновой, вышел на лестничную площадку.

***

В течение всей недели Абрамов мотался по городу. Иногда ему казалось, что он никогда не найдет и не задержит Серова, который словно испарился. Виктор каждый день обходил все места его вероятного пребывания, но, ни в одно из них он, ни разу не приходил.

Время не шло, а бежало. Вот и жена Серова два дня назад родила девочку, но Илья не появлялся в поле зрения сотрудников наружного наблюдения. Молчала и Миронова Мария Андреевна, его соседка.

В эти дни Абрамов жил в каком-то постоянном ожидании, что Серов все же посетит роддом, и эту уверенность не могли поколебать ни шутки сотрудников Управления, ни косые взгляды руководства министерства. Мать Волковой направляла на Виктора одну жалобу за другой и требовала, чтобы его сурово наказали.

И вдруг раздался долгожданный звонок. Он прозвучал так неожиданно, что Абрамов даже растерялся, услышав голос старшего смены наружного наблюдения.

– Виктор Николаевич, похоже, Серов только – что подъехал к роддому.

Несмотря на то, что он изменил внешность, перекрасил волосы и отпустил бороду, ребята засекли его.

– Скажите, что за машина, на которой он приехал? – задал Абрамов вопрос.

– Это «Волга» бежевого цвета, государственный номер ТТБ 11-16, – ответил дежурный по отделу наружного наблюдения.

– Спасибо за информацию. Будьте внимательны, не потеряйте его, – произнес Виктор и положил трубку.

Жизнь снова стала обретать реальные черты и цели.

– Товарищ подполковник, ребята срисовали Серова около роддома. Можно я возьму с собой Мартынова, и мы попробуем его задержать?

– О чем речь? Езжайте. Дождитесь, когда он окажется в каком-то адресе, при выходе и задерживайте. Кстати, Виктор, ты давно видел Семенова Юрку? Как он там?

– Мы с ним вчера общались по телефону, вроде бы у него все нормально.

Получив в дежурной части оружие, Виктор с Мартыновым вернулись в кабинет и стали ждать информацию от сотрудников наружной службы. Время шло, но данных все не было. Нервы начали потихоньку сдавать. Абрамов поднялся из-за стола и стал ходить по кабинету.

– Слушай, Виктор! – первым не выдержал его хождения Валиев. – Хватит маячить перед глазами. Меня от тебя тошнит. Ты же работал в этой службе и сам знаешь, что бывает.

– Да, я и подождать могу, – произнес Абрамов. – Лишь бы они не потеряли его. Если так долго молчат, видимо, ситуация вышла из-под контроля. Что-то там не так.

– Может, съездим туда и на месте определимся? – предложил Виктору Мартынов.

– А, если их уже нет около роддома, что будем делать? Рыскать по городу в надежде, что наши дороги могут где-то пересечься? Нет, нужно ждать. Если они потеряли Серова, значит, пока ищут.

Не успел Абрамов договорить эту фразу, как у него на столе зазвонил телефон. Виктор нервно схватил телефонную трубку и поднес ее к уху.

– Абрамов, слушаю вас, – произнес он.

– Здравствуйте, Виктор Николаевич, – произнес знакомый женский голос. – Извините за беспокойство, но Серов вот уже, как минут десять находится у себя дома.

Абрамов сначала не понял, кто ему звонит, лишь затем до него дошло, что это Миронова Мария Андреевна.

– Спасибо, Мария Андреевна, что не забыли о моей просьбе, – выпалил Виктор.

– Приезжайте быстрее, по-моему, он куда-то собирается уезжать, – сказала она. – Он уже дважды выходил на улицу с какими-то баулами.

Положив трубку, Абрамов вскочил со стула и чуть ли не бегом рванул вниз. Вслед за ним устремился и Мартынов. Отыскав на стоянке машину Управления, они быстро сели в нее. Я назвал водителю адрес, и автомобиль стремительно понесся вдоль улицы Дзержинского, распугивая одиноких прохожих.

Бежевая машина Серова стояла возле его подъезда. Абрамов остановился рядом и сунул под ее колесо спичечный коробок, из которого торчал гвоздь. Это был старый и испытанный способ задержать на какое-то время преступника. Машина, как правило, наезжала на коробок, который разваливался, а торчавший из него гвоздь плотно застревал в колесе.

Виктор для верности сунул и второй коробок под правое колесо «Волги». Они сели в оперативную машину и стали наблюдать за подъездом. Серов появился минуты через две. Он вышел из подъезда с чемоданом в руках и, осмотревшись по сторонам, подошел к своей машине. Открыв багажник, он стал укладывать чемодан туда. Эта процедура заняла чуть больше минуты. Сев в машину, он завел двигатель и медленно тронулся с места.

Сидящего рядом с Абрамовым Мартынова стала колотить нервная дрожь. Вскоре это состояние передалось и Виктору. Чтобы как-то успокоиться, он достал пистолет и взвел его.

Машина Серова проехала метров пять, внезапно остановилась. Из салона показался Илья. Тихо выругавшись, он стал внимательно осматривать колеса, затем открыл багажник и начал доставать запасное колесо. Увлеченный этим занятием, он не заметил, как к нему со спины подошли Абрамов и Мартынов. Когда он снял пробитое колесо, Виктор тихо шепнул ему в ухо:

– Привет, Илья! Ты это куда собрался?

Это было столь неожиданно для него, что он выронил колесо и медленно обернулся. Увидев Абрамова, молча, протянул свои грязные руки. Виктор защелкнул на запястьях наручники и, толкнув его в спину стволом пистолета, повел к оперативной машине.

– Виктор, что будем делать с его машиной? – спросил его Мартынов.

– Отгони ее в сторону. Закрой салон и давай к нам.

Через полчаса Абрамов уже шел по коридору министерства, гордый за выполненное им дело. Впереди него брел Серов. Судя по наклону его головы и безвольно опущенным плечам, он был подавлен и морально сломлен этим задержанием.

***

Шагая по коридору Управления, Виктор чувствовал себя триумфатором. Ему казалось, что он сделал самое важное в своей жизни – нашел и задержал Серова. Однако, тогда по молодости, он еще не предполагал, что помимо задержания, ему предстояло еще и расколоть Серова на убийство.

Многие сотрудники Управления проходили мимо, не обращая никакого внимания ни на него, ни на Серова. Лишь потом, проработав в Управлении с десяток лет, Абрамов понял, что для каждого сотрудника главным было то дело, которым он непосредственно занимался. Виктору показалось немного обидным, что его успех в розыске и задержании Серова не был замечен практически никем из сотрудников Управления. Обескураженный этим, Абрамов, молча, завел Серова к себе в кабинет и усадил на стул. Сев напротив него, он задал ему, как тогда показалось Виктору, свой основной вопрос:

– Расскажите, Серов, когда и за что вы убили гражданок Волкову и Левшину? Куда вы спрятали их трупы?

– А почему вы решили, что я их убил? Если вы считаете бред этого дурачка Ильясова правдой, дело ваше. Тогда пусть он вам и скажет, где эти трупы. Я еще раз говорю, что лично я никогда и никого не убивал. Если вы думаете по-другому, докажите мне обратное. Я сам себе срок наматывать не собираюсь. Поэтому не рассчитывайте, что я буду писать явку с повинной, и с этой минуты я отказываюсь отвечать на все вопросы, касающиеся этих девушек.

Серов держал свое слово: Абрамов засыпал его различными вопросами, но он упорно отмалчивался. В какой-то момент Виктор понял, что все его попытки расположить своего оппонента были обречены на неудачу. Серов на контакт не шел. За последние сутки после задержания он не проронил ни одного слова. Нужно было что-то делать, но что конкретно, Виктор не знал.

Чтобы не терять время даром, он направился к ребятам из второго отдела. Этот отдел специализировался на раскрытии умышленных убийств.

– Фарид Фатыхович! – обратился он к старшему оперуполномоченному, – помоги мне. Я никак не могу развалить Серова.

– Какого Серова? – поинтересовался он у Абрамова

– Ты, наверное, слышал о без вести пропавших девушках – Волковой и Левшиной. У меня есть показания одного человека, который в процессе работы сообщил, что к нему обратился Серов и попросил помочь перепрятать трупы этих девчонок. Я задержал Серова, но расколоть его у меня не получается. Он молчит и на контакт не идет.

– Дело по убийству прокуратура возбудила? – задал он мне вопрос.

– Конечно, нет. Если бы дело было возбуждено, этим убийством, наверняка, занимались бы вы, а не я.

Оперативник задумался. Несмотря на его достаточно молодой возраст, густые его волосы были белы, как снег. Фарид Фатыхович являлся одним из опытнейших сотрудников второго отдела, за спиной которого было не одно раскрытое убийство. Абрамов сидел напротив него, стараясь угадать, о чем он может думать сейчас. Наконец, он поднял глаза и произнес:

– Плохи у тебя дела, Виктор. По истечении трех дней ты должен будешь отпустить его и принести ему свои извинения.

– Так что мне делать, Фарид? Подскажи!

– Я позвоню в прокуратуру своему хорошему знакомому. Ты, похоже, уже с ним встречался тогда в прокуратуре, он мне рассказал об этой встрече. Это Володя, он работает прокурором-криминалистом. Я попрошу его, чтобы он переговорил с прокурором.

– А что нам это даст?

– Многое. Это возможность держать твоего Серова еще до семи суток. Но, чтобы обратиться к нему с подобной просьбой, ты должен пообещать Володе, что за это время расколешь Серова или найдешь трупы девушек. Запомни, Виктор, если мы подведем Володю, то он больше никогда не пойдет навстречу ни тебе, ни мне.

– Понял, Фарид. А как быть с Серовым?

– Его нужно чем-то встряхнуть, вывести из равновесия. Пока ты весомого аргумента не найдешь, он так и будет молчать не только с тобой, но и в камере.

Он поднял трубку и связался с прокурором-криминалистом. Судя по их разговору, они были в хороших дружеских отношениях. Оперативник попросил его оказать услугу в отношении Серова.

– Фарид, я сейчас схожу к прокурору и попрошу у него эти семь суток. Гарантировать не могу, но думаю, что сумею его убедить в необходимости задержания Серова. Тем более, что речь идет о племяннице довольно большого человека.

 

– Хорошо, Володя. Думаю, что Абрамов его «развалит» за эти дни. Он парень настырный и просто так не свернет с дороги.

Виктор поблагодарил товарища за помощь. Выйдя из кабинета, он направился на свое рабочее место.

– Ты что бегаешь по кабинетам? – с усмешкой спросил его Козин. – Думаешь, что люди бросят свою работу и все начнут тебе помогать «колоть» Серова?

– Мир не без добрых людей, – сказал Абрамов ему в ответ. – Может, и помогут чем-то.

Пока они обменивались с Козиным колкостями, у Виктора на столе зазвонил телефон. Я снял трубку и услышал голос Фарида.

– Все нормально, Виктор. Володя договорился с прокурором. Завтра забежишь к нему в прокуратуру и заберешь постановление.

– Спасибо, друг, за помощь! – поблагодарил его Виктор и положил трубку. Взглянув на часы, он встал из-за стола и направился в ИВС за Серовым.

***

Он вошел в кабинет и сел на стул. Взглянув на Абрамова, он попросил снять с него наручники.

– Почему вы обращаетесь ко мне с этой просьбой? – поинтересовался Виктор. – Разве они мешают нам беседовать? Вы на меня не обижайтесь, как вы ко мне, так и я к вам.

Серов сидел с отрешенным видом и, отвернувшись от Абрамова, смотрел куда-то в угол. Виктору казалось, что душа его находилась в совершенно другом мире, вне этих стен. Он не реагировал ни на одно его движение, лишь иногда его тонкие губы искажала нервная гримаса.

За эти дни, что Серов провел в камере, он сильно изменился. От некогда лощеного молодого и преуспевающего человека практически ничего не осталось. Перед ним сидел задавленный своими проблемами совершенно другой Серов. Отпущенная им борода и перекрашенные волосы делали его намного старше своего возраста. Пауза явно затягивалась. Еще раз, взглянув на Серова, Абрамов задал вопрос:

– Слушайте, Серов, что вы зря упрямитесь? Вы знаете, что есть прямые показания вашего друга Ильясова, в которых он сообщает органам внутренних дел о вашей просьбе помочь перепрятать трупы девушек. Не мог же он все это придумать. Поясните мне.

Серов перевел взгляд на Виктора и снова отвернулся в сторону.

– Что вы молчите, Серов? Скажите хоть что-нибудь! Попытайтесь хоть как-то оправдаться. Подумайте о жене, о ребенке. Я бы посоветовал вам занять в этом деле какую-то четкую позицию.

– Слушай ты, советчик! – вполголоса произнес он. – Ты меня к чему призываешь? Что будет со мной, если я последую твоим советам? Меня же расстреляют! А, я вот, представь себе, жить хочу! Жить! Пусть в тюрьме, пусть на зоне, но жить! И пока сижу и молчу – я живу. Нет трупов, нет и убийства! Завтра, я думаю, вы меня отпустите, так как по закону не можете держать меня более трех суток без предъявления обвинения. Это известно всем, так что не призывайте меня к безумству и ненужным разговорам.

– Серов, может, вы в чем-то и правы, но завтра домой не вернетесь. Это я вам обещаю официально. Сегодня прокуратура республики арестовала вас по факту умышленного убийства двух несовершеннолетних девушек. Прокуратуре оказалось вполне достаточно для этого показаний Ильясова.

– Я не верю! – закричал он. – Вы специально вводите меня в заблуждение!

Он нагнулся над столом так, что наши головы соприкоснулись, и еле слышно произнес:

– Ты угадал, Абрамов! Да, это я их убил. Такие сучки не должны жить на этом свете. Но, вы это никогда не докажете, а я сам никогда официально не признаюсь. Вы меня слышите, Виктор Николаевич, никогда!

Он откинулся на спинку стула и улыбнулся своими тонкими губами.

– Серов, вы плохо знаете меня. Я все равно найду трупы этих девушек, я обещаю это вам! Я все сделаю, чтобы вас поставили к стенке!

– Вот когда найдешь трупы, тогда мы и вернемся к сегодняшнему разговору. А, сейчас, прошу увести меня в камеру. Я не хочу больше с тобой разговаривать. Ты слышишь меня, мент! – снова закричал он. – Не хочу!

– Хорошо, пойдемте, Серов, – произнес спокойно Абрамов. – Можно подумать, что разговор с вами доставляет мне большое удовольствие. Как говорят, видеть вас одно удовольствие, не видеть – другое.

Они спустились вниз по лестнице и оказались в помещении ИВС. Виктор, молча, передал задержанного Серова дежурному по изолятору и направился к себе.

Абрамов сел на стул и, закрыв глаза, начал анализировать ситуацию. Серов был прав, его чистосердечное признание вряд ли повлияло бы на приговор суда. За умышленное убийство двух лиц ему грозил расстрел. Виктор посмотрел на часы. Начало девятого вечера. Закрыв дверь кабинета, он направился домой.

***

В эту ночь Абрамов долго не мог заснуть, так как все еще находился под впечатлением признания Серова. Пусть неофициального, но все же, признания. Единственное, что пока утешало его, что он не ошибся. Серов оказался именно тем человеком, который убил девчонок.

Осторожно, стараясь не разбудить жену, Виктор поднялся с кровати и прошел на кухню. Разогрев чайник, Абрамов налил в чашку чай и стал медленными глотками пить горячий терпкий напиток.

«А если не смогу дожать его и не найду трупы девушек? Что тогда? Неужели придется отпускать этого человека, который лично признался мне в совершенном убийстве?» – думал Абрамов.

Сделав очередной глоток, он поставил чашку на блюдце. Вдруг его прострелила мысль. Виктор вскочил со стула и стал лихорадочно вспоминать свой разговор с Мироновой Марией Андреевной.

«Вспоминай же! – уговаривал он себя. – Вспомни, что Миронова рассказывала тебе о Серове, о его теще и даче, которую они хотели купить в Зеленом Бору».

Немного успокоившись, Виктор снова сел за стол и начал восстанавливать в памяти тот разговор. Речь шла о теще Серова, которая обмолвилась перед Мироновой о том, что Илья хочет приобрести дачу в Зеленом Бору. Что совсем недавно они ездили туда и смотрели этот дом и участок. Но купили они дачу или нет, она тогда сказать не могла.

Абрамов еле дождался утра и чуть ли не бегом помчался к теще Серова, которая, как он уже знал, проживала на улице Татарстан. Остановившись около ее двери, Виктор отдышался и нажал на звонок.

Дверь открыла моложавая женщина среднего возраста в шелковом халате. Ее осветленные густые волосы волнами лежали на покатых плечах. Большие серые глаза с удивлением и страхом рассматривали, стоявшего перед ней мужчину.

– Здравствуйте! – выпалил Виктор и протянул ей служебное удостоверение. – Я из уголовного розыска.

Она внимательно прочитала все, что было написано в удостоверении, и вернула его Абрамову.

– Чем обязана, господин сыщик? – произнесла она полусонным голосом, в котором неприкрыто звучал сарказм. – Скажите, это сейчас так принято у вас в милиции врываться в квартиры граждан в такую рань?

– Извините за столь раннее вторжение, но у меня к вам всего один вопрос, и он касается вашего зятя. Насколько я знаю, Илья Леонидович хотел приобрести дачу в Зеленом Бору. Вы даже ездили туда и смотрели ее. Это правда?

Женщина удивленно посмотрела на Виктора.

– Ну и что? – ответила она, ставя на плиту чайник. – Да, мы ездили в Зеленый Бор и смотрели эту дачу. Если честно, она нам не понравилась. По-моему, друг его запросил за эти «доски» слишком высокую цену. Я его хорошо понимаю: он уехал из страны и живет сейчас где-то в Израиле, ему нужны деньги, но нельзя же, просить за эти «дрова» такие большие деньги.

– Значит, вы отказались от покупки? – уточнил у нее Абрамов.

–Мы же не сумасшедшие, чтобы просто так выбрасывать деньги на ветер, – произнесла она.

– Скажите, а вы сможете показать мне эту дачу? – спросил ее Виктор. – Мне очень хочется увидеть это сооружение.

– Зачем она вам? Там смотреть не на что, – ответила женщина. – Одна гниль, и не более.

– Понимаете, очень нужно, чтобы вы показали мне эту дачу! – жестко произнес Абрамов.

– Пожалуйста, если вы так настаиваете. Но мне надо одеться и привести себя в порядок. Не могу же я в таком виде выйти из дома, что скажут соседи.

– Хорошо, я подожду вас, – произнес Абрамов. – Одевайтесь!

Пока она приводила себя в порядок, Виктор позвонил на работу. Трубку снял Козин.

– Валерий Михайлович, начальник у себя? – поинтересовался у него Абрамов.

– Нужно здороваться по утрам, Абрамов! – сказал он в ответ. – Валиева пока на работе нет.

– А, Мартынов на месте? – снова задал Виктор вопрос. – Пригласите тогда его.

Он, похоже, передал ему телефонную трубку. Услышав голос Мартынова, Абрамов выпалил:

– Антон, зайди к Костину и попроси у него машину. С ней быстро ко мне, я на Татарстан, 13. Поедем в Зеленый Бор. По-моему, я нашел трупы.

Абрамов положил трубку. Через сорок минут они вышли из подъезда с тещей Серова и направились к ожидавшей их машине, в которой сидел Мартынов.

***

Проехав поселок Мирный, оперативная машина, увеличив скорость, помчалась в сторону Зеленого Бора. За окном замелькали великолепные пейзажи. Кое-где виднелись новостройки, около которых копошились строители. Виктор невольно позавидовал хозяевам этих элитных застроек, ведь раньше поднять, и построить подобный дом было намного сложнее, чем в настоящее время. В процессе проводимых ежегодных мероприятий сотрудники ОБХСС требовали с хозяина постройки все товарные чеки на приобретаемые строительные материалы, вплоть до гвоздя. Все эти документы подвергались всевозможным проверкам, и разницу между доходами и расходами нужно было аргументировано доказать. В противном случае вся постройка могла легко оказаться под гусеницами трактора.

Легковушка, немного притормозив у перекрестка на Песчаные Ковали, снова набрала скорость, и они продолжили движение в сторону Зеленого Бора.

– Сейчас будет поворот направо, – произнесла теща Серова, обращаясь к водителю. – А там все время прямо и прямо.

Водитель сбросил скорость, и машина аккуратно вошла в правый поворот дороги.

– По-моему, мы едем в сторону студенческого лагеря химико-технологического института, – произнес Абрамов. – Точно, повернем направо, и будет лагерь.

Легковушка свернул и въехал на территорию лагеря КХТИ.

– Теперь куда? – спросил женщину водитель.

– Налево, а затем вдоль берега Волги. Вон у того красивого домика остановитесь.

Машина, скрипя тормозами, остановилась у каменного коттеджа. Они все вышли из автомобиля и направились вслед за тещей Серова.

– Тамара Николаевна! – обратился к ней Абрамов. – Покажите дом, который хотел приобрести ваш зять.

– Вот этот, – ответила женщина и указала рукой на небольшой дощатый дом зеленого цвета. – Вот его и хотел купить Илюша.

Абрамов посмотрел на строение. Это был обыкновенный щитовой дом, похожий на десяток подобных строений, расположенных на этом берегу Волги.

– Антон! – обратился он к Мартынову. – Сбегай, приведи, пожалуйста, начальника лагеря и двух понятых. Сейчас начнем вскрывать дверь этой дачи. Пусть захватят с собой фонари на всякий случай.

Пока оперативник бегал за понятыми, Абрамов, молча, осмотрел прилегающую к даче местность. Каких-то новых свежих ям и возможных захоронений на ней он не обнаружил.

«Неужели интуиция меня подвела? – подумал Виктор. – Ребята в Управлении, как анекдот, будут всем рассказывать, каким образом я разыскивал трупы в Зеленом Бору».

Минут через двадцать к даче подошел Мартынов в сопровождении двух мужчин.

– Виктор, начальника нет на месте. Он с утра выехал в город, и когда вернется назад, никто не знает.

– Хорошо. Давайте, начнем вскрывать дверь, – предложил мужчинам Абрамов.

– Слушай, Виктор, может, не стоит рисковать. А вдруг там пусто, замучимся потом отписываться в прокуратуру, – предупредил его Антон.

– Не переживай, если что, я отвечу, – успокоил Абрамов его. – Мне, как молодому сотруднику, думаю, простят подобный прокол.

Виктор взял из рук водителя ломик и двумя сильными движениями рук взломал замок, который с грохотом упал на деревянное крыльцо. Отстранив Антона в сторону, Абрамов осторожно вошел в дом. В нос ударил спертый воздух с примесью разлагающегося органического материала. Он невольно сморщился и посмотрел на Мартынова, который вошел в дом вслед за ним. Нащупав на стене выключатель, Виктор включил свет.

«Откуда этот запах? – подумал Абрамов. – Может, мышь мертвая воняет или крыса?»

Переходя из одной комнаты в другую, Виктор стал искать погреб: он оказался в соседнем помещении. Вслед за ним в помещение вошли Антон и двое мужчин.

– Ну что, мужики! Посмотрим, какие продукты хранил в своем погребе хозяин этого домика?

Виктор подцепил ломиком крышку погреба и потянул ее на себя. Из погреба ударил сильный запах разлагающейся человеческой плоти, от которого закружилась голова. Мужчины-понятые выскочили на свежий воздух.

 

– Антон, дай мне фонарик! – попросил его Абрамов, зажимая нос рукой.

Он протянул его Виктору. Он направил луч света вниз. На дне погреба, слегка присыпанные землей, лежали два женских тела. Судя по одежде, это были пропавшие без вести Волкова и Левшина.

– Антон! Свяжись с дежурным по МВД, передай ему, что нами обнаружены трупы без вести пропавших девушек – Волковой и Левшиной. Дай координаты, пусть берут следователя прокуратуры, экспертов и едут к нам.

Виктор вышел из домика и глубоко вдохнул чистый волжский воздух.

***

Вечером Виктор, усталый, но довольный, вернулся в МВД. Поднявшись к себе на этаж, он прошел в кабинет. Ни Валиева, ни Козина на месте не оказалось. Тогда, не знаю почему, он направился к Костину. Остановившись нерешительно около его кабинета, Абрамов не сразу осмелился постучать. Набравшись своеобразного мужества, он уверенно постучал в дверь. Не дожидаясь ответа, открыл ее и вошел. Это сейчас, по прошествии стольких лет, тот поступок кажется вполне простым и обыденным. Но, в те времена, должность начальника Управления для Виктора была равносильна должности командира дивизии, в которой он был самым обыкновенным бойцом, без фамилии и имени.

– Разрешите доложить! – произнес Абрамов довольно громко и несколько официально. – Юрий Васильевич! Я нашел трупы Волковой и Левшиной, которые спрятал Серов.

– Молодец! Слышал, слышал о твоем успехе. Что могу сказать – молодец, Абрамов! – похвалил его Костин. – Ты заметно вырос за эти два месяца. Не каждый смог бы сделать то, что сделал ты. Не буду скрывать, я очень доволен твоей работой.

Виктор стоял перед Костиным, словно перед Господом Богом, боясь пошевелиться и сказать лишнего.

– Вот что, Абрамов, иди, отдыхай. Я доложил министру об обнаруженных тобой трупах. Он, наверное, сообщил об этом Тихонову.

Виктор вышел из его кабинета и направился к себе. В кабинете находились Валиев и Козин. Они с нескрываемым интересом рассматривали его.

– Товарищ начальник! Где вы были? Мне самому пришлось докладывать Костину о том, что я нашел трупы девушек.

– Мы с Козиным выходили из кабинета, но это ничего не решает. Могу сказать одно – ты молодец! – сказал Валиев. – Раскрутить такое глухое дело не каждому по силам.

– Дело, как дело. Таких дел множество, так что ничего особенного, – произнес Козин.

– А, что ты сам за него не взялся? Испугался? Решил не рисковать очередным званием и сунул это дело Абрамову? А, сейчас – дело, как дело. Все вы пожарные после пожара.

– А, я что, не раскрывал такие дела? Вспомни! – со злостью произнес Козин.

– Честно сказать, я и не помню, когда это было. Знаю одно, что за последние пять лет ты не раскрыл ни одного подобного случая.

Козин замолчал, а затем встал из-за стола и вышел из кабинета.

– Видишь, Абрамов, не нравится, когда говоришь правду. Сразу же убегает. Похоже, нажил ты себе врага этим делом.

– Я-то здесь причем? – ответил Абрамов. – Я что, у него из горла вырвал это дело? Он сам сунул его мне как бесперспективное.

– Он понимает, что сам никогда бы не раскрыл это преступление. У него одни мозги, а у тебя совершенно другие. Ты умеешь слушать людей, анализировать, а он нет.

Убрав со своего стола документы, Виктор стал собираться домой.

– Ты куда, Абрамов? – поинтересовался у него Валиев.

– А, что? – спросил Виктор его. – Проблемы?

– Как что? Нужно обмыть твой первый успех, твое первое раскрытое убийство, – произнес Валиев.

Виктор пошарил по карманам. Вытащив несколько рублей, смущенно предложил:

– Может, завтра? У меня сегодня нет с собой столько денег, чтобы хорошо обмыть.

– Ты не переживай, – сказал он и достал из сейфа бутылку водки и нарезанные хлеб и колбасу.

– А, что мы с вами вдвоем пить будем? Давайте я приглашу Козина?

– Не суетись, Абрамов. Козин пить с нами отказался, Мартынов – на выезде. Ну, а Семенов не может поддержать нашу компанию по различным причинам.

Он открыл бутылку водки и налил ему полстакана. Взглянув на Виктора, он налил себе полный стакан.

– Ты еще молод, чтобы пить такими дозами, – произнес он.

– Зря вы так. Там, за речкой, я пил не только стаканами, но и кружками водку и спирт.

– То, за речкой. А здесь тебе этого делать не стоит, если хочешь подняться по служебной лестнице. Эта штука не одного умного мужика сгубила.

Они выпили и стали закусывать. Поговорив еще немного о жизни, они поехали по домам.

***

Несмотря на то, что трупы девушек были обнаружены, Серов по-прежнему молчал. Теперь к работе с ним подключились сотрудники второго отдела и следователи республиканской прокуратуры. Однако, получить какие-либо показания, проливающие свет на это преступление, не удавалось. По указанию Костина Виктору также разрешили работать с Серовым, что вызвало неадекватную реакцию у Валиева и Козина.

– Ты, что лезешь не в свои дела!? – отчитывал Виктора Валиев. – Что, нечем больше заняться? Все хочешь отличиться? Вон, сколько розыскных дел, выбирай любое и работай.

– Мне просто хочется довести это дело до логического конца. Расколем Серова, я сразу отойду в сторону.

– Смотри, Абрамов, я тебя предупредил. Если мы завалим розыск, тебя не спасет это дело.

Ежедневно Абрамов оставался после работы и, спустившись в ИВС, выводил из камеры Серова и начинал с ним беседовать.

– Илья, что ты себя мучаешь, – как-то обратился Виктор к нему. – Ты вообще на что рассчитываешь? Машину, которую ты продал, я нашел. При осмотре багажника эксперты обнаружили кровь, по групповому признаку принадлежащую Волковой и Левшиной.

– Вы все равно меня никогда не поймете, Виктор Николаевич. Вы знаете, как тяжело бывает склеить то, что разлетелось на сотни мелких осколков. Я до сих пор проклинаю тот день, когда я сбил эту Волкову. Лучше бы я тогда убил ее на месте. Ну, отсидел бы года три и вышел. Несчастный случай, с кем не бывает, таких, как я, в СССР десятки тысяч. Видно, Бог в тот день не хотел ее смерти. Помните, я вам как-то рассказывал, что ударил Волкову в сквере около Дворца Кирова. Так вот, я тогда думал, что этим все закончится. Ведь она должна была все понять. Но, я еще не полностью осознавал, с кем связался. Волкова в этот же день обратилась в больницу и зафиксировала на своем теле ссадины и синяки. Откуда взялись эти телесные травмы, я до сих пор не знаю. Утром она обратилась в милицию с заявлением о нанесении ей телесных повреждений.

В тот момент я находился на работе и был удивлен приходом участкового инспектора. Он опросил меня по данному факту и посоветовал мне договориться с потерпевшей, попросить у нее прощения, и тогда он сможет списать эти материалы в связи с примирением сторон. Иначе, как он выразился, дело может дойти до суда. Вы даже представить не можете, в каком положении оказался я. Через месяц меня должны были принять в члены КПСС, передо мной открывалась служебная перспектива стать директором самого большого транспортного автохозяйства города. А, этот случай сводил на нет все мои мечты.

Я долго думал, как мне поступить. В какой-то момент решился, сел в машину и поехал к Волковой. Катя дома была не одна, вместе с ней в квартире находилась ее подруга Ольга.

Я извинился и попросил Волкову забрать свое заявление из милиции, но она наотрез отказалась это сделать. Все мои уговоры были напрасны. Волкова твердила, что хочет, чтобы меня наказал закон. Когда я понял, что не смогу убедить ее, я спросил напрямую, чего она добивается.

– Илья, ты хорошо знаешь мои аппетиты, я хочу многого. Во-первых, чтобы ты развелся с женой. Во-вторых, чтобы ты продал машину и купил мне самое дорогое кольцо, которое я найду в магазине.

Я был просто шокирован ее требованиями.

– Хорошо, Катя, я продам машину и куплю тебе кольцо, какое захочешь. Но почему ты хочешь, чтобы я развелся с женой. Она должна родить через месяц. Кто ей будет помогать?

– Если ты не выполнишь все мои условия, я тебя накажу, – произнесла Катя и громко засмеялась.

Вместе с ней засмеялась и Левшина. Я сидел на стуле в прихожей и не знал, что мне делать. Именно тогда меня впервые посетила мысль об убийстве. Испугавшись их, я снова стал просить Екатерину забрать заявление из милиции. Когда я понял, что это бесполезно, первым делом подумал, где взять такие большие деньги. Расставаться с машиной не хотелось. Я объездил всех своих друзей, но, ни у кого таких денег не оказалось. Набравшись нахальства, я обратился к теще, сказав, что присмотрел дачу в Зеленом Бору. Идея приобрести этот домик ей понравилась, и она мне выделила часть денег.

Рейтинг@Mail.ru