Кирпичик на кирпичик

Александр Иванович Вовк
Кирпичик на кирпичик

Глава 4

Ждать возле кабинета с табличкой «Детский психолог», пугающей всякое материнское сердце, пришлось недолго. Хозяйка кабинета, едва появившись, дружелюбно пропустила гостей вперед и, хохотнув, присела на корточках перед Андрюшкой, протянув ему свои руки:

– Ну, герой, подходи поближе! Силен ты, брат, оказывается!

Мальчишка среагировал мгновенно:

– Тетя братом не бывает! Только сестрой!

– Это ты точно подметил! Но ты мне и не брат! Ты – настоящий богатырь!

– Нет! Богатыри только раньше были! В сказках! Они тогда сражались с чудищами заморскими! – остановил ее Андрюшка.

– О! Тебе палец в рот не клади! – восхитилась Эльвира Петровна. – Нам и сегодня тех богатырей не хватает, чтобы избавить нас от чудищ заморских! Но награду ты честно заслужил! Потому мама отведет тебя за общий праздничный стол, где детишки делят торт и вкусные конфеты, а после чая уже ты сам отведешь свою маму домой. Договорились? И не бойся – твоя мама побудет здесь! Я ее в обиду не дам! Нам поговорить нужно. Лады?

Минуту назад, перед заходом в кабинет психолога, мать Андрюшки ощущала себя провинившейся девчонкой, ожидавшей заслуженных унижений. Однако Эльвира Петровна быстро расположила ее к себе и успокоила:

– И не волнуйтесь вы так, мамаша! Дети всё впитывают без разбора. Они ведь, как губка! Сегодня, когда телевидение весь день на психику давит, невозможно разобраться, где эти сорванцы учатся ругаться, но происходит это почти с каждым; мы уже привыкли. Но Андрюшка всех покорил очень точным и весьма уместным употреблением столь колоритного родного языка. Прямо-таки, высший пилотаж!

И она, вспоминая подробности, опять очень естественно хохотнула:

– И вы Андрюшку ни в коем случае не наказывайте! Просто не акцентируйте внимание на этом происшествии. Просто дайте понять, что огорчены случившимся. Для всякого малыша нет большего горя, чем видеть маму в расстроенных чувствах. Потому ваш прием обязательно сработает, даже если не сразу. Итак, отведите сына к воспитательнице и скорее возвращайтесь – чуток поболтаем! Лады?

Всё это время Андрюшка стоял в сторонке, сосредоточенно рассматривая мягкие игрушки, но без разрешения к ним не прикасался, да и разговору взрослых не мешал. Создавалось впечатление, будто он тайком прислушивался к беседе и делал наперед какие-то выводы, однако лишь по пути вниз, после длительного молчания, которое мама преждевременно приняла за раскаяние, не сдержался и уточнил:

– Мамочка, ты только не обижайся! Я не хочу говорить плохие слова, но очень интересно, как всё-таки правильно – бляха муха или бляхина муха?

Некоторое время Татьяна не отвечала сыну – она старалась незаметно для Андрюшки подавить охвативший ее хохот.

– Мне кажется, сынок, что такие слова лучше никогда не говорить. Чтобы о нас не подумали плохо. Такими словами, Андрюшка, пользуются только нехорошие люди. Мы ведь с тобой другие?

Глава 5

– Ну, что? Теперь поболтаем? – обрадовалась Эльвира Петровна вернувшейся в кабинет Андрюшкиной маме. – Татьяна… простите…

– Петровна, – робко подсказала Татьяна, которой всё ещё казалось, будто сейчас ее станут отчитывать и стыдить, как набедокурившую девчонку, потому она, неопределенно пожав плечами, готова была на всё. – Давайте, поговорим…

– Видите, как замечательно! Мы с вами по отцу даже тезки! Не скрою, ваш мальчик мне очень понравился. Потому особенно интересно, как вы с ним занимаетесь, кем видите его этак, лет через двадцать, и вообще!

Вопрос привел Татьяну в замешательство. Так далеко она не загадывала.

– И напрасно! – угадала Эльвира Петровна. – Эти годы пролетят столь быстро, что и не заметите, но менять что-то в сыне, если и захочется, станет невозможно. Потому-то судьбу своего ребенка следует планировать заранее. Конечно, в самых общих чертах. Всех мелочей не предусмотришь! Но если ничего не планировать, то со временем вам захочется кое-что скорректировать, вот только захочет ли этого сын? Дети пластичны лишь в малом возрасте! Кстати, какая у вас семейная обстановка? Супруг? Квартира, финансы, здоровье? Родители с вами или как?

– Всё нормально! – залепетала Татьяна. – Всё хорошо! Терпимо, в общем…

– Если так, то база для воспитания сына у вас благоприятная. Приятно это слышать! Но вы должны сознавать, ребенка чрезмерной любовью – а у вас она именно такая, это на вашем лице написано – вы скорее, испортите, нежели правильно воспитаете! Нужна не только любовь, но и настойчивость, и конкретные цели, жесткие принципы, научные методы… Вы понимаете, о чем я говорю?

Татьяна поспешно подтвердила:

– Да-да! Я понимаю… Бывает, я читаю педагогическую литературу… Но мне казалось, будто еще рано… Ну, если Андрюшке не понравится профессия, которую мы с мужем выберем? Сын же будет страдать, если нас послушается, или же, если сделает по-своему, наши отношения могут испортиться. Ведь так?

– Вполне возможно! О профессии говорить действительно пока рановато. Родители часто подталкивают детей, словно в капкан, то в музыканты, то в спортсмены. Им кажется, будто это очень хороший род занятий, а значит, и хорошая судьба! Но я сейчас интересуюсь другим. И очень прошу вас не обижаться! Хочется знать, каким именно человеком вы представляете себе взрослого сына? – Татьяна вскинулась, но и ее собеседница среагировала мгновенно. – Знаю, знаю, конечно же, хорошим! Но кто для вас этот хороший человек? Ведь у всех на этот счет свои представления! Только, повторяю, не обижайтесь, пожалуйста! Такой вопрос лишь на первый взгляд кажется элементарным? Он почти всех ставит в тупик! Попробуем вместе? Может, вы и начнёте?

Дружеская заинтересованность, с которой Эльвира Петровна произнесла это, успокоила Татьяну, она раскрепостилась и, кивнув головой, охотно приступила:

– Хороший человек не может не быть честным, верным, отзывчивым, принципиальным, тактичным, добрым…

Неожиданно для себя Татьяна, никогда не испытывавшая затруднений при подборе слов, заметила, что сейчас, подыскивая требуемые качества идеального образа, быстро очутилась в тупике. Конечно, слегка задумавшись, она смогла бы продолжить этот ряд достоинств, но Эльвира Петровна прервала ее слишком торопливо и, как показалось Татьяне, даже с радостью.

– Всё, всё! Вполне достаточно! Теперь представим, будто всё это уже воплощено в вашем сыне, взрослом сыне. Представили? В таком случае вы должны понимать следующее. Рядом с ним всем-всем будет, как теперь говорят, комфортно. Но каково будет ему самому? Об этом вы задумались? Для вас же этот вопрос важнее остальных! Судите сами, что более важно: как отзываются о вашем сыне посторонние люди, или же, как он сам себя ощущает среди них? И вообще, какое место он займет в этой большой и сложной системе человеческих отношений?

Рейтинг@Mail.ru