Полиспаст

Александр Феликсович Борун
Полиспаст


Понедельник, утро

Новая деталь классного интерьера появилась в середине последней четверти1. Обнаружилась она в понедельник – видимо, установили в воскресенье. Но прямо с утра, войдя в класс, на неё почти никто из учеников девятого «А» внимания не обратил.

Заметили нововведение двое, первый хулиган класса Коршун и первый отличник Кáрма. А задумался, что это и зачем, только отличник.

Коршуна зовут больше Вовой или Вовкой, Коршуном он сам называется при знакомстве, и мысленно сам о себе думает так. Но другие называют так его очень редко – только приятели, если хотят сделать ему приятное. Если их можно назвать приятелями – тех, кто в классе. У него есть какая-то своя компания, вне школы, но там он пока никто и звать никак. Новую вещь он заметил сразу, так как привык внимательно относиться ко всему вокруг, находясь в не очень хороших отношениях с обществом. Взаимно.

Но, заметив, принял за нечто для показа физических опытов и пока забил на детали. Спрашивать препов? Ещё чего! Они любой вопрос могут превратить в нравоучение. Да и зачем, если можно подтолкнуть на это кого-нибудь другого? Вот хотя бы Мускула. Никаких пакостей Коршун Мускулу никогда не подстраивал, во избежание, так что Мускул относится к нему снисходительно. Впрочем, он ко всем так относится. Имеет основания. А может, не придётся и его раскручивать насчёт поинтересоваться новой штукой, само как-то выяснится.

Тут он был прав, кстати. Но и инстинкт, заставивший его обратить внимание на эту вещь, тоже был прав. С чего бы это ботан Иванов, поглядев на эту штуку, перевёл испуганный взгляд на него, Коршуна? Какой-то ботанский геморрой или что-то серьёзное?.. Пока что плюнул и пошёл к своему месту – последней парте в правом ряду.

Карму на самом деле зовут Карамадур Иванов. В этом классе и вообще в этой школе он первый год. Родители переехали в другой район. Институт отца слили с другим, и его место работы неожиданно переехало. А тратить время и деньги на дорогу он посчитал неправильным. Мать у Кармы работает больше на домашнем компе, а к прежней школе Карма не был очень привязан, мягко говоря, так что вовсе не возражал (да, его мнения спросили). Ботанов не очень любят в младших классах, когда экзамены и контрольные ещё не принимаются всерьёз. А потом инерция работает. Одним из самых безобидных развлечений классных остряков было придумывание Карамадуру новых кличек, из которых Мойдодыр или Каракурт были ещё терпимы. За что он, понятно, обижался на родителей. А уже за это, само собой, на одноклассников.

А тут ему понравилось. Сидит за первой партой в левом ряду – первые парты не очень популярны, а ему нравится. Сходу никто не прикапывается, что ботан, сразу навострились списывать, кличку придумали даже где-то лестную… Придумала, кстати, вредная Лайма. А он предпочёл бы, чтобы красивая и умненькая (хоть и блондинка) Несси. Впрочем, кто бы не предпочёл. А Лайма наверняка страдает по этому поводу.

Но с Несси, наоборот, нечаянно получилось что-то вроде соревнования, похоже, до его появления в классе она была по оценкам вне конкуренции… Однако ничего подобного хогвартовским страстям не намечается. В конце концов, это обычная российская школа, а не закрытый интернат для детей из высшего общества Великобритании, самой судьбой предназначеных для правления ею, и оттачивающих коготки на конкурентах, настоящих и будущих.

Карма, как и Коршун, не ожидает от общества пряников. Этому его и отношение одноклассников в прежней школе научило, и родители при нём допускают, так сказать, критику происходящего в обществе, и даже без предупреждения нигде про это не болтать. Он любит математику и физику, но понимает, что, когда в стране неустойчивая ситуация (а по мнению многих, уже не неустойчивая, а катастрофическая) больше пользы от гуманитарных наук, вроде истории и литературы. И он уже знает, что если на стене висит ружьё, оно должно выстрелить.

Это, правда, не ружьё – то, что висит в углу между окном и доской. И не на стене, а на потолке. Он сразу заметил его, войдя в класс, и разглядывал всё время, пока шёл на место, и когда сел, тоже, благо, ничто не мешало: сооружение было прямо перед ним. Впрочем, его было отлично видно всем – на потолке-то!

Хотя и на стене что-то есть, но это – обычная шведская стенка, чтобы на неё забираться. Правда, у неё ещё что-то вроде прозрачных дверец, превращающих её в плоский шкаф с перекладинами вместо полок. Три, нет, четыре дверцы, закрывающие всё сверху донизу.

Стеклянные? Нет, чуть-чуть кривоваты для стекла, наверное, плексиглас. Чтобы не разбили. И замочки висят. Чтобы не лазили под потолок зря. А только чтобы что-то делать с основной штукой. Которая на потолке. И которая, видать, не для баловства.

По виду это что-то вроде каната, тоже как в спортивном зале, но много и отличий. Спортивный снаряд (смешно – снаряд. Канатом разве можно выстрелить из пушки? впрочем, кажется, цепью стреляли, вернее, ядрами, соединённым цепью) подвешен как-то просто, скорее всего, на анкере с крюком или кольцом, а здесь – аж четыре кольца на потолке. Три близко друг к другу, и одинаковые, а четвёртое, большего размера и с замочком, в стороне от них, у самой стенки.

На трёх кольцах висит куча тросиков в разноцветной прозрачной оболочке и три блока – крюки с колёсиками диаметром примерно как у скейта.

Карма знает такое устройство из нескольких блоков и тросов. Оно называется полиспаст и придумано ещё древними греками.

Тросики, правда, не древнегреческие. Тонкие, а как не канат в спортзале, блестят металлом через прозрачный пластик. Как велосипедный противоугонный тросик с замочком, но тоньше. С другой стороны, потолще того, что тянет ручной тормоз велосипеда. Оболочка разных цветов, наверное, чтобы не запутаться при сборке сложного устройства.

Один из блоков неподвижный. Он своим крюком зацеплен за потолочное кольцо, и висит колёсиком вниз. Через него пропущен бесцветный тросик. Один конец этого тросика свободный, наверное, за него нужно тянуть. Второй прикреплён ко второму потолочному крюку, образуя петлю, пропущенную через колёсико первого подвижного блока, висящего колёсиком вверх. С крюка этого блока свисает голубой тросик. Второй конец которого прикреплён к потолочному кольцу, образуя петлю, пропущенную через колёсико второго подвижного блока. С крюка которого свисает красный тросик. Который должен поднимать груз.

В данном варианте, называемом степенным, или потенциальным полиспастом, или полиспастом второго рода, можно поднять груз вчетверо больший приложенного усилия.

Неподвижный блок никакого выигрыша в силе не даёт, только изменяет направление, чтобы тянуть вниз, а поднимать вверх. А два подвижных блока усиливают каждый вдвое, притом замедляя подъём груза (или, что то же самое, но физически ближе к причине происходящего, уменьшая высоту подъема) груза тоже вдвое.

Конечно, груз именно на красном тросике, а тянуть надо за бесцветный, если это силовой полиспаст, а не скоростной.

Оба свободных конца тросика, и бесцветный, и красный, сейчас на самом деле не свободны – они подняты к потолку и повешены на четвёртое кольцо, которое у стенки.

Где ещё и замок висит. Потому что исходно это не кольцо, а крюк. Но он снабжён подвижной перемычкой, превращающей его в кольцо. Кончик крюка сплющен и торчит в прорезь перемычки, в дырку в этой сплющенной части крюка и продета дужка замка.

Несмотря на это, Карма быстро понял, какой конец тросика для чего предназначен.

На большом участке бесцветного тросика довольно часто приделаны небольшие ременные петли, как у лыжных палок. В том числе, на самом конце. Эта конечная петля и заперта на замок. Ясно, что это не много-много кукол вешать, а браться за эти петли руками, чтобы тянуть тросик.

А красный тросик, что идёт от крюка второго подвижного блока, в основном, голый. За него особо не ухватишься. Только на самом его конце большая ременная петля, которая могла бы подойти и человеку. Правда, широковата на вид. Как брючный ремень. Если бы это была виселица, а ведь на вид так похоже, что аж жуть берёт, так вроде, ремень не должен быть такой широкий? Так что, может быть, это для подъёма грузов? Но каких? Петля самозатягивающаяся: на конце ремня что-то вроде ременной пряжки, одна сторона которой, как и положено, зашита в ремень, а вторая – что-то вроде катушки или валика, в эту-то «пряжку» ремень и продет, образуя петлю. Какой это такой тяжёлый груз нужно поднимать в классе с помощью полиспаста? Причём тяжёлый, иначе зачем вообще полиспаст? Но небольшого размера? Впрочем, почему в классе? Может, ожидается капитальный ремонт, и в окно будут затаскивать грузы, чтобы не таскать по лестнице? Так тросик что-то коротковат…

Кстати, если судить по высоте, на которой висят подвижные блоки, крайний упрётся в средний, поднявшись примерно на метр. А средний упрётся в неподвижный блок. Какой это такой строительный груз нужно поднимать на метр? Затащить что-то в окно так не удастся. Кабинет на втором этаже…

Вот если тянуть за большую петлю (что не очень-то удобно, зачем тогда она самозатягивающаяся?), а грузы поднимать на том конце, что весь усеян маленькими, можно поднять метра на четыре, до потолка. Это будет уже не силовой полиспаст, а скоростной. Но поднимаемый груз будет небольшим. Такие мелочи можно и без полиспаста на верёвочке затаскивать, если в окно. Зачем вчетверо быстрее это делать? И всё равно четыре метра не хватит, чтобы перетаскивать что-то с улицы через окно. Разве что из очень высокого грузовика?..

 

Физические опыты? Пособие? Но Карма уже прочёл весь учебник физики этого года. По правде говоря, и следующего. Ничего такого там в демонстрационных опытах нет. Да и откуда? Полиспаст уже давно прошли, и по истории, и по физике, а младшеклассники в этом кабинете, вроде, не занимаются…

Впрочем, кто знает? Тут бы за своим расписанием уследить.

Но ведь это – наш классный кабинет, его мы убираем после классного часа, когда назначат дежурными… Недавно Карму назначили вместе с Несси и Лаймой, и – совершенно случайно так вышло, он не собирался ничего изображать! – он встал перед Несси на одно колено. Она подметала, а он положил на пути мусора лист бумаги – совок вечно куда-то девается – и двумя руками прижал к полу его края. Можно было бы и на корточки, но коленка болела после неудачного эксперимента на велосипеде. Кто не падает, не научится новому. Чтобы не сгибать эту коленку, он и выставил её вперёд, на девяносто градусов она ещё соглашалась. И, да, он не спортсмен Мускул, чтобы согнуться пополам и достать пола ладонями, не сгибая ног. Притом тогда бы он окунул голову в облако пыли от веника, а так голова осталась максимально высоко. Но объяснить всё это было немыслимо. Да и что тут скажешь? «Извини, это у меня просто коленка болит, я не твой рыцарь, ты не моя дама, я ни на что такое не намекаю?» Легче умереть от неловкости. Тем более… разве он и правда не примерил на себя эту роль? Пусть жест и вышел случайно? Совсем-совсем ничего такого не думал? Нет, точно умереть легче. А лучше – просто промолчать. Как бы никто ничего не заметил. Но, ему показалось, Несси была немного смущена, причём, скорее, приятно, чем наоборот. Что, впрочем, ничего не значит. А Лайма хихикнула и тем всё опошлила. Хорошо, не высказалась. Она-то не особо стесняется. Стоп, о чём это он?! О дежурстве и уборке, да. Уж как-нибудь он может отличить надписи и рисунки на партах, сделанные одноклассниками – и мелюзгой, если б она тут отметилась?

Он окончательно понял, что сооружение ему не нравится. Оно его попросту пугает до смерти, уж перед собой-то зачем притворяться. Можно, конечно, представить себе, что широкий ремень надевается на своё законное место – на талию – и ученика поднимают, чтобы он изображал космонавта или циркового артиста. Но вряд ли это приятно. Он бы, по крайней мере, добровольно не согласился. Тем более, с петлёй типа удавки вместо нормального ремня с пряжкой, фиксирующей размер.

Но если это – каким-то невероятным образом – всё-таки орудие наказания…

И он с испугом посмотрел на того, кто должен был, в любом раскладе, первым попасть под раздачу – на Коршуна, который как раз в это время вошёл в класс. А тот, похоже, не заметил.

1Рисунок в тексте нарисован автором.
Рейтинг@Mail.ru