Древний МагиКон

Алексан де Забаре
Древний МагиКон

Пролог

В огромном зале прямоугольной формы на пяти больших каменных тронах восседали пять дам весьма пожилого возраста. Зал этот был самым большим помещением старого средневекового замка и выглядел соответственно времени, когда замок был построен.

Стены составляли массивные блоки из сланца и песчаника от серого до желтого оттенков. Никакого ремонта и внутренней отделки в современном стиле. Пол был мощённый каменными срезами разных пород и размеров, но гладко зачищен и отшлифован. С каменного потолка свисали цепи с огромными чугунными люстрами на десятки свечей.

Пожилые дамы громко и искренно смеялись над чем-то. Протерев глаз, якобы вытирая несуществующую слезинку, одна из них справилась со смехом и решила вернуться к основному делу:

– Ой, насмешила, так насмешила, Вера. Но сёстры, давайте вернёмся к делу. Нам нужно обсудить кандидатов.

Эта старушка сидела на четвертом от окна троне. Звали её Майя.

Майя была среднего роста и одета в простое черное платье. Каштановые волосы средней длины были завиты и подобраны сверху черным ободком. Небольшие серьги из белого золота с бриллиантами играли светом, а большой алмаз в перстне на правой руке явно задавал эту игру. Она казалась немного моложе остальных.

Всем присутствующим пяти дамам на вид было лет по семьдесят пять – восемьдесят. Они все были в равном положении. Все пятеро являлись Старейшинами.

– Ну давай. С кого начнём, Майя?

Спросила самая маленькая, щупленькая на вид старушонка, сидевшая на первом от окна троне. Её звали Нина.

Нина была одета в простое коричневое платье с пучком волос пепельного цвета стянутых сзади черной тряпочной резинкой. Она глубоко утонула в огромном кресле, особенно огромном для таких хрупких фигур этих почтенных дам. Её ноги в коричневых колготках и черных тканевых туфлях свисали вниз и становились на специальную подставочку. Серебряный массивный перстень на правой руке с большим сапфиром, не менее трех карат, был, пожалуй, единственным украшением пожилой дамы.

На коленях у щупленькой старушки в коричневом была сложена длинная, свисавшая до пола, бардовая мантия. У остальных Старейшин были такие же мантии, но они были сложены и свисали с подлокотников по левую руку.

– Я бы начала с Дмитрия. – вставила Старейшина с третьего трона.

Старейшина Екатерина была одета в черную строгую юбку, светло-синюю блузку с волнистым жабо и черный пиджак с широкими, чуть приподнятыми плечами. Волосы цвета воронова крыла были волнистыми и спадали до плеч.

В отличие от Нины, Екатерина любила украшения. На ней были надеты массивные золотые серьги в виде шара, золотая подвеска с кулоном в виде розы, а на среднем пальце правой руки красовался золотой перстень с большим рубином. На указательном и среднем пальцах левой руки в перстнях среди ансамбля самоцветов играли крупные бриллианты.

– И всё-таки нам предстоит нелёгкое дело, – продолжила она – из самых достойных выбрать одного самого не достойного.

– Но нужно, – отозвалась пятая дама.

На пятом от окна троне, за Майей, сидела Старейшина Вера.

Вера была одета в стильный бежевый брючный костюм. Коротко подстриженные, крашенные в пепельно-белый цвет волосы были уложены в мальчишескую прическу, которую часто называют «под горшок». Вера была единственной из старушек, кто постоянно носил очки как часть образа. Круглые линзы были обрамлены стильной оправой. Скромный размер золотых сережек компенсировало не скромное сияние инкрустированных в них бриллиантов. На среднем пальце правой руки красовался золотой перстень с бриллиантом.

– Тогда не будем тянуть. Приступим к этому сложному делу. Раз уже решили, и если никто не против, давайте начинать с Дмитрия, – сказала бабушка, сидевшая на втором от окна троне, за Ниной. Эту Старейшину звали Валентиной.

Валентина выделялась своей яркостью – длинное зеленое платье, немного расширяющееся к низу с завязанным по центру поясом в маленький элегантный бантик, зеленые туфельки с маленьким каблучком, сверкающие изумруды в больших висящих серьгах и крупные бусы из перемежающейся зеленой и желтой яшмы. Голова её была покрыта яркой зеленой косынкой с красными и белыми цветками. На безымянном пальце правой руки был характерный серебряный перстень с большим изумрудным кабошоном.

– И так, Дмитрий – Майя начала давать характеристику – Сильный маг уверенного восьмого уровня. Расчетливый и прагматичный, умён. Возглавляет кадровое ведомство. Почти четыреста лет, если не ошибаюсь. Думаю, что с таким уровнем магической силы ещё лет двести он сможет протянуть.

Все Старейшины одобрительно кивнули.

– Он коварен и властолюбив. – добавила Вера, – но бесспорно один из сильнейших. Я считаю, он достоин наследовать.

– Согласна, – сказала Майя.

– И я, – отозвалась Нина.

Екатерина и Валентина кивнули.

– Что же, единогласно определен наследником – подытожила Старейшина в черном платье.

– Теперь Диана, – заговорила Нина, – Ей чуть более пяти ста лет. Она обладает самым высоким уровнем магической силы, высокий восьмой.

– Грань так тонка, вполне возможно, что уже давно слабый девятый уровень. – добавила Валентина.

Нина согласно кивнула и продолжила:

– Диана возглавляет ведомство внутренней безопасности. Ни раз проявляла способность с холодной головой разрешать сложные кризисы. Умна и хладнокровна. Так же, как и Дмитрий, благородного рода, оставила заметный след в светской истории. Я поддерживаю её.

– Согласна, – одновременно проговорили Екатерина и Майя.

– Что ж, пусть так, – согласилась Вера.

Валентина кивнула.

– Единогласно определена наследницей – громко объявила Майя.

– Заметный след в истории оставила и Мария. – взяла слово Валентина. – Но думаю, что она слишком молода и не опытна. Ей всего сто тридцать лет. Она сильна, высокий седьмой уровень, и думаю, сможет достичь уверенного восьмого, но я не верю, что люди могут так меняться.

– В светской жизни, до ухода в тень Магического Совета, за ней тянулся длинный след скандалов, убийств и манипуляций. Она умна, коварна и опасна – согласилась Екатерина, – но не восхититься её умом невозможно.

– Спорная фигура – подытожила Майя.

– Я поддерживаю её, – весело проговорила Вера.

– И я поддержу – удивила всех Старейшина в коричневом платье.

Валентина удивленно посмотрела на Нину.

– Что? – ответила Нина, – она очень успешно возглавляет наше финансовое ведомство.

– А я против. – сказала Валентина.

– Воздержусь. Не готова ответить – проговорила Екатерина.

– Что же, отложим пока данную кандидатуру – сказала Майя. – предлагаю обсудить Верховного Советника Стефано. Я согласна поддержать его. Самый старший, чуть более пяти сот лет. Сильный маг, уверенный восьмой уровень. Веселый и добродушный. Любит новизну. Справляется отлично, возглавляя ведомство технологий.

– Нет, нет. Стефано, ха-ха-ха-ха – засмеялась Вера, – тут я не поддержу тебя сестрица. Ну гляньте, какой из него Старейшина?

Вера махнула рукой, и над большим овальным резервуаром с водой, который стоял в центре зала, начал клубиться туман, потом появилось мерцание и сложились ясные образы.

В центре этого же зала, возле резервуара с водой, с одного из шести расставленных по кругу каменных кресел поднялся полноватый мужчина невысокого роста. Яркий брюнет с заметной проседью и небольшой щетиной удивленно крутил в своих руках сенсорный телефон, тыкал в экран пальцами и крутился, показывая это чудо техники то налево, то направо.

Вера снова махнула рукой и продолжила хохотать. Образы рассеялись и исчезли. Смешки послышались и от других Старейшин.

– Ну вы же помните? – продолжила Вера, – Как он презентовал новый телефон. Ребёнок, как есть ребенок. Радовался. Утверждал, что сможет настроить его и использовать сигнал интернета, что бы можно было легче и точнее наводить порталы. Нет, я не вижу его на месте одной из нас.

– Но он всё-таки справился и смог совместить маги и новые светские технологии – заступилась Екатерина, – теперь по сигналу от этого устройства порталы и правда стало наводить легче. Не нужно серьезной концентрации. Теперь даже маги второго и третьего уровня могут открывать порталы. Я поддерживаю его.

– И я поддерживаю, – сказала Валентина.

– Нет. Я не согласна. – вставила Нина, – он стар. Это его последний век. Сколько он ещё проживет, сорок, пятьдесят лет? Снова выборы и борьба за власть? Но тогда Совет уже не будет сдерживаться под влиянием нашего авторитета.

– Я пока не готова ответить, – завершила обсуждение данного кандидата Майя. – давайте отложим как и Марию и вернемся в конце.

– Верховный Советник Яков, – назвала новое имя Екатерина, – не помню точно, сколько ему? Окало трёхсот пятидесяти. Знаменитый сподвижник царя Петра. Сильный маг, уверенного восьмого уровня. Уравновешен и терпелив. Несколько веков возглавляет военное ведомство. Я поддерживаю его.

– Согласна – почти одновременно сказали Старейшины Нина, Майя и Валентина.

– Ну что же, вы мне не оставляете выбора. Согласна. – сказала Вера – Яков единогласно определен советником.

– Остался Константин, – взяла слово Майя – ровесник Дмитрия, его друг и соратник. Родился в семье крепостных, которые принадлежали семье Дмитрия. Не так силен, как Дмитрий, слабый восьмой уровень, не так хитер и остроумен. Но я не вижу в нем зависти. Он признателен своему светскому покровителю и наставнику.

– Он красив, стервец. Да и не глуп всё-таки, – добавила Вера, – справляется с работой своего внешнеполитического ведомства. Нареканий к нему нет. Он достоин.

– И я поддержу, – высказалась Майя.

– Согласна, – сказала Нина.

Екатерина кивнула.

– А я не уверенна, сестры, – сказала Старейшина в зеленом платье, – меня беспокоит хитрость и властолюбие Дмитрия. Он может использовать преданность Константина и будет вертеть им и его голосом, как ему вздумается. Да он и в Совете не раз такое делал.

 

– Ты против? – уточнила Майя.

– Я в сомнении. Пока не готова отдать свой голос.

– И так, из троих кандидатов нам нужно выбрать двух и вычеркнуть одного. – Подытожила результаты обсуждения Майя. – Если Старейшины не пришли к единогласному решению, то согласно Своду правил, мы должны вынести этот вопрос на голосование малого Совета.

– Нет. Что же, малый Совет будет голосовать сам за себя? – возразила Вера, – нужно на расширенный Совет вынести эти вопросы.

– А бы Совет и вовсе не привлекала бы, – удивила всех Екатерина.

– Почему? Пусть голосует и малый, и большой совет. – проговорила старушка в коричневом платье.

– Верховные Советники стары и опытны, они возможно и смогут укротить гордыню понимая угрозу последствий. В большом же совете молодая кровь. Горячая и безрассудная! – Воскликнула дама в пиджаке, – Нина, Совет расколется.

– Катерина права, – Сказала Майя, дама в черном платье, начавшая это обсуждение. Она поднялась со своего трона – Совет расколется. Члены большого Совета учуяв перспективу занять освободившиеся места в малом Совете легко поддадутся влиянию Верховных Советников. Шахматная партия может перерасти в настоящие бои.

– Значит нам нужно проверить наших советников. Ещё раз присмотреться к Марии, Стефано и Константину – сказала Старейшина в бежевом брючном костюме.

– Да, времени у нас мало, но оно ещё есть, – сказала Валентина, – лет десять – пятнадцать есть.

«У кого-то и этих лет уже нет» – подумала Вера, и весело добавила:

– Но столько тянуть не стоит! Через несколько недель вернётесь ещё к этому вопросу. Думаю, тогда решение уже будет принято.

Открытие силы

* * *

Вечер 13 апреля 2010 года выдался скверным и пасмурным. Огромные тёмно-синие, почти черные тучи находили над небольшим посёлком в Южной части России. Ветер с каждым часом становился сильнее и сильнее, подгоняя этого грозового гиганта. Ночью грянула настоящая буря. Раскат грома после полуночи разбудил многих чутких сельчан. Удар молнии куда-то в поле осветил небо. Через некоторое время молния ударит в один из домов, но об этом мало, кто будет знать.

В маленьком домике проснулась бабушка. Она резко подскочила со своей со своей старой советской кровати перетянутой пружинистой сеткой. Её седые волосы были растрёпаны, а в глазах была смесь печали, страха и растерянности.

В это же время в таком же маленьком домике, находившемся на другом конце этого посёлка так же неожиданно проснулась другая старая женщина. Она задумчиво провела рукой по спутанным густым черным волосам.

В своей квартире, которая надо сказать, находилась довольно далеко от первых двух домов проснулась другая пожилая дама. Маленькая фигурка зябко задрожала и поплелась к открытой лоджии. Там, где она жила тоже разыгралась гроза.

И наконец, в одной из квартир многоэтажного дома, который находился в том же посёлке, где жили первые две проснувшиеся бабушки, проснулась ещё одна пожилая женщина. Спутанная копна каштановых волос торчащих в разные стороны после крепкого сна придавали старой женщине вид растерянности и легкого безумия. И этот вид не обманывал.

Всех старушек разбудили не ужасные раскаты грома, яркие вспышки молнии и подыгрывающий своему оркестру ветер. Нет, они проснулись по другой причине. Они почувствовали и они всё поняли.

– Вера, – прошептала старушка с каштановыми волосами и побежала в соседнюю комнату.

На прикроватном столике стояла кружка с водой, рядом лежали очки с круглыми линзами в модной дорогой оправе. Гром не разбудил Веру. Этой ночью, как и во все последующие ночи и дни она более не проснется. Старейшина Вера умерла.

Гостившая у сестры Майя заботливо поцеловала в лоб навеки уснувшую сестру и нарыла её с головой пледом. Они были сестрами по крове, по духу и по делу. Сильнейшие ведьмы, прожившие бок о бок не одно столетие. Они пережили всё, что можно было пережить – боль и радость, потери и приобретения, предательства и благодарность. Всегда рядом друг с другом. Каждая Старейшина множество раз оказывалась на грани смерти и множество раз они готовы были потерять друг друга. И вот, это свершилась.

Ожидания, что прожитые столетия рядом и готовность к уходу близкого человека притупит печаль потери, не оправдались. Майя вытерла слезы рукавом своего ночного платья, сжала кулаки и поплелась на балкон.

Казалось, что буря достигла своего апогея и ей пора уходить. Молния сверкала всё реже. Выйдя на балкон, Старейшина Майя выставила вперед руки и с криком развела их в стороны. Гром снова ударил по своим инструментам и зазвучал ещё громче. Разряд молнии чередой начал бить в раскинувшееся перед Майей поле. Один удар в землю, в место через несколько метров второй удар, и так далее третий, четвертый. Десятки раз ударила молния вскопав поле оставленными воронками.

Майя резко свела руки и молния устремилась прямо в неё. Ведьма поймала эту смертельную нить и удерживала окало минуты. Сила разряда увеличилась до противоестественных пределов. Наконец, она отпустила молнию в небо с немым криком. Это послание мог услышать только обладающий магической силой.

– Старейшина Вера умерла! – растянула она последнее слово. Буря заметно начла стихать.

Последствия смерти одной из старейшин не оставили другим четырем, да и всему магическому сообществу, много времени на скорбь.

Уже на утро все новостные ленты пестрили броскими заголовками с пометками «Молния» или «Срочно». За прошедшую ночь случилось извержение вулкана Эйяфьядлайёкюдль в Исландии, землетрясения в Австралии и Тибете. Сдвиги тектонических плит грозили цепочкой природных катастроф невероятных масштабов. Активизировались почти все вулканы Камчатки и Дальнего Востока. Даже во внутренних морях, таких как Черное и Азовское поднимались штормы и смерчи неестественной мощности.

Весь магический мир почувствовал высвобождение огромной энергии, её разрушительную мощь. Смерть ведьмы от старости, по естественным биологическим причинам влечет за собой высвобождение всех сил мага одним энергетическим потоком, весь потенциал, всю нажитую мощь высвободить одним разом, в один удар. Удар же от смерти Старейшины был невероятен.

Высвобождение такого количества энергии стало причиной смерти всех способных чувствовать потоки магической энергии людей, находящихся в коме и в тяжелом состоянии в радиусе тысячи километров.

Именно этот энергетический удар и спровоцировал ряд природных катастроф по всему миру. Потому, оставшимся Старейшинам нужно было действовать немедленно. Созвав членов большого и малого Совета и рассредоточив всех по определенным областям, к утру им удалось остановить запущенные природные катастрофы. Те, которые ещё не успели произойти. Это потребовало огромных магических сил и энергии. Но Магический Совет справился со своей задачей, для этого он и существовал.

На утро все высокопоставленные маги собрались в огромном зале средневекового замка. Члены Верховного и Расширенного Совета, Наместники областей и Старшие смотрители районов и округов. Старейшины в бордовых мантиях сидели на своих тронах. Последний трон Старейшины Веры был пуст, что вызывало шок у присутствующих. На протяжении многих столетий маги рождались и умирали, присягали на верность Совету и Старейшинам, награждались ими или наказывались, и все эти столетия Старейшин словно скалы, вечно и неизменно восседали на своих тронах. Теперь последний трон был пуст. На его спинку развесили бордовую мантию усопшей Старейшины.

Над овальным большим резервуаром с водой парило тело Старейшины Веры, укутанное в белоснежный саван.

Когда торжественная церемония погребения была окончена, Старейшины встали и выставили правые руки вперед. Камни в перстнях на их средних пальцах заиграли и полились столбы мерцающего света окутывая тело Веры. Сапфир Старейшины Нины породил синие сияние, изумруд Валентины зелёное, Рубин Екатерины алое и словно туман излил алмаз Майи. Усопшая оказалась овита ярким ореолом свечением из ансамбля разных цветов. Вода резервуара вскипела, запенилась и поглотила медленно опустившееся тело Старейшины.

– Мертвое тело – мёртвой воде. Живой дух – живой. Небеса приняли душу нашей сестры, да упокоен будет прах её и не обеспокоена душа.

На этих словах Майи церемония была завершена. Старейшины первыми покинули зал в потайную дверь, которая скрывалась за огромным гобеленом.

Огромный гобелен на всю стену висел за тронами, подвешенный на растянутые от потолка и стен цепи. На нем было изображено большое помещение, судя по фрескам и иконам, изображавшим херувимов и святых – зал христианского собора. В центре зала, плотно друг к другу стояли пять молодых женщин с высокими прическами, венчавшимися высокими конусообразными атурами[1] с ниспадающей на лицо светлой вуалью и в богатых платьях, доступных дамам высокого статуса, в целом весь наряд был характерен стилю «бургундской моды» позднего средневековья.

Одна из дам, вторая снизу, в зелёном платье немного подала руку вперед, согнув ее в локте. Напротив женщин стояли два сановника, согласно одеяниям, один из них был из католической Церкви, с традиционным головным убором Папы Римского, а второй из восточнохристианской православной Церкви, в головном уборе и со скипетром Константинопольского Патриарха. Вокруг них стояло дюжины две охраны в тяжелых доспехах и несколько облаченных в черное монахов, по одежде своей походивших на инквизиторов. Между дамами и священниками ярко горела большая куча длинных свитков и рукописей.

Этот гобелен останется одним из немногих напоминаний о том, что великих ведьм было пять. Ну пожалуй, ещё пустой трон с накинутой на спинку бордовой мантией.

После того, как Старейшины покинули зал лакеи распахнули огромные деревянные двери, служившие парадным входом. На двух створках были вырезаны интересные сцены из древних легенд, на которые сейчас никто не обращал внимание.

Высокого золотоволосого молодого парня кто-то окликнул и взял за плечо.

– Иди в направлении моего кабинета, я догоню, – сказал мужчина в темно-зеленой мантии Верховного Советника.

Парень был одет в свое официальное облачение, которое было похоже на легкую броню античного воина. Черные штаны, черная кофта с короткими рукавами и высоким воротником, поверх которой была надета безрукавка из заклепанных друг с другом кожаных пластин.

Пройдя уже половину длинного коридора, который вёл в фойе ведомств, молодой человек в форме воина услышал приближающиеся шаги и обернулся. Его догонял тот самый мужчина в темно-зеленой мантии.

– Верховный Советник Дмитрий, – церемониально склонил голову парень.

Высокий русоволосый мужчина со светло-карими глазами выглядел немногим старше парня.

– Не стоит. Официоза на сегодня хватило сполна. Не считаешь?

Дмитрий стукнул легонька парня по плечу и пригласил следовать дальше.

– Честно сказать, неожиданная трагедия. И я совсем не кривлю душой.

– Авторитет Старейшин незыблем, я бы и не подумал Вас обвинить – сказал парень.

– Понимаешь, в чем ещё проблема? – задал риторический вопрос Дмитрий, затем сам же и начал на него отвечать – Ясно как белый день, что этот век у Старейшин последний. Но все ждали мирного ухода. Перед членами Верховного Совета уже был поставлен вопрос, что Старейшины занялись сложным вопросом, кто из шести Верховных Советников займет пять мест Старейшин. Мы все с трепетом ждали их решения.

– Понимаю, Дмитрий. Смерть Старейшины Веры теперь может поменять планы и расстановку сил.

– Верно, молодой человек. – Похвалил Верховный Советник, – Но смерть Старейшины не может поменять расстановку сил и планы, она их поменяла. Эта смерть разрушила всю предсказуемость и вызвала настоящий кризис власти!

Молодой человек лишь понимающе посмотрел на Дмитрия. Или сделал понимающий вид, но это было не важно. Они уже вошли в фойе ведомств и начали подниматься по широкой лестнице. Их голоса раздавались гулким эхом, потому Дмитрий продолжал разъяснять общеизвестные факты, не переходя ещё к сути дела:

– Ты, кажется, и сам принимал участие этой ночью в подавлении последствий энергетического всплеска. Никто не ожидал подобного, даже сами Старейшины, уверяю тебя. На памяти ныне живущих ещё ни один сильный маг не умер естественной смертью.

 

– Получается, со смертью каждой из Старейшин произойдет подобный выброс магической силы? – забеспокоился парень.

– Да. И как понимаешь, вряд ли объявится тот, кто сможет отнять их жизни в бою – тихо заговорил Дмитрий.

Верховный Советник открыл свой кабинет и пригласил парня войти. Зайдя следом он снял свою мантию и кинул её на кресло. Он хлопнул в ладоши и в кабинете загорелся свет.

Дмитрий расселся за своим рабочим столом, указал рукой на одно из стульев, и после того, как парень робко присел, он продолжил:

– И так, у меня никогда не было сомнений, что при мирной передачи пяти мест Старейшин я займу одно из них. – без обиняков заговорил Дмитрий.

Он знал, что в его собственном кабинете никакое чужое ухо не услышит конфиденциальную информацию, а потому мог говорить весьма свободно.

– Но сейчас велика вероятность, что на опустевший трон посадят сначала одного из нас.

– Вы считаете, что после смерти одной из них, Старейшины будут тянуть с передачей всей власти? – удивился парень.

– Видишь ли, тот факт, что они до сих пор не озвучили аутсайдера, одного Верховного Советника из шести, который, по их мнению, не достоин занять пост Старейшины, говорит о том, что они ещё не определились. Значит будут ещё решать.

– Но пятый трон они пустым не оставят. – подытожил парень.

– Да, есть легенда, что цифра пять была им спущена и благословлена Дарующим, с небес. Но никто не знает доподлинно. Кроме того, им может понадобиться паритет. Пятый равный. Во всяком случае велика вероятность, что они решат не оставлять пятый трон пустым до полной передачи власти.

– Я понимаю логику Ваших рассуждений, Верховный Советник, но что именно Вас беспокоит? – подвел к сути вопроса молодой человек.

– Велика вероятность, что выбор будет между мной и Дианой. И я должен быть готов. Я должен сделать всё возможное, чтобы выбор был сделан в мою пользу.

– Понимаю, но чем могу помочь я? Скромный слуга, который даже не входит в Расширенный Совет.

– Твой пост куда значимее, и имеет больше практической власти и влияния, при правильном подходе, чем имеют многие Младшие Советники. Ты прекрасно понимаешь свою пользу.

Парень не стал ничего отвечать. Он лишь кивнул.

– Закон не ограничивает число кандидатов на пост Верховного Советника лишь членами большого Совета. Если Старейшины будут выбирать сначала одного и ты поможешь мне, то я посажу тебя на своё кресло.

Глаза парня загорелись амбициями и представлениями о замелькавших перед ним перспективах.

– Я всегда был предан Вам, учитель. Местом, которое я сейчас занимаю, я тоже обязан Вам и не на минуту не забывал об этом.

– Хорошо, – ответил Дмитрий, – я не сомневался, но должен был открыто спросить. У меня есть план, как ослабить позиции Дианы и без твоей помощи мне не обойтись. Как только положение станет более понятным я дам тебе знать и введу в курс твоей роли.

Дмитрий открыл лежащую на столе папку с бумагами, он принялся их молча перелистывать и изучать. Парень в боевой форме понял, что разговор окончен.

* * *

И снова этот будильник! Начиная с 6:40, затем в 7:00, в 7:20, уже 7:30 утра, откладывать больше некуда, через час начнется первый урок, а еще нужно перекусить и добежать до школы. Звук дурацкой громкой мелодии будильника уже почти не бесит, он уже стал привычен. Хотя, кого обманывать? Разве будильник может кого-то не бесить? Особенно старшеклассника, и особенно по субботам?! С понедельника по пятницу его еще как-то терпишь, но суббота! Боже, кто придумал эту шестидневку? Хорошо еще, что на юге к середине апреля утром уже достаточно тепло и солнечно, зимой вставать в такое время в высшей степени в лом.

Теплая мягкая кровать и крепкий юношеский сон, который не желал уходить не смотря на 4-й будильник, боролись с чувством ответственности и осознанием того, что сегодня суббота, быстро отмучаться на пяти уроках и свобода, а завтра можно будет выспаться.

– Саша, вставай уже, опоздаешь!

Эти привычные утренние слова мамы и донесшийся из зала, который в этом доме использовали еще как столовую, запах чая и разогретого в микроволновке незамысловатого бутерброда с маслом и колбасой, явились лучшими союзниками в борьбе за утро и решили исход битвы – пришлось вставать.

– Встал, мам, встал я уже.

Чай как всегда оказался чуть слаще, чем Саша обычно сам себе делал, но он был самым вкусным, потому что только у мамы получалось отрезать в него ровно столько лимона, сколько нужно, чтобы получить идеальное сочетание сладости, лимонного запаха и послевкусия с кислинкой.

На завтрак у Саши уходило не много времени, с учетом того, что тетя Люба, его мама, готовила его заранее к подъему, а ел он быстро. Уже через десять-пятнадцать минут, надев простые синие джинсы, серую футболку с коротким рукавом и легкую черную куртку он собирал портфель и выбегал на улицу. Русые короткие волосы были слегка взъерошенными, а серо-голубые глаза всё ещё сонными.

Путь до школы был не долгий, чуть меньше километра и занимал минут двадцать размеренным, спокойным шагом. Пройдя до конца своего квартала, дом находился примерно посередине, Саша встречался обычно со своими приятелями, идущими в школу по тому же пути. С кем ему было интересно продолжать свой дальнейший путь было не много – пара девчонок, учившихся на класс старше, вся голова которых была занята предстоящим выпускным и переживаниями о сдаче ЕГЭ. Но сегодня он чуть припозднился и выйдя из дома видел спины Оли и Кристины, проходящих уже по мостику, перекидывавшемуся в конце квартала через небольшую речушку, которая шла через весь поселок. Сегодня ему не хотелось их догонять.

Он шел не спеша, погрузившись в собственные мысли: «Блин, снова физра третьим уроком, в субботу. Не хочу заниматься. Этот дурацкий волейбол. Ну не умею играть, да и не хочу. Мне не нравятся эти дуратские игры, футбол, волейбол, баскетбол. Ну а больше у нас на физре не во что и поиграть. Последний раз играл, снова выбил большой палец на левой руке, хоть не сильно, через пару дней перестал болеть. Пацаны постоянно злятся, что не могу принять мяч нормально. Эти одиннадцатиклассники постоянно с нами играют. Боюсь показаться перед всеми лузером, который не может даже мяч нормально отбить. Не мое это. Скажу, что забыл форму, нечего тут и выдумывать. Посижу, поиграю в шахматы в кабинете у Артура Адамовича. Хотя бы это у меня получается. Мне повезло, что Адамович за участие в районных шахматных турнирах ставит мне четверку по физкультуре…»

Пройдя через тот самый мостик, в конце квартала, выходишь на другой квартал, который является продолжением одной и той же улицы – Садовой. Это сравнительно не длинная улица, с асфальтовой дорогой по обеим сторонам которой стоят одноэтажные поселковые дома.

В целом, одноэтажный частный сектор преобладал в поселке Масловом, который занимал скромную территорию в солнечной республике Адыгея на Юге нашей огромной Родины, а населения в себе насчитывал всего тысячи три. Здесь все друг друга знали, и все знали друг о друге, зачастую больше, чем хотелось бы.

Вдоль центральной улицы поселка стояло восемь многоквартирных пятиэтажных домов, которые были построены еще в конце 1970-х годов, когда набирал обороты масловый завод, в честь которого и назвали поселок, долго думать не стали. О самом заводе остались только грустные воспоминания, как и о всей национальной промышленности. Среди этих пятиэтажек располагалась и школа, приличных размеров, из серого кирпича, выстроенная буквой «Н».

Из раздумий о плане как пережить очередной урок физкультуры Сашу вывел знакомый крик.

– Захаров, подожди.

На очередном переулке, где дорога расходилась в две – одна в сторону школы, а другая к очередному мостику и уводила через него дальше по улицам частного сектора, юрко пробежав через этот мостик, выскочил Сашин одноклассник, Артём Серов.

Саша с Артёмом достаточно хорошо общались. Не сказать, что были лучшими друзьями, но просто друзьями их назвать можно. Артём жил в доме за мостиком, это совсем рядом с Сашиной бабушкой, домик которой как раз находился на этой развилке, где они сейчас пересеклись.

– Привет, Артём! Я сегодня чуть позже иду, думал ты уже прошел.

– Да я, – Артём перестал бежать, сбавил скорость и не спеша шел к другу, восстанавливая дыхание. – за формой возвращался. Забыл.

«Ну вот, и он сегодня с формой», подумал Саша, но выдал другую фразу – а я думал с тобой сегодня в шахматы поиграть.

Парни ускорили шаг, им оставалось до школы еще метров пятьсот, а первый урок начнется уже через пятнадцать минут. Первым будет обществознание, этот предмет, как и учитель, который его ведет – Виктория Викторовна, ребятам нравились, опаздывать не хотелось. Тем более, оба решили, что в следующем году будут сдавать ЕГЭ по обществу, нужно поднапрячься.

1От французского atour – «накрученный», это сложный женский головной убор на каркасе из китового уса, металла, накрахмаленного полотна или твёрдой бумаги.
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11 
Рейтинг@Mail.ru