bannerbannerbanner

Чужой ребенок

Чужой ребенок
ОтложитьЧитал
000
Скачать
Язык:
Русский (эта книга не перевод)
Опубликовано здесь:
2015-02-20
Файл подготовлен:
2018-09-19 08:24:26
Поделиться:

Чужих детей не бывает. Ни на улице, ни в детской песочнице, ни на горке. Если с велосипеда падает чужой, не твой, ребенок, то все равно будет больно. Можно ли полюбить чужого ребенка как своего? Нужно. Тогда эта любовь вернется.

Маша Трауб

Полная версия

Отрывок

Другой формат

Видео

Лучшие рецензии на LiveLib
60из 100NNNToniK

Злобные родственники.Эмоционально книга оставляет неприятный осадок. Очень тяжело было ее читать (точнее слушать).

Слишком высока концентрация всевозможных бытовых скандалов, разборок, недопониманий, обид и прочих нерадостных взаимоотношений. Все это в кругу родственников как кровных, так и случайно образовавшихся.

Не спорю, многое узнаваемо и нередко встречается в реале, но все же количество склок на единицу текста, на мой взгляд, превышено.

И еще один непонятный момент – главная героиня. Не клеится ее образ. Если она такая терпеливая и всепонимающая, как описано в середине книги, то что ж она так над сыном издевается?

Закончилось, правда, все хорошо. Алчные наказаны, терпеливые вознаграждены, дети перевоспитались как по мановению волшебной палочки. Хэппи энд во всей красе, вот только верится в него с трудом.

100из 100nad1204

Я никого не призываю читать Машу Трауб. Книги её – это скорее развернутые статьи в журналах для женщин: о любви, семье, детях, жизненных коллизиях. Назвать это высокой литературой я не могу, но меня эти книги частенько цепляют.

Вот эта – уж точно!

(Кстати, хочу предупредить: ранее книга «Чужой ребенок» была выпущена под названием «Чужой». Опять произвол издателей! И я на него попалась: приобрела в бумаге для мамы, а у неё уже было предыдущее издание.)

Книга – боль. Это правда. Хоть и говорят о картонных персонажах, о чернушности человеческих отношений, но вот тема любви-нелюбви в ней выстроена очень хорошо. Есть, конечно, перегибы. Например, мне, проработавшей в детском саду больше десяти лет, дико читать о том, что воспитатели могут исключить ребёнка из него за плохое поведение. Это как??? Бред же! Или что героиня пихала постоянно денежные купюры воспитателям в ящик письменного стола(!). О, Господи! Для этого она должна была проходить непосредственно в помещение группы. А кто бы ей это позволил?! Или что воспитательница орала на родителей… Ну это вообще… Детские учреждения уже давно являются сферой обслуживания (да-да-да!) и читать всё это просто смешно!

Но, тем не менее, книга меня как-то прибила. Как же много у нас несчастных людей! Не умеют многие любить, радоваться жизни, видеть хорошее в повседневном. Не научили. А ведь в этом – залог счастья! В мелочах, уютном мирке, в смешных словах детишек, во встречах с родственниками и друзьями. И пусть все они не идеальны. Да, нет совершенства в этом мире! Так что же?

Зацепила меня история неидеальной Ларисы. Эх, женщины-женщины…

20из 100TimurZiatdinov

Я, конечно, понимаю, что лезу не в свою песочницу – как бэ книга для женщин и всё такое, но на обложке не написано же «только для женщин, мужчинам не читать». Да и продали мне её электронную версию без запроса моей половой принадлежности. И как-то привык я, что книги прошлых лет – те, которые выдержали проверку временем – не разделяются на мужское и женское чтиво. Недавно осилил «Ярмарку тщеславия» – о чувствах, о любви, о светской жизни – вроде бы как раз для женщин, но я поймал настоящий кайф от прочтения.

И вот после такого кайфа – обраточка. Нна, старьевщик, получи современной «прозой» по наглой, чего-то ожидающей морде.Мало того, что это вообще не роман – текст на пару часов – так это и к литературе имеет весьма отдаленное отношение. Общее между данной книженцией и литературой – наличие абзацев. И всё – абзац. Дальше начинается словотворчество какого-то расписавшегося псевдожурналиста желтой газетенки: все художественные украшения – в урну; все персонажи – категорично плоские, картона на всех не хватает; ГГ целых три – одна в начале, вторая в середине, третья в конце – они вообще разные люди (при условии, что персонажей можно считать людьми)

Я понимаю, что даже Анна Каренина пыталась себя утешить мыслью, что «во всем он виноват, он не дает мне жить, а ведь я женщина, я живая, я хочу и умею любить» (не дословно, естессна). И понимаю, что это очень удобная позиция – во всем виноваты мужики. Но вот мне крайне противна ГГэшка, и на мой взгляд – во всем виновата она и только она.

Очень сильно интересовало – сколько Ларисе лет? В условной первой части книги ей лет 25-30. По крайней мере, складывается такое ощущение. Во второй части – флэшбэк – повествование отпихивает читателя в, вероятно, совсем молодость ГГ – лет 20, ибо она три года любовалась со своим начальником. Считаем, сколько прошло – это можно подсчитать по сыну Николая, который на начало флэшбэка ходил в садик, а к концу – уже закончил школу и обрюхатил девицу. Лет 13-14 примерно. Получается, что гражданке из первой части лет 35, а когда начинаются всякие зверства-избиения – под сорок. Ну, собсна, это так, для себя понять хотел, потому что в этой «книге» все персонажи безвозрастные. Как Лариса была девушкой с гнилым восприятием мира, так она ею и осталась. Как были все прочие ещё более гнилыми – так и остались ими, только Иван один единственный раз ближе к концу книги стряхнул с себя налет гадости и побликовал на солнышке чем-то подобным хорошему. Илья – с малолетства и до беременности его подруги вообще одним возрастом писан. Неопределенным.

Как связана Лариса из начала сама с собою в конце? Да никак. Это две разные бабищи. Первая усталый детоненавистник, вторая – почти поехавшая на детожелании дамочка. Почему Даня в первой части откровенно не любил мамашу, а в конце – вдруг сам и в аптеку, и яичницу, а потом и вообще прилег к «любимой мамочке» на диванчик, и так хорошо стало Ларисе, что – ах!..Низкопробная, пустая издевка над читателем и возможным и уже существующим в литературе. Изложение какого-то более интересного произведения – неумелое, беглое, ленивое до годных к краткому пересказу моментов. Не, я, конечно, не питал иллюзий, не ждал, что это каким-то образом сможет соперничать с Теккереем, с Толстым, с Толстой или хотя бы с Улицкой. И скажут мне – это просто женский роман, не надо к нему относиться с тем же отношением, что и к Карениным и Ярмаркам. Да ну? Значит, Маша Трауб никакой не писатель, а так, бумагомаратель? И сама это прекрасно осознает – куда мне до Льва Николаевича?

Ну и, собсна, как все это написано – только грусть и боль.

Ой, всё.

Оставить отзыв

Рейтинг@Mail.ru