Всадники Апокалипсиса

Алекса Бей
Всадники Апокалипсиса

Часть I
Книга Жизни

Страница I
Сердце Смерти

Кто бы мог подумать, что этот несчастный мир доживает последние дни? Что есть жизнь? Мы, люди, не задумываемся над этим, но, тем не менее, стремимся к ней, хотим создать для себя наиболее приемлемые условия. Вся наша жизнь уходит на то, чтобы научиться пользоваться ею, но, увы, мы этому так и не научились. До сих пор ее не ценим, уверенно стремясь к саморазрушению, с наслаждением упиваясь его ядом. Человечество, к чему ты идешь? Какова твоя цель? Почему мир уверенно катится под откос? К сожалению, ответов на эти вопросы не существует.

Да будет нам Бог судьей. Он решит, уничтожать нас или нет. Именно для такого случая он создал четырех Всадников Апокалипсиса. Могущественных созданий, способных обратить Землю в прах. Возможно, тогда Господь пожелает создать новый чистый мир, который не посмеет запятнать себя в грязи корысти и обмана. Кто знает, может это действительно когда-нибудь случится, кто знает…

Вечер размеренно опускал свои темные объятия на столичный город – Москву. Солнце, бросая последний взгляд на жителей «большой деревни», лениво скрывалось за горизонтом. Небо, окрасившееся в яркие оттенки пурпура, еле заметно выставляло всем напоказ далекие звезды. На все еще людных шумных улицах начинал властвовать легкий ветерок, и, чувствуя холод, люди ежились, пряча носы за шарфами и высокими воротниками.

Рыжая девушка весьма маленького ростика, из-за чего ее вполне можно было принять за ребенка, подняв повыше ворот куртки, размеренным шагом направлялась к огромному особняку по одинокой улице. В окнах горел свет. Она зашла за ворота, и ее взгляд тут же упал на два автомобиля, припаркованных на специально отведенной территории.

«Эти двое уже здесь», – подумала девушка и, поднявшись на крыльцо, позвонила в дверь.

Послышались торопливые шаги и… волна грохота. Судя по звуку, упала вешалка, подставка для зонтиков и сам виновник сего происшествия.

– Чума! – послышался раздраженно-недовольный возглас и вскоре дверь распахнулась. За ней стоял взъерошенный парень, потирая ушибленный бок. – О, привет!

– Привет.

Девушка скинула куртку и прошла в гостиную. На диване сидел еще один молодой человек и глазел в телефон, своей неподвижностью напоминая каменное изваяние, с таким же каменным лицом, не выражающим никаких эмоций, кроме безразличия.

– Привет, – бросил он, не отрываясь от экрана.

– Они еще не прибыли?

– Нет, – ответил парень, который недавно устроил погром в коридоре. – Вообще неизвестно, зачем Они нас вызвали. У нас уже лет десять не проходили собрания.

Девушка тяжело вздохнула и опустилась в кресло.

– Мэтт, налей мне что-нибудь попить, – обратилась она к неуклюжему, разминая подмерзшие пальцы.

– Ага! – возмутился он, подпирая бока руками.

– Мэтт! Пожалуйста! – процедила девушка сквозь зубы, начиная закипать. Парень оценил ситуацию и побежал на кухню. – Слушай, Рэн… – юноша, к которому она обращалась, промолчал, все также уставившись в гаджет, и рыжая продолжила:

– Ты не замечал, что с Рикой в последнее время творится что – то странное?

– Она всегда была странной.

– Нет. Неделю назад она начала себя как-то необычно вести… – обеспокоенно заметила она, но парень ничего не ответил. Рыжая вскочила с кресла и от полного отсутствия терпения стала орать на весь дом:

– Рэн, меня бесит твоя флегматичность! Хватит мне нервы расчесывать!

Она уселась обратно на свое место и отвернулась в окно, глядя, как ветер треплет желтые листья.

– А вот и я! – завалился в комнату третий со стаканом сока. – Я что-то пропустил? – спросил он с растерянным видом, переводя взгляд с одного отвернувшегося на другого. – Так, что-то здесь случилось. По крайней мере, я уверен, что слышал крик Тори. И вам не стыдно?! Меня не могли позвать?! – все проигнорировали его разглагольствования, и Мэтт вздохнул, поставив стакан на журнальный столик. Он понял, что надо как-то разрядить обстановку и как всегда ляпнул, не думая:

– Что – то Рика задерживается. Провалилась что ли? Кстати, она сегодня такая чумная ходила.

Девушка резко обернулась, вперившись своими ярко-зелеными глазами в парнишку, подобно хищнику.

– Тори, сделай лицо попроще.

– Мэтт, заткнись! Ты знаешь, где она?! Она что-нибудь тебе говорила?

– Так мне заткнуться или говорить?

– Говори уже!

– Ладно-ладно, – он поднял руки, показывая «сдаюсь». – «Сон – сладкая капля небытия. Как же хочется почувствовать эту сладость» – это все что она сказала, когда я ее видел в последний раз. Я, правда, не понял, о чем идет речь, – он задумчиво почесал затылок.

Девушка пулей «просвистела» в коридор, накинула куртку и выбежала на улицу. В ее голове мелькала только одна мысль:

«Что же ты задумала, Рика?»

* * *

– Ада, давай быстрее. Мне уже жарко! – поторапливала свою подругу школьница, разглядывая себя в зеркало.

– Иду-иду!

Копуша выбежала из школьной раздевалки, по пути натягивая сумку на плечо и завязывая шарф.

– Ну, наконец-то!

– Мика, не кипятись. Пошли.

– Ты сначала с шарфом разберись.

Ада уже совсем скоро справилась с надоедливым предметом одежды. Подруги вышли на улицу и направились домой. Уже стемнело – девочки оставались после занятий в школе на факультативы и домой возвращались по темноте.

Ада убрала темно-русую прядь за ухо и вдохнула свежий холодный воздух. Из сумки Мики заиграла драйвовая музыка, и она принялась шарить по карманам сумки в поисках мобильного. Наконец девушка выудила телефон, нажала на «зеленую» и спокойно слушала своего собеседника.

Ада посмотрела на свою подругу и невольно улыбнулась. Ветер играл с ее черными волосами, которые едва доставали до лопаток. Аквамариновые глаза сосредоточенно смотрели вперед, но словно ничего не видели.

Характер Мики Ада всегда сравнивала с чайником. Стоит прибавить огонь и начинает закипать, еще чуть-чуть и из ушей пойдет пар. Мика была раскрепощенная прямолинейная девушка. Все свое мнение, не утаивая, высказывала в лицо, хоть это и часто оборачивалось против нее, но за эту непосредственность и прямоту Ада и любила свою подругу. Дружили они с первого класса. Одноклассники зачастую называли их сестрами за невероятную схожесть характеров и интересов, да и внешне они были чем-то похожи. Разве что волосы у Ады темно-русые, а глаза отражали центральную гетерохромию: сама радужка была зеленой с серым оттенком, но вокруг зрачка присутствовало тонкое карее кольцо.

Мика отключила мобильный и кинула обратно в сумку.

– Мама сказала пулей нестись домой, – нехотя протянула она, натягивая на уши шапку. – До завтра.

– Пока, – Ада махнула рукой и свернула на тропинку, ведущую к ее дому.

На улице было тихо и безлюдно. Девчонка услышала странный шорох у себя за спиной, резко обернулась, но там никого не было. Ада продолжила путь, ускорив шаг. Откуда ни возьмись перед ее носом появилась девушка в белой одежде. Ада вскрикнула от неожиданности, но поняв, что это простая прохожая, пошла дальше. Поравнявшись со странной незнакомкой, которая не внушала своим видом ничего хорошего, школьница вздрогнула: «белая» выставила руку, преграждая путь. Она подняла свои ледяные серые глаза, и вдруг ее рука засветилась серебряным искрящимся светом. Сияние погасло, и девушка держала в руке… косу! Волна страха пробежала по всему телу Ады. Она рванула с места, лихо перепрыгивая через лужи. Преграждавшая ей путь снова появилась перед ней и, не проронив ни слова, перекинула косу в левую руку, правая устремилась вперед и словно лезвие пронзила грудь Ады. Девчонка только прерывисто вздохнула, шокировано понимая происходящее. Белая незнакомка отдернула руку, и на ее ладони колотилось сердце школьницы. На чистый белый снег брызнули алые капли крови. Глаза Ады расширились от страха и ужаса, она упала на спину, отчаянно глотая воздух, чувствуя, что жизнь ее покидает. Убийца подкинула все еще колотящееся сердце и взмахнула косой, разрубая его. Последнее, что увидела Ада – это медленно рассыпающаяся на светящиеся частицы девушка, прошептавшая: «Твое сердце принадлежит Смерти».

Страница II
Всадники Апокалипсиса

Ада Диксон

Холодно… тихо… и очень больно. Чувствую нестерпимую боль в области сердца, будто его прожгли раскаленным железом.

Я открыла глаза, пытаясь понять, где нахожусь. Темная прохладная комната. Я лежала на жесткой кровати под легкой простыней и совсем… голая?! Где я?!

В мыслях стали всплывать недавние события: странная девушка с косой, вырвавшая мое сердце из груди… Стоп! В таком случае, почему я сейчас живехонькая лежу… сама не знаю где. Я попыталась приподняться на локтях, скинув с головы простыню и глаза стали потихоньку привыкать к темноте.

Вдали послышались голоса, становясь все громче и отчетливей. Судя по ним, это были двое мужчин, и кажется, они направлялись сюда! Я быстро плюхнулась обратно на кровать, хотя, по-моему, это была кушетка, накинула на лицо простынку и закрыла глаза, когда люди вошли в помещение.

– …Но кто мог такое сделать? – донеслась до меня последняя фраза одного из вошедших.

– Без понятия. Тело нашли прямо посреди улицы в луже крови. И главное вытащили сердце, – другой мужчина немного помолчал. – При ней были какие-либо документы?

– Да, в сумке нашли паспорт. Ада Диксон, 16 лет.

– Родственникам уже сообщили?

– Да…

Его речь оборвала сигнализация, и я приоткрыла один глаз, взглянуть что происходит, но из-под простыни много не разглядишь. Помещение «мигало» красным. Вдалеке раздался шум, крики, грохот.

– Что происходит?! – воскликнул один из мужчин, и оба выбежали из комнаты.

Снова грохот, возмущенные и одновременно испуганные голоса резко стихли. В коридоре послышались чьи-то шаги, приближающиеся к тому месту, где я нахожусь. Я повернула голову к двери в приступах любопытства, чуть откинув прикрывающую меня тряпку. К двери подошел какой-то парень, на вид совсем юный. Он прошел в комнату и зажег свет, который тут же ударил мне по глазам. Наверняка ему было не больше семнадцати, а его внешность… в жизни не видела настолько симпатичного и приятного на вид юношу. Волосы, находящиеся в творческом ребяческом беспорядке, были совсем белые, как снег, не имеющие естественно-желтоватого отблеска. Казалось, при нежном прикосновении лунного света они заискрились бы серебром. Под длинноватыми волосами я заметила серьгу в левом ухе – маленькое серебряное кольцо. Главным его достоинством были глаза, глядя в которые просыпалось чувство доверия к этому парню. Искренний глубокий взгляд, выразительный в оправе черных ресниц. Он словно проникал в душу и мог увидеть настоящую сущность, даже если человек старательно прятался за лживой маской. Он скользнул взором небесно-голубых глаз по моей обнаженной фигуре, прикрытой тонким покрывалом, и на его бледных щеках заиграл едва заметный румянец. Он облизнул губы, растягивая их в насмешливой ухмылке.

 

– Так значит, ты и есть новая Смерть? – спросил он, усаживаясь на стул. – Как звать?

– Э-э-это ты мне?

– Нет, я с кушеткой решил познакомиться! – усмехнулся он.

– Ну, я… Ада.

– Да не стесняйся ты меня! Я свой человек, – он покачнулся и начал расхаживать по комнате. Следует отметить, что он был одет весьма опрятно. – Ты долго еще будешь здесь валяться? Давай вставай, одевайся и поедем.

– Куда?! – я вскочила с койки, вытаращив на незнакомца глаза и едва поспевая ловить простынь.

У парня отвисла челюсть, при этом он умудрился присвистнуть. Чувствуя, как начинают полыхать щеки, я постаралась продолжить оборвавшийся разговор:

– Так куда мы поедем?

– А? – парень явно еще пребывал в шоке от такого представления и смотрел мне сейчас явно не в глаза!

– Не надо «а»! – прикрикнула я, снова заливаясь румянцем. – Я тебе вопрос задала.

– Увидишь, – на его лице появилась ухмылка, и он мне кинул пакет, как оказалось с одеждой. – Одевайся.

Я поймала пакет, в то время как вниз заскользило покрывало. Удержав его одной рукой, я впилась глазами в парня, который разочарованно скривил гримасу.

– Ты специально?!

– Да, – расплылся он в улыбке, усиленно сдерживая смех.

– Извращенец! Может, ты выйдешь?

– А может, я останусь? – спросил он насмешливым тоном.

Я схватила со столика какой-то инструмент наподобие скальпеля и замахнулась на наглеца.

– Ладно-ладно, – смеясь, произнес парень. – Ухожу.

Пока у этого нахала не хватило ума ворваться в комнату с криками «Ага! Попалась!», я быстро нацепила одежду. Шмотки оказались довольно комфортными, хоть и простыми. Черная обтягивающая водолазка, расклешенные от бедра джинсы с кучей карманов и кожаные кроссовки.

Я вышла в коридор, старательно приглаживая поднявшийся на голове беспорядок. Парень сидел на скамейке, листая журнал со скучающим видом. На полу лежали люди в белых халатах без сознания.

– Это ты их так? – поинтересовалась я, пребывая в состоянии шока.

– Ага, не волнуйся, они живы, – как ни в чем не бывало ответил подросток, откинул журнал и посмотрел на меня оценивающим взглядом. – Тебе идет.

– Спасибо.

Он сунул руки в карманы джинсов и не спеша направился по коридору. На полпути он обернулся:

– Ну, ты идешь?

Я моргнула пару раз, приходя в себя, и побежала догонять паренька. Я его совсем не знаю, но тем не менее добровольно следую за ним! О, Господь, что я делаю? Где мой разум?

Выйдя на улицу, я глянула на здание, откуда мы только что вышли. У меня чуть колени не подкосились… Морг?!

– Ты чего опять встала? – лениво поинтересовался он, обернувшись. Я взглянула на него, выжидая объяснений. – Ну, понимаешь… как бы это тебе сказать, – замялся он. – Короче говоря, ты умерла. – От услышанного я точно чуть ласты не склеила! – Я тебе позже все расскажу, когда приедем, а теперь садись в машину.

Он достал ключи, снимая сигнализацию. Ярко-красный спорткар мигнул фарами и пикнул в знак того, что в него можно садиться. Мы уселись в автомобиль с весьма-весьма комфортабельным чистым салоном. Парень завел машину, включил радио, и мы с ветерком понеслись по ночным улицам Москвы.

– Кстати, – начал парень, – я же не представился – Мэттью Картер. Зови меня – Мэтт, – он подмигнул мне, расплываясь в своей белозубой улыбке. – Ты чего покраснела? Влюбилась в меня что ли?

Я отвернулась, глядя в окно, и попыталась сделать невозмутимый голос:

– Нет, конечно!

Мэтт рассмеялся, но больше не стал меня подкалывать.

– Не местный что ли?

– Вроде того, – ответил он довольно быстро с тем же загадочным британским акцентом.

Я смотрела в окно на пробегающие машины и огни фонарей. Разноцветными подсветками горели витрины магазинов. По улицам сновали люди, не спеша домой.

Мы разговорились. Я была знакома с этим парнем всего ничего, но за это короткое время он успел мне понравиться. С ним было легко и интересно, да и выглядел он опрятно, и при этом блистал обаянием.

Мэтт выехал на безлюдную улицу и сбавил скорость. Вскоре мы оказались около большого особняка, огражденного высоким кирпичным забором, сверху переходящим в металлическое узорчатое ограждение. Через минуту моему взору предстали превосходной ручной работы кованые ворота с выгравированным на них гербом, изображающем копье, обвитое змеей. Мэтт въехал во двор и вышел из машины. Я с открытым ртом уставилась на огромный дом, забыв, что надо покинуть транспорт.

От самых ворот до центрального входа вела мощеная булыжником дорожка, разветвляющаяся в разные стороны до уютной беседки, мастерски сооруженного плато для гриля и до бассейна, отбрасывающего голубоватые блики воды на стенах особняка. По центру главной дорожки величественно возвышался поразительный фонтан со скульптурами четырех коней из темного камня. По всей площади двора были аккуратно высажены маленькие пушистые елочки, а вдоль дома тянулись ряды из клумб с множеством дивных цветов. Сам же дом, выстроенный из красного кирпича, напоминал неорусский стиль архитектуры, красующийся двухметровыми дубовыми дверями, прямоугольными оконцами и чуть возвышающимися башенками по обеим сторонам фасада.

Мэтт обошел авто, открыв для меня дверцу.

– Ты идешь? – спросил он, заглядывая в салон.

– Чума-а-а… – протянула я, выбираясь из машины.

– Что?

– Нет, ничего.

– А, мне просто показалось, что ты меня позвала, – он захлопнул дверь авто и потащил меня за руку к входу в дом.

Мэтт повернул в замке ключ, открывая дверь и пропуская меня вперед. Он помог мне снять куртку и провел в гостиную. Комната была просторная и светлая: мягкий диван, два кресла, соответственно выбранные под интерьер, вдоль стены тянулись шкафы с книгами, фарфором, хрусталем и полкой для телевизора, где он собственно и стоял. Плазменный, видно, что дорогой, с широкой диагональю. На журнальном столике были разбросаны книги, журналы и прочий бумажный бред.

– Я скоро вернусь, – сказал Мэтт и покинул зал.

Пока я осматривалась по сторонам, заметила овальное зеркало на стене. Подойдя к нему, я, честно говоря, ужаснулась от увиденного. Словно в отражении я видела другую девушку с привлекающей и одновременно отталкивающей красотой. Мое лицо так изменилось… Мои русые волосы поседели, стали белыми как у Мэтта, только кое-где проглядывались серебристые старческие пряди. Зеленые глаза превратились в льдисто-серые; холодные, будто неживые. Кожа стала ужасно бледная, словно я какой-то мертвец…

В комнату кто-то бесшумно вошел, но я заметила его в зеркале. Обернувшись, я увидела высокого, статного, неземной красоты молодого человека, выглядящего не старше двадцати. Боже, как он был прекрасен. Это была то ли красота вампира, то ли идеальная оболочка демона, но святого в этом парне не было ничего. Он аристократично, я бы даже сказала величественно, держал прямую осанку, смотря на мир сверху вниз холодным надменным взглядом. Его глаза, нефритовые с необычным лазурным отблеском, не имели никакого интереса к происходящему, были безразличны, как казалось даже к самой жизни. Еще одним его богатством были густые длинные ресницы, которым позавидовала бы любая девушка, используя пусть самую дорогую тушь. На эти дьявольски завораживающие глаза под прямыми черными бровями спадала длинная челка. Сами волосы были роскошными, густыми, вьющимися, цвета вороньего пера. Парень смахнул со лба непослушные пряди, и на безымянном пальце левой руки я заметила дорогой платиновый перстень с неизвестным мне зеленым камнем, гармонирующим с его глазами. Язык не поворачивался назвать это старинное кольцо подделкой, которое, если предположить, досталось ему по наследству в династии, существующей уже несколько веков. На другой руке в свете люстры поблескивали наручные часы, созданные некой швейцарской фирмой, наверняка стоящие бешеные деньги. В поддержание своей обворожительной внешности он был одет в классическом стиле: черная рубашка навыпуск с расстегнутыми верхними пуговицами, обычные джинсы, не испорченные нашивками, заплатками и прочими штуками.

Он бегло нажимал тонкими изящными пальцами на экран смартфона, но, увидев меня, отвлекся и улыбнулся приятной, хоть и слабенькой улыбкой, демонстрируя идеально ровные белые зубы.

– Так значит, теперь ты будешь Смертью? – мягким голосом спросил он, впиваясь в меня до глубины своим пронзительным взглядом.

– Что? Ты мне? – от него было невозможно отвести взгляд, я, кажется стала терять дар речи, как и способность оценивать очевидные вопросы.

– Да, тебе, – он говорил спокойно, размеренно.

– Если честно, то я вообще не понимаю, зачем меня сюда привели, и я не…

– Ясно, – он оборвал меня и продолжил. – Дождемся еще кое-кого и все тебе расскажем. Ты присядь.

Я осторожно присела на край дивана, искоса поглядывая на него.

– Как тебя зовут? – спросил он, включая телевизор.

– Ада… Ада, да.

Он взял мою ладонь и слегка дотронулся до нее губами.

– Рэн Гриффит.

Я отдернула руку в бесконечном смущении, хоть и быстро пожалела об этом, медленно расплываясь в лужу от его манер.

– Засмущал бедную девушку, – усмехнулся Мэтт, заходя в комнату. – Где Тори пропала?

– Скоро придет, – ответил Рэн, с головой погрузившись в телефон. Не знаю почему, но я не могла оторвать от него взгляд. И пусть весь мир подождет…

В коридоре хлопнула дверь, и в комнату влетела запыхавшаяся девушка.

– А вот и Тори! – радостно воскликнул Мэтт, всплеснув руками.

– Извините за опоздание, – скороговоркой произнесла она, усаживаясь на диван рядом с Рэном.

Она была очень маленького роста; если прикинуть на глаз, то не больше полутора метров. «Дюймовочка» с виду казалась хрупкой беззащитной девочкой, но стоило взглянуть в ее поразительно красивые изумрудные глаза, то первое впечатление тут же менялось. В ее взоре присутствовала та наглость, напористость и властность, отвечающая всему миру «я выше вас, и вы обязаны играть только по моим правилам». При детальном рассмотрении можно было заметить, что в уголках белков краснели лопнувшие сосуды, а под глазами красовались серые круги, будто эта девчонка и вовсе не отлипала от компьютера. Ее смазливое личико было усыпано озорными конопушками, создавая образ шкодливой прелести. Коротко подстриженные огненно-рыжие волосы с приданным им мокрым эффектом, немного спутались от сильного ветра на улице. Она была одета в белое кожаное болеро на манер пиджака поверх черной обтягивающей майки и узкие синие джинсы, заправленные в высокие кожаные сапоги. На руках помимо белых перчаток были закреплены неизвестные мне гаджеты по размерам чуть превосходящие обычные часы. К выразительной внешности были добавлены несколько неброских аксессуаров: серебряные серьги-гвоздики в форме мелких паучков и кулон, представляющий собой японский иероглиф, означающий «солнце».

– Вы ей уже все рассказали? – строго спросила она у парней, поправив на шее наушники, проводом уходящие в карман джинсов, но те покачали головами. – Вы ей вообще хоть что-нибудь рассказывали?! – Беззвучный отрицательный ответ повторился. Девушка нетерпеливо вздохнула и подняла на меня невероятно выразительные глаза. – Без отступлений сразу перейду к главному. Мы все, включая тебя, Всадники Апокалипсиса.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30 
Рейтинг@Mail.ru