Офсайд 3

Алекс Д
Офсайд 3

В оформлении обложки использованы фотографии автора Alexis Kapsaskis c https://www.shutterstock.com и автора

nick hidalgo с https://pixabay.com

Пролог

«Ты никогда не сможешь забыть то, что хочешь забыть больше всего».

Чак Паланик.

ОАЭ, Atlantis.

Джейсон

Вечеринка в полном разгаре. Я еще не пьян, но нахожусь в опасной близости от моего личного предела, за которым в последнее время стараюсь не оказываться. Не имею право на слабость, а алкоголь, много алкоголя расслабляет. Моя защита теряет свою стопроцентную непробиваемую стену, если разум пребывает в отрыве. Я должен быть готов к удару. Каждую минуту своей жизни. Весело, правда? Отличный поворот событий. Но мне некогда жаловаться на судьбу. Вообще-то, мне повезло, что я до сих пор жив. И если переживу ближайшие двадцать четыре часа, то меня точно можно записать в любимчики Бога.

Поправляя датчик в ухе, пристально разглядываю собравшиеся в шикарном ресторане сливки общества. В переливающихся и мерцающих отблесках неоновых огней их лица кажутся расслабленными и счастливыми, немного пьяными, но я не верю никому из них. Чертовы куклы Изиды. Правящая элита, а также пешки и низшая каста, развлекающие и обслуживающие небожителей. И да, мы все сегодня здесь.

Годовщина основания. Пятьдесят лет. Золотой юбилей. Присутствие обязательно. Уважительная причина для отсутствия – смерть. А я еще жив, поэтому здесь.

Не дождетесь, ублюдки.

Даже не сомневаюсь, кому принадлежала идея собрать элиту и рядовых сотрудников Изиды на райском пальмовом острове с видом на Персидский залив. На сутки арендовали весь внушительный гостиничный комплекс, а это значит, что весь остров в ближайшие часы в нашем распоряжении. Миллионы долларов сегодня вылетят в трубу, но кому есть дело до каких-то там миллионов? Когда денег слишком много, они начинают терять свою ценность. Так случилось со мной. Еще до Изиды. Сейчас же я просто сыт по горло.

С тех пор, как меня убрали из Нью-Йорка, направив в ОАЭ, чтобы возглавить арабское направление Изиды, прошло почти полгода, и за это время моя жизнь изменилась коренным образом. Марку повезло меньше. Думаю, что в том, что нас разъединили, есть тайный умысел. Его распределили в ЮАР, это в Африке. Страна небедная, если сравнивать с тем же Конго или печально известным Сомали, но Африка есть Африка.

Я живу в Дубаи, богатейшем городе мира, и мне далеко непросто дается внедрение в ряды местных правителей с их неподражаемым менталитетом и весьма бурным темпераментом, поэтому страшно даже представить, как справляется Марк. Притом, что еще год назад мы были очередными мажорами, богатыми и избалованными сынками папаши-банкира. А сейчас нас поставили во главе целых материков, предоставив только краткий курс обучения. Конечно, мы не действуем в одиночку. Изида – это громадина, в которой работают лучшие специалисты широкого профиля и самых разных направлений, обладающие опытом и готовые поделиться им с наследниками Пола Доминника. Одного из трех основателей конгломерата, распространяющего своё влияние практически на все континенты.

И существует только один плюс в том, что я оказался в этой адской машине для зарабатывания миллиардов. У меня нет времени на осознание глобальности катастрофы, которая накрыла мою жизнь. Все с ног на голову. Но я так устаю, что не остается и секунды на жалость к себе. Никакого больше бессмысленного самоанализа и медитаций. Реальность беспощадна, и она высасывает меня досуха, выпивает до дна последнее, что еще осталось… день за днем, превращая в нечто ужасное, бездушное. Хуже, чем прежде. Из Тибета я вернулся с открытой, очищенной душой, но ее заполнили не тем, в чем она нуждалась. Столкнувшись лицом к лицу с самым грязным и страшным кошмаром своего прошлого, я узнал много нового о себе, и это разрушило и расшатало прежний мир до основания. Хотел бы я построить крепость на руинах, но не могу. Мой противник сильнее. Пока сильнее.

– Ищу тебя повсюду, – кричит мне в ухо женский голос. Я поворачиваюсь, чувствуя, как тонкие пальцы обхватывают мой локоть. Взгляд натыкается на сероглазую блондинку в свободном струящемся серебристом платье с глубоким декольте. Вот и моя подружка. Двадцатисемилетняя Изабелла Прайс, исполнительный директор в «Дубаи Сити Групп». Как ей удалось получить подобную должность в двадцать три года остается тайной за семью печатями для многих любопытных.

«Дубаи Сити Групп» – очередная «дочка» Изиды. Я же возглавляю корпорацию «Аллен Корпорэйшн», которая для сторонних наблюдателей является конкурентом «Дубаи Сити Групп», а на самом деле является «старшей сестрой». Та же схема, что на Манхэттене с «Боско энд Варт» и «Доминник групп». По сути, Изабелла работает под моим началом, но в реальности именно я многому учусь у нее. Эта молодая женщина невероятно умна и отлично подготовлена к непростой работе, которую приходится выполнять, как говорится, за кадром. Она знает куда больше меня и явно была предупреждена на мой счет, потому как наше сотрудничество началось не на самой дружественной ноте. Что ж, мне известные причины. Но я, видимо, обладаю своеобразным влиянием, который женщины называют «сексуальным магнетизмом», и оборона Изабеллы Прайс пала довольно быстро, но нужно отдать ей должное, я сильно старался. В последний раз я старался только ради Александры Памер.

Ее имя снова пронзает мои мысли, когда я улыбаюсь Изабелле, девушке, с которой живу четыре месяца. Я сделал все, чтобы отрезать прошлое. И не только я. Она помогала, сама того не осознавая. Наша последняя встреча закончилась очередной катастрофой, облегчив нам обоим задачу. Я не могу себе позволить даже думать о Лекси. Это опасно для наших жизней и… черт, для нашего рассудка тоже. Рядом с ней я всегда терял разум и почву под ногами. Изабелла, напротив, собирает меня. По частям, по осколкам. Это трусливо звучит и не по-мужски, но Бель Прайс – мой щит.

Однажды я расскажу почему.

Я всерьез думаю о том, чтобы жениться на ней. И чувствую, вижу по ее многозначительным взглядам, что она ждет предложение в ближайшее время. Почему нет? Мне тридцать пять. Мне нужен кто-то рядом. Ее чувства искренни. Невероятный интеллект, сильный характер, аналитическое мышление, красивое тело. Она станет идеальной спутницей. Любая другая погибнет рядом со мной. Любая другая станет мишенью для безумца, который преследует меня с одержимостью маньяка. Во сне и наяву.

Он дышит мне в спину. Но я пока держу неоспоримые козыри в рукаве, извращенец не доберётся до моей души. А это то, что ему нужно. Не моя жизнь. Разум. Душа. Хочет разрушить меня, превратить в тень, в раба, в пустую оболочку, марионетку кукловода. Ненавижу.

И знаю, что он ищет рычаги воздействия против меня. Я должен убедить его, что таких рычагов не существует.

Я должен убить его.

Нанести удар первым.

Подобраться близко.

Ближе, чем кто-либо.

Но я не могу. Ублюдка охраняют лучшие специалисты, неподкупные, несокрушимые.

Пока эта тварь жива, я не смогу дышать спокойно.

Не смогу жить своей жизнью.

– Ты очень красивая сегодня, Белла, – кричу в ухо своей спутнице, скользнув губами по ее щеке.

Она прижимается ко мне своим гибким телом, трется, как голодная кошка. Мое тело мгновенно откликается на ее призыв, я тяжело дышу ей в ухо, хватая за задницу. Мисс Прайс горяча, иначе никакие бы скрытые мотивы не смогли бы заставить меня трахать ее. И делать это с рвением и энтузиазмом, потому что подвох и неискренность Изабелла почувствовала бы сразу. Несмотря на молодость, она искушена и опытна. Очень. Достойный партнер.

– Давай уединимся где-нибудь? Может, на пляж? – спрашивает она, облизывая губы.

Даже при плохом освещении я вижу в ее глазах разгорающийся огонь. Усмехаюсь с долей сожаления, скашивая взгляд на группу охраны, которая следует за мной молчаливой стеной. Я бы хотел трахнуть ее на берегу залива, глядя на морскую гладь, наслаждаясь женским телом и живописным закатом, который вот-вот накроет остров. Но зрители нам не нужны. Не сегодня, хотя обычно мы не стесняемся группы сопровождения, если особенно приспичит.

– Только в наш номер, малышка, – произношу, наклоняясь к манящим губам. Внезапно я ощущаю странное оцепенение, все мышцы словно немеют, когда краем глаза, мне кажется, я замечаю невысокую хрупкую фигурку в темно-синем платье. Я заставлю себя продолжить поцелуй, потому что не имею права поступить иначе. Не могу даже посмотреть, чтобы убедится.

Это вполне может быть она.

Очередная провокация мерзкого ублюдка. Вынюхивает, тварь, проверяет, ищет слабые места. Выкуси, тварь. Я не ведусь.

– Пошли, – выдыхаю в губы Изабеллы, хватая ее за запястье. И видимо, не рассчитываю силу, потому что она сдавленно вскрикивает, с недоумением глядя на меня. Я мягко улыбаюсь, нежно, но властно беру свою спутницу за плечи и увожу за собой из задымленного сумрачного зала, пропахшего алкоголем и дорогими духами.

По дороге Белла пытается что-то выговаривать мне про грубость, но я игнорирую жалобы и упреки. Знала бы ты, малышка, как на самом деле я добр и нежен с тобой. Ей посчастливилось до сих пор не вызвать во мне плохого парня из зеркальной комнаты. Мое чудовище не реагировало на Изабеллу Прайс. Я мог бы поверить, что после Тибета и прочих важных событий в моей жизни, мой темный друг навсегда меня покинул, но я не верю в чудесное исцеление.

Когда мы оказываемся внутри спальни, я облегчённо выдыхаю, снимая галстук. Не знаю, стоит ли раздеваться полностью. Я не чувствую себя в безопасности даже здесь, наедине с Изабеллой. За дверью несет свою вахту моя охрана, повсюду натыканы камеры и датчики, но я все равно напряжен до предела.

Белла чувствует мое состояние, нежно и успокаивающе проводит пальцами по моей щеке, бормочет на французском какой-то любовный бред. Пальцы одной руки перебирают мои волосы с робкой неуверенностью, в то же время свободная рука весьма откровенно гладит мой член через брюки. Скромная шлюха. Мне нравится в Изабелл ее двойственность. Она расстёгивает мой ремень, опускаясь на колени. Я в предвкушении зарываюсь пальцами в белокурые волосы. И я не буду рвать их в приступе страсти. Ни одного синяка не останется на нежной коже. И в самый неподходящий момент датчик в моем ухе оживает.

 

– Черт… Подожди, малыш. Мне нужно ответить. Слушаю, Том. – Немного отодвигаюсь в сторону, глядя на разочарованное, раздраженное лицо своей любовницы. Она фыркает, поднимаясь с колен, и вопросительно смотрит на меня, скрестив на груди руки. Когда вызывает Том Райдер, я не могу его игнорировать. Не в моей ситуации.

– К тебе посетитель, Джейсон, – со странной интонацией произносит в моем ухе немного шипящий голос начальника моей личной охраны.

– Ты спятил? Я никого не принимаю. Мы с Беллой…

– Я понимаю, но это мисс Памер. И она настаивает, – после небольшой паузы, осторожно произносит Том. Я застываю, словно превращаясь в камень, продолжая смотреть в серые глаза Изабелл, но ее лицо начинает расплываться перед моими глазами, а в висках появляется болезненная пульсация. Хочется ударить кулаком в стену, разбить что-нибудь и… о да, мое чудовище радостно бьет хвостом и точит когти. Любимая девочка для битья пожаловала. Сама. Снова. Охренеть.

«Нельзя!» – кричит разум.

Хочу. К черту.

Нет.

– Что ей нужно? Скажи, что я занят! – рявкаю я. Получается очень грубо. Даже Белла вздрагивает, прищурившись, глядя на меня.

– К тебе очередная шлюха пожаловала? – начинает орать мисс Прайс.

– Джейсон, я сказал, что ты не один, – говорит мне в ухо Том Райдер, пока я пытаюсь угомонить Изабеллу. – Но она немного пьяна и плохо себя контролирует. Боюсь, что придется применить силу, если ты прикажешь убрать ее отсюда.

– Кто она? И что ей надо? Ты, когда успел, Доминник? Ты вообще можешь член в штанах держать, хотя бы иногда? – продолжает вопить Изабелла.

– Милая, это Александра Памер. Моя старая знакомая. И раз она пришла, то действительно что-то случилось. Я поговорю с ней всего пять минут. Хорошо? – Я беру Изабелл за плечи, мягко встряхивая и ласково улыбаясь, как самый преданный парень на свете. Самого тошнит от этого лицемерия. Все, о чем я, на самом деле, думаю – это Лекси за моей дверью. Пьяная Лекси, которая хочет меня видеть. И я устрою ей взбучку за тот риск, которому она себя подвергает.

– Памер? Та самая? Из газет? Судебный запрет и все такое? Она не опасна? – Теперь в лице Беллы нет ревности и гнева. Только тревога и недоумение. Я иронично улыбаюсь. Знала бы она, какие страсти кипели на самом деле за этими грязными газетными статьями. Как долго тянутся минуты. Фарс слишком затянулся. Изабелла Прайс раздражает меня всем своим видом. Я больше не могу ее видеть. Моя нужда в другой женщине становится не просто оглушительной, а смертельно-опасной.

– Я просто выслушаю ее, Белл, – наигранно равнодушно произношу я. – Вернись к гостям на несколько минут. Выпей шампанского. А потом мы продолжим. Хорошо?

Изабелла молчит, пристально разглядывая меня.

– Том, сейчас мисс Прайс выйдет, и ты запустишь Александру, – говорю своему невидимому собеседнику.

– Хорошо, Джейсон. Она не позволяет проверить ее сумочку.

– Брось, Том, Лекси безобидна, – усмехаюсь я. На самом деле будь на месте мисс Памер другая, с ней бы не церемонились. Но Том Райдер видел и знал слишком много. И он понимал, что я могу медленно убивать свою малышку, но вряд ли позволю, чтобы кто-то, кроме меня, коснулся ее. Ни одна тварь не причинит ей боль.

Только я.

– Я вернусь через двадцать минут, – сухо говорит Изабелла, напряженно пожимая плечами. – Глупая затея. Выгнал бы эту дуру.

– Я разберусь, милая, – холодно отзываюсь я.

– Увидимся. – Изабелла наклоняется и целует меня в губы. Я едва сдерживаюсь, чтобы не отпрянуть и с силой не выпроводить ее за дверь.

Но она уходит. Сама. Я выдыхаю, ощущая свободу. Облегчение.

Нетерпение. Предвкушение. Дикое желание, ярость. Боль, разрывающую легкие от каждого вдоха.

Страх.

Александра-Мария Памер зашла через пару секунд после того, как дверь за Изабеллой закрылась. Ее знакомый свежий цветочный с цитрусовыми нотками аромат ударил в ноздри, заставляя внутреннего зверя взвыть и забиться в ожидании. Том не обманул. Лекси шаталась. Ее походка была неуверенной, словно девушка передвигалась на шарнирах. Темные волосы в беспорядке разбросаны по плечам. Синее маленькое платье обтягивает миниатюрное тело. Это была она. Ее я видел в зале краем глаза. Точнее почувствовал. Как первобытное животное, я чувствовал свою самку. Я смотрел, как ее удивительно длинные для невысокого роста ноги приближаются ко мне, цокая высоченными шпильками.

Я вспоминаю, сколько раз эти ноги обвивали мою талию, сколько раз я в нетерпении и похоти раздвигал их, оставляя синяки на молочной коже. Ее бедра округлились, а талия словно стала уже. Выглядит невероятно сексуально. Я почти не дышу, опьяненный острым приступом похоти. Мой жадный взгляд скользит выше, к манящей ложбинке между высокими, упругими грудками с чувствительными маленькими сосками. Выступающие ключицы, красивая линия плеч и мое любимое место – тонкая шея, уязвимая, хрупкая, с пульсирующей венкой. Держать ее шею в кольце моих пальцев, жёстко и глубоко трахая ее сзади, впиваясь зубами в нежную кожу, оставляя сиреневые пятна горячих поцелуев, наматывая на кулак копну темных волос, запрокидывая ее голову кверху – это то, чего я хочу. Всегда. Рядом с ней. Я лгал, когда сказал, что стал другим человеком. Меня извиняет то, что я верил сам в то, что говорил. Мой взгляд движется к ее губам, заставляя глухо зарычать, заметив размазавшуюся помаду. Кто-то целовал ее сегодня. Я узнаю, кто посмел.

И убью.

А потом я смотрю в самые голубые на свете глаза, и у меня перехватывает дыхание. Боль нарастает. Целый букет оттенков. Неутолённое желание, разбитое сердце… Ее взгляд пустой, стеклянный. Равнодушный. Никогда… никогда Лекси не смотрела на меня так. Ни гнева, ни ярости, ни страсти.

Пустота.

Странное, непередаваемое чувство в тисках сжимает мое сердце. Ее взгляд скользит по мне рассеянно и в то же время пристально, но вскользь. Вот такая дилемма.

– Прости, что отвлекла, – губы, которые я целовал часами, кривит циничная пренебрежительная улыбка, когда взгляд останавливается на моем расстёгнутом ремне. – Шикарная девушка. Впервые могу похвалить твой вкус, Джейсон. По-моему, мы с ней уже встречались. В прошлый раз. Становишься постоянным?

Мое имя на ее губах звучит… странно. Обездушено. Буднично.

– Ты пришла обсудить мою девушку? – спрашиваю я с наигранным равнодушием, ощущая странную тревогу. Лекси уже не кажется выпившей. Напротив, собранной, уверенной, но отстранённой.

– Нет. Мне все равно. Просто она показалась такой… угрожающей. Посмотрела на меня так, словно хотела предупредить, что не позволит мне тебя обидеть. Как тигрица, готовая драться за своего самца, – она качает головой, глядя мне в глаза с пугающим холодным равнодушием и решимостью. – Может быть, с ней ты мог быть счастлив, Джейс. – Лекси пожимает плечами.

– У нас мало времени. Я не намерен слушать этот бред, – металлическим тоном произношу я, разыгрывая безразличие и раздражение. Лекси туманно улыбается. Ее взгляд ненадолго оживает, когда она скользит им по моему лицу и ниже.

– Я все время верила, что это пройдет. В один прекрасный день, я встану утром и пойму, что все закончилось, – произносит она тихо, почти шепотом, облизывая верхнюю губу кончиком языка.

Я шумно вдыхаю, делая шаг вперед. На краю бездны… Я смотрю в самую глубь. Я знаю, понимаю, о чем она. Я тоже это чувствую. Всегда. Внутри. Простая истина и задача, у которой нет решения. Но сейчас ничто не важно, точнее, нет ничего важнее ее. Если бы мог, я послал бы весь мир, но оставил себе маленькую Лекси Памер. Я любил бы ее полжизни… Или убил. Какая разница? Мы две части одного целого. Смерть никогда не пугала нас.

– Но этого не происходит, Джейсон. Почему? – Ее взгляд впивается в меня. Пустой. Остекленевший. Остывший. – Мне никто не может помочь. Я сосуд, из которого вынули душу, заключили в зеркало и разбили. Я ничего не чувствую. Совсем. Мне приходится изображать то, чего нет, в то время как ты спокойно трахаешься с красивой женщиной, получая от этого все то же, что и со мной.

– Так, как с тобой, с другой никогда не будет, детка, – искренне отвечаю я, потому что сейчас нет сил на притворство и игры. Мы заслужили минуту честности. Но потом я включаю мозг, и внутри меня вдруг все вспыхивает, когда снова прокручиваю в голове ее слова. Я хватаю ее за лиф платья, рывком привлекая к себе. Шиплю в приоткрывшиеся в немом изумлении губы. – С кем и что ты, бл*дь, изображаешь?

Ее глаза вспыхивают синим ледяным пламенем, и она неожиданно сильно отталкивает меня, поправляя платье.

– Ты в своем репертуаре, Доминник, – Лекси презрительно усмехается, отступая назад на несколько шагов. – Я чуть было не застала тебя на очередной подружке, а ты смеешь устраивать мне сцены ревности. Идиотизм! Мы не в цирке, Джейсон.

– Кто тебя трахает, сука? Скажи, и он труп уже завтра, – я наступаю, ментально ощущая кожей прорезающиеся за спиной демонические крылья моего зверя.

– Ты совсем спятил? Тебе мало того, что ты уже натворил? – Ее маска уверенности и равнодушия слетает, обнажая ярость и гнев. Но и меня уже не остановить. Я бросаюсь к ней, хватаю за волосы, заставляя смотреть мне в лицо.

– Он так плох, что ты явилась ко мне? Хочешь проверить, будешь ли течь подо мной? Мы оба знаем ответ, не так ли?

– Это все, что приходит в твою тупую голову, Джейсон? Думаешь, я пришла потрахаться?

– Спорим, ты уже намокла, – криво усмехаюсь, почти касаясь губами ее рта, втягивая носом ее запах.

– Это действительно так. Но я не дам тебе то, чего ты хочешь, Доминник. Будь ты хоть трижды повелитель мира, – яростно отвечает она мне.

– Я сто раз это слышал, и каждый раз ты раздвигала ноги, не успев договорить словно «нет». – Я смеюсь ей в лицо, свободной рукой забираясь под ее платье. Отодвигаю в сторону кружевную полоску трусиков, проводя пальцами по влажным складочкам. Самодовольная улыбка кривит мои губы. – Может, займемся делом, детка? Признайся, что жить не можешь без меня. У меня есть десять минут, а потом ты свалишь отсюда. Поняла?

– Конечно, я свалю, – она неожиданно спокойно улыбается, ее пальцы касаются моей щеки с небрежной нежностью. – Я и правда пришла сюда не трахаться, Джейсон. Хотя было бы неплохо. Напоследок. – Улыбка становится насмешливой, пока не исчезает совсем. – Мне придется научиться жить без тебя. Но у меня нет другого выхода. Ты виноват. – Взгляд, полный арктического холода, смотрит на меня. Тот же холод я чувствую в груди. Я хмурюсь, сбитый с толку выражением ее глаз и спутанным смыслом слов.

Все происходит не так, как я предполагал… И холод в груди, он не ментальный. Опуская взгляд, я цепенею. Замираю, не в силах осмыслить происходящее. Металлическое дуло пистолета напротив моего сердца. Я просто не ожидал. Никогда не ожидал, что она осмелится. Трусиха. Лекси всегда была слабачкой и трусихой. Но это не мешало мне любить ее. Время словно растягивается, я вспоминаю, как мы пришли к этому? Когда она одновременно стала моим отравляющим кровь ядом и спасательной вакциной? Хотя какая, к черту, разница? Это женщины запоминают даты, обводят их в сердечко и тычут нам при любом удобном случае или дуют губы, если мы забыли про очередную годовщину знакомства. Моя одержимость этой девочкой воспринимается, как данность. Без причин, определений, оправданий. Случилось так, как случилось. Я вскидываю на нее глаза, вместо того, чтобы действовать. Я не могу поверить. И в то же время понимаю… Это шутка? Истерика? Сон?

– Что… – успеваю произнести я.

– Прости, – шепчет она, накрывая мои губы своими и спуская курок. Я чувствую удар и огонь, я лечу, падаю и проваливаюсь в алую тьму. Последнее, что я успеваю увидеть – ее красивые ноги, удаляющиеся от меня с оглушающим цокотом. Я улыбаюсь, думая о том, что детка все-таки сделала меня.

Я вне игры, детка.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17 
Рейтинг@Mail.ru