bannerbannerbanner
Морена

Александр Афанасьев
Морена

– У вас могут быть неприятности – сказал Вебб – это дело связано с терроризмом

Управляющий посмотрел на него как на пустое место. Чертовы американцы – читалось в его глазах

– Мы можем поговорить с персоналом отеля?

– Извините, нет.

***

– Нет, этого быть не может – сказал Арут, когда вез его обратно к посольству – ложный след…

– Она прилетела за два дня до того как все это случилось, и улетела в этот же день. Единственная из всех.

– Ну и что? Люди прилетают… и улетают…

– Скажи, а мы можем найти тут… израильскую разведку? Кого-то, с кем можно поговорить?

Арут расхохотался.

– Ну, ты даешь, американец. Ищи, если жизнь недорога…

***

–… Мерседес де Сантьяго, девяносто второго года рождения, родилась в Буэнос-Айресе, Аргентина, имя при рождении – Мерседес Вилльяреаль. Родители погибли, воспитывалась в детском доме. Закончила Епископский католический университет Аргентины, по специальности деловые и общественные науки, степень бакалавра. Переехала в Испанию в две тысячи тринадцатом, в две тысячи четырнадцатом ее удочерил испанский граф Альберто де Сантьяго. Получила подданство Испании по ускоренной программе, как возвращенка, проживает в Париже. Адреса нет. Данных об уплате налогов нет, собственности – нет…

Информацию на практически любого жителя цивилизованной страны – ЦРУ теперь могло достать в течение часа – двух. Это упрощало жизнь.

– Здесь не написано, где она работает?

– Нет.

– Как так может быть? Она живет в Париже, не имея источников доходов…

Эмилия Краули, начальник бейрутской станции ЦРУ, уроженка Бруклина, штат Нью-Йорк цинично усмехнулась

– А ты не догадываешься?

– Работает в постели у богатых мужиков. Ей не нужна собственность, потому что ее содержат те, с кем она спит. Похоже, что она все-таки шлюха, хотя и чертовски дорогая.

– Родители погибли, воспитывалась в детском доме… задумчиво сказал Вебб

– И что?

– По-настоящему она может быть кем угодно. В том числе и оперативником Моссад высокого класса. В Аргентине большая еврейская община.

Краули фыркнула.

– Она есть та кто есть. Не умножай сущности без необходимости. Дорогая шлюха. Она не та кто тебе нужен.

Вебб достал телефон, начал набирать номер

– Куда звонишь?

– В Испанию. Надо кое-что проверить…

***

Через два часа – второго из убитых в горах удалось опознать по базе данных Интерпола – там были его отпечатки пальцев.

– Борис Анатольевич Быстрицкий, уроженец и житель города Одесса. Семьдесят седьмого рода рождения, русский. В две тысячи шестом году задерживался в Ницце по подозрению в организации проституции, отпущен за недоказанностью. В две тысячи восьмом полиция Лондона проверяла Быстрицкого по подозрению в незаконных махинациях с недвижимостью, отмывании денег. Обвинения предъявлены не были, но Быстрицкий был поставлен в стоп-лист – лица, пребывание которых на территории Соединенного Королевства признано нежелательным. Согласно информации украинской стороны – член организованного преступного сообщества Короля, находящегося в Одессе. Интересы преступного сообщества – наркоторговля, работорговля, организация проституции. Король – он же Гермиан Михал, криминальный авторитет, вор в законе, уроженец г. Бельцы, Молдова, находится в розыске за организацию наркоторговли, отмывание денег.

– Криминальный авторитет – сказал Вебб – второй мент, связанный с криминалом. С чем они столкнулись там, в горах. Или с кем?

Краули фыркнула – эта ее циничная усмешка была ее фирменным знаком

– С такими же бандитами. Разборка.

– Мне показалось, их застали врасплох.

– Может, и так. Да и… какая разница?

– Тут много русских бандитов?

– Полно. Как и русских шлюх. Те, кто десять лет назад тусовался в Стамбуле – перебрались сюда.

Краули пригладила волосы

– Здесь секс-оффшор. И бизнес-оффшор. Полно дерьма. А русские бандиты всегда слетаются на дерьмо – как мухи на мед.

25 марта 201… года. Кадис, Испания

Самолет, приписанный к европейской группировке НАТО, и совершающий регулярные полеты по «Кольцу» – заранее проложенному маршруту, по которому самолеты летают регулярно и в интересах всех стран – участниц НАТО – быстро снижался, заходя на посадку по крутой, почти «афганской» глиссаде. Было солнечно, под крылом мелькали поля, все краски были чистыми, избыточными. Середина весны – лучшее время для Испании, когда уже все покрыто зеленью, но еще не так жарко, и не достает ветер – суховей из Африки. Они совершали посадку на военном терминале в Херес де ла Фронтера, ближайшем аэропорту к «станции Рота» – крупнейшему пункту базирования Шестого флота США в Испании.

Вебб – спустился на бетонку – и тут же заметил коренастого здоровяка, похожего на Стивена Сигала в его лучшие годы. Правда, стрижен он был коротко, а одет в белое, и в руках он держал совершенно идиотскую соломенную шляпу. Но это был он, Мануэль Вальенс, некогда лучший оперативный офицер разведки (J2) морской пехоты США, приписанного к месту, которое журналисты окрестили «Железным треугольником». Он немного погрузнел, стал больше похож на босса мафии на отдыхе – но это был он. Вальенс.

– Черт, Мано!

– Вебб, сукин ты сын…

Они обнялись – крепко, до хруста костей

– Где твой шмот?

– Это что – всё?

– Ты же знаешь, что я путешествую налегке…

***

До базы Рота – было двадцать пять минут быстрой езды на автомобиле. Вместо Хаммера – у Мано был Ниссан Террано – в армии это называется «коммерческий транспорт». Вел машину Мано быстро и аккуратно, в окне мелькали ресторанчики, деревушки, апельсиновые рощи. Они были в Андалусии – одном из самых благословенных мест в Испании.

– Черт, я не поверил, когда мне сказали, что едет Вебб. Ты все там же?

– Да.

– Только не говори, что приехал проверять безопасность базы.

– Да я уверен, база на замке.

– Оно так… – уверено ответил Вальенс

– Ты знаешь такого графа де Сантьяго? – спросил Вебб

– Адмирала графа де Сантьяго? Ты его имеешь в виду?

– Возможно. Альберто де Сантьяго.

– Он самый. Так ты к нему прилетел? Сукины дети, вечно ваши шпионские штучки.

– А он сейчас здесь?

– Конечно – ответил Мано – а то ты не знаешь. Он вчера приезжал на базу. Скорее всего, он у себя, у него родовое поместье близ Кадиса.

– Стой, так ты его на самом деле знаешь? – не поверил Вебб. Он и не думал, что все будет так просто.

– Конечно. Он постоянно бывает на базе. Он пишет книги, я рассказал ему пару историй из Ирака. Говорят, что его исторические книги про франкистский период сам Перес-Риверте похвалил. Ты когда последний раз ел?

– Ну… часов семь – восемь назад.

Мано посмотрел на часы – Вебб заметил, что часы были не военные… какие-то плоские, дорогие, желтого металла. Подарок, наверное.

– В таком случае, у адмирала и перекусим. Старик гостеприимен, как и все испанцы. История с тебя. Только не сильно ври, окей, шпион…

– Не буду… – Вебб улыбнулся… он еще отходил от перелета в негерметизированной кабине Геркулеса – как служится то?

– Ну… жарко, но никто не стреляет, по крайней мере, пока. Много моря, много вина и синьориты на пляже, что еще надо для счастья. Базу расширяют – из-за того что происходит в Африке нам нужен надежный передовой плацдарм.

– А как Карен?

– Не спрашивай.

– Понятно.

***

Поместье адмирала – находилось в Эль пуэрто де Санта-Мария, порту Санта-Мария, благословенном местечке на самом берегу океана, не в самом городе, а чуть на отшибе, но порт из него – был виден отлично. Сам дом как бы нависал над берегом, спрятанный в роще платанов и японских акаций. Дом был неожиданно большим, беленым, с типично испанскими особенностями архитектуры – внутренний дворик, крытые террасы.

Очевидно, что Мано тут знали – он перебросился парой стрекочущих фраз на испанском со здоровяком в черных очках, сидящим в кресле в тени террасы – и тот повел их вглубь дома. Внутри дом был тоже типично испанским – ничем не отделанные стены, какие-то безделушки, плитка на полу, много зелени. Вебб заметил еще одного такого же здоровяка в белой рубашке с короткими рукавами. И автоматически определил, что оба вооружены.

Да… интересный, похоже, человек, адмирал, граф де Сантьяго.

***

Контр-адмирал принял их в рабочем кабинете, на втором этаже. Кабинет не был похож на такие, которые строят в домах в США – нет библиотеки, зато шкаф с оружием, старинным и современным, какие-то карты на стене. Массивный стол, на нем закрытый и ни к чему не подключенный ноутбук. А вот стулья необычно легкие, почти пляжные. Ставни открыты настежь, легкий ветерок – дует с моря, принося запах соли и свежести…

Вебб впился взглядом в стол – обычно люди держат на столе фотографии родных и близких, по ним можно многое чего сказать. Но у адмирала на столе не было ничего лишнего, даже письменного прибора и часов не было, а фотография была – одна.

Фотография короля.

Адмирал повернулся к ним, когда они вошли – до этого он смотрел на океан. Худой, роста выше среднего старик с продубленной ветром и солнцем кожей, цвета как у старой, кожаной бейсбольной перчатки – он выглядел, так как и должен был выглядеть адмирал и граф – благородно и уверенно.

– Синьоры…

Рукопожатие адмирала было сильным. Вебб заметил, что у него нет одного пальца полностью и одного – наполовину. Где же он мог воевать? Или это результат несчастного случая?

Мано и адмирал обменялись несколькими быстрыми, мимолетными фразами на испанском – настолько быстрыми, что Вебб не успел уловить их смысл. Это заставило его занервничать, хотя он и не показал виду. О чем они говорили?

– Мануэль сказал, у вас ко мне дело… – сказал адмирал на хорошем английском – и из-за этого вы прилетели издалека. Если это займет не более получаса, предлагаю покончить с делами сейчас, а потом накроют стол.

 

Вебб кивнул, достал из кармана пиджака конверт, а из него фотографию. Точнее, результат обработки изображения в аэропорту Бейрута специальной программой ЦРУ, способной составить достоверных фотопортрет по самым обрывочным и некачественным изображениям

– Полагаю, сэр, это недоразумение отнимет у нас куда меньше времени. Вам знакома эта женщина?

Контр-адмирал взял фотографию, смотрел на нее несколько секунд, затем положил обратно на стол. Вебб заметил, что он не использует ни очки, ни линзы

– Да, это моя дочь, сеньор… – невозмутимо сказал он – что вам угодно?

Вебб не ожидал такого ответа. Он думал, что адмиралом воспользовались для легализации

– Прошу прощения… ваша родная дочь? – уточнил Вебб

– Приемная.

Вальенс чувствительно наступил ему на ногу – но Вебб этого не заметил

– Сеньор адмирал… мы бы хотели увидеться с вашей дочерью. Это возможно?

– Ее здесь нет, сеньоры.

– Не могли бы мы узнать, где она? Как с ней можно связаться?

– Я повторяю, ее здесь нет. Что касается того, как с ней связаться, я бы хотел узнать цель ваших вопросов.

Вальенс снова наступил ему на ногу – но Вебб отпихнул его ногу

– Сеньор адмирал, мы бы хотели прояснить недоразумения, связанные с пребыванием вашей дочери в Бейруте. Там было снято это фото, и мы…

– Оставьте ваши координаты, и моя дочь с вами свяжется.

Вебб понял, что адмирал что-то скрывает

– Сеньор адмирал, со всем уважением… – начал Вальенс

– Боюсь, что это невозможно. Мы должны увидеться с ней как можно скорее, дело не терпит отлагательств…

– Полагаю, не вам в этой стране решать, что возможно, а что нет, сеньор… Вебер, если я правильно расслышал фамилию – надменно ответил адмирал.

– Как вы с ней познакомились, сеньор адмирал? Когда? – спросил Вебб – она сама к вам подошла? Это может быть очень опасно для вас.

Это было глупостью. Пытаясь вызвать адмирала на эмоции и откровенность, Вебб понял, что проиграл – лицо старика стало еще более надменным, в глазах появилось презрение. Он перевел взгляд на Вальенса

– Я обязан отвечать?

– Нет, сеньор адмирал – быстро ответил Вальенс

– В таком случае, сеньоры, я прошу вас немедленно покинуть этот дом. Это мой дом, и я не потерплю в нем грязных намеков ни насчет меня, ни насчет моей дочери. Честь имею, сеньоры, мой адъютант вас проводит.

Здоровяк в белой рубашке с короткими рукавами уже стоял в дверях… черные очки были зацеплены за дужку в нагрудном кармане и сам он был похож на вставшего в стойку добермана.

***

– Какого хрена ты меня не поддержал – резко спросил Вебб, когда они сели в машину

– Это я хочу спросить, какого хрена?! – взорвался Вальенс – ты что, совсем охренел!? Если бы я знал, что ты собираешься с ним об этом разговаривать, я бы тебя на порог сюда не пустил!

– Да ты хоть знаешь, кто она?!

– Представь себе, знаю! Протеже, воспитанница, приемная дочь – короче говоря, прикрытие чтобы появляться в высшем свете с телкой, которая тебя в три раза моложе и соблюдать при этом приличия. И все это прекрасно понимают, но только у тебя хватило ума начать задавать подобные вопросы…

– Возможно, эта девица причастна к теракту. Погибли мои друзья!

– Возможно?! Ты говоришь, возможно?! Ты говоришь, возможно, а я скажу тебе, что ты сейчас сделал. Ты только что разрушил весь базис доверительных отношений, которые мы тут создаем последние три года. Ты в десять минут слил в сортир плоды трехлетней работы и это уже не «возможно». Это так и есть!

***

В придорожном ресторане они заказали паэлью – самое испанское блюдо из всех существующих. Вальенс не успокаивался

– П…ц какой. Ты даже не понимаешь, что ты натворил.

– Задал пару вопросов, не более.

– Пару вопросов?! Адмирал, вы спите с вашей дочерью?! П…ц!

– Вопрос был не таким. И ты сам только что сказал, что он это делает. Так в чем проблема, я не понимаю.

– Проблема?! Тут монархия, если ты не заметил, а не старшинский кубрик на корабле. Здесь нельзя прямо задавать вопросы. Иначе с лестницы спустят, а то и что похуже. Это высший свет, здесь надо соблюдать приличия.

– В чем проблема то, я не понял?

– Да в том, что из-за происходящего в Африке нам нужны их аэродромы и военные базы. У них даже есть анклавы на том берегу. Ты еще не понял, что происходит? Не осознал? Ливия уже потеряна, там черти что творится. Алжир на грани, там вот – вот может начаться повторная гражданская война. Если это произойдет – то на очереди будет Марокко, а потом все посыплется как чертов карточный домик. Мы будем иметь второй Ближний Восток, а в перспективе – может взорваться весь африканский континент. Тут скоро будет жить миллиард жителей и девяноста процентам из них – нечего терять, потому что у них ничего нет. Нам нужны базы, чтобы хоть как то с этим справляться. И нам нужны базы, чтобы контролировать тот кокаиновый наркопоток, что девятым валом захлестывает Европу – транзитом через Африку. Для этого нам нужны военные базы. А у Испании есть не только военные базы – у нее есть и анклавы на африканском континенте. И многое в этом вопросе зависит от адмирала. Ты хоть представляешь, кто он на самом деле такой?

– Испания – опасная, разорванная изнутри страна, собранная из кусков. Баски уже давно жаждут независимости и не они одни. Адмирал решает эти проблемы – неважно, как и какими методами. Это возрожденная «Первая линия9», которая только ждет своего часа. Ультрапатриоты. И адмирал такой не один. Бункер никуда не делся, он по-прежнему здесь, в этой стране. Сыновья наследуют отцам, внуки – дедам.

– Что такое Бункер?

– Верхушка франкистов. Нацистов, если тебе так понятнее. После восстановления демократии они ушли в глубокое подполье, но они никуда не делись. Сейчас, когда по всей Европе усиливаются правые – Бункер выходит из тени.

Вебб стиснул ладонями виски. То ли от жары, то ли от еще чего – он чувствовал себя дурно

– Послушай. Просто послушай.

– Эта телка была в Бейруте совсем недавно. Я считаю, что она причастна к похищению сына министра обороны Катара – этим похищением его вынудили передать данные о секретном рейсе, самолета министерства обороны Катара, которым летели американцы… в том числе и близкие мне люди. В случившемся может быть заинтересована Россия, и эта телка – тоже может быть из России. Понимаешь. Если адмирал крайне правый – он может быть одним из тех европейских правых, кто работает на Путина, на русских.

Вальенс рассмеялся.

– Это чушь. Я скорее поверю в то, что адмирал работает на марсиан.

– В предательство Эймса тоже долго не верили.

– Бред. Этот совершенно разные вещи.

– И чем же?

– Чем? Да тем, что прежде чем являться в незнакомую страну со своими идиотскими теориями, можно было задать пару вопросов. Адмирал, как я уже сказал, правый – и не просто правый, он настолько правый, что наши сенаторы – южане, поговорив с ним, долго бы краснели. Во время гражданской войны вся его семья была на стороне Франко, его прадеда расстреляли восставшие матросы. Многие тогда погибли. Его отец был приближенным адмирала Луиса Карреро Бланко, преемника Франко, которого тоже убили красные. Адмирал все это помнит – как и то, как местным красным помогали русские. Красный для него – как для нас крыса или таракан. Хорошо, что ты не успел его спросить насчет работы на русских. Нас бы просто вышвырнули оттуда. Спустили с лестницы. Адмирал работает на русских… даже не смешно.

Новая мысль пришла в голову Веббу

– Если на русских нет… на Израиль он может работать? На Израиль

Вальенс задумался

– В принципе может – сказал задумчиво он – только зачем ему? Он потомственный аристократ, дворянин, военный моряк Бог знает в каком поколении. Убежденный в своей жизненной правоте человек. У него этот дом, еще несколько в разных местах, яхта и отличная рыбалка, одна из лучших морских рыбалок в этой части мира. На которую я не получу приглашения еще месяца три, благодаря тебе.

Вебб не понимал ничего – и это было еще мягко сказано.

– Ты когда-нибудь видел его дочь? Хотя бы мельком?

– Дай, гляну…

Вальенс взглянул в почищенную с помощью специальной программы фотографию из Бейрута, присвистнул.

– Ничего себе. Нет, я ее никогда не видел. Видимо, эль-Бланко где-то прячет ее. И я его понимаю. Попадись мне такое сокровище, я бы тоже прятал. Но мне такая не светит. Зато у меня есть жена, которая к сорока годам вдруг поняла, что она буддистка и подала на развод, потому что не может жить с убийцей. Теперь она живет с каким-то длинноволосым гуру, не ест мяса и занимается духовными практиками и волонтерством. А живут они на деньги, которые она отсудила у меня во время развода. Как тебе это, а?

– Да п…ц – отозвался Вебб – эль Бланко… ты сказал.

– Да, это прозвище адмирала, Белый. Никто не знает, почему. Просто – Белый.

25 марта 201… года. Марсель, Франция

Как известно, в состав континентальной Франции входят восемьдесят девять департаментов, но региональные центры контрразведки есть только в шести городах. Это Лилль, Рен, Мец, Бордо, Марсель и Лион. Контрразведкой во Франции занимается Главное управление внутренней безопасности МВД, крайняя реорганизация которого завершилась в 2014 году. А всего два года спустя – Францию потрясли чудовищные теракты в Париже и в Ницце. В Париже – группы террористов дважды за год совершали нападения в общественных местах, используя автоматическое оружие. В Ницце – молодой араб сел за руль грузовика, выехал на Набережную и ехал, пока его не остановили.

По людям.

В ответ на беспрецедентный рост террористической угрозы, проникновение в страну сотен тысяч беженцев – мусульман, часто агрессивно настроенных – правительство пошло на меры, которые Франция не видела со времен де Голля. Была создана засекреченная сеть, среди своих известная как «Дворец» – своего рода внутренняя разведка, которая работала в своей стране как в чужой и не была ограничена никакими законодательными нормами. Ее не касалось разделение на разведку и контрразведку, она имела право похищать, пытать и убивать как на территории Франции так и за ее пределами. Ее люди веди двойную жизнь – они занимали должности в армии, флоте и аппарате полиции и безопасности Франции, но при этом одновременно являлись «придворными» – то есть частью «Дворца». Для острых акций – внутри страны нанимали уголовников и мафиози, нередко освобождая их от наказания за совершенные преступления, а вне страны – использовали наемников, «свободных художников», частные охранные структуры. Все выплаты производились наличными, само существование «дворца» являлось государственной тайной. Возглавлял дворец человек, назначаемый лично президентом Франции, он тоже занимал другую должность и то чем он на самом деле занимается, являлось государственной тайной.

К описываемому периоду должность «короля» – так неофициально называлась эта должность – занимал отставной контр-адмирал французского флота Фабрис Санторо. Он даже не был государственным чиновником – зато входил в советы директоров всех крупных французских оборонным компаний и занимался тем, что продвигал на международном рынке их продукцию – на самом высоком, межправительственном уровне. Он путешествовал по всему миру и его воспринимали как посланца президента Франции – но даже не подозревали о его истинном объеме полномочий.

В тот день – адмирал Санторо, который передвигался на личном Дассо-Фалькон – инспектировал верфи… намечался беспрецедентный тендер на поставку двух новых атомных авианосцев Индии, и Франция решительно намеревалась получить этот заказ, обойдя США. Из Тулона, где находились верфи, способные построить авианосец – адмирал вернулся в Марсель на яхте и сделал знак своим телохранителям. По этому знаку, телохранители отстали, и с ним остался только один, который был с адмиралом двадцать четыре года…

Адмирал – прошел вглубь яхтенной стоянки, остановился возле океанской экспедиционной яхты – синей с белой надстройкой. Ее хозяин – сидел на корме, отхлебывая из бокала, и смотря на горы, окружающие Марсель.

– Отличная яхта – сказал Санторо – позволите осмотреть?

Хозяин яхты встал, поставив бокал

– Прошу вас…

***

– Дело сделано… – сказал адмирал, как только они оказались внутри, в закрытом с трех сторон салоне – сын шейха у израильтян, мы вместе обратимся к Катару и мы найдем, на что его обменять. Его папаша – один из хранителей казны, которой финансируются подрывные исламистские организации по всему миру. Информации у него много. Да и новые самолеты Катару будут не лишними.

 

– И?

– Самолет министерства обороны Катара – пропал над Персидским заливом. Его ищут, но не могут найти.

– Какая трагедия… – равнодушно сказал хозяин яхты (он не был хозяином, яхта была в аренде)

Адмирал зло прищурился

– А американцы – бьют копытом. Кто-то из их людей был на борту. И кто-то из турков тоже – из первого эшелона.

– И что?

– Кто была та израильтяночка, которая передавала объект в Бейруте? Это не из-за нее ты пропадал тогда почти на год? Решил спутаться с МОССАДом на старости лет? Или просто стал сентиментальным?

Хозяин яхты снял очки

– Какая тебе разница, с кем я работаю, Фабрис? Тебе не все ли равно?

– Э, нет, мой добрый друг, не всё. Далеко не всё. Пока ты свободный художник, нас все устраивает. Но МОССАД – это красная карточка. Они психи… по-хорошему не понимают, да и по-плохому – тоже.

– Это не МОССАД.

– Как знаешь. Но ты услышал меня, да?

– Несомненно.

Адмирал достал из кармана бумажник, из него – несколько платиновых карточек. Передал их хозяину яхты.

– На каждой по пятьдесят тысяч. Разом и в одном месте не снимай. Американцы отслеживают транзакции.

– Я знаю.

– И не пропадай.

– Ты тоже.

Адмирал блудливо подмигнул

– Тебе везет, а? Тебе израильтяночка, а мне сегодня достанется арабская шлюха в Лё Базар. Жизнь несправедлива, а?

– Меньше шляйся по дискотекам. Тогда возможно, и станешь хорошим человеком.

Адмирал искренне расхохотался

– Нам с тобой это точно не грозит, верно?

***

Однако, когда адмирал сошел на мостки яхтенной марины – веселье его разом закончилось. Он и до этого подозревал, что его друг – с двойным дном, и то, что произошло с самолетом – это доказывало.

Американцы на ушах стоят, он не соврал.

– Проследить за ним? – негромко спросил его телохранитель, адъютант и конфидент. Он сидел бы в тюрьме за убийство, если бы не адмирал

– Если жизнь не дорога – бросил адмирал – попробуем проследить, кто и где снимет деньги с карточек…

***

Старый друг – а Ангел знал французского офицера еще когда тот не был адмиралом и не занимался вопросами госбезопасности – сам того не зная, ткнул в больное, очень больное место. Прямо в рану.

Остановив машину на выезде из города – Ангел вышел. Пошел к обрыву, поднимая ботинками пыль.

Море бессильно билось о скалы, не в силах слизнуть человека с обрыва. Но жизнь все же достала его.

В который раз.

Он молчал, смотря на море, на паруса яхт вдали – какая-то регата проходила. Дело было в ней. Он знал про нее то, что не знала она сама…

9Примера линеа – одна из секретных подрывных организаций 80-х годов в Испании, использовалась для охоты на сепаратистов ЭТА и людей, в принципе неугодных власти.
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26 
Рейтинг@Mail.ru